Человек без изъянов

Сквозь красивые прозрачные занавески в комнату просачиваются первые лучи солнца и начинают потихоньку освещать всю комнату, а за ними начинает звенеть будильник, раздражая мои уши. Кто бы знал, как мне надоело просыпаться в такую рань, да ещё и от таких противных звуков! Лениво потягиваясь, я блокирую будильник, потираю глаза и беру телефон. Зевнув, я как-то необычно легко поднимаюсь с кровати с мыслями о том, что не все так плохо, как кажется. Умывшись и тщательно почистив зубы, я возвращаюсь в спальню, и начинаю думать, что бы надеть. Скрестив руки на груди, я около двух минут задумчиво осматриваю все содержимое своего шкафа, и наконец выбираю. Сегодня мой лук будет состоять из любимой рубашки и элегантной чёрной юбки немного ниже колена. Приодевшись, собираю волосы в хвост. Немного пококетничав перед зеркалом, я тянусь к белой шкатулочке с различными узорами золотого цвета. Достав оттуда самое красивое золотое колечко, я натягиваю его на средний палец, и, закрыв шкатулку, тянусь за сумкой и плюхаюсь на кровать. Я вытаскиваю книгу по биологии, первому уроку сегодня, и повторяю два огромных параграфа, над которыми вчера сидела чуть ли не весь вечер. Дело в том, что нашу учительницу по биологии можно смело назвать самой строгой из тех, что преподают в нашей школе. У любого ученика нашей школы, от первого до последнего класса, ноги подкашиваются при виде нашей биологички. Даже у меня мурашки по всему телу, когда я хоть немного задумываюсь о том, что происходит на биологии. За спиной её часто называют «мымрой». Именно по этой причине я так усердно работаю над этим предметом: я, как и все, несмотря на то, что я отличница, чувствую страх. Спустя несколько минут повторения, я наконец закрываю книгу, кладу её в сумку и встаю с кровати. Уже стоя у выхода, я прощаюсь с мамой, целую её в щеку и открываю дверь, переступая порог. Я медленно спускаюсь по лестнице, не желая попадать на первый урок, хотя, с другой стороны, чем быстрее я приду на биологию, тем быстрее получу оценку и убегу на корейский язык. С этой мыслью я все же ускоряю темп, направляясь к школе немного быстрее. На секунду я задумаваюсь о том, что можно прийти на второй урок, но моя совесть не позволяет мне прогулять это занятие.

***

Уже около десяти минут я жду подругу возле входа в школу, как вдруг вижу знакомую фигуру возле ворот. Мы искренне радостно приветствуем друг друга, подходя ко входу в само здание. - Ты учила биологию? – интересуется она. - Весь вечер вчера зубрила, – задумчиво отвечаю я, - а ты? - Ну, а сама как думаешь? Мне смелости не хватит зайти не подготовленной в кабинет биологии, – ухмыляется она, а затем и я, и мы вместе заходим в здание. И вот, мы уже стоим у дверей сорок восьмого кабинета и ждём прихода учительницы с ключами в руках. Далеко, в коридоре, виднеется огромный неуклюжий силуэт, и мы с Ми наблюдаем, как все разговоры наших одноклассников затихают и возле кабинета становится тише. Женщина расталкивает учеников, походя к двери, просовывает ключ в отверстие и открывает кабинет. Спустя пару минут весь класс уже толпится возле вешалок, и я слышу тихое, но уверенное и сердитое: «Вы что там, одурели?! Быстро повесили верхнюю одежду и сели все за свои места, быстрее, быстрее!» Я, наконец, нахожу два свободных крючка, снимаю свою куртку и беру пальто подруги, чтобы повесить на один, и мы быстро идём за свои парты. Миён садится впереди меня. На таких уроках, как искусство или музыка, мы садимся вместе, но на важных уроках, вроде биологии, мы сидим так, как нас посадила классная руководительница. Учительница шумно садится за свой стол, открывает журнал, и, скорчив сердитую гримасу, принимается выбирать первую «жертву». Я разглядываю её, пока она этого не видит, поражаясь, как можно быть такой уродливой. - К доске пойдёт... – раздаётся её отвратительный голос по всему классу, - Ли Чжун. Я с сожалением гляжу в сторону нашего общего с Ки друга, покидающего своё место. Он встаёт у доски, поглядывая то на пол, то на одноклассников, но только не на учительницу, и, наконец, начинает свой невнятный рассказ. - «C», - недовольно произносит учительница, глядя на парня, – плохо учил. Ужас, кого не вызову, все не готовы. - ворчит она, – А что вы будете в конце года делать? Я хорошие оценки не собираюсь за безделье выставлять. Он разочаровано передаёт дневник мымре и проходит обратно за свой стол, печально опустив голову и стараясь не обращать на себя внимание, садится за парту. - К доске... Кан Миён. – холодно и злобно говорит учительница, заставляя меня броситься в мелкую дрожь. Я робко поднимаюсь со стула, глядя то на пол, то на Ки, и, дойдя до злосчастной доски, несколько секунд мнусь на месте, и начинаю скучный пересказ вызубренного материала. Во время рассказа я запнулась всего пару раз, конечно, упустила несколько моментов, Ки подсказала мне всего один или два раза, но, по моему скромному мнению, этот рассказ достоин высшего балла. Учительница не произносит мою оценку вслух, лишь берет мой дневник и приглашает сесть на место. Мы с Кисо переглядываемся и ждём, что же произойдёт дальше, надеясь на лучшее. - Мин Кисо, – раздаётся по классу имя моей подруги, - к доске. Я внимательно наблюдаю за поведением Ки, которая так же взволнованно встаёт из-за стола и подходит к доске, так же несколько раз запинается, и я так же, как и она мне, помогаю ей дополнить упущенное, но я так же уверена в том, что мы обе получим «A». Кисо наконец заканчивает рассказ, с надеждой глядя на меня передаёт дневник учительнице. Как только она садится на место сзади меня, я быстро оборачиваюсь и мы даём друг другу «пять», затем я так же быстро поворачиваюсь вперёд и ловлю на себе строгий, прожигающий взгляд учительницы, невольно сгибая позвоночник, а после того, как она отводит глаза, автоматически выпрямляюсь. Ещё несколько человек вышли к доске, получив неудовлетворительные оценки, и, наконец, звенит долгожданный звонок. Мы с Ки подходим к учительскому столу с целью забрать свои дневники. Я в ожидании наблюдаю за реакцией подруги на отметку, держа в руках свой закрытый дневник, как вдруг вижу, что её выражение меняется явно не в лучшую сторону. - Дай-ка посмотреть, – любопытно произношу я, забирая из рук Ки её дневник, и вижу отметку... «B». Я зло нахмуриваюсь, и мы с Кисо, будто читая мысли друг друга в один голос шепчем «стерва», расстроено глядя в глаза друг другу. Я взволнованно открываю свой собственный дневник, ищу нужную страницу, и... У меня, как и у Ки, за сегодня оценка «B». Я шумно закрываю дневник, корча недовольную и опечаленную гримасу, и начинаю злобно бормотать все мягкие ругательства, приходящие мне в голову. Самое обидное то, что я весь вчерашний вечер потратила на биологию, чтобы получить «B»! Скрестив руки на груди, мы с Ки опираемся о стену прямо в центре коридора, и, спустя пару минут молчания, я наконец завожу разговор на позитивную тему, стараясь разрядить печальную обстановку, а Ки подхватывает и поддерживает разговор. Исчерпав найденную мной тему, мы вновь замолкаем. Я беру в руки смартфон, разблокировав его, начинаю листать ленту социальных сетей, изредка поглядывая на людей вокруг. И вот, в очередной раз, подняв взгляд на окружающих, среди приевшихся лиц я замечаю незнакомого симпатичного паренька высокого роста, стоящего рядом со знакомым мне парнем, Чон Чонгуком, как я поняла, они друзья. Я осматриваю его, не упуская ни единой детали, внимательно разглядываю его тело и аккуратные черты лица, местами отводя взгляд, чтобы никто не заметил моего наблюдения. У него и вправду очень привлекательная внешность, я давно таких красивых парней не видела. Я могу поставить его внешность в ровню даже самым популярным айдолам Кореи. Не могу не отдать должное и симпатичному Чонгуку, однако все своё внимание я отдаю парню правее. Я наблюдаю за движением его пухлых губ, за бегающими карими глазами, примечаю его взъерошенную, но элегантную, местами кудрявую прическу с челкой на половину лба. Да и его телосложение явно достойно внимания: он немного пухленький, но я не имею никакого права называть его толстым, ведь он таким не является: его лёгкая пухлость лишь добавляет ему милости и привлекательности. Он переводит взгляд на экран смартфона, снова смотрит на Чона, с которым о чём-то увлечённо беседует, и спустя пару мгновений он... улыбается. Я останавливаю любопытный взгляд на его белоснежных и ровных зубах, на его лучезарнуой, задорной улыбке. «Как же можно быть таким красивым?» - эта фраза несколько раз повторяется в моей голове. И тут мне становится очень интересно, как же зовут этого симпатичного парня. Простояв ещё несколько минут, то глядя в телефон, то общаясь с Кисо, то снова любуясь тем самым пареньком, я вдруг вижу, как Чжун, мой одноклассник и довольно близкий друг, быстрым шагом направляется в сторону примеченного мной красавчика, воскликнув: «Чимин!», и парень тут же оборачивается в сторону моего одноклассника. Так он Чимин! Спасибо тебе, Чжун, за помощь! - О чем думаешь? – спускает меня с небес на землю Ки. - А? – немного испуганно дергаюсь я, - Да просто обидно за оценку. - я очень редко лгу Ки, но сейчас самое время, потому что я решила, что пока не буду говорить, что мне симпатичен тот парень, да я ещё и не уверена в том, что мое наблюдение за ним можно назвать симпатией. - Да не расстраивайся ты так из-за этой биологии, – поддерживает меня подруга, а я молча киваю, возвращая свой взгляд в сторону Чимина. Но все хорошее когда-нибудь кончается. И это случилось. Звонок разлучил нас, а точнее меня с красавцем Чимином, и, мало того, что я вынуждена уйти в кабинет, где парня не будет, так мы ещё расходимся по разным сторонам. О, да, этот звонок разочаровал меня намного сильнее, чем сегодняшняя отметка по биологии. Я часами бы так и стояла, оперевшись о стену в коридоре, разглядывая парня. Когда Чимин идёт в кабинет в другой стороне коридора, я горько, но тихо вздыхаю, разворачиваясь в сторону своего кабинета. Так как все скучные задания, данные нам на весь урок, я выполнила за пятнадцать минут, оставшееся время я задумчиво глядела на пол, вспоминая симпатичного парня из коридора, а Кисо постоянно интересовалась, о чем я думаю, и мне приходилось отвечать что-то вроде «ни о чем», или «просто немного грустно». Почему он занимает все мои мысли? Я же не могу влюбиться в парня, которого первый раз вижу, просто за то, что он красивый... Оставшиеся нудные уроки все свои мысли я посвящала лишь учёбе, что привело к перегрузке, и, по дороге домой, болтая с подругой, я еле перебирала ногами, в надежде поскорее оказаться в мягкой постели в своём доме. За углом возле магазина я, как обычно, попрощалась с Кисо и лениво продолжила путь до подъезда. Эта неделя выдалась очень скучной и загруженной. Я видела Чимина каждый день, и это было, похоже, единственным лучиком света в кромешной тьме. Я расслаблялась, разглядывая его лицо и телосложение. Когда я видела его, все мои проблемы улетучивались, я забывала, где нахожусь, и просто стояла, наблюдая за его действиями, изредка отводя взгляд в разные стороны. За эту неделю не происходило ничего интересного, за исключением одного случая. Покидая учебное заведение, в тот день, когда Кисо отсутствовала в школе, я решила сократить путь, проходя через узкие улицы. Все было в порядке, пока на горизонте не появилась компашка одетых в дорогую одежду бледных, худощавых парней и девушек. Я молча проходила мимо, глядя в телефон, как вдруг услышала что-то вроде: «смотрите, какая толстуха!» и глупые насмешки толпы. И все бы ничего, если бы в окрестностях был бы кто-то кроме меня и этой дурацкой компании. Но здесь были только они и я, поэтому я обязана была отреагировать. На самом деле, меня ни капельки не задело это высказывание, а тем более, от незнакомого человека, но я не позволю так обращаться со мной. Развернувшись, я посмотрела на них с искренним отвращением, ведь так грустно и неприятно осознавать, что подростки настолько испорчены, а ведь их родители наверняка думают, что они в это время мирно сидят в гостях у своих друзей, таких же «милашек», как и они сами, ведь эта компания совсем не похожа на неформалов с разноцветными волосами, проколами и татуировками. Они прилично одеты, хоть и жаргон и акцент не наш, больше похож на какой-то поселковый. Эта девушка снова окликнула меня толстухой, на что я хмыкнула и кинула простое «Позорище», и проигнорировав их, гордо прошла мимо. Они кричали мне вслед оскорбительные слова, конечно, такое нельзя допускать, но реакция - пустая трата времени, они это делают ради привлечения внимания, и зачем им давать то, чего они хотят? Погрузившись в раздумья, я не успела даже среагировать на то, что один из них схватил меня за плечо и развернул в свою сторону. Вот теперь мне стало страшновато. Я начала чувствовать, как мне становится по-настоящему холодно, а такое бывает почти всегда, когда я чего-то боюсь. И тут я заметила, что они приближаются ко мне, все вместе. Ну теперь мне точно конец. Миён, ну почему ты постоянно попадаешь во всякие неприятности? Вот кто тебя за язык тянет, если можно, как все, промолчать? Я под действием инстинкта самосохранения начинаю пятиться назад, где меня поджидает стена дома. Я окружена. По телу пробегают миллионы мурашек, а я начинаю часто моргать с целью скрыть подкатывающие к глазам слезы. Наконец, моля всех высших существ о том, чтобы мой голос не задрожал, я выдавливаю из себя: - И это все, на что вы способны? Вшестером избивать одну девушку? - Я отойду, – язвительно говорит парень, если его, конечно, можно назвать парнем, видимо, главный в этой компашке. Другой уже начинает замахиваться на меня, но я ловко отскакиваю в сторону, оказываясь в сантиметре от девушки-пацанки, которая, ухмыляясь, разглядывает мое тело. Затем один из них подает ей знак, а она резко хватает меня за запястье, чтобы я не смогла увернуться. Я поражаюсь, как быстро все это происходит, а ещё поражаюсь своей беспомощности. Рядом стоящий парень сжимает руку в кулак, стремительно поднимая её до уровня моей челюсти, я готовлюсь к быстрой, но болезненной смерти, находясь на грани между истерикой и обмороком, как вдруг я слышу знакомый голос. - Эй! Вы че, в край охренели, малышня?