Belle

— Нет-нет… Джинни! Девушка тяжело вздохнула и аккуратно пощупала лоб Малфоя. Он был просто огненный, и, судя по всему, у парня начался бред. Ему определённо нужна нормальная медицинская помощь! Она, конечно, что могла делала… Но как, Моргана побери, можно помочь человеку с таким страшным ожогом на пол лица, имея под рукой только холодную воду и не самые чистые бинты из её же рубашки. Нет, она пыталась ожёг промыть или немного унять жжение, но это слабо выходило.  — Потерпи, пожалуйста, Драко, — погладив парня по голове, прошептала Джинни. — Тебя, наверняка, надолго здесь не оставят.  — Ну да… — приоткрывая левый здоровый глаз, отозвался парень. — Меня сразу отсюда переведут в склеп.  — Не говори ерунды, — шикнула девушка, легонько промакивая его ожёг мокрой тряпкой. — Твой отец этого не позволит…  — Я же предатель, забыла? — слабо отозвался парень, надеясь разглядеть во тьме девушку.  — Но ты всё ещё чистокровный и Малфой, — отозвалась Джинни, смачивая холодной водой уже согревшуюся тряпку, — они не будут из-за такой ерунды проливать твою кровь. У меня такой привилегии нет… Драко тяжело вздохнул. Он понимал, что Джинни совершенно права. Хотя свою жизнь она явно недооценивала.  — Слушай, они же знают, что ты девушка Поттера! — заметил парень. — Может они попытаются использовать тебя…  — Как наживку? — закончила за него Джинни, грустно улыбаясь. — Они, конечно, могут попытаться…  — Но?  — Но Гарри не побежит меня спасать, — ответила Джинни, отворачиваясь от Драко.  — Это почему? — возмутился парень, даже приподнимаясь на локтях.  — Потому что Гарри не станет разменивать победу над Волан-де-Мортом на личное счастье, — обнимая свои колени руками, ответила девушка.  — Но он же герой и всё такое! — воскликнул волшебник. — А как же вечная любовь, глупое гриффиндорское мужество и дурацкое поттеровское геройство? Джинни тихо хмыкнула. Интересно, стояло ли Малфою поведать свои умозаключения на этот счёт? Хотя она ему жизнью обязана, которой ломаный кнат цена. Знай, слизеринец это раньше, наверняка бы не стал так собой рисковать, а как следствие не получил бы эту жуткую рану. Значит, чтобы не дать Драко наломать дров, она должна ему рассказать.  — Понимаешь, какая штука Малфой, — медленно отозвалась Джинни. — Быть девушкой героя - это не только почёт и слава. Это ещё знать, что однажды твоему любимому придётся выбирать между тобой и миром. Так вот мой герой выберет мир, а не меня. Джинни неловко поднялась с пола, подходя к проклятой решётке и упираясь лбом в неё. Драко, стараясь не потерять из виду силуэт Джинни, аккуратно сел. Раньше он считал проклятьем безответную любовь к той, кто его презирает. Каким же он был глупцом! Тогда он хоть мог её видеть…  — Дамблдор перед смертью поручил Гарри какую-то миссию, — продолжила девушка, погружаясь в воспоминания. — И, если сейчас Волан-де-Морт поставит ему условие: сдаться и спасти меня или продолжить миссию и позволить мне погибнуть. Он выберет второе.  — Уизли, — ухмыляясь здоровой половиной лица, отозвался Драко, — ты недооцениваешь его чувства к тебе. Он безумно тебя любит, это даже самому непроходимому идиоту ясно. Джинни улыбнулась, повернувшись к Драко, кто бы мог подумать… перед ней наивный слизеринец.  — Знаешь, за что я люблю его? Ухмылка на губах Драко угасла. Хотел ли он слушать, как бесконечно любимая девушка будет петь оду великому Гарри Поттеру? Определённо, нет. И, определённо, это принесёт ему невыносимую боль. Но его слишком волновала её жизнь, чтобы не знать, откуда такая уверенность, что Поттер не бросится спасть Джинни.  — Валяй, Уизли, только давай не слишком сопливо, — безразлично отозвался Драко, сжимая руки в кулаки.  — А соплей и не будет, Малфой, — отозвалась Джинни. — Я люблю Гарри, не за что-то, а вопреки. Вопреки его сумасбродству, геройской безбашенности и безумному самокопанию… А, главное, вопреки его вечному желанию взвалить на себя ответственность за весь мир. Понимаешь, он пожертвует всем, что имеет, лишь бы спасти мир от Волан-де-Морта. Всем и жизнью, и любовью…  — Джинни, я уверен, ты драматизируешь…  — Драко, я знаю его лучше его самого! — зло воскликнула Джинни, смотря на Малфоя. Драко прекрасно слышал, как она разозлилась, и решил сгладить конфликт шуткой. К тому же, в её металлическом голосе было столько безысходности и боли…  — Хорошо, тогда давай поспорим, что как только Поттер узнает, что тебя похитили — прибежит спасать? — предложил Драко, вытягивая правую руку куда-то, как он предполагал, в сторону Джинни. — На желание? Когда выиграю, честное слово, ничего плохого загадывать не буду. Девушка фыркнула и поймала руку Драко. Парень мягко сжал её ладонь и левой рукой разбил.  — А теперь, будьте так любезны, приложите к моей распрекрасной физиономии холодный компресс, — укладываясь на лавку, словно в гроб пафосно произнёс Малфой. Драко, сморенный жаром, спал беспокойным сном на скамье. Джинни устроилась рядом с ним, на случай, если парню станет хуже. Неожиданно в темницах послушались стремительные шаги нескольких пар ног. Решётка с грохотом отъехала в сторону, и девушку в тот же миг ослепил "Люмос" . — А ну, уйди от него, дрянь! — откидывая от юного наследника ослеплённую непривычно ярким светом девушку, воскликнул Люциус. Джинни, которая не успела даже понять, что происходит, оказалась лежащей на полу. Теперь она получила возможность разглядеть, кто к ней пожаловал. В камере, у импровизированной койки для Драко, стояли Нарцисса и Люциус Малфои, а в коридоре, у решётки ждали братья Лестрейндж. — Мерлин, ты же весь горишь, — прошептала леди Малфой, ощупывая здоровую половину лица сына. — Рудольфус, Рабастан, его надо отнести в комнату.  — Тёмный Лорд дал разрешение? — глухо поинтересовался Рудольфус.  — Да, да! — воскликнул Люциус, поворачиваясь к охранникам. — Он позволил, помогите, скорее. — Джи… ни… — слабо прошелестел Драко, невидящим взглядом здорового глаза ища девушку. — Ох, совсем его эта шлюха околдовала… — покачал головой Люциус, кидая на Джинни ненавидящий взгляд. Рудольфус, тем временем, помог Люциусу поднять парня со скамьи. Рабастан остался сторожить выход. Как будто у Джинни был шанс удрать! — Драко, солнышко, — откидывая разлохматившуюся чёлку с его лица, шептала Нарцисса, — мама с тобой… — Да нет, он… — сделав шаг вперёд, начала было Джинни. — Закрой рот, дрянь! — прокричал Люциус, яростно смотря на девушку. — Ты итак достаточно ему навредила! Больше он к тебе на пушечный выстрел не подойдёт! Как только он договорил, решётка с громким скрежетом закрылась, и девушка осталась одна. Без собеседника… без защитника… без друга…

***

Стон облегчения вырвался из груди Гарри, когда он после утомительной тренировки наконец сел. И дело было совсем не в том, что вместо выглядывания снитча и слежения за бладжерами, он любовался на Джинни, из-за чего раз пять слетал с метлы. — Гарри, ты, вообще, где сегодня витаешь? — весело поинтересовался Рон, махая перед его лицом ладонью. — Видимо, думает, с кем идти завтра в Хогсмид, — отозвался Кут, натягивая свитер. — Ой, нигде я не витаю! — обиженно отозвался Гарри. — Просто я… — Джинни перестань! — перебил капитана крик из женской раздевалки. — Отдай полотенце! Парни, не сговариваясь, кинулись к двери, ведущей к девушкам. Оттуда звучала музыка и задорный смех младшей Уизли. Мужская половина команды шаловливо переглянулась и тихо приоткрыла дверь. Капитан только хотел успокоить парней, как разглядел в открывшейся щели всплох огненных волос. — Джинни! — зло воскликнула Демельза, бегавшая за хохотавшей подругой. — У меня волосы мокрые! Если я заболею и умру в страшных муках, это будет твоя вина! — О, тогда я займу твой сундук для одежды! — весело отозвалась рыжая, размахивая полотенцем в руке. Парни за дверью весело хмыкнули, переглядываясь. Все знали, как Джинни любит подкалывать друзей. На неё уже давно никто не обижался. Вдруг по магическому радио заиграла какая-то задорная инструментальная композиция. — Кэти! Сделай погромче! — воскликнула Уизли, убегавшая от подруги. — Вот перетанцуешь меня, Демельза, тогда и отдам! С этими словами Джинни принялась дразняще махать перед носом подруги своим трофеем, легко перебирая по полу ногами. — О, Джин, брось этот детский сад! — обиженно воскликнула девушка. — Ладно тебе, Демельза, — отозвалась Кэти, отстукивая ритм ногой. — А ты чего сидишь? — весело хмыкнула Джинни, накинув на шею Белл полотенце и вытягивая её с лавки. В отличии от Демельзы, Кэти подхватила затею Джинни и принялась отплясывать вместе с рыжей заводилой, что-то среднее между рок-н-роллом и канканом. — Я не понимаю, почему у тебя такое хорошее настроение! — обиженно воскликнула Демельза, пытаясь нагнать кружившуюся Джинни. — Ты вчера рассталась с Дином! — Вот поэтому и хорошее, — весело ответила Кэти, за что огребла влажным полотенцем пониже спины. — Эй! — У меня просто хорошее настроение, — нараспев произнесла Джинни, запрыгивая на лавку и принимаясь легко отплясывать на шаткой поверхности. Она подкидывала несчастное полотенце к потолку, потом подхватывая его вытянутым носком и вновь подбрасывая вверх. Её тонкие красивые ноги выделывали такие па, что казалось, будто она всю жизнь занималась только этим. Девушка совершенно бесстрашно крутилась и прыгала на лавке, будто под ней настоящая сцена. При этом она ещё умудрялась трясти плечами и на цыганский манер махать повязанной вокруг бёдер олимпийкой. — Вау… — восхищённо пробормотала Кэти, наблюдая за рыжей плясуньей. — Джин, где ты так научилась? — Ну, МакГонагалл же говорила, что в каждой девушке живёт балерина… — Особенно, когда кое-кто, мечтая сопровождать героя на Святочный бал, тренировался сутки напролёт, — фыркнула Демельза, с восхищением наблюдая за подругой. Ей в живот тут же прилетело скрученное на манер меча полотенце. А Гарри почувствовал, как покраснели его щёки. — Я же молчу, что кое-кто учился целоваться на постере Локонса, приклеенном на тыльной стороне дверки шкафчика, — язвительно отозвалась Джинни, с ловкостью горной козочки спрыгивая с лавки на последних аккордах. — Может, вы всё-таки вспомните о приличиях и дадите нам переодеться? Тут Кэти и Демельза повернулись к двери и увидели столпившихся там парней. — Эй! Вы совсем совесть потеряли? — зло отозвалась Кэти, подходя к двери и собираясь её захлопнуть. — А можно на бис? — скромно спросил Джимми Пикс, выходя вперёд. — Это было супер! — Правда, Джин, — заметил Рон. — Я и не знал, что ты танцуешь… — Ты обо мне многого не знаешь, — показав брату язык, отозвалась Джинни. — Хотите на бис — задавайте ритм. Загонщики кивнули и, протискиваясь мимо старших товарищей в женскую раздевалку, уселись на лавку. Задорно переглянувшись, он принялись выстукивать по коленкам мотив игравшей до этого мелодии. Джинни довольно хмыкнула и вновь вскочила на лавку, повторяя свои немыслимые па. Гарри, не отрывая взгляда от прекрасной танцовщицы, зашёл в раздевалку. Мерлин, он, наверно, за всю жизнь не видел ничего красивее… она так легко и грациозно двигалась… Джинни, поймав его восхищённый взгляд, замешкалась, и чуть не соскользнула со скамьи. Однако на этот раз Поттера не подвели инстинкты ловца. — Снитч бы так сегодня ловил, — фыркнул Рон, смотря на друга и сестру, так и замерших у лавки. — Хороший охотник ценнее снитча! — заключила Демельза, с улыбкой наблюдая за подругой и вмиг покрасневшим капитаном. А Гарри, ничего не слыша вокруг, смотрел на девушку, лежащую в его руках. И сейчас вечная мантра «она сестра Рона» совершенно не действовала, хотелось наклониться и поцеловать её… но вдруг кто-то начал вытягивать из его рук Джинни. Он попытался её удержать, но ничего не вышло… — Гарри! — воскликнула Гермиона, надеясь вырвать руку из железной хватки парня. — Мне больно! — Прости, я просто… — Опять Джинни? — грустно поинтересовалась Гермиона, погладив друга по голове. Кто бы мог знать, что зелье Сна без снов не подействует… — Я не могу ни о чем кроме неё думать! — покачал головой парень. — Куда она делась? Что с ней случилось?! — Гарри, я всё понимаю… — Ребят, у меня плохие новости! — воскликнул Рон, заходя в палатку. — Родители её не забирали из Хогвартса! — Ты здесь патронуса вызывал? — поинтересовалась Гермиона, смотря на друга как на психа. — Ты с ума сошёл?! — Что они еще говорят?! — вскакивая на ноги, спросил Гарри. — Может она сама сбежала? Нужно… — Вам обоим нужно успокоиться! — отрезала Гермиона, вставая между парнями. — Я тоже безумно взволнована. Но нам надо помнить о безопасности. — Успокойся, Гермиона, я вызывал патронуса в прошлом лагере, — отодвигая девушку и подходя к Гарри, отрезал Уизли. — Гарри, а ты можешь влезть в голову Сам-Знаешь-Кого? — Рон, ты с ума сошёл?! — поинтересовалась девушка. — А вдруг мы себя выдадим? — Мне плевать, Гермиона, моя сестра… — Сотни людей пропадают каждый день, — заметила Гермиона, тыкая пальцем в грудь Рону. — Но вас волнует только Джинни… Рон кинул быстрый взгляд на Гарри, а потом на медальон. Герой без слов понял друга и быстро снял крестраж с девушки, пока её внимание было занято Роном. Она тут же вздрогнула и посмотрела на мальчиков прояснившимся взглядом. — Чёрт, простите, я… — Всё нормально, — положив руки на плечи Гермионе, серьезно ответил Рон. — И мы помним об осторожности, только нам вместе стоит придумать, как узнать, что случилось с Джинни. Девушка улыбнулась и прижалась к другу, ища поддержки. Сейчас на неё нахлынуло осознание происходящего… что же случилось с Джинни? Где она? А Гарри крепко сжал медальон. Он просто обязан влезть в голову Тёмного Лорда… если это может помочь спасти Джинни, он готов пойти на этот риск.

***

"Дай же мне сосредоточиться!" Мысленно прошипел Волан-де-Морт, понимая, что из-за мыслей об этой девчонке совершенно потерял нить разговора. А он на собрании! Тёмный Лорд сидел во главе стола и усиленно старался сосредоточиться на речи пожирателей, но взгляд предательски возвращался к пламени свечи. После того, как он увидел в голове мальчишки тот проклятый сон, выкинуть из головы образ девчонки, танцующей на скамье не получалось хоть убей. Он видел её развивающиеся волосы в пламени камина, все свечи в поместье Малфоев теперь напоминали блеск карих глаз, даже закрывая глаза, он снова переносился в голову Поттера и видел этот чарующий танец…  — Милорд, — скромно обратилась к повелителю Нарцисса, — мы с Люциусом благодарны Вам, что Вы разрешили забрать Драко из темниц. Теперь мы сможем вылечить его…  — Но что вы хотите делать с девчонкой, милорд? — поинтересовался Керроу, перебивая леди Малфой. — Поверьте мне, за время преподавания, она надоела мне хуже зубной боли! Я бы с большим удовольствием сам лично содрал с неё шкуру…  — Да и за Драко её стоит наказать! — с готовностью воскликнул Люциус. — Неплохо было бы выжечь у неё метку на лице…  — Девчонка всем попортила жизнь! — заметила Беллатриса, смотря на Лорда. — Я бы предложила скормить её Нагайне…  — Никто из вас не тронет девчонку! — отрезал Тёмный Лорд, обводя зал своим жутким взглядом. — Если я узнаю, что кто-то из вас тронул её хоть пальцем… Больше ничего говорить пожирателям было не нужно. Девчонка — во власти повелителя и если её хоть кто-то тронет…  — Но милорд, я хотела с ней сегодня развлечься! — воскликнула Белла. — Тем более, нужно вытрясти из неё всю информацию о Поттере…  — Есть методы, не наносящие физического вреда, — заметил Тёмный Лорд, немного задумавшись. В конце концов, припугнуть эту гордячку было бы заманчиво… — Но никакого физического вреда, ты поняла меня Белла? Если после допроса я увижу на ней хоть синяк… Джинни чувствовала, как головная боль буквально поглощает её. После того, как Драко перевели в комнату, её притащили в камеру пыток. Кто бы мог подумать, что мозги у пожирателей работают не хуже, чем у средневековых инквизиторов?! И хоть в этот раз её не били, не резали и не пытали круциатусом, девушка чувствовала себя просто отвратительно. В жуткой камере её с помощью какого-то зелья погружали в собственные кошмары. Там был и Том Реддл, и умирающий Гарри, и Волан-де-Морт, нависающий над ней… Тёмный Лорд стоял у решётки и разглядывал пленницу, что клубочком свернулась на скамье. Иногда ему слышались прерывистые вздохи и еле слышные всхлипы. При этом плечи девчонки мелко подрагивали. Удивительно, но этот жалкий подавленный вид, пробуждал в нём неконтролируемую животную страсть.  — Бедная-бедная малышка-Джинни, — небрежным взмахом руки открывая решётку, протянул Тёмный Лорд. — Сегодня в камере ты была молодцом… Джинни резко села и повернулась к говорившему. О, и снова этот яростный взгляд, снова грудь вздымается под тонкой рубашкой, а пальцы до побелевших костяшек сжимают скамью…  — Знаешь, мне всё-таки интересно, почему Поттер тебя бросил… — смотря на девушку сверху вниз, протянул Тёмный Лорд. — Уверен, эта его грязнокровка не смогла бы так мужественно сопротивляться пыткам… Джинни упорно молчала, не отрывая взгляда от красных глаз Волан-де-Морта. Точно она сейчас знала одно, он не закрыл камеру. Наверняка, это было западнёй, но как манила даже мнимая свобода… Повелитель ухмыльнулся и повернулся к двери, а потом снова посмотрел на девушку.  — Ты же хочешь уйти отсюда… вновь увидеть дневной свет? — поинтересовался мужчина, вставая так, чтобы пленница видела открытую решётку. — Для этого тебе нужно кое-что сделать…  — И что же? — спросила девушка, сложив руки на груди. Тёмный Лорд молчал, только шаг за шагом приближался к жертве, нависая над ней. И хотя Джинни чувствовала, как вместе с Волан-де-Мортем к ней приближается смерть, она не прекращала эту странную игру в гляделки. Тем временем маг подошёл вплотную и, схватив хрупкие плечи, поставил её на ноги.  — Тебе это ничего не будет стоить…. Тебе же не впервой! — на последних словах, Тёмный Лорд с оглушающим хрустом разорвал рубашку в клочья.  — Нет! — воскликнула Джинни, вытянув руки, надеясь оттолкнуть от себя мужчину.  — Это небольшая цена свободы, согласись, — толкая девушку в угол, заметил Волан-де-Морт. — Тем более для тебя…  — Нет! Нет! — бесполезно стуча Тёмного Лорда кулачками в грудь, кричала Джинни. Тем временем, клочья рубашки упали на пол. Девушка почувствовала, как руки Волан-де-Морта сомкнулись на талии, прижимая её к стене. Нужно было срочно что-то предпринять! Джинни коленкой ударила Тёмного Лорд куда-то в район правого бедра. После этого на щёку обрушился тяжёлый удар, и она отлетела к скамье, больно ударившись об угол боком. На том месте явно уже зрел жуткий синяк.  — Дрянь! — прошипел Волан-де-Морт. — Ты сгниёшь в этой камере! Или сделаешь это!  — Среди пожирателей шлюхи перевелись? — слабо спросила девушка, приподнимаясь на руках. — Или Тёмный Лорд не умеет Империо накладывать? На щёку обрушился второй удар.  — Закрой свой очаровательный ротик и не вынуждай меня бить тебя снова! — прошипел Тёмный Лорд, схватив Джинни за горло и прижимая к стене. — Я не хочу портить синяками такое милое личико. А теперь слушай… Сжав пальцы на тонкой шее, Волан-де-Морт аккуратно убрал с глаз девушки выбившиеся волосы.  — Ты будешь моей, поняла? — смотря в яростные карие глаза, прошипел Тёмный Лорд. — И ты сама на это согласишься, или… — Я скорее умру, чем позволю тебе до меня дотронуться, Том! — тихо отрезала Джинни.  — Ну, не надо бросаться громкими словами… — почти ласково заметил Тёмный Лорд, погладив девушку по красной от удара щеке. — Умирать очень неприятно… Джинни вновь попыталась вырваться, но ничего не выходило. Тем временем рука Волан-де-Морта соскользнула со щеки и опустилась к её левому колену, постепенно ползя вверх по ноге.  — В отличии от этого…  — Отпусти! — воскликнула девушка, изо всех сил стараясь сбросить его руку с ноги и выбраться из захвата. — Том!  — У тебя три дня, малышка-Джинни, — отпуская пленницу, отозвался Тёмный Лорд, — поверь мне, яд Нагайны — вещь премерзкая. С этими словами, Волан-де-Морт вылетел из камеры, захлопнув решётку.  — Не хуже твоих рук… — еле слышно прошептала Джинни, садясь на лавку и подтягивая ноги к груди. — Подумать только… Девушка бросила взгляд на жалкие остатки её рубашки. На неё обрушилось осознание того, что чуть не произошло только что. Джинни уткнулась носом в коленки и отчаянно зарыдала.