Я ношу твою фамилию.

      Мы сидели на кухне и пили чай, разговаривали.  — Мам, а почему вы были так долго? — спросил я.  — Ох, мальчики, у вашей бабушке понизилось давление и нам пришлось выполнять её работу.  — А сейчас с ней всё нормально?  — Да, сейчас всё хорошо. Мальчики, я пойду отдохну. Дорогой, уложишь Веронику спать?  — Конечно.       Как только мама ушла спать, а папа укладывать Веронику, я спросил у Валеры:  — Валер, а что теперь?  — Что теперь? Как обычно. Но ведь, ты понимаешь, что родители ничего не должены узнать?  — Конечно понимаю!  — Нам нужно будет скрываться от неё…  — Я знаю, ты не передумал?  — Насчёт чего?  — Просто, я боюсь, что теперь, когда родители приехали, я тебе стану не нужным…  — Мэйк, не говори глупостей! — Брат подошёл ко мне и обнял.  — Спасибо… — Прошептал я.       Утро субботы было пасмурным, и мне было очень лень вставать…  — Вставай, соня! — Я повернул голову, и увидел Валеру, который стоял в дверном проёме.  — Не-а, сегодня суббота!  — И что? Вставай! — Брат сел на край кровати.  — Поцелуй, и я встану!  — Мэйк, родители…  — И что? Ты сам говорил, что ничего не изменится!  — Говорил, но нам нужно быть осторожными…  — Я понимаю, а может, просто расскажем маме?  — Мэйк, нет! Ни за что!  — Но я уверен, мама поймёт!  — Мэйк, ты идиот? Ты бы понял, если бы твои сыновья встречались? Я уверен, ты бы от счастья не прыгал!  — Ладно, я буду молчать…  — Иди завтракай, — Сказал брат и поцеловал меня в щёку.       Часов в 12 мне позвонила Мэйби (она уже выздоровела) и пригласила на вечеринку. Я согласился. Маму уговорил сразу, а вот Валеру…  — Ну почему «Нет»?!  — Потому что я так сказал!  — Но ведь мама разрешила!  — Мама не знает, что может случиться на вечеринке!  — Тогда, почему ты можешь ходить на вечеринки, мальчишники, и всё такого рода, а мне нет?!  — Тебе только 15!  — Зимой 16!  — Я лучше знаю, куда тебе можно ходить, а куда нет!  — Куда хочу, туда и хожу!  — Мальчики, не ссорьтесь! — Вмешалась мама. — Валер, пускай сходит!  — Ему ещё рано.  — А сам во сколько начал ходить? — С издёвкой сказал я. — В 13! Так что я иду и это не обсуждается!  — Делай что хочешь! — Психанул брат и пошёл в свою комнату, громко хлопнув дверью.  — Не волнуйся, он остынет, и всё будет хорошо, — Сказала мама. — Иди собирайся.

***

       Когда я сидел на вечеринке, я как не старался, не мог выкинуть из головы ссору с братом.       Посидев на диванчике с коктейлем где-то час, я решил плюнуть на всё, и отрываться на полную!       Я выпил банку пива, и мир приобрёл яркие краски и жить стало легче. Я пошёл танцевать с остальными, и уже буквально через пару минут меня окружали девчонки…       Веселые было в разгаре… Кто-то танцевал, кто-то пил, а кто-то уже ушёл в другие комнаты. Не знаю сколько бы ещё орала музыка, а народ веселился, если бы… Не пришёл наряд полиции!        Всех, кто был на вечеринке повезли в отделение. И знаете из-за чего? Во всех напитках нашли сильно действующие наркотики! Но я выпил довольно-таки много и плохо соображал.       Не знаю как, но я всё-таки не отключился. Но всё было как в тумане… Мой мозг смог лишь запомнить некоторые событий той ночи…       Вот нас ведут в участок. Допрос. Звонок маме. Заплаканная мать, и злой Валера. Штраф. Кёлер даёт показания. Меня отпускают. Тошнота. Жуткая тошнота. Беспокойный сон.       Я проснулся с дикой головной болью, и сухостью во рту.  — Валера… — Всё, что мог выдавить я из себя.       Но в ответ лишь тишина.        Не было сил встать, но увидел стакан с водой и записку рядом. Решив, прочитать позже, я залпом выпил воду, и блаженно улыбнулся. Но я, заметив таблетки, которые, разумеется, нужно было запить водой, сдавленно простонал. Кое-как поднявшись на дрожащих ногах, с таблетками в руке, я спустился на кухню. Выпил лекарство. Движение вверх по лестнице лишь усилило боль. Я лёг на кровать и начал читать:  — «Мэйк, если ты проснулся — не волнуйся. Я в магазине. Скоро прийду. Выпей таблетку. P.S. Тебе конец. Можешь начинать копать могилу, и выбирать гроб! Валера.»       Нужно позвонить маме. Успокоить. Попросить прощение.       Чудом встав, я начал искать телефон. И конечно же! Он лежал на тумбочке возле кровати. Набрав номер, я стал ждать, когда мама ответит. Наконец гудки оторвались, и я услышал тихое «Алло?»  — Мам, прости меня, — Я не узнал свой голос.  — Мэйк?! Мэйки, милый! — Я услышал что мама плачет.  — Мам, прошу не плачь!  — Ты давно очнулся? — Мама пропустила мимо ушей мою реплику. — Я так перепугалась! Меня с работы не отпустили, налоговая, а я не могу работать, места себе не нахожу…  — Мама, прошу успокойся!  — Успокоиться?! Мэйк, ты не приходил в себя 4 дня, когда ты заснул, ты стал дёргаться во сне и изо рта шла пена! Мы вызывали скорую. У тебя передоз! Только вчера, когда врачи сказали, что твоей жизни ничего не угрожает, Они под мою ответственность разрешили забрать тебя! Ты говоришь «Успокойся?!» Всё Мэйк, поговорим дома, меня не отпустят, я все эти дни не выходила на работу.  — Прости…  — Милый, ты можешь мне в любое время! Пока.  — Пока…        Полежав 10 минут, я подумал: «Где Валера? Так долго в магазине?» Мне не стало лучше, а вскоре стошнило. Прополоскав тщательно рот, я лёг обратно в постель. Через несколько минут, я не по своей воле заснул.       Проснулся я от того, что почувствовал что-то мокрое коснувшееся моего лба. Я приоткрыл глаза, и увидел перед собой брата.  — Валера…  — Ну наконец-то очнулся! Я уже стал волноваться, что не поору на тебя за твоё поведение!  — Я только пришёл в себя, а ты уже читаешь мне морали! — Простонал я.  — О, Мэйк, когда ты окончательно поправишься, я тебе в задницу надеру!  — Валер! — В ужасе воскликнул я.  — Зачем мне поправляться, мне наоборот, худеть надо!  — О-о, а вот это уже интересно! Врач говорил про помутнение рассудка… Но не так же сильно…  — Ты про что?  — Ничего, мысли в слух. Ты маме звонил? — Не то спросил, не то утвердил брат.  — Да, а что?  — Ничего. Ладно, хватит болтовни, надо тебя кормить.  — Ага! — Радостно завизжал я. — А чем?  — Мэйк, надо будет тебя в больницу что ли свозить, может, смогут тебе мозг вправить, а то ведь таким и останешься! Хотя, вряд ли, ты и до передозы был немого того, — С ехидством в голосе сказал брат.  — Я сейчас в тебя подушку кину! — Прорычал я.  — О, узнаю своего брата.  — Три…  — Эй, ты чего?  — Два…  — Мэйк… Не кидай!  — Один!       Она попала прямо в лицо!  — Ну, всё, мелкий, мне уже всё равно! Ты. Испортил. Мою. Причёску!       Я думал, что он сейчас защекочет, или выльет на меня что-нибудь, или скинет с кровать, или ударит в конце концов, но он… Сел рядом со мной на кровати и поцеловал меня! Я стал отвечать немного грубо, показывая, как я скучал. Через несколько минут в лёгких закончился кислород, и я отстранился.  — Мэйк, я так скучал, так боялся! — Брат обнял меня. — Я так боялся, что врачи не успеют откачать… Что я не смогу увидеть твою улыбку, утонуть в твоих, так удивительно похожих на мои, глаза, не услышать твой смех. Я боялся, что больше никогда не смогу обозвать тебя оболтусом, не подраться с тобой, что не услышу то, как ты отвечаешь на мои шутки и издевательства. Не поцелую, не почувствую вкус твоих губ, не увижу в твоих глазах возбуждение и желание… Я так боялся… — По его щекам потекли слёзы.  — Валер, прошу, не плачь! Я жив, я с тобой! Я бы никогда не смог оставить тебя… Я обещаю, я буду рядом… Что бы ни случилось… Я обещаю!  — Но ведь ты не думаешь, что останешься без наказания? Нет, не в этой жизни!  — Валер! — Шикнул я на него. — Не порть момент!       Брат захихикал. Я шлёпнул его по заднице.       Не знаю сколько мы так просидели, но, видимо, я заснул… Я открыл глаза, и побежал в ванную, меня тошнило. Я промыл рот, и спустился на кухню.  — Валер, почему я так много сплю и меня до сих пор тошнит?  — Поздравляю, Мэйк, у вас будет ребёнок!  — Валера! — Возмущенно воскликнул я.  — Да, ладно, я шучу! Просто у твоего организма депрессия!  — Но я ведь ничего не ел…  — И что? — Перебил меня брат. — Кстати, я так тебя и не накормил! Бегом мыть руки и иди ложись в кровать, я тебе сейчас принесу.  — Ага.       Как и сказала сделать брат, я помыл руки и пошел в комнату. Лёг на кровать. Через пять минут пришёл Валера с подносом в руках. На подносе была… Овсяная каша! Фу!  — Валера, ничего нет другого?  — Нет, тебе нужно есть именно каши.  — Валера, если ты в свои 18 не знал, я тебя просвещу! Кроме овсяной, есть и рисовые, гречневые, и ещё много других каш!  — Мэйк, если ты не будешь есть эту кашу, то я просто запихну её в твой рот вместе с тарелкой!  — Ладно, давай эту гадость, — Буркнул я. Валера самодовольно улыбнулся.  — Скоро мама придёт.  — Я знаю.       С горем пополам я съел эту мерзость, и запил её чаем.  — Валер, пойдём посмотрим фильм?  — А у тебя голова не болит?  — Нет.  — Тогда пошли.       Через пять минут брат принес ноутбук, и мы начали смотреть фильм.       Как только закончился фильм, с работы пришла мама… Скандал… Сильный скандал… Господи, я понял как я виноват, ну пожалуйста, пусть она отстанет от меня! Да, ты услышал мои молитвы! А теперь спать!       Через несколько дней я уже ходил в школу.       Так и пролетела неделя: Тяжёлый подъём, школа, дом, уроки, сон. Но на выходных родители ехали к знакомым на День Рождение в другой город, и мы с Валерой остались одни…        Меня разбудил сильный шлепок по заднице.  — Ты идиот?! — Я даже с кровати выпрыгнул!  — Ну и ты встал!  — Ты знаешь, что человеку нельзя резко вставать?  — Дай подумать, да, знаю. Но на тебя это не распространяется!  — Это ещё почему?  — Вот сегодня вечером узнаёшь, — Он подошёл ко мне. — Сегодня ты не отделаешься! — прошипел он. И вышел из комнаты.       После моего пробуждения, я спустился на кухню, и нашёл записку, он написал:  — «Мэйк, завтрак на столе. Я ушёл по делам. P.S. Посмотри на последок на свою попку без красного оттенка, думаю, он ещё не скоро сойдёт после сегодняшнего вечера… Можешь начинать бояться. До вечера. Валера.»       Мда…        Целый день я скитался по дому, не зная чем себя занять. Было так до жути скучно, что у меня промелькнула мысль посмотреть на свой зад. Но я быстро отогнал её. Я извращенец!        Кое-как досидев до 21:03, я решил просто посидеть на диване. И заняться самокопанием. Но мне не дали даже это начать, потому что пришёл брат…  — Мэйк, помнишь, я тебе говорил о наказании? — Без приветствия спросил брат.  — Да, — Я сглотнул.  — Иди в нашу комнату.       Дежавю какое-то! Я раздевшись лёг на кровать. И стал ждать.  — О, ты читаешь мои мысли?  — Нет, я просто понял каким будет твоё наказание.  — Ха, нет, милый, сегодня всё серьёзнее! — Брат сказал с какой-то сталью в голосе и разделся. Валера подошёл к своей сумке, и достал из неё… Плётку.  — Валер?  — Молчи! — Приказал брат. — На колени!       Я решил, что спорить с ним бесполезно, и, сменившись со своей участью, сделал как он сказал… Первый удар был не сильный, поэтому я даже не пискнул… Но понимал — это только начало…  — Ты — несносный мальчишка! — Второй удар. — Я тебе что говорил? — Третий удар. — Но нет, мы же не хотим слушать старших! — Удар. Вдруг, он остановился.  — Оу, Мэйки, ты — мазохист? — Да, у меня встал. И что с того? — Чего молчишь? Отвечай! — Удар.  — Да… ах… — Против моей воли у меня вырвался стон.  — Ну, и что же с тобой сделать? — Он провёл плетью по моей спине. — Ну так что?  — Люби. Корми. И никогда не бросай!  — Ха, я это и делал, вот распустил тебя…    — Так исправляй! — Я стал на четвереньки, и раздвинул половинки попы руками.  — Знаешь, ты малолетняя шлюха!  — Я знаю, Лерик, так сделай так, что бы я был таким только с тобой!       Я услышал звериный рык брата, он убрал мои руки, и вставил смазанный любриконатом палец в отверстие. Я простонал. Валера, не давая мне привыкнуть вставил ещё два пальца, я вскрикнул от боли. Но эта боль, заводила ещё больше.  — Ещё… Глубже… Быстрее… — Кричал я. Когда пальцы задели простату, я закричал от наслаждения и кончил себе на живот.  — Так быстро? А я хотел тебя ещё помучить! Ну, что будешь меня слушать?  — Да.  — Хороший мальчик! — Валера повернул меня к себе лицом, и я столкнулся носом с его членом, который сочился смазкой, и требовал разрядки.  — Надеюсь, ты понимаешь, что нужно делать?  — Разумеется, — Я пошло улыбнулся.        Я взял в рот головку, и стал её посасывать, позже взял глубже, на половину. Я обводил языком каждую венку. Я расслабил горло и поменял наклон головы. Головка упиралась мне в гланды, но я не обращая на это внимание. Я стал активно двигать головой, не забывая работать языком. Валера кончил мне в рот, вскрикивая моё имя. Я не отстранился и я пошлым причмоками стал глотать сперму.  — Валер, запомни, я — твоя, и только твоя шлюха!  — Не волнуйся, я это запомню! — Он провёл языком по нижней губе. Я встал на против него. — Надеюсь, ты усвоил, что меня нужно слушать?  — Да, — Ответил я и поцеловал брата. —  Да, Валер, я буду тебя слушаться, ведь я — только твой!

***

      На моё удивление я проснулся раньше брата. На часах было 9:26, и я решил разбудить Валеру, скину, ну, а как разбудить, просто скинуть. Как только брат оказался на полу, я услышал визг:  — Ты придурок?  — Это моя месть!  — За что?  — За мои предыдущие пробуждения, теперь почувствуй, как это «летать по утрам»!  — Мелкий, что уже зад не болит. Сейчас устрою!  — Не надо!  — Надо! Мэйк, ты же лучше меня не провоцируй! Я тебе вчера ещё пожалел!  — У меня она, между прочим, болит!  — И правильно делает! — Сказала он и хлопнул меня по заду.  — Ай! Больно!  — Поверь, в следующий раз одним «Больно» не отделаешься!.  — Я есть хочу! — Прохныкал я.  — Ну, и в чём проблема?  — Ну, я есть хочу, а ты ещё здесь!  — А где должен быть? — Вот идиот!  — Конечно на кухне!  — Подожди, ты намекаешь на то, что я должен тебя накормить?  — Я не намекаю, а говорю прямым текстом!  — Моя задница требуёт компенсации за принесённый ей вред!  — А ещё она ничего не требует?  — Ну, ведь ты ей не купишь дом на Гавайях?  — А она не обнаглела? Или ты страх потерял, или бегать научился? Откуда в тебе столько наглости?  — Я бы тебе сказал, но лимит вопросов на сегодняшнее утро закончен! Знаешь, Мэйк, иногда, я жалею, что за убийство дают срок.  — Ты хочешь меня убить? Ха, в очередь, Бэйби.  — Что?! Как ты меня назвал?! Ну всё, сучёныш, ты мне за сегодняшнее утро затрахал весь мозг!  — Не ругайся матом! А то маме расскажу!  — Противный, мерзкий мальчишка!  — Но ведь ты меня любишь таким!  — Любовь — зла, полюбишь и козла!  — Что?! Ты сильно борзый?  — Подожди, я понял. Ты хочешь ещё порки. Что понравилось?  — Очень, — Прошептал я и залился краской.  — Ха, Мэйки, можешь не волноваться, я тебе устрою, а причину найду, не сомневайся!  — Кто же сомневается?  — Ты ведь любого в асфальт закатаешь.  — Вот и умничка. А теперь — завтрак!  — Ну, иди готовь! — Начал возмущаться я.  — Ещё слово, и я окуну твою голову в стиральную машинку, и поставлю режим полоскания! Может, мозги промоет?  — Я могу обидеться!  — Ну, вперёд! Я на это посмотрю!  — Бойкот! — Крикнул я и пошёл на кухню. Яичница ждёт!       Я молчу разогрел сковородку, налил масло, разбил яйцо. Мда, полуподгоревшая яичница на завтрак-залог дерьмового дня! После «завтрака», вы не поверите… Я пошёл делать уроки!       Я сел за письменный стол, достал учебники. Блин, интересно, что там делает Валера. Я тихонько спустился в гостиную. Брат сидел перед теликом и смотрел какой-то фильм.  — Хватит дуться, иди ко мне, — Заметил. Я лишь гордо хмыкнул и молча удалился. — Истеричка! — Услышал я в ответ.        Через полтора часа я сделал все уроки, кроме алгебры. Я, наверное, минут 10 сидел гипнотизируя книгу взглядом. Плюнув на неё, я решил пройтись. Я положил телефон с наушниками в карман штанов и одел клетчатую толстовку. Я хотел уйти не замеченным, но нет! У меня же всё через задницу!  — Ты куда?       Я набрал в телефоне «Тебя это не касается» и отдал брату.  — Ну всё, ты меня достал, я понимаю, у тебя переходный возраст, ПМС, и истеричный характер, но я не понимаю, почему ты так себя ведешь! Объяснишь?!  — Не понимаешь?! — Закричал я. — Скажи, зачем ты согласился встречаться со мной?! Из жалости?! Зачем давал ложные надежды?! Я хочу любви, а ты просто делаешь мне одолжение! Мне надоело ждать, — Выкрикнул я, и направился в свою комнату. Закрыл на ключ. Весь остаток дня я лежал на кровати и глотал слёзы, не слушая угроз брата про выламывания двери, просьбы ничего с собой не делать, дать время… Достало! Я не заметил как заснул…