Побудь моим мужем

Рассматривая лежащие на руле руки, Лёва гадал, как его занесло в эту дорогущую ауди с кожаным салоном. Здесь все было дорогое: обивка, ароматизатор-кристалл, часы на запястье хозяина, его простая, но явно фирменная одежда. Лёва, и так не слишком уверенный в себе, стушевался окончательно. Всю дорогу альфа хмурился и молчал, смотря вперед, лишь у самого дома Лёвы уточнив, где ему лучше остановиться. — Одну минуту, я сейчас за сахаром схожу, — сказал Лёва, выбираясь из машины. Гастроном располагался у соседнего подъезда, но Олег, как он успел представиться, увязался следом. Продавец за прилавком поперхнулся приветствием. — Сахару мне дайте, — сказал Лёва. — И консервы вот те, с ягненком. Мой другие не жрет. — У тебя кот есть? — вдруг активировался Олег. — Да, Жорик. Я же говорил сегодня. — А, Жорик… Точно, я и забыл. Даже продавцу, наверное, стало заметно, что Олегу отчего-то полегчало после этих слов. В заплеванном лифте Лёва вжался в угол, разглядывая носки кроссовок. Альфа молчал, изредка бросая оценивающий взгляд через плечо. Все это было очень странно, но Лёва не смог бы объяснить, зачем он ведет в дом незнакомого альфу и почему сразу не выяснил, что ему нужно. Все происходило как само собой разумеющееся. — Вы должны впустить в жизни элемент удачи, — вещал вчера гуру чувственных отношений. — Сколько у вас шансов встретить достойного альфу, сидя на диване с пачкой чипсов? Лёва сразу проникся этой донесенной до его шевелящихся от напряжения извилин мыслью, и сейчас открывал дверь нетерпеливо переступающему на резиновом коврике «элементу удачи». В крошечный коридорчик протрусил Жорик, неодобрительно понюхал ногу Олега и ушел на кухню. — Какой роскошный кот, — искренне удивился Олег. — Просто медведь, а не кот. — Конечно, на таких харчах и я бы весил не меньше сотки. Лёва налил в кружки с цветочками свежезаваренный чай, сел на стульчик, сложил ладони на коленях и приготовился слушать. Олег отхлебнул чай, обжег язык и поморщился. — Конечно, это все странно, — начал он. — Но я хочу тебе сделать предложение, от которого ты не сможешь отказаться. Дело в том, что мой шлюховатый омега в очередной раз решил меня продинамить. Снюхался с продюсером. Знаешь Алана Романовски? — Надежду российского кино? — сразу вспомнил Лёва. — Я смотрел «Ночной позор» и «Сантехник из Хацапетовки». Очень интересно играет и фамилия запоминающаяся. — Ага, только настоящая у него — Нюхачев. Но не суть. Он много раз уходил от меня и единственное, что на него действует — ревность. Сейчас у него роман с продюсером, но как только он прознает, что у меня появился омега, сразу примчится отвоевывать собственность. Однажды так уже было, и мне нужно, чтобы ты помог. Естественно, не за бесплатно. Лёва поднял свои огромные круглые глаза. — Я не понимаю, — признался он. — Зачем тебе его возвращать, если он с другим? — Иногда в жизни так бывает, — легко сказал Олег. — Спишь с одним, а любишь другого. Не знаю зачем, но он нужен мне. Эта сумма тебя устроит? Из кармана от вытащил пачку купюр и положил на стол. Даже не считая, Лёва знал, что столько денег он не заработал за весь свой трудовой стаж. Покачав головой, он аккуратно отодвинул пачку: — Я не из таких. Если и помогу, то по доброй воле, а не за плату. Настала очередь удивляться Олега. — Ты нормальный вообще? Ты хоть представляешь, сколько тут? — Вполне. — И отказываешься? — От денег — да. Но помочь — помогу. Если ты его так любишь, почему бы и нет? Что мне нужно делать? — Я обдумаю план действий и позвоню, хорошо? Закрыв за гостем дверь, Лёва потоптался в задумчивости по холодному, кое-где протертому, линолеуму. Сегодняшний форс-мажор еще час назад вынудил его позвонить на работу и взять отгул за свой счет, и теперь он стоял босиком посреди коридора и не знал, чем заняться, потому что квартира всегда была вымыта до блеска, а еда приготовлена сразу на несколько дней. Можно было включить сериальчик про какую-нибудь мистическую лабуду, разморозить пиццу, положить рядом Жорика и посвятить остаток дня себе любимому, раз уж проклюнувшаяся чакра сработала как-то халтурно. Альфа хоть и примагнитился, но какой-то бракованный. В дверь снова позвонили, и Лёва вернулся в коридорчик. На пороге стоял Олег. — Вот, — сказал он, протягивая большого голубого медведя. — Пусть лучше у тебя будет, иначе я увезу его на помойку. — Спасибо, — Лёва поспешно протянул руки. — Не надо выбрасывать, он же не виноват, что так вышло. Махнув рукой, Олег ушел так же быстро, как и появился. Усадив медведя с одной стороны, а с другой положив на подушку Жорика, Лёва вытянул ноги и улыбнулся. Он был горд тем, что, оказывается, вполне способен поддержать разговор с малознакомым альфой. Возможно, стоило подождать еще немного, чтобы чакра развернулась во всю свою мощь. — Я красивый. Я привлекательный. Я просто ходячий секс. У меня всё получается. Я радуюсь жизни и притягиваю только позитивные события. Сегодня — лучший день в моей жизни. Жорик вяло взмахивал хвостом, наблюдая, как хозяин разговаривает с собственным отражением. Всем своим небольшим замысловатым кошачьим сознанием он привык скептически относится ко всему и смотрел на двуногого, лишённого шерсти и хвоста старшего собрата с ленивым пофигизмом. Закончив с аффирмациями, Лёва закинул на плечо рюкзачок и вышел из дома. На работе он переоделся в майку с лейблом магазина, взял тряпочку и отправился в отдел классической прозы. Здесь он неторопливо доставал огромные тома с золотым тиснением и любовно протирал запыленные корешки. Для Лёвы это была своя нирвана, где он мог часами стоять и думать о прекрасном. О море, о том, как хорошо сейчас сидеть у фонтана и пить холодный мохито, о скором отпуске… Обо всем, кроме властной пятерни, вдруг зажавшей его правую ягодицу. — Тихо, не поворачивайся, сделай вид, что тебе приятно, — шепотом приказал знакомый голос. — Прямо у нас за спиной чувак из «Кактус Ньюс», фоткает на телефон. Под майку спереди заползла вторая пятерня, от неожиданности Лёва ойкнул и отступил вперед. Шкаф слегка качнулся, и голову Олега атаковал массивный том «Мертвых груш». — Прости, я не нарочно, все в порядке? — забеспокоился Лёва, поворачиваясь и трогая заметно увеличивающуюся шишку на затылке Олега. — Все просто отлично, эта искренняя забота в твоих глазах — даже лучше, чем я мог ожидать, — проговорил тот. — Нам надо перетереть кое-что, где можно присесть? Лёва указал на детский уголок. С нескрываемым удовольствием он наблюдал, как Олег усаживается на детский пластиковый стульчик, пытаясь пристроить длинные ноги. Даже сквозь плотную ткань джинсов проступали очертания накачанных икр и бедер. — Я все продумал, — сказал Олег шепотом, озираясь и заглядывая за стеллажи. — Завтра мы идем на вечеринку в честь открытия новой картинной галереи, потом пару раз тусуемся в клубах и примерно к концу месяца я пускаю слух о нашей скорой свадьбе. В предсвадебное путешествие мы улетаем в Египет и катаемся на той же яхте, где будут проходить съемки нового фильма с Аланом. — А не после свадьбы едут в путешествие? — спросил Лёва. — У нас для более крупной аферы нет времени. К концу лета мне надо возвращаться к тренировкам, я и так чуть ли не на коленях умолял тренера отпустить меня. Лёва задумался, отрешенно моргая и рассматривая обкусанные ногти на пальцах. Олег вздыхал нетерпеливо, как запертый в стойле конь, раздражаясь на его медлительность, но страдая молча и без роптаний. — Я дальше области никогда не выезжал, — наконец произнес Лёва. — И загранпаспорт делать надо. — Когда у тебя есть деньги, а еще лучше связи, сделать что-то не проблема, — заерзал на стульчике Олег. — Так ты согласен? — Я был согласен с самого начала. — Окей, тогда по магазинам, тебя надо приодеть! С начальством разберусь, не нуди. Лёва не нудел. Он терпеливо стоял в примерочной, пока консультант мельтешил по залу, сгребая в охапку какие-то блестящие, воздушные кофточки, брючки и трусики, настолько тонкие, будто их лично сплетали из лунного сияния феи сказочного леса. — Ого, а ты фигуристый! Всего-то стоило немножко принарядить, — сказал Олег, когда они вышли из бутика с десятком пакетов. — Сейчас еще в парикмахерскую заглянем, и я тебя отпущу. Парикмахер, всплеснув ручками, немедленно отстриг половину лёвиных волос. — Вы же не против, если мы вам сделаем ассиметричную стрижку? — поинтересовался мастер. — У вас слишком доброе лицо, нужно добавить дерзости! — Лучше б вы мне ума добавили, — вздохнул Лёва. Он не слишком верил в успешность эксперимента, но, взглянув в зеркало, в восхищении открыл рот. — Вот видите, — хмыкнул мастер. — Правда, так лучше? Садясь в машину, Лёва убедился, что так действительно лучше, потому что Олег перестал затягиваться и пепел от сигареты упал на коврик. — Ни хрена себе, — произнес он. — Вы кто? Куда вы спрятали ту ворчливую галошу, что я сюда привез? — Перестань, — не смог не улыбнуться Лёва. — Хотя так мне идет больше, не буду спорить.