Начало нового мира.

• • •

      Где-то в двадцать минут двенадцатого к нам постучался Игорь. И только он зашёл в дом, мама его тут же начала тискать и спрашивать, как он поживает. Тот радостно отвечал на вопросы. За разговорами мы и не заметили, как уже спустили все вещи к машине. Всё запихали в багажник и сели по местам: я с мамой впереди, а Гар сзади. Всю дорогу мама расспрашивала у Игоря о новом "друге", так как я ей ничего рассказывать не стал. Он отвечал размыто и на некоторые вопросы не знал, что ответить — мы с ним знакомы от силы дня три и то в школе не общаемся по понятным причинам.       — Мам, может, ты у самого Димы всё спросишь? — раздражённо попросил я.       — А мне уже и спросить нельзя? Может, я хочу узнать, что о нём думают другие? — надув губы, сказала она. Мама иногда ведёт себя как ребёнок, ей-богу. Даже Игорь прыснул от её реакции. Но после этого она уже ничего не спрашивала.       Мы доехали относительно быстро и уже без пятнадцати были возле нужного дома. Я сразу позвонил Диме. Он сказал, что через минуту будет. Поэтому я попросил маму открыть багажник и вышел встретить нового компаньона. Тот достаточно быстро спустился. У него с собой была только небольшая чёрная спортивная сумка. А сам он был одет в синий спортивный костюм, который, если присмотреться, и выглядел потёртым, но по сравнению с нашими — зелёным Игоревым, розовым маминым и моим серым, — будто только с магазина.       Мы сели в машину. Дима со всеми поздоровался. А когда мама посмотрела на него, то, мне кажется, я увидел, как у неё загораются глаза. «Ну всё, приплыли…» — подумалось мне. Теперь она точно от него не отстанет — любит человек красивых людей, что тут поделать.       — Значит, ты — Дима, — утвердительно проговорила мама, выезжая на главную дорогу, — новенький, правильно? И как тебе новая школа? Смог приспособиться?       «Ага, приспособился. Это он всех приспособил к себе. Как будто это не он в новую школу пришёл, а школа пришла к нему, построилась вокруг.» — раздражённо подумал я.       — Да. Особенно спасибо Андрею с Игорем за то, что помогли, — если б я пил в этот момент, то точно подавился. Посмотрел на Гара, в его глазах читалось непонимание, хотя он старался улыбаться. Нет, я, конечно, понимаю, мы с ним сходили в кино, к нему в гости, вот — пригласили в поездку, но в школе мы не разговаривали от слова "совсем". И ладно бы он перевёлся из другого города, но он, вроде бы, отсюда… Не знаю какие заморочки в его голове, но допустим.       Эти же двое, не замечая нашего ступора, продолжали беседовать:       — А как вы познакомились с Андреем? — что за странная формулировка? Обычно так спрашивают родители при знакомстве с парнем дочери. Можно же было это перефразировать. Например, «Как вы начали общаться?» или «Как вы подружились?».       «Стоп, почему я думаю об этом?» — мысленно спросил я себя, встряхнув головой, чтобы вылетели дурные мысли.       — В школе мы учимся в одном классе. Пару дней назад они с Игорем собирались пойти в кино и решили пригласить меня. Ну, я и согласился, — в этот момент мама посмотрела на меня и на её лице читалось удивление вселенского масштаба. Я только пожал плечами, не говорить же, что это Гар меня подбил на это, чтоб в игру поиграть.       Дальше мама продолжила расспрашивать его ещё усердней — что же в нём такого, раз я решил пригласить. Не удивлюсь, если она так и думала.       По хорошей дороге мы ехали примерно полтора часа. Потом нам пришлось съехать с неё, так как она проходит через лес и ведёт в горы, в небольшую деревушку. Так по бездорожью мы проехали ещё где-то минут тридцать и остановились. Хорошо, что ещё у нас внедорожник.       — Так, все выходим и берём свои вещи. Дальше пешком — машина не пройдёт, — скомандовал мама.       Сказано — сделано. Все вышли из автомобиля, взяли вещи и пошли вглубь леса. И так мы ещё пиликали минут двадцать, пока не увидела знакомую полянку.       — Наконец-то добрались! — прокричали мы с Гаром и скинули вещи на поляну. Потом сорвались с места и кинулись к реке. А около оного разделись — мы уже были в плавках, — и быстро нырнули в воду, только вот незадача — мелковато уже для нас, примерно по колено, может, где-то чуть выше. Однако это нам ничуть не помешает повеселиться. И на улице было достаточно тепло, чтобы искупаться, но не на столько, чтобы париться в спортивке с длинными рукавами и штанами. А вот водичка была прохладной, благо ветра в лесу почти нет, а то зуб на зуб не попадал, когда из воды выходили бы.       — Ну, что вы как дети малые! Надо сначала вещи разложить! А ну, быстро из воды! — кричала нам мама, пока они с Димой перетаскивали вещи поближе к берегу.       Делать нечего, пришлось вылазить из воды. Помогать, конечно, нужно, но ведь это можно было и потом сделать. И с лицами великомучеников мы с Игорьком подошли к сумкам, достали полотенца и стали вытираться. Через пару минут почти сухие мы стали помогать: расстелили коврики и положили на образовавшуюся лежанку сумки с остальными вещами; поставили палатку; достали и надули мяч; после этого я пошёл искать камни, чтобы сделать что-то на подобии мангала и ветки с сухими листьями для разведения огня. В этот трудоёмкий процесс перетаскивания булыжников подключились и Дима с Игорем. А в это время мама расчистила место рядом с нашим мини-лагерем от травы. Из найденных камней мы выложили круг примерно в полметра диаметром и сантиметров двадцать в высоту, чтобы ничего не спалить. Дальше делом уже занялась мама. А мы с Гаром ушли дальше купаться, захватив с собой мяч. К нам присоединился и Дима, после того как переоделся. У него и правда подкачанное тело, даже есть кубики пресса. Если в начале я мог судить только на глаз — из-за школьной формы было не всё однозначно, — и по достижениям на физ-ре, то сейчас ошибиться невозможно.       Пообщавшись немного, мы решили поиграть во что-то на подобии волейбола — встали в круг, если это можно так назвать, ведь из трёх человек может получиться только треугольник; бросали мяч и отбивали его. Только мы установили правило: у кого мяч упадет в воду, тот будет разбирать "мангал" единолично. Понятное дело, что никто не хотел проигрывать и один таскать тяжёлые булыжники. Поэтому борьба проходила ожесточено, никто и не думал сдавать позиции. Каждый пару-тройку раз уже свалился в воду, но быстро поднимался и снова бил по мячу. Это продолжалось минут тридцать и могло продолжаться ещё дольше, поэтому я решил кое-что провернуть, пока не выдохся и не проиграл.       Я посмотрел на Игоря и подмигнул, а потом глазами показал на Диму. Друг сразу понял мои намерения и согласно кивнул. В это время мяч летел к Диме. Тот его удачно отбил и направил к Игорю. Последний же сделал пару шагов вперёд, поднял руки и сделал верхний приём. Мяч полетел в мою сторону прямо в руки. Я отдал пас Гару, однако в этот раз мяч находился чуть выше. И как только оный долетел до нужной другу высоты, Игорь подпрыгнул и ударил правой ладонью со всей силы. Мяч полетел к Диме, и тот попытался принять его, но ничего не получилось. Мячик больно ударился о предплечья — судя по звуку удара, — и отскочил в сторону, а Дима по инерции свалился в воду. Игра окончена. Проигравший — Дима.       — Ю-ху! — прокричали мы с Игорьком, подбежали друг к другу и дали пять двумя руками, — Победа!       — Хах. В следующий раз я вам не проиграю, — уверенно сказал Дима поднимаясь на ноги и подходя к нам.       — Это мы ещё посмотрим! — воинственно возразил Игорь, смотря прямо в глаза оппоненту. Я только прыснул в кулак от такой серьёзности.       — Ладно вам, ещё успеете поиграть в гляделки, — решил прервать их затянувшийся матч, — Думаю, нам уже пора вылезать из воды. Эй! — крикнул я погромче, чтоб наконец они обратили на меня внимание. А эти двое как будто очнулись от транса и удивлённо посмотрели на меня. И что это с ними? — Говорю: вылезать надо. Уже скоро еда будет готова, — показал большим пальцем правой руки себе за спину. Они согласно кивнули, я развернулся, и мы пошли на берег.       Со стороны нашего мини-лагеря уже вкусно пахло едой, у меня аж слюнки потекли. Я быстро вышел из воды и направился к нашему месту. Нашёл полотенце, вытерся и подошёл к маме, которая уже во всю накрывала на стол, попутно переворачивая мясо на костре.       — Тебе помочь? — решил узнать у неё. Она оторвала взгляд от костра и внимательно осмотрела меня с головы до ног. Её взгляд остановился на мокрых плавках. Она нахмурилась и посмотрела на двух парней, которые в этот момент вытирались своими полотенцами. Они почувствовали на себе мамин взгляд и повернулись к нам лицом. Мама поцокала и приказным тоном сказал нам троим:       — Возьмите свои трусы и остальную одежду и мигом переодеваться, пока я вас не отшлёпала. А то еще заболеете и что мне прикажете с вами делать? А ну, марш!       Мы с Гаром вздрогнули, быстро собрали вещи всех троих и утащили с собой ничего не понимающего Диму. Тот ещё не знает, что если мама сказал что-то сделать таким тоном, при этом пригрозив, то лучше сделать это сразу и чем быстрее, тем лучше. Хоть моя мама в основном и сущий ангел, ведущий себя иногда как ребёнок, однако когда она недовольна и, что ещё хуже, зла, надо делать всё, чтобы она не сказала. Даже отец в такое время ничего наперекор ей не говорил. А невыполнимого она не просит. Вот и остаётся просто сделать и не возражать. Ведь от недовольства до злости и от злости до гнева один шаг, на который лучше не толкать.       И вот, нам пришлось уйти за большой камень в метрах десяти от лагеря. Диме же объяснили что к чему, когда шли. Тот был понятливым и сразу сообразил. Мы положили вещи на небольшой камень и начали переодеваться. Когда я снял мокрые плавки и стал их выжимать, ощутил на себе заинтересованный взгляд. Стараясь быть более незаметным, посмотрел на других парней: Игорь уже одевает штаны, а Дима стоит в футболке и плавках и разглядывает меня с ног до головы, медленно поднимая взгляд. Я решил поспешить, поэтому быстро убрал ненужную вещь и одел трусы, чувствуя, как немного покраснели кончики ушей.       «И что ты так на меня смотришь? Я тебе не девушка, чтоб так разглядывать!» — мысленно накричал на него. Вслух я не решил это сказал, так как это смущает ещё больше и лучше просто проигнорировать.       Когда я стал натягивать штаны, Дима перестал меня разглядывать. Аллилуйя. И спустя пару минут мы закончили переодевание, вернулись к лагерю и повесили плавки сушиться на палатку.       — Вот так-то лучше, — кивнув, сказала мама, — Можете садиться, еда уже готова, — ставя большое блюдо с приготовленной на костре едой на середину расстеленных ковриков, она тепло улыбнулась.       Еда замечательно пахла и уставший от игр организм стал подавать знаки того, что он совсем не против съесть всё, что здесь находится. И хорошо, что мама не слишком впечатлительная, так как три оголодавших парня, которые набросились на еду, как только её увидели, это то ещё зрелище. Тем более, что мы на природе, и никого не смущал тот факт, что мы едим голыми руками. Думаю, в других условиях мы бы себя сдерживали. А так… Надеюсь, маме что-нибудь досталось, потому что мы всё съели и даже не заметили. Да уж.       И вот после еды мы все прибрались и легли отдохнуть, решив, что можно посуду помыть и попозже. А вместо подушек подложили под голову сумки с вещами. И так пролежали минут десять, пока Дима не вспомнил что-то и не стал рыться в своей сумке. Мы втроём стали с любопытством следить за его действиями. Через минуту поисков он вытащил маленькую черную коробочку.       — Я принёс с собой мелки для рисования на земле. Тут много больших камней. Может, порисуем? — сделал предложение он.       Я закрыл глаза сразу после того, как Дима рассказал о мелках. Дело в том, что моя мама очень любит рисовать. И когда мы выезжали на природу к нашему домику, она доставала из шкафчика альбом и карандаши, иногда акварель и рисовала, пока мы с папой или Игорьком куда-нибудь уходили. Её картины и сейчас украшают нашу квартиру. Но после всего мама перестала рисовать, не знаю почему, у неё свои причины так поступать. И вот перед ней то, что она потеряла. Я не знаю, как она себя поведёт. Остаётся ждать.       — Ох, это же чудесно! Я так давно не рисовала! — в чувствах сказала мама. А я выдохнул спокойно — только сейчас понял, что задержал дыхание.       — Диана Германовна, я и не знал, что вы умеете рисовать, — удивился Дима.       — Боже, называй меня, как и Игорь — просто Диана. И да, я умею рисовать. — встав и высоко подняв голову, гордо сказала она. — Так что давай мелки, вставайте и идёмте вершить искусство! — взяв из рук Димы коробку, она направилась к большой скале с достаточно ровной поверхностью.       Мы встали и пошли следом. У скалы каждый выбрал место: я залез повыше, мама осталась внизу, Игорь выбрал местечко ближе к реке, а Дима также забрался на камень, но чуть ниже. Все стали размышлять о своём будущем рисунке. А мелки разделили на несколько частей, и у каждого были они всех цветов. Первой отмерла мама. Она стала наносить контуры своей картины разными цветами. Следом начал рисовать Дима, после Игорь и последним я. В этом виде искусства я всегда был плох. Надеюсь, хоть в этот раз выйдет что-то путное.