Glass of Glass

      Этим утром я встал совсем рано, так как посчитал, что мне надо бы в срочном порядке наведаться к брату, ибо он по смс не решился ничего рассказывать, а позвонить ему я не осмелился, ибо мать что-нибудь да заподозрит. Но и оставить всё просто так не могу, поэтому привычно закидываю необходимые вещи в рюкзак и направляюсь на выход. — Ли Феликс. Что это за ежедневные похождения невесть куда, хотя в школу мы не ходим?       «Помяни чёрта…»       Мать появляется прямо в коридорном проходе, когда я уже почти обулся, и теперь я думаю, что бы ей ответить и не пропалиться. — Пытаюсь установить связь с обществом, мам, — выпаливаю первое, что приходит на ум. — Прежде чем вернуться в школу, я хочу кое-что сделать. — Например? — Например, я помирился с Чонином и теперь, возможно, не буду чувствовать себя настолько одиноко, когда буду в школе. — Одиноко? — хмыкает мама, и в её голосе читается раздражение. — Если ты ещё раз скажешь, что у меня и без того много друзей, то мы с тобой ещё неделю разговаривать не будем. Ты же знаешь, Минхо бы это не понравилось, — грожу я и покидаю дом, пока мы и в самом деле не успели поругаться. — Ты сегодня идёшь к Минхо, а потом к Чонину, да? — уточняет Джисон. — Именно, — киваю я. — Если ты хочешь узнать, когда я наведаюсь к тебе, то думаю, что это будет завтра, окей? — Конечно, Ликс, спасибо.       В этот раз я решаюсь доехать до брата на автобусе, хотя выходит немного дольше по времени, но экономнее. Дальше мои ноги сами на быстрой скорости несут меня в квартиру, где наверняка ожидает Минхо, вот только не знаю, будет ли он рад моему приходу в этот раз или нет, ведь знает же, что я от него не отстану пока не выведаю всю правду.       Теперь у меня есть ключ от этой квартиры, поэтому без всякого предупреждения проворачиваю его в замке, открывая дверь, и, пройдя внутрь, обнаруживаю своего брата уныло сидящим на диване. Он даже не обращает внимание на хлопок двери, когда она закрывается. — Эй, хён! — зову я, проходя к нему и опуская открытый рюкзак, полные разных вкусностей, на стол. — Я тут принёс всякого разного. — Спасибо, Ликс, я рад, что ты пришёл, — он пытается выдавить из себя некое подобие улыбки, но выходит так себе. — Будешь всё сразу выпытывать или на попозже оставишь? — Расскажи всё сам сразу, а то прошёл всего день моего отсутствия, а у тебя уже что-то произойти успело. — Как же плохо однако иметь столь понимающего брата, — качает он головой и вытягивает из рюкзака пачку наших любимых чипсов. — Как же плохо иметь брата-засранца, — отвечаю я, тоже доставая закуски. — Засчитано, 1:1. Ладно, раз уж ты такой любопытный, то расскажу тебе. В общем, вчера я сидел тут тихо-мирно, никого не трогал, как вдруг раздаётся стук в дверь. Ну я же, конечно, подумал, что это ты вернулся раньше, и пошёл открывать. Но уж поверь, лучше бы я этого не делал. Это пришёл Бан Чан. — Серьёзно?! А как он узнал, где ты? Ты же ему не писал и не звонил. — Вот именно, что не знаю, потому что я так и не прочитал его сообщения, которые у меня на телефоне накопились, — он разводит руками. — Тем не менее, он с порога просто отвесил мне пощёчину, а потом поцеловал. Не буду вдаваться в подробности, но после нескольких часов бурной деятельности мы всё же поговорили.       Я немного кривлюсь из-за подобных уточнений, но из-за этого не замолкаю. — Как он узнал, что ты здесь? — Он позвонил арендодательнице, хотел наведаться в эту квартиру, потому что скучал по нашему месту, но та ему сказала, что квартира уже занята, однако не сказала кем. В любом случае, она меня не знает, ведь это Чан с ней всё время связывался. Вот так он и понял, что это я здесь, пришёл и не ошибся. — Хм… — я пытаюсь переварить всю полученную информацию, чтобы как-то построить разговор дальше. — Ты мне только скажи, почему ты недоволен? Боишься, что он выдаст тебя? — Он? Меня? Нет, конечно, он никогда этого не сделает, потому что в нём я уверен также, как и в тебе, — он пропускает мимо мой недовольный взгляд и продолжает рассказывать. — Видишь ли… Я ведь тебе уже говорил, как переживал из-за того, что его отношение ко мне изменится, но он назвал меня идиотом и сказал, что ничего не изменилось, что он всё также меня любит и не считает преступником. — Разве это плохо? — Наверное нет, но беда в том, что я всё ещё чувствую себя виноватым, хоть и знаю, что это не так. Мне очень стыдно, потому что он также, как и ты пообещал приходить ко мне. Вот из-за этого я и переживаю, что просто недостоин его. — А с Чаном ты об этом говорил? — Я пытался, но он и слушать меня об этом не хочет, поэтому не знаю. — Не мне, конечно, тебе советовать, но поговори с ним ещё раз. — Мы поругаемся, — качает он головой. — Ну так ты не дави как обычно и не истери. Просто объясни спокойно свои чувства, уверен, вы всё сможете уладить без лишней ругани. — Феликс, — Минхо долго и упорно смотрит мне в глаза, а я и понятия не имею, что он там пытается высмотреть, но взгляд выдерживаю. — Ты очень повзрослел. Я не видел тебя месяц, но ты очень сильно изменился. — Это хорошо или плохо? — недоумеваю я. — Я пока не решил, — он успокаивающе улыбается. — Когда снова пойдёшь к Чонину? — Ну, думаю, через часик-полтора надо будет уже к нему пойти, потому что я тётушке Ким обещал. — Отлично, а то Чан тоже обещал сегодня зайти. — Тогда я лучше пойду сейчас, — неспешно поднимаюсь с насиженного места, высыпая на стол все вкусности из рюкзака, что принёс для него, и двигаюсь к выходу. — Ликс, если будет возможность, принеси кусочек пирога тётушки.       Я улыбаюсь и киваю ему в ответ, обуваюсь с толикой грусти, потому что мне показалось, что сегодня мы провели слишком мало времени вместе, но меня всё равно ждёт Чонин, поэтому спешу покинуть квартиру.       Если так задуматься, то со следующей недели я действительно смогу вернуться в школу, лишь бы только всё окончательно наладилось с Чонином. Но посиделки в его доме приносят мне положительные эмоции, а боль потихоньку уходит. Единственное, что меня смущает, — это то, что мне кажется, будто Нини всё больше и больше начинает воспринимать меня за своего брата…