POV Миён
- Мне холодно, – наконец перестав смеяться на весь Сеул, Кисо положила мне голову на плечо и уткнулась носом в пальто, – согрей меня, Миен-ни. - Я тебе что, батарея, греть тебя? – ухмыляюсь я, а подруга обиженно надувает губки. Я смотрю на неё и улыбаюсь во все тридцать два зуба, понимая, как же мне повезло с такой забавной, милой и очень похожей на меня поистине лучшей подругой, закидываю ей руку на плечо и довольно хмыкаю. Мы беззаботно шагаем вдоль уютных улиц, усыпанных золотыми подсохшими листьями, болтая на самые различные темы, разговаривая об учёбе, о всемирных новостях, жалуемся друг другу на избыток домашней работы. Дурачимся и хохочем, вызывая в какой-то степени осуждающие взгляды бабулек и многодетных мам, и каждый раз успокаиваемся и идём с серьёзными лицами всего три-четыре минуты, а после продолжаем смеяться до боли в животе. Так мы и незаметно и весело дошли до дома Кисо, а я живу на несколько десятков метров дальше. - До завтра, – подхожу я к подруге, обвивая её плечи руками. - До завтра, – улыбается мне Кисо, обнимая в ответ. После её ухода я немного по-мрачнела, сразу разблокировала смартфон и стала листать ленту популярной социальной сети, и буквально через несколько секунд я заметила, что стою уже у подъезда. Я вытерла свои ноги о чёрный коврик, дабы не загрязнять лестничную площадку. Так же я и не заметила как поднялась на пятый этаж, странная я сегодня. Впрочем, не важно. - Мам, привет! – крикнула я в сторону её комнаты, попутно снимая обувь, - Привет, папа! – обернулась я в другую сторону. - Как в школе? – спрашивает снова мама, отворяя дверь своей комнаты. Не понимаю, зачем это постоянно спрашивать, если каждый день похож на предыдущий. - Как обычно, мам, – отчасти пафосно говорю я, распуская хвост, – Как всегда. - Никто тебя не обижает? – интересуется мать, заполняя мою чашку миёк-куком, – садись, поешь. Я не перестаю удивляться тому, что она продолжает задавать мне такие вопросы, она ведь прекрасно понимает что после того, как я бросила стул в параллельника за оскорбительные слова в мою сторону, со мной особо не контактируют. - Мама, я сама обижу любого, – ухмыляюсь я, и чувствую, как она обнимает меня сзади, - Да и вообще, у нас очень дружный класс. - Миён, я же за тебя волнуюсь, – мягко произносит она, - Садись, поешь, пока не остыло. Я в ответ кладу свою ладонь на её руку, оборачиваюсь, целую в щёчку и присаживаюсь на мягкое кресло возле обеденного стола. Я всегда удивлялась, почему у многих подростков плохие отношения с родителями. Моя мать, как и отец, всегда были, и, я надеюсь, будут добры ко мне, я близка с ними как ни с кем другим. Я доверяю им свои секреты, рассказываю все, даже самые ужасные и самые прекрасные события. Конечно, у меня есть своё личное пространство, и я не говорю им обо всём, что происходит в моей жизни до самого последнего слова, но они это понимают. - Меня кто-то звал? – чуть ли не выбегает из гостиной отец, намекая на то, что голоден, заставляя и меня, и маму залиться звонким смехом. У этого мужчины всегда было поразительное чувство юмора, тем более для его возраста. Беру ложку в руки и начинаю пробовать. О, святой Будда, нигде я ещё не пробовала столь вкусной еды! Закончив трапезу, я, естественно, собрала все тарелки и поднесла к раковине, дабы помыть. После я тщательно пылесошу полы, затем иду в свою комнату, кидаюсь на кровать и отравляюсь в царство Морфея.***
Я просыпаюсь уже, как мне казалось, через пару часов от того, что моя мама даже отчасти строго зовёт меня по имени и говорит... «Ми, уже девять часов, тебе нужно делать домашнюю работу». И тут меня будто током ударило. Я ошарашенно вскакиваю с кровати и удивлённо спрашиваю: «Мама, почему ты меня раньше не разбудила?!» - на что она лишь говорит что-то о том, что я очень мило спала. Я потираю глаза, стараюсь как можно быстрее встать с кровати, но это занимает около двух-трёх минут. Я сажусь за рабочий стол, лениво вытряхиваю все содержимое рюкзака на поверхность стола и принимаюсь за домашнюю работу. Я выполнила уже большую часть заданий, уже тянусь за учебником по истории, которую я делаю обычно в конце, как вдруг мой смартфон начинает трястись, и раздаётся моя любимая мелодия. Я смотрю на экран, вижу надпись «Сосед 4-й дом». Это Кисо. - Алло, – сонно говорю я в трубку, - Что случилось? - Ми! Ты знала, что завтра выходной? – интересуется подруга, а я не знаю, радоваться мне или плакать. - Н-нет, – немного расстроенно говорю я, - Не знала. - А что с голосом? - спрашивает она, и я рассказываю ей все по порядку, а она начинает смеяться. Ну вы посмотрите, ей смешно! Что бы она делала на моем месте? - Не смешно, – обиженно говорю я, сердито запихивая все учебники в сумку, - И почему ты мне раньше не сказала? - Я забыла, извини, – как-то слишком бодро и звонко для её положения произносит она, - Спокойной ночи! - Спокойной. – отвечаю я ей, сбрасывая трубку. Отлично, я потратила целый час на выполнение домашней работы на завтра, а в итоге оказалось, что завтра выходной, и моя подруга соизволила сказать мне об этом только в десять часов ночи! Но вообще, глупо обижаться на такие мелочи, поэтому я выдохнула и продолжила собирать учебники. - Ма-ам! – кричу я, встав с кресла, - завтра выходной! Ответа нет. Я кричу снова. Ответа нет. Немного испуганно захожу в мамину комнату, открываю дверь и вижу - мама спит, а рядом лежит папа, обнимая её за плечи. Всегда удивляло, что они так редко ссорятся, несмотря на то, что живут вместе уже шестнадцать лет, они очень редко ругаются, и ещё никогда они не говорили на тему развода, что, конечно, очень радует. Я, улыбаясь, поворачиваюсь к двери и на цыпочках выхожу из комнаты.***
Мои выходные закончились. По всей комнате раздаётся громкий раздражительный звук будильника, говорящий о том, что мне срочно надо вставать и начинать собираться. Я лениво потираю глаза, подтягиваюсь и спускаюсь с кровати на пол. Я встаю перед зеркалом и «любуюсь» своим отвратительным отражением. «О, святой Будда!» - думаю я и бегу в ванную, чтобы привести себя в порядок. Несколько минут умывания, совсем немного консилера, блеск для губ и передо мной не уродливая жаба, а модель с обложки глянцевого журнала. Я надеваю красивую белую рубашку с кружевным воротником и чёрную юбку чуть ниже колена. Натягиваю прозрачные колготки, а затем немного утюжу волосы. С мыслью о том, что я выгляжу сногсшибательно, я закидываю рюкзак на спину, прощаюсь с родителями и ухожу. Покидая подъезд, я встречаюсь с прохладным ветром. Я быстро шагаю по узкой улице, шмыгаю и понимаю, что ещё чуть-чуть и одубею, и мне нужно как можно быстрее оказаться в школе. Ещё несколько минут и я оказываюсь у ярко-красных ворот школы. Быстро перехожу её порог, рысцой поднимаюсь на третий этаж, смотрю на экран телефона, чтобы узнать время, а там несколько сообщений от Кисо. Я опоздала всего на две минуты, поэтому я спокойно открываю дверь. - Здравствуйте, извините за опоздание. Можно войти? – вежливо интересуюсь я у учительницы. - Проходи, Кан Миён, – отвечает мне обладательница довольно мягкого и приятного голоса, а я, следуя её совету, прохожу в кабинет и сажусь за вторую парту первого ряда.***
- Миён! – слышу я сзади знакомый весёлый голос и оборачиваюсь, - Идём сюда! - Что? – подхожу я к ней, а она наклоняется к моему уху и, улыбаясь, шепчет: - Давай прогуляем музыку. Я, на самом деле, круглая отличница, но я всегда рада прогулять музыку, труды и подобные неважные предметы, но, конечно, в меру. Прогулы для меня всегда как большой перерыв между важными уроками, ну, и конечно, мы все получаем хорошую долю адреналина, а это всегда веселит. - Вдвоём? - так же шепотом интересуюсь я. - С нами Ли Чжун и Юн Кван Су, – отвечает подруга, а я неохотно соглашаюсь. Сначала мы слегка запугиваем весь класс, чтобы никто не рассказал учительнице и классной руководительнице, что мы прогуливаем. Затем собираемся вчетвером возле лестницы вниз, убеждаемся, что все в порядке и нас не видела учительница, и тихо спускаемся. Возле выхода на первый этаж отправляем Кван Су разведать, нет ли внизу завуча или вахтёрш. Мне немного страшно. Убедившись, что все чисто, быстро проскальзываем к выходу во двор, обходя все камеры, и идём за сладостями напротив школы. Запасшись едой на ближайшие сорок минут, мы дружно направляемся на площадку неподалёку от школы, попутно болтая «о высоком» и громко смеясь. Позже Чжун и Кван Су отправились на турники, а мы с подругой сели на две качели напротив друг друга и стали беседовать. Все эти захватывающие сорок минут пролетели невероятно быстро, и, вот, мы уже идём в сторону школы. Скоро начнётся физкультура, безусловно любимый предмет нашего класса, и этот урок мы прогуливать не собираемся. Мы расходимся уже в коридоре, где напротив находятся женская и мужская раздевалки. Как только отворяется дверь, к нам с Кисо подбегают девочки и говорят, что про нас рассказали учительнице по музыке, а она в свою очередь пообещала пожаловаться нашей классной руководительнице. Я включаю телефон и вижу три пропущенных от моей классной, которая, к тому же, одна из пяти завучей. - Кисо, смотри, – показываю я подруге экран телефона. Вот теперь мне и вправду страшно. Мы с Кисо начинаем быстро переодеваться, как вдруг раздаётся звонок на её телефоне, естественно, от профессорши Чан, нашей классной руководительницы. - Алло, да, профессор Чан, – потерянно говорит Кисо на громкую связь. - Вы с Миён, Кван Су и Чжун были на музыке? – спокойно, но отчасти строго произносит она, а Кисо молчит и не знает, что ответить. - Я задала вопрос. – уже строже произнесла она. Заметив восторженные и любопытные взгляды одноклассниц, подруга вышла из раздевалки в коридор, а я так и осталась стоять посреди раздевалки, смотря, не отрываясь, в одну точку. Через несколько минут входит запуганная Кисо и говорит, что профессорша Чан ждёт нас в своём кабинете после этого урока. Я очень сильно пожалела, что прогуляла урок, но то что произошло, то прошло.***
- Вам не стыдно? – строго говорит профессорша Чан, глядя на нас четверых по очереди, - я ещё не удивляюсь что Чжу, что Кван Су прогуляли урок, но вот Миён и Кисо! От вас я такого не ожидала. – теперь укорительно смотрит она только на нас двоих, а мы, глядя в пол, не смеем произнести и слова. - Я вынуждена позвонить родителям каждого из вас. – наконец, произносит она то, чего мы боялись больше всего. - Пожалуйста, не звоните родителям! – в один голос с Кисо воскликнули мы, - Мы сделаем все, что вы скажете! - Тогда вы все должны извиниться перед профессоршей Ан, и только если она примет ваши извинения, я не позвоню вашим родителям. У вас есть время до завтра. Мы выходим из её кабинета в полной тишине, и никто не осуждает слова профессора, потому что мы все понимаем, что это справедливо. Наши мальчики вдвоём пошли в кабинет, а мы с Кисо начали искать профессора Ан, чтобы принести свои извинения. После нескольких минут поисков, мы застали профессора возле лестницы. - Профессорша Ан, мы хотели извиниться перед вами за прогул, – смятенно сказали мы, так же в один голос, - мы больше никогда так не будем, честно! - Нет. Вы можете больше не появляться на моих уроках, – произнесла она, обернулась и ушла. Мы по пути в кабинет, где проходит следующий урок, проходили мимо учительской, где поймали на себе множество укорительных взглядов, и только наша любимая (после классной руководительницы) профессор Чхве заставила нас улыбнуться, сказав: - Без прогулов и подобных мелких пакостей, ваша жизнь будет совсем пресной, поэтому я лично считаю, что вы не сделали ничего плохого. – мы молча обняли профессоршу, почувствав, наконец, поддержку. - Я поговорю с Ан, – сказала она и удалилась. Через пару минут к нам подошла учительница по музыке. - Ладно, я прощу вас двоих, но вы должны пообещать, что больше никогда вы не будете отсутствовать на моем уроке без весомой причины. А вот мальчики могут не появляться на моих уроках. – сказала она и ушла.***
Как только закончился урок корейского языка, который следовал после физкультуры, мы с Кисо побежали к профессорше Чан и пересказали ей слова учительницы музыки. - Так уж и быть, если она приняла ваши извинения, я не буду говорить вашим родителям о случившемся. Но это должен быть первый и последний ваш прогул в этому году. – сказала профессор Чан, и мы молча кивнули, - Свободны. Спустя ещё несколько скучных уроков, мы с Кисо покинули учебное заведение и отправились по домам.