Кто я...

Информация о проблемах со здоровьем Намджуна не стала долго находится внутри компании. Директор сделал официальное заявление, в котором в общих чертах описал состояние Намджуна, но не назвал его диагноз. В этот же день СМИ и электронная почта компании взорвалась от писем поддержки фандома. Во всех социальных сетях были выведены в мировые хештеги о Намджуне. Мировые звезды и друзья группы также выразили свои слова поддержки ребятам. Но их голова была забита совсем другим. Уже третий день врачи толком ничего не говорят о состоянии их лидера. Естественно это отразилось и на их здоровье. После увиденного тем вечером, Чонгук слёг с температурой. Юнги тогда всю ночь просидел рядом с ним, меняя постоянно компрессы. Чимин сидит часами в комнате Намджуна, укутавшись в его одеяло, и плачет от безысходности. Хосок и Техен мучаются от кошмаров и поэтому спят по три часа от силы в день. Джин кажется вообще не спит, гипнотизируя свой телефон в ожидании звонка из больницы с хорошей новостью. Вот все собрались на кухне, так как Джин сумел уговорить всех покушать. — Ребят, хоть немного поешьте… Как мы такие Намджуну покажемся? Он ведь волноваться будет… — тихо сказал Джин и поставил стол кастрюлю с супом из водорослей. — Это любимый суп Намджуна, — подметил Юнги и начал помогать Джину разливать его по тарелкам. Чимин тяжело вздохнул и достал их холодильника закуски. Техен разложил на стол приборы, а Хосок порезал мясо. — Хочу к хену, — прошептал Чонгук и поджал губы. Эта была единственная фраза, которую он произносил в эти тяжелые дни. — Покушаем и поедем, — ответил Юнги и потрепал младшего по голове. — Нет… Я не хочу сидеть в коридоре. Я хочу его увидеть! Я хочу взять его за руку, почувствовать его тепло, услышать его голос! — крикнул макне и закрыл лицо руками. Техен поджал губы и осторожно прижал к себе Чонгука. — Тише, тише, — шептал он и шмыгал носом. — Когда ему станет полегче, мы обязательно поедем к нему. Чонгук, нужно ждать… — Я уже не могу тоже ждать, — подал голос Чимин. — Такое чувство, что врачи только хуже ему делают… — Не говори так… Давайте поедим и позвоним в больницу. Сегодня мы еще не звонили, сказал Хосок и медленно сел за стол. Вскоре все сидели за столом и молча обедали, изредка поглядывая на пустой стул. Эта тишина давила на всех ещё сильнее, чем постоянные разговоры о бездействии врачей. Прошло ещё несколько дней. Теперь все сидели в своих комнатах и не разговаривали с друг другом. Ведь на почве постоянных обсуждений ситуации, происходящей в больнице, произошла ссора. Даже почти драка. Менеджер навещал их иногда, но никто с ним толком не разговаривал. Намджун является неким очагом, который собирает вокруг себя всех и объединяет, а теперь этот огонёк затухает… Ким медленно открыл глаза и посмотрел по сторонам. По щекам покатились слезы. «Я такой идиот… Где они… Они обиделись на меня? «. Запах омеги усилился и тем самым привлёк внимание врачей. — Господин Ким, вам больно? — доктор сразу начал смотреть на показатели омеги. — Мои альфы… — прошептал Джун и поджал губы, хватая врача за руку. — Где они?.. — Они дома. Не волнуйся. Давай мы осмотрим тебя и переведем в палату. Тогда сможем всех позвать. Намджун помотал головой. — Сейчас… Нужно сейчас… — по щекам катились ещё сильнее слезы. — Секунду, — врач набрал номер Джина. Альфа в ту же секунду соскочил с кровати и взял телефон. — Алло? Что-то с Намджуном?! — Он пришёл в себя и очень сильно желает поговорить с «его альфами». Вы можете собрать всех вокруг телефона. Пока мы его не перевели в палату, не могу вас всех пустить, да и он не хочет ждать. — Дайте мне 5 минут, — Джин поставил вызов на удержание. — - Быстрее все в гостиную! Звонок от врача! — крикнул старший и сам выбежал из комнаты. Не прошло и минуты как все ущ сидели на диване. — Тебе что-нибудь сказали? — поинтересовался Юнги. Джин молча закивал, улыбаясь и вытирая слёзы. — Наш Джуни хочет с нами поговорить — Правда? — воскликнул Хосок и на радостях обнял Тэхёна. — Включай скорее! — крикнул Чонгук. Джин убрал удержание и включил на громкую. — Мы готовы Врач передал Намджуну телефон и осторожно снял с него маску. — Только недолго. Тебе нельзя перенапрягаться. — Угу… Ребята… Я даже не знаю… Что сказать, — прошептал Джун. — Простите… Что не сказал… Я не знал… Я… — Хён, мы не отпустим тебя, — перебил Чимин. — Даже не смей думать об уходе. — Хоть трижды стань омегой и ты останешься нашим лидером, — сказал Хосок. — Главное поправляйся скорее. Мы уже соскучились очень сильно, — прошептал Техен. — Хён, мы больше никогда тебя не обидим, — проговорил Чонгук дрожащим голосом. — Да, не переживай об этом, — подтвердил Юнги. — Мы будем заботиться о тебе. В первую очередь откормим, а то исхудал там, — сказал Джин, шмыгая носом. Намджуну тихо всхлипывал. — Я теперь омега… Я буду плакать часто… В объятиях своих альф? — Да, — ответили хором парни и сразу же переглянулись. — Точнее ты не будешь плакать, — уточнил Юнги. — Намджун, тебе нужно отдыхать. Мы приедем сразу, как только нам разрешат. Мы любим тебя, — сказал Хо. — Спасибо… И я люблю вас. Увидимся, — сказал Джун и отдал телефон врачу. — Завтра утром можете приехать, — отключил вызов. В общежитии вновь повисла тишина. По щекам альф катились слезы счастья. Забыв все обиды, они крепко обнялись и облегчённо выдохнули.