Утро, день, вечер

      Уже давно никакой не вечер. Ночь уже. Ты не спишь, потому что не сплю я. Со мной неладно.       Весь день давило в серединке, и мир терял краски. Я знаю, что это значит, но всегда пытаюсь успокоиться, переключиться. Ничего не помогает.       Я дождался тебя, и меня накрыло.       Такой панической атаки у меня ещё не было.       Потеря реальности, серая тревожная муть, а потом ощущение края крыши, когда пытаешься удержать равновесие и понимаешь, что нихрена ты его не удерживаешь.       Агония.       За спиной многоэтажная пропасть, и можно ещё некоторое время бесполезно изгибаться и размахивать руками. Падение — дело нескольких секунд, а потом — короткий полёт и страшный удар о землю.       И эта ясность и чёткость понимания — самое жуткое.       Ты говорил и говорил со мной.       Спокойно и уверенно. Долго, не замолкая. Повторял самые ласковые слова и нежные прозвища. Не хватал и не прижимал, потому что это худшее, что можно сделать. Держал за руки.       И я начал выплывать из этого ужаса.       Отпустило. Не сразу. Внутренние колки были перекручены, струна лопнула.       Я захлебывался слезами и никак не мог сделать полноценный вдох.       Пошёл умываться, долго смывал слёзы и сопли, а они не прекращались.       Наконец это унялось. Теперь хотелось спать, просто рубило на ходу.       Ты говорил ещё что-то хорошее, спрашивал, твой голос звучал откуда-то издалека. Я засыпал.       Оказалось, этот день был неудачным не только для меня.       Из-за совещания в министерстве у тебя сорвалась очень важная встреча, ты получил выговор от начальства, весь день провёл в разъездах и стараниях успеть, не опоздать.       Ты вымотался, устал и был опустошён. А дома тебя ждал ещё один сюрприз.       Я постоянно поражаюсь, откуда в тебе столько терпения и спокойствия? Ты святой, что ли?       Смеёшься: просто я…       Да. И я.