Кто я...

В назначенное врачом время Джин приехал в больницу, но не один. За ним увязался Чонгук. Даже после беседы с Юнги страх перед встречей с лидером никуда не делся. — Джуни, это мы. Ты скучал по нам? А вот мы скучаем по тебе, — старший уверенно зашел в палату и сел рядом с кроватью. — И твой любимый макне тоже тут. Он очень сильно переживает из-за того, что обидел тебя. Но и я… Я не лучше… Ведь тогда на кухне ты хотел мне всё рассказать, а я… Прости своего хёна… Джин осторожно взял холодную ладонь Джуна и легонько погладил большим пальцем. — Просыпайся скорее… Мы тебя очень сильно ждём… Я приготовлю тебя всё что захочешь и больше никогда не прогоню с кухни… Только проснись наконец… Чонгук всё это время стоял у двери и смотрел на Намджуна. Глупо говорить, что он никогда не видел лидера в таком ужасном состоянии. Ведь все впервые видят его таким. — Ххен… Он ведь поправится? Правда ведь поправится? — голос макне предательски дрожал. Младший всё не решался подойти к своему хëну, которым так сильно восхищался. Джин подвел Чонгука к Намджуну и усадил на стул. — Чонгук, не волнуйся. Помнишь, что доктор говорил? Только позитив и тогда он поправится, — старший вышел из палаты так, как понимал, что им нужно время на личный разговор. — Хён… Я… Я не хотел на тебя рычать… Я тебя очень сильно люблю, но в тот раз очень сильно разозлился. Мне не стоило так поступать… Прости меня, пожалуйста, — прошептал Чонгук и взял осторожно руку Намджуна. Постепенно стало вечереть. Приятные лучи солнца падали на кровать и постепенно поднимались к лицу Кима. Намджун поморщился и медленно приоткрыл глаза. «Они здесь… Они не читали мою записку?.. Я ведь попрощался со всеми. Я не могу с ними остаться и портить их карьеру и жизнь. Зачем… Зачем они пришли… Не нужно меня останавливать» — А… — прохрипел Намджун и сжал края кровати, зажмурившись. Приборы сразу же запищали. — Хён! Хён, что с тобой?! — Чонгук сразу же нажал на кнопку вызова медсестры, А Джин убежал за врачом. — Хён, прошу тебя, держись, сейчас придут врачи и тебе помогут! — по щекам Чона бежали слезы. Он взял Намджуна за руку и прижал к себе. Лидер медленно открыл глаза и посмотрел на Чонгука. — Спа… Спасибо… Что… Тут… — после этих слов он медленно закрыл глаза и упал на подушку, расслабляя руку. Все приборы запищали, выравнивая жизненные показатели в ровные линии. — Ххен? Хён?! Хён! — закричал Чонгук и начал слегка тормошить лидера. — Не умирай! В ту же секунду в палату забежали врачи и выставили Джина и Чонгука из палаты. Последнее, что они услышали «остановка сердца». — Хён, он ведь не умрет? Намджун не умрет? — Чонгук спрашивал Джина, надеясь на успокаивающий ответ, но сам понимал, что старший ничего не знает. — Чонгук… Я верю в него… — прошептал старший, прижимая к себе трясущегося макне. Время шло, а врачи так и не выходили из палаты. Это не предвещало ничего хорошего, но в тоже время давало надежду, что они борятся за жизнь Намджуна. Но во двери открываются и из палаты вывозят Джуна. Врачи спешат и лишь медсестра подходит к парням. — У Намджуна была остановка сердца, но мы вновь восстановили пульс и дыхание. На некоторое время мы переведем его в реанимацию. К сожалению, посторонним туда вход запрещён, — девушка побежала за врачами. Чонгук упал на колени и сжал свои волосы. — Он жив… Он жив… Джин прикрыл рот рукой, сдерживая свою истерику. Спустя пару часов у реанимации уже сидели все шестеро в ожидании каких-либо новостей от врачей о состоянии Намджуна.