Параллель

Перевозка в Сидонию началась с рассветом – они должны закончить бои до темноты, ведь с сумерками начнут выбираться твари покрупнее. Амида расположилась во временном командном центре – проверяла жизненные показатели и синхронизацию пилотов, рядом Джульетта переговаривалась с орбитальными стрелками – ей досталась ювелирная работа по доводке наведения орбитальных ударов. — Кимарис на позиции, — Назе следил за тем, как выстраиваются машины, лично координируя перемещения, — Барбатос, сдать назад, не торопитесь, не расходуйте топливо. Пилоты впервые видели те самые Пирамиды и Сфинкса так близко – действительно, похожи на тех из книг, земные сооружения почти никто из них не видел. Но долго любоваться им не дали, ревозавры появились из скал и… потекли. Это был непрерывный поток ревозавров среднего размера, но сколько их было! Они заполнили равнину, вызывая панику у большинства пилотов. — Не отступать! Прорваться, — Назе сжал кулаки – отступать некуда, тут нет даже стен базы, он велел только быть готовым пилотам франксов-эвакуаторов и готовить реанимацию. Сейчас мало кто верил в богов, но Назе решил помолиться, и, кажется, это делал даже Рустал. «Вернитесь домой, пожалуйста, живыми». Орга беспокоился: чем дольше длилась битва, тем сильнее и Мика, и Барбатос проявляли звериные повадки. Оружия почти не требовалось, он мог и так разорвать противника, словно предугадывая действия ревозавров. — Мика… — Орга снова позвал его, заслышав агрессивное рычание партнера. Не отозвавшись, Микадзуки кинулся на врага, тот размером был с их франкс, и вцепился в него; экраны снова окрасились в синий, цвет их крови, до ушей донесся полный ярости и агонии рев. Орга покосился на мониторы, рядом горела отметка Баэля – Исуруги и МакГиллис прикрывали их, сметая тех, кто мог бы подобраться. — Туда… — вырвалось у Мики, и он потянул Барбатоса вперед. — Что там, Мика? — Орга врубил сканеры во всех возможных спектрах. — Они зовут меня, Орга. Они не успевали, сражение длилось уже двенадцать часов – их дозаправляли и снова кидали в бой, из строя один за другим выходили машины Турбин. Рю Сей-го занял место и попытался вогнать в землю стопперы – но не вышло, словно под песком стальной лист… только вот сталь они бы пробили. Нужно было срочно убираться отсюда, стрелять без опоры было невозможно, а уже смеркалось. — Тут что-то странное в земле! — Шино дрался насмерть со здоровенным Мохо, пытавшимся откусить им запасной бак, пришлось с ним расстаться и подорвать бак в пасти у твари. Взрыв разметал песок, открывая голубые прожилки, в которых узнавалась броня ревозавра. — Отступайте к холму, и немедленно, не попадитесь Барбатосу! — Назе панически смотрел на экраны, где показатели экипажа Барбатоса стремились к нечеловеческим: машина, недавно оснащенная хвостом, беспощадно рвала все, до чего могла дотянуться, и словно не расходовала топливо – что, демоны его забери, поглощал это франкс?! Барбатос, метавшийся сначала как бешеный, вдруг направился ровно туда, где только что был Шино, но не успел – затрещали скалы, начала лопаться поверхность, падая в бездну синими осколками – со дна поднималось ЭТО! Ревозавр размером с город, колоссальная тварь с бесчисленными лапами просто могла подавить франксы одной массой… Все срочно отступали, но проблема была в оставшихся Мохо, они снова начали атаку! Большой Леман двигался в сторону топливовозов, сейчас беззащитных, а за ними временный штаб… … Алый франкс отбросило в сторону сильным ударом: будучи снайперским типажом, Рю Сей-Го был менее бронирован, чем прочие модели. Пролетев около сотни метров, франкс ударился обо что-то еще и просто чудом не перевернулся. Ямаги все сильнее цеплялся за ложемент, иначе бы его точно приложило обо что-нибудь в кабине. Будучи все еще в синхроне, Ямаги кое-как удержал франкс, системы тут же вывесили предупреждения о состоянии машины. Ничего, главное, что они оба живы… — Шино? — позвал Ямаги, осторожно сползая с ложемента, но ответа ему не последовало. — Шино! — Юджин! — Райд пробовал связаться с остальными, но в эфире была тишина. — Ребята не отвечают! — Плохо дело! — Юджин выругался: они тут, по сути, остались одни, и раз молчат по связи, значит – что-то случилось. — Слева два ревозавра, — Райд их заметил первыми. — Вперед, — Юджин проверил, сколько у них осталось оружия. — Надеюсь, Орга и Мика нашли это чертово ядро. Барбатос падал, Орга дергал рукояти, но ни Мика, ни франкс не отзывались. Мика очнулся резко, когтистые лапы ухватились за провода, он вскрикнул, дернув плечами; Орга делал все, чтобы удержать их в этом положении. — Одни мы с ним не справимся, — Мика сейчас чуял рядом что-то такое знакомое, да, именно это его и звало. Тут не было абсолютно темно, свет лился от хорошо узнаваемых желтых прожилок окаменевшего топлива, прекрасно было видно, что под ними все кишело Конрадами. — Да, а это похоже на город, смотри, там выступ, допрыгнешь? Попробуем позвать кого-нибудь? Допрыгнул Барбатос легко, но на него обрушились захваты и какая-то жидкость, пусть и не агрессивная по составу, она пыталась просочиться в кабину длинным щупальцам ревозавра. Мика снова ощутил зов и то, как болят рожки на голове, зарычав, со всей силы вонзил клыки в лезущие к Орге щупальца, и те почему-то разом убрались из кабины… Бой был изматывающим; Кимарис, тяжелый и мощный франкс, был поставлен как последняя линия обороны, но и до него добрались ревозавры. Большинство некрупных пали еще на подступах, но вот Мохо прорвались; копье настигало их одного за другим, Эйн исходил потом, Гаэлио ощущал, что ему все тяжелее делать точные движения. — Нам нужна поддержка! Даже у него плыло сознание, мир окрасился в синий, в цвет проклятой крови врага, кажется, экран снова и снова обливало, закрывая обзор. Связь хрипела, но он с трудом разобрал – подмоги не будет, на этом участке они остались совершенно одни. Все, кто был на линии, или были ранены, или кончилось топливо, или франкс повредили до полной непригодности. Гаэлио не знал, за счет чего они держаться, но что-то… чей-то голос… не давал остановиться, упасть от усталости, хотя глаза просто слипались. — У нас дополнительный бак почти пуст, — Эйн было потянулся к кнопке катапульты – он и один сможет закончить, Гаэлио не выдерживает уже! — Не смей, вместе, до конца! — Гаэлио встрепенулся и налег на управление. — Их осталось всего ничего! Ничего… машину сдавил в гигантских челюстях выбравшийся из-под земли Гуттенберг. Эйн вскрикнул и вывернулся с ложемента, кабина трещала по швам, нужно что-то делать! Гаэлио был в ступоре, его обуял ужас близкой смерти. Франкс оказался в пасти, зажатый за кабину, Эйн видел каждый клык и нутро, даже ядро было близко. Но только вот топлива и сил у них почти не осталось. — Гаэлио, нет! — Эйн кинулся к нему, надеясь хоть как-то закрыть с собой, и франкс все еще реагировал на него, пытался добраться до ядра твари – последний бросок копья, но прежде ,чем оно достигло ядра, кабина Кимариса лопнула, словно спелый плод, изливаясь топливом. Ревозавр пал, но растерзанный франкс неподвижно свисал из остова пасти. Гаэлио чувствовал что-то горячее, кровь заливала глаза – он, несомненно, был жив, пусть тело раздирала адская боль. «Эйн…» – из горла вырвался только булькающий звук, он пытался дотянуться вслепую до любимого – чувствовал, что тот еще дышит. — Эйн? Зачем ты помог мне?! — Я потерял веру в себя... Но ты... ты помог мне взлететь... Я не брошу тебя умирать… — прохрипел Эйн где-то впереди. Но дотянуться Гаэлио так и не смог, только снова рухнул в горячую жижу, дурно пахнущую кровью. «Сколько крови… Эйн…» – сознание угасло окончательно. Связи не было, Назе не знал, что делать – на них наступал Леман, у Барбатоса сначала упали показатели пилотов, а после и сам он пропал с экранов! Сейчас с Леманом пытался справиться Баэль, а Мохо истреблял Кимарис. Орбитальный огонь в такой свалке вести было рискованно, но промахнуться мимо Лемана было невозможно — Пробейте ему шкуру, а Баэль добьет, скорее! — Джульетта пыталась хоть как-то через помехи заставить все франксы убраться из зоны атаки. Она прекрасно понимала, что большинство из них ее не слышит, что у некоторых кончилось топливо, а выбираться из кабины подобно смерти. Оставалась только надежда на опыт стрелков и медлительность твари. Удар, другой, несколько франксов отбросило взрывной волной, Иок… он метнулся на врага, Акихиро еле его удержал и, видя, что с неба Лемана атакуют, принудительно отключил Иока – иначе бы его опалило жаром, а такое никто не выдержит, однако сам же и пострадал от удара: пестики были более защищены, чем они. Фарид и Исуруги готовились взлетать, теперь стало ясно, что ярко светящиеся рожки ему тогда не показались – вот он, результат стопроцентной синхронизации. — Добиваем, любимый! — они, продираясь сквозь обнаженное нутро ревозавра, вогнали меч в ядро, но на этом тварь не остановилась, ядер было несколько! Им пришлось кромсать плоть, как мясникам, чтобы суметь наконец уничтожить последнее; казалось, сам Баэль сейчас, огненный снаружи, прожигал врага. — Кимарис, нет! — крик Амиды, не закрывшей канал связи, был слышен всем. — Отступаем! – Рустал не выдержал, они потеряли слишком много франксов и пилотов, чтобы продолжать. Иок очнулся, кабина горела красным, на полу была кровь – похоже, тычинка пострадал, спасая его, вот идиот. — Я сам нас вытащу, эй, грайз, ты же меня послушаешь… — Иок бешено сверкнул глазами, и машина захватила его; искалеченный грайз упрямо пополз к точке сбора, и выглядел он жутко из-за полутрансформации в берсерк… Баэль проигнорировал приказ, он кинулся к Кимарису – это было жуткое зрелище, но он, разрывая обшивку, смог аккуратно достать обломки кабины: Гаэлио лежал отброшенный к одной из стен, а вот Эйна пережало перекореженным бортом. Фарида трясло, Исуруги всхлипывал, но они смогли доставить обломки к месту сбора – врачи позаботятся. — Баэль, возвращайтесь! — Назе и Рустал пытались их осадить, но франкс сбросил пустой запасной бак и прицепил полный. — Я иду за Барбатосом, наши товарищи не должны погибнуть зря! Возможно, Орга и Микадзуки еще живы, и только способный к полету Баэль может их вытащить. — Стоять! Но когда Фарид слушал приказы? Исуруги всецело его поддерживал, пусть уже и задыхался, но он словно видел подсказки внутри системы: кто-то знал, как разделаться с врагом и выжить. … Микадзуки готовился спрыгнуть вниз, нет смысла стоять тут и экономить топливо – там впереди что-то есть, то самое, что так тщательно охраняли твари. Орга с опаской смотрел, как Мика облизывает с губ синюю кровь – хорошо, что сработало аварийное перекрытие всех технических отверстий, и теперь к ним никто не мог проникнуть, но и дышать было тяжело. — Барбатос! — к ним медленно спускался Баэль. — Мы целы, и кажется, там впереди наша цель. — Значит, идем туда, я не уйду, пока не отомщу! — синие полосы на Баэле опасно сменились на алый, как у Барбатоса. Они вдвоем ворвались в толпу Конрадов, они не стремились их уничтожить, а прорывались вперед, туда, откуда лилось голубое сияние, и вот посреди озера из топлива они увидели… нет, это точно было не ядро… … В командном центре у Рустала прихватило сердце, Амида лично поставила ему капельницу и старалась не смотреть, какими стимуляторами закидывается муж. Пилотов Кимариса сейчас погрузили в криостаз – здесь им невозможно помочь, Акихиро на грани смерти, Ямаги сидел в коридоре, стискивая окровавленные бинты – к нему лучше было не подходить. Врачей не хватало, пилоты сами кое-как перетягивали раны и кололи лекарства, у очень многих были последствия слишком больших для человека нагрузок. — Они выберутся, просто нужно верить, они не из тех, кто просто так сдается. Уж скорее они без оружия сгрызут ревозавров, чем умрут там, — Назе смотрел на монитор, последние показатели совсем не обнадеживали, а под корой было невозможно следить за ними… … Франксы стояли перед раздутым, пульсирующим округлым телом, которое было чуть ли не больше Лемана, но у него не было ни лап, ни пушек, только тысячи щупалец, опущенных в озеро. Из него что-то все время текло, и на секунду показалось, что оттуда торчит остов франкса. — Не знаю, что это, но мы можем его взорвать! — Исуруги с отвращением смотрел на противное существо. — У нас тут целое озеро топлива! — поддержал его Орга, — но как бы нас не завалило… — Поставим таймер, а там вытащить вас – наша работа. Детонатор сделали из запасного бака Барбатоса, все равно пустой; пока Баэль отстреливался, Микадзуки отправил бак в полет поближе к твари. – Валим! – Баэль вцепился в Барбатоса, и оба активировали все движки, на предельной скорости покидая пещеру, а вот взлетать пришлось одному Баэлю; Микадзуки резко отключился, стоило прозвучать взрыву, но Исуруги их не выпустил. взрыв их из-за этого почти нагнал, но им удалось вырваться из расщелины и неуклюже рухнуть на краю. Так радостно Назе никогда не орал – пилоты живы, хоть показатели и низкие, и одно из гнезд тварей уничтожено! Боги, если есть на свете, помогли им. Однако большинству было не до радости победы, у реанимации упрямо дежурили брат Акихиро и Ямаги, врачи все еще боролись за их жизни.

***

Несколько дней спустя МакГиллис Фарид наблюдал за тем, как техники и инженеры ремонтируют франксы, пострадавшие в битве при Сидонии. После их возвращения не осталось ни одной целой машины: некоторые пострадали менее сильно, другие могли вернуться в строй только после очень долгого и тщательного ремонта. Отдельно, в дальней части ангара, лежали остатки Кимариса, и МакГиллис старался не смотреть в сторону искореженной фиолетовой брони. Пусть в Сидонии они оказались победителями, но цена была высокой, даже слишком, и неудивительно, что все население базы сейчас в подавленном виде: мрачная Амида каждый час связывается с медцентром Хриса, проверяя состояние девчонок и пилотов «Теккадана», Назе зарылся в документы, отчеты и прочее, готовясь к обширному совещанию Семи Звезд, на Джульетту легли обязанности следить за порядком, Мосса присматривал за оставшимися на базе пилотами, даже не лютуя, как обычно. Исуруги тоже занят, помогает Назе, пользуясь тем, что помнит об аналогичном гнездовье этих тварей на Земле. Как оказалось – там было отнюдь не ядро. Орга тихо подошел к Фариду, тот лишь покосился, молча кивнул и снова перевел взгляд на франксы. Баэль, которому требовалась лишь частичная замена брони на правой стороне корпуса, уже стоял рядом с Гримгердой, к Барбатосу же пока опасались подходить вообще: казалось, что этот демон вот-вот оживет и без пилотов внутри. — Как они? — спросил Орга. Он сам сегодня утром навещал ребят, оставшихся в медцентре Хриса, а вот Мику пришлось держать в медчасти базы, снова обкалывать успокоительными, чтобы не дать одичать еще больше. — Готовят к перевозке на Землю, в центральный госпиталь «Гьяллахорна», — ответил МакГиллис. — Пока врачи дают благоприятный прогноз для Гаэлио, но его спина… — Он справится, — произнес Орга. — Как и Эйн, в нем наша, железная кровь. Главное, чтобы оба были живы, пусть даже пилотировать никогда не смогут. МакГиллис кивнул, соглашаясь: для него важнее, чтобы брат был жив, как и его Эйн, пусть даже реабилитация затянется очень надолго, пусть даже если им больше не засиять во франксе. Они не заслужили погибать, черт, да этого никто не заслужил! — Акихиро идет на поправку, но он точно больше не вернется во франкс, — продолжил говорить Орга. — Берсерк с Иоком что-то сделал с ним, похоже, нагрузка была слишком велика. — Но самому Иоку это ничуть не повредило, — заметил МакГиллис, он видел сам Куджана, покидающего базу. — Он отказался пилотировать с кем-либо еще. — Дуракам везет чаще. Особенно влюбленным дуракам. Но знаешь, я ему благодарен, что он смог увезти оттуда франкс, иначе бы и его, и Акихиро это убило бы. — Ямаги пока остался там? — МакГиллис видел, как увозили в медцентр города Шино – и Ямаги не смогли отодрать от него. — Да, — кивнул Орга. — Караулит под дверью, медики уже даже перестали ругаться. Шино обещают выписать к концу недели. Девчонки уже полностью почти пришли в норму, нагло флиртуют с врачами. Назе еще сказал, что возможно, нам через несколько месяцев пришлют новобранцев. — Хоть что-то хорошее за последние дни, — сказал МакГиллис. — Мы не победили, Орга. — Не победили? — он нахмурился. — Но ведь та штука в подземном городе, мы смогли ее уничтожить. — Это не ядро, а инкубатор, — ответил МакГиллис. — Исуруги помнит такое гнездовье на Земле, это то образование, что создает ревозавров. Ядро спрятано где-то в другом месте. — Получается… все напрасно? — Орга сжал кулаки. — И ничего не закончилось? — Нет. Мы только лишили их возможности создавать новых тварей, но и то – возможно образование нового инкубатора, — МакГиллис помнил ночной разговор с Исуруги, когда жавшийся к нему Камайс шепотом пересказывал то, что мелькало в его воспоминаниях во время боя. — Мика говорил, что они зовут его, — вспомнил Орга. — Возможно, почуяли. Микадзуки все еще не успокоился? — Фарид видел, в каком состоянии был Мика, когда его вытащили из Барбатоса. — Сейчас ему лучше, гораздо. И теперь, пока не создан новый инкубатор, нам нужно найти ядро и перебить оставшихся ревозавров? — Да, — кивнул МакГиллис, Исуруги говорил ему точно такое же. — Они пока затаились, притихли, у нас есть время передохнуть и оправиться. Орга вздохнул: он надеялся, что наконец-то все закончилось, что им больше не придется сражаться, но похоже, у судьбы были другие планы на этот счет. — Вечером скажу об этом ребятам, — решил Орга. — Они должны знать, что мы сделали только первый шаг. — Разумно, — согласился Фарид. — Назе тоже знает, он готовит отчет для Семи Звезд. Замолчав, они оба смотрели на ремонтные работы над франксами. А вечером, в столовой, куда сползлись все, Орга рассказал о том, что выполнена лишь часть дела, теперь нужно искать второе гнездовье с ядром. Но вот как это сделать в кратчайшие сроки – не знал даже Исуруги, похоже, что тогда Агнике и остальным просто-напросто повезло. — Ты устал, хватит, — МакГиллис пришел за Исуруги, тот чуть ли не спал над картами… вообще не ясно, как их после того боя хватило мало того, что уползти до комнаты, так и, проспавшись, мешать спать соседям. Их никто не осудил – так выразилось их острое желание жить после того, как они выжили. МакГиллис тер спину, для него это была странная близость, когда Исуруги управлял им и делал, что хотел, а не наоборот. Исуруги сидел рядом с МакГиллисом, он совсем недавно закончил помогать Назе с анализом данных: датчики и камеры Баэля и Барбатоса смогли записать много ценной информации о подземном городе. Мосса вообще предлагал организовать туда экспедицию, чтобы посмотреть лично, на что ему намекнули – пусть сам туда и летит, никто не испытывал желания снова отправиться в Сидонию. «Теккадан» по-разному воспринял эту новость: кто-то злился, некоторые горели желанием отомстить ревозаврам за своих товарищей, пострадавших в битве. В итоге обсуждение в столовой затянулось глубоко за полночь, но ребята пришли к общему решению: нужно зализать раны, пока есть время для передышки, подготовить технику и искать, где может быть это чертово ядро. Орга прибился к Исуруги и Фариду – Мику пока ввели в сон, чтобы его истощенное тело отдохнуло. Исуруги тщетно пытался уговорить Фарида поесть – того тошнило, скорее всего сказалось перенапряжение, он фыркал на запахи и старался не отпускать руку партнера. — Нюх, наверное, обострился… — Орга притащил молоко; МакГиллис на чашку покосился, принюхался и все-таки выпил. — Что с нами все-таки будет, — Исуруги обнимал прижавшегося МакГиллиса, — когда закончится война? — Мы на ферму вернемся, там хватает работы, да еще рудник и куча разных дел. Главное, чтобы вдвоем, — Орга слизнул кровь со снова закровоточившей ранки на пальце: он подпиливал Мике рожки и порезался, потом еле отнял у партнера палец: тот стремился не то зализать, не то напиться крови. — А я, если ты не против, увезу тебя в поместье, — Фарид взял ладонь Исуруги и поцеловал пальцы. — Будем поддерживать мир политикой, а не оружием. Исуруги поднял взгляд и кивнул – ему важно, что война кончится, что дальше их ждет огромный мир; в этот момент ангар столовой затрясся – похоже, прибыл с орбиты транспортник для того, чтобы забрать обломки невосстановимых франксов и пилотов Кимариса. Фарид тяжело вздохнул, а Исуруги обнял его покрепче. — Они справятся. Через неделю. Центральный госпиталь Гьяллахорна, Земля. Рустал Элион прибыл в госпиталь сразу же после дневного совещания. Его сопровождал медик, передав Русталу планшет, где были самые последние данные о состоянии двух пациентов. — Майор Бодуин переведен в палату интенсивной терапии, но утром приходил в себя. Младший лейтенант Далтон сейчас находится в операционной. — Он как? — спросил Рустал. — С ним сложнее, чем с майором Бодуином, — признался врач. — Майор получил ушибы и переломы, а вот младший лейтенант… — Сделайте все, чтобы они оба поправились, — произнес Рустал таким тоном, что никакие возражения не принимались. — Для этого используйте все, что угодно, я даю личное разрешение. — Да, магистр Элион, — кивнул медик. Через застекленное окно палаты можно было наблюдать за лежащим на специальной кровати Гаэлио: капельницы, различные аппараты, почти полностью забинтованное лицо... Рустал читал отчет о его травмах: да, тяжело и сложно, но вернуть его к нормальной жизни вполне реально, и даже снова дать ему возможность пилотировать, разве что двигательная активность будет ограничена. Эйн тоже должен быть в этой палате, их не стали разделять, но сейчас Далтона оперируют. Он оказался по-марсиански живучим, удивив этим гьяллахорновских врачей. — Докладывать в любое время суток, о любом улучшении или ухудшении, — произнес Рустал, все еще не отрывая взгляда от Гаэлио. — Я на вас надеюсь, доктор. Не разочаруйте меня. — Мы все сделаем, магистр Элион. По коридору к ним спешил Галлас Бодуин, за которым чуть ли не бежала медсестра. Его только сегодня пустили сюда, до этого все подробности о состоянии сына Бодуин-старший получал из сообщений лечащего врача. Заметив тут Рустала, Галлас замедлил шаг, хотел было что-то сказать, но промолчал, просто ненавидяще посмотрев. Оставив медика пояснять все отцу Гаэлио, Рустал развернулся и ушел. На более «теплый» прием он и не рассчитывал, не после того, что было, и не при таких условиях.