Параллельные тональности

      Когда я проснулась, люди в чёрном пришли к большому поместью. — Мы, наверно, не можем сами войти в дом… — Пойдём, посмотрим в саду.       Я всё ещё плохо улавливала реальность. Дом… Люди… Пусто… Сад… Девушка в пончо… Много бабочек… — Извините за вторжение… — Преемник-сан… Мы можем войти?       Они ещё некоторое время пытались получить ответ от девушки, но она не отвечала, а только стояла и улыбалась. Судя по тому, как на неё смотрел Танджиро, она ему понравилась. Потом пришла другая девушка, наорала на всех и велела следовать за ней. Танджиро оставили в одной комнате с Зеницу и Иноске, а меня отнесли в соседнюю. Здесь у всех заколки в виде бабочек. Тоже хочу такую. Мне перебинтовали ногу, накормили едой и лекарствами и оставили отдыхать. — Можно я поиграю на гитаре? — Я указала на чехол, оставленный какуши, человеком в чёрном, рядом с кроватью. — Сейчас никто не спит… — Задумчиво произнесла девочка. — Так что, наверно, можно. Гитара это та штука в чехле? — Да.       Я потянулась и взяла инструмент в руки. Что мне сейчас сыграть? Я знаю очень много песен, но все они на русском. Надо как-нибудь попробовать их перевести. Но что же сыграть сейчас? Эх… Я взяла пару аккордов. — Отвернуться от флага, Наблюдая как Горит гербовая бумага У заката в руках. Его задача простая: Утра рваную плоть К вратам покинутого рая Ножиком приколоть. Слева по борту — рай, Ветер мчится вдаль — где его догоним мы? В сумрак собачьих глаз Опускается медленно северная звезда. Или ветер догонит нас И возьмет за плечи стремительными ладонями — Слева по борту — рай, справа по борту — рай, Прямо по ходу — рай.       Девочка стояла рядом и завороженно слушала. Я настолько хорошо пою? Вроде нет… Скорее всего, она никогда не видела и не слышала гитару. Прекрасный инструмент. — А про что эта песня? — Спросила она, когда я закончила. — Это… Ну… В общем… — Как ей объяснить? Это нужно каждую строчку переводить… — Про рай и про тяжёлую жизнь. — Красивая песня. — Она улыбнулась. — Мне надо бежать, прости.       Она ушла, а я опять задумалась. Хотя, какая разница, всё равно не поймут, могу и про любовь петь… И не про любовь… — Горбатый карлик рыдал в ночлежке, мешая прочим уснуть, Внезапно вспомнив, скрипя зубами, в дыму и мраке Те дни, когда капитаном был он и в дальний трогался путь, Грыз мундштук и помнил девушку из Нагасаки. И был его китель белее снега, и рука, смугла и тверда, Держала крепко все то, что в жизни необходимо. Встречали ласковые, как гейши, портовые города, Все было в кайф, но чужие крылья свистели мимо… А полет журавлика так же прям, Как и тысячу лет назад, Мирозданью плевать — кто в небесный сад, Кто на нары… Все равно полет журавлика прям, Как и тысячу лет назад, Так улетай, журавушка, улетай — Сайонара…       Я набрала в грудь побольше воздуха, чтобы начать новый куплет, но вдруг услышала, что кто-то стоит за дверью комнаты. — Может, зайдёте? — Спросила я, заглушив струны. Кто-то ещё немного поторопился, но потом всё же зашёл. — Здравствуйте… Преемник-сан. — Здравствуй… — Она подбросила монетку. — Я Канао. — Здравствуйте, Канао-сан, вы чего-то хотели?       Она снова подбросила монетку. — Можешь звать меня Канао-чан. — Хорошо, Канао-чан, ты чего-то хотела?       Она опять подбросила монетку. Сколько можно? — Мне понравилась твоя музыка и я хотела бы ещё её послушать. Можно я посижу с тобой? — Конечно, можно. — Я улыбнулась. Наконец-то длинная фраза. — Прости, все песни, которые я знаю, на русском.       Канао оказалась хорошей слушательницей. Я спела много песен, а она осталась в той же позе. Мимика почти не менялась, но я поняла, что ей нравилось. — Я, наверно, всё. — Сказала я, когда пальцы начали сильно болеть. Давно я не играла так много. Она хотела бросить монетку, но… — Хочешь, я принесу чего-нибудь вкусного? — Да, было бы неплохо.       Она сейчас улыбнулась или мне показалось? Я ещё больше поверила в чудесную силу музыки. Канао вернулась с какой-то вкусной выпечкой. Мы поели, после чего она тоже извинилась и отправилась тренироваться. Я же решила вздремнуть.

***

      Разбудили меня для приёма пищи и перемотки ноги. Раз уж всё равно не сплю… — Извини, а парни спят? — Нет. — Могу я как-нибудь к ним попасть? Я хочу поговорить с Танджиро-куном. — Ну… Он тоже пока не может ходить… Я сейчас найду кого-нибудь из посетителей.       Скоро она вернулась с каким-то охотником. С его помощью я дошла до соседней комнаты. Ненавижу быть беспомощной… Я присела на кровать Танджиро. — Можешь сказать, что это было за место, где ты меня встретил? — Да… — он немного задумался. — Это было в районе деревни Хосо. — У вас есть карта тех мест? — Спросила я девочку, пока она не ушла. — Хосо… Возможно. — Можешь поискать, пожалуйста. Это очень важно. И какую-нибудь бумагу… И что-то, чем можно писать. — Хорошо… — Она явно была удивлена моим желанием. — Насуча… — Начал Зеницу. — Фудзико, — исправила я. — Зовите меня Фудзико. — Какое красивое имя — восхитился он. — Может, пересядешь ко мне? — Прости, мне надо говорить с Танджиро. — Он погрустнел, а я кое-что поняла. — Бедняга, у тебя настолько плохо с женским вниманием? — Всё у меня с этим хорошо! — Закричал он, а потом резко замолчал. Обиделся.       Девочка принесла карту, бумагу и кисть с тушью. Поблагодарив, я попросила Танджиро найти место нашей встречи, а сама по памяти нарисовала план автобуса и рассадки одноклассников. Не факт, что всё было именно так, но хоть что-то. Я приложила рисунок к карте. Эта дорога… Она точно такая же, как та, по которой мы ехали. Я отложила от дороги примерное расстояние, на которое меня отбросило. Потом провела половину овала. Куда-то туда должно отбросить одноклассников. И часть родителей… За взрослых я волновалась ещё меньше, чем за подростков. Уж они-то точно найдут себе место. Хорошо, что мои родители не поехали. — Всем привет! — В комнату вошла… Шинобу, наверное. — Здравствуйте. — Мы произнесли это почти одновременно. — А чем это вы здесь занимаетесь? — Я пытаюсь посчитать… — Чёрт, забыла все нужные слова. — Вот сюда могли попасть мои одноклассники. — Я показала полуовал. — Хм… Вот здесь небольшой город, глава которого любит всё иностранное. — Если я правильно рассчитала, там должны быть Вова и Ян, умные парни. — Здесь лес, богатый лекарственными травами, и рядом деревня. Жители живут тем, что продают дары леса. — Это с противоположной стороны от меня, там, наверно, Аня и Кристина. Нормально. — А здесь… — Она замялась. — Скрытая деревня кузнецов. — Там куют все ваши мечи? — Да… Но люди там добрые, не думаю, что попавшего туда ребёнка убьют. — Там Тёма… — Задумчиво произнесла я. — Он такой человек, в хозяйстве пригодится. — Это хорошо. Об остальных местах я точно не могу ничего сказать, но эти можно проверить. В деревню я пошлю какуши, а остальные места проверишь сама, и отправим с тобой кого-нибудь из хороших мечников. — А когда? — Я встрепенулась. Конечно, не очень люблю своих одноклассников, но интересно же, как они устроились. — Когда сможешь ходить и научишься самозащите. — Она лучезарно улыбнулась. — Вы же не хотите… — По её взгляду всё было понятно. — Жесть… — добавила я на русском.

***

      Они пытались. Они правда пытались. Просто не всем дано.       Сначала меня учили дыханию цветка. Дышать вроде получалось, но как только начинала что-то делать, концентрация терялась. Потом было дыхание воды. В этом случае всё свалили на способность Танджиро учить людей. С дыханием грома я не могла сделать и шага. В качестве эксперимента Шинобу хотела научить меня дыханию насекомого. В общем-то, у меня получилось, но тут встала другая проблема: я не могу держать меч и наносить удары. Когда я замахиваюсь, глаза сами закрываются. Это стало последней каплей, и на идею моего обучения оставили.       Зато Шинобу научила меня изготавливать яды и лучше бинтовать раны. Люблю готовить. А как представлю, что будет от этих ядов с демонами… Кстати, я подумала: почему бы не высадить глицинию около каждого дома? Демонам стало бы нечем питаться, ведь они бы не смогли подходить к домам. Интересно, много ли от меня ждут с таким именем? Надеюсь, что нет. — Фудзико-чан, — Шинобу позвала меня в свою комнату. — Это тебе, — она отдала ножны с небольшим кинжалом. — Он сделан из того же металла, из которого делают клинки Ничирин. Твой друг сделал. — Она заметила моё удивление. — Да, он там и учится кузнечному делу. Весьма успешно. Здесь запас яда. — Она подала несколько колбочек. — Ножны твоего кинжала сделаны по прототипу моих, так что голову отрезать не обязательно, пользу и так принесёшь. Так… Вроде всё. Ты вместе с парнями отправишься к столпу пламени, Ренгоку-сану. Он сейчас вот здесь. — Она указала место на разрисованный мной карте. Немного за линией, но это ближайший населённый пункт. Там может оказаться водитель или кто-нибудь из взрослых, я не помню их расположение.       Я вышла из комнаты и рассмотрела кинжал. На гарде был знакомый узор: это рисунок вокруг звукового отверстия моей гитары. У Тёмы почти такая же, не удивительно, что он запомнил. На коже ножен тиснение в виде моего имени: «Настя». Почему… Это имя стало мне противным? Я ногтем поскребла тиснение. Чёрт, так и останется. Если посещу деревню кузнецов, попрошу сделать другие.       Шинобу проводила нас до ворот. Интересно, это можно считать моим первым заданием? Столпы ведь просто так не гуляют по городам. Значит, где-то там есть демон. А раз послали столпа, это сильный демон.       Берегись, демон, скоро ты подохнешь мучительной смертью.