flip-flap

Шэнь Юань с трудом открыл глаза и тут же поспешил их закрыть, не сдерживая стона. Голова раскалывалась, в глаза будто насыпали песка, а в рот нассали кошки. А еще было горячо, очень горячо и тяжело. Кое-как разлепив глаза, он некоторое время бессмысленно щурился, пытаясь вспомнить хоть что-нибудь. А после вновь жалобно застонал и принялся выползать из чужих объятий, отпихивая от себя мужское тело. От его вялого копошения Шан Вэньхуа сам проснулся и нехотя убрал руки, и приподнялся на локтях, немного растерянно и побито оглядываясь. Избавившись от чужих объятий и наконец-то вздохнув полной грудью, Шэнь Юань с чувством злорадного удовлетворения спихнул незваного гостя с кровати, наслаждаясь чужим вскриком, как гармоничной мелодией, что ласкала слух своим глубоким оттенком эмоций. Сев, он, внутренне умирая от боли и жажды, все же смог высокомерно посмотреть на лежащего на полу Шан Вэньхуа. Тот, пусть и приземлился на одеяло, достаточно ощутимо ушибся, после чего перевернулся на другой бок и явно был готов вновь заснуть. От этой возмутительной картины Шэнь Юань закрыл глаза рукой, борясь с желанием задушить гостя, и посчитал до десяти. Встав с кровати и переступив полусонное тело на полу, он поспешил к столу, где схватил почти пустую пачку сока и поспешил осушить ее окончательно. Справившись с первым приступом жажды, Шэнь Юань уже собирался отойти, как его взгляд зацепился за чужой телефон, лежащий на полу. Не раздумывая, он поднял его, на мгновение забывая о гудящей, словно растревоженный улей, голове. И тут же со злорадством отметил, что на телефоне не было пароля. Как-то на автомате Шэнь Юань провел пальцем по экрану, разблокировав смартфон. И тут же испытал желание выбросить его подальше, а после вымыть руки и глаза ядом. На экране было включено видео, поставленное на паузу. То самое групповое би-порно, что автор показывал ему вечером. Шэнь Юань успел об этом благополучно позабыть, но реальность оказалось слишком жестокой. Испытывая стойкое отвращение, он нажал на кнопку «назад» и со смешанными чувствами посмотрел на количество видео в папке «для вдохновения». Прокрутив немного вниз и убедившись, что все это порно, Шэнь Юань закатил глаза. Этот автор все же был невыносим. Внезапно зацепившись взглядом за изображение на одной из миниатюр, читатель мазнул пальцем по экрану, открывая видео. И тут же почувствовал, как в горле образовался ком, а лицо бросило в жар. На экране, без всяких прелюдий, занимались сексом два парня: жестко, с посторонними предметами, что валялись вокруг и периодически брались и использовались в процессе, с железным доминированием от одного парня и послушным рабским принятием другого. О боги, этот автор же пишет обычный женский гаремник, так какого черта в его телефоне столько извращений?! — А? Не знал, что ты из этих, — раздался голос прямо над ухом, отчего читатель вздрогнул и выронил телефон на пол. — Я не из этих! — воскликнул Юань, немного испуганный от внезапного появления автора, и тут же схватился за голову, крепко зажмуриваясь. Сейчас ему было уже плевать и на гостя, и на его извращенные замашки — хотелось просто умереть. Шан Вэньхуа успокаивающе похлопал своего читателя по плечу: — Все нормально, чувак, не ссы, я не против таких как ты. У Шэнь Юаня хватило сил лишь бросить злой взгляд исподлобья. Наблюдая, как автор поднимает свой телефон, он от всей души пожелал ему всех мук ада, а после поспешил в ванную. Зубы он чистил долго, основательно, успев за это время несколько раз шикнуть на Вэньхуа, что заглядывал со слишком довольным лицом, а после долго пил воду из-под крана, собирая ту в ладони и наслаждаясь вкусом ледяной воды. События пьянки расплывались в памяти словно краски картины, попавшей под дождь. Но, пусть и без деталей, он все помнил. Стыд смешивался с раздражением и мешал решить, как же отнестись к произошедшему. Вглядываясь в помятое собственное отражение, Шэнь Юань решил быть мудрецом и забить. Выйдя наконец из ванной и лишь махнув рукой на скользнувшего туда Шан Вэньхуа, Шэнь Юань собирался приступить к уборке. Но в растерянности застыл на пороге комнаты: кровать была криво заправлена, стол девственно пуст, а пол чист. Не совсем понимая, что произошло, он прошел на кухню, где на столе стояли две кружки со свежесваренным кофе и тарелка с кособокими бутербродами, а в углу кухни ютился завязанный мусорный пакет. Прислушавшись к шуму льющейся из ванны воды, Шэнь Юань неверяще покачал головой и сел за стол, делая небольшой глоток крепкого напитка и закрывая глаза, наслаждаясь глубоким тягучим запахом. Он очнулся от ленивых размышлений о жизни, когда Шан Вэньхуа наконец вышел из ванны и присоединился к нему за столом. — Ты уже посмотрел во сколько поезд? — немного отстраненно спросил Шэнь Юань, делая еще один глоток и приводя мысли в порядок. — Ага, — отозвался Шан Вэньхуа, жуя бутерброд и довольно щурясь в окно, улыбаясь каким-то своим мыслям. — Через час где-то. Проводишь меня, бро? Вновь закрыв глаза, вдыхая аромат пусть уже слегка остывшего, но все еще вкусного и свежего кофе, Шэнь Юань согласился, пропуская мимо ушей благодарный словесный понос. Кажется, у него начался вырабатываться иммунитет на автора. Пусть одно присутствие последнего и продолжало раздражать, но уже не было дикого желания убить его на месте. Теперь тяга к тюремному сроку возникала чуточку позже. Закончив с завтраком и игнорируя уверения Шан Вэньхуа, что они успеют дойти до вокзала, Шэнь Юань командовал сборами, на выходе не забыв захватить с собой мусор и бутылку с водой — пить все еще хотелось неимоверно. Утро не было ранним, но людей на улице все равно было маловато: одна часть уже находилась на работе, а другая еще только собиралась выйти из квартир. Как-то на автомате, и, вероятно, от скуки, Шэнь Юань начал прислушиваться к тому, что вообще несет автор. — А какие там были официантки, — Шан Вэньхуа приложил руки к груди. — Ей богу, им бы сменить эту захудалую униформу на что-то более сексапильное — это сразу бы подняло популярность этого чмырного ресторана на новый уровень! Вот кто вообще ходит в рестораны для еды? Пожрать и хотдог можно на улице, и заебись. А в рестораны люди ходят для души. Чтобы глазам приятно было. Но вот, блять, глядя на этих монашек, мне хотелось лишь плакать. А я плачу лишь когда режу лук. Ну или смотрю «Приди, приди в рай». Лучший сериал. Как тебе серия от лица собаки? Я рыдал от счастья как последняя сука, когда героиня наконец выбрала Атсуши, а не Юкио. Я ждал этого шесть сезонов! Хотя в седьмом, говорят, сменится режиссер. И мне это вот нихуя не нравится. Я уже проверил — тот еще мудила. Он же сольет сюжет, вот зуб даю! Под чужой бубнеж, делая периодически глотки воды, Шэнь Юань вытерпел путь до вокзала. Посмотрев на табло, он вздохнул — до поезда оставалось всего ничего. Без него автор бы точно опоздал. Внезапно вспомнив кое-что, Шэнь Юань даже проверил дату на телефоне, а после спросил: — Стоп, а прода у тебя написана? — Не-а, — беззаботно отозвался писатель, то осматриваясь по сторонам, то щурясь на табло, то переводя взгляд на читателя, по-дебильному, на взгляд Шэнь Юаня, улыбаясь. — А выкладка у тебя разве не завтра? — Завтра, — подтвердил новоявленный смертник, всем своим видом выражая безмятежность. Под чужим пристальным взглядом он добавил. — Не ссы, бро, что-нибудь накорябаю. — Что-нибудь? — мрачно уточнил Шэнь Юань, поднимая взгляд к небу. Стыдно было признавать самому себе, что Путь Гордого Бессмертного Демона занял значительную часть в его жизни. Случайное знакомство с новеллой затянуло читателя. Не сюжетом — он плевался на каждую главу, как заправский верблюд, на постоянные штампы и клише; не персонажами — пушечное мясо было именно тупым пушечным мясом, злодеи и положительные герои — тем еще отборным мусором на уровне начальной школы, кроме Лю Минъянь, разумеется — та была единственным прекрасным цветком в этих отходах; не стилем — автор писал хуже первоклашки, однобоко, тупо повторяя одни и те же описания. Шэнь Юань искренне ненавидел эту новеллу за ее второсортность, а то и третьесортность. Но все равно продолжал ее читать. Читать и захлебываться в собственной желчи от невозможности изменить сюжет. — Ага, что-нибудь, — автор, не ощущая настроения собеседника, все так же улыбался. — Там все равно уже можно подходить к концу. — Не дай бог ты последние главы сольешь, — Шэнь Юань наставил на Шан Вэньхуа бутылку, пихая ею в грудь автору и чеканя слова. — Хоть в конце сделай что-то достойное. Или я приеду к тебе и не знаю, что с тобой сделаю. Последние слова явно отдавали угрозой, которую автор упорно не замечал. Обняв за плечи своего читателя, Шан Вэньхуа от чистого сердца ответил: — Ты всегда желанный гость в моем доме, братан. Лишь небеса знают, каких усилий стоило Шэнь Юаню, чтобы не заплакать от бессилия. Шан Вэньхуа был неисправимым, невыносимым идиотом. Он только испустил тяжелый вздох и тут же подскочил, сбрасывая со своего плеча чужую руку и резко разворачиваясь, услышав за спиной знакомый голос, похожий на перезвон колокольчиков: — Старший братик? — Младшая сестренка?! — Шэнь Юань большими глазами смотрел на Джу, что с интересом разглядывала их обоих, переводя взгляд с одного молодого человека на другого. — Что ты тут делаешь? — Проводила подругу на поезд, — Джу наконец остановила взгляд на авторе и приветливо улыбнулась. — Старший братик, это твой друг? Познакомишь нас? Шэнь Юань был готов принять любую кару небес, лишь бы не знакомить свою милую и невинную сестру с этим ужасным человеком! Он только и успел ляпнуть, не сдержавшись: «Ни за что», как автор отодвинул его в сторону и протянул руку к драгоценной Джу: — Ты сестра Огурца? Привет, я Шан Вэньхуа, лучший друг твоего братца. Можешь звать меня Самолетом. — Самолетом? — уточнила Джу, принимая протянутую руку и отвечая на легкое рукопожатие. В глазах мелькнула искринка, а на щеках моментально проступил едва видный румянец. — И почему мой брат Огурец? Осознав, какие явные пошлые намеки слышатся в этой игре слов, Шэнь Юань тут же разорвал их рукопожатия: — Так, я запрещаю вам знакомиться! Ни за что, нет-нет-нет, Джу-эр, немедленно иди вымой руки с мылом. — Да ладно тебе, — Шан Вэньхуа засмеялся, ничуть не сконфуженный ситуацией. — Я же вымыл руки перед выходом. Посмотрев удивленно на этих двоих, а после переведя взгляд на свою руку, Джу тихо охнула и зарделась сильнее, отчего румянец стал более явным. — Не в этом дело, — зашипел на автора Шэнь Юань и тут же вздрогнул от звонка собственного телефона. Выхватив смартфон из кармана и увидев, что звонит мама, читатель строго посмотрел на Шан Вэньхуа и, шикнув: «Я запрещаю!», отошел на пару шагов, отвечая на звонок. — Да, мам? — Привет, милый, — голос матери, такой дорогой и привычный, согревал даже по телефону. — Как ты?

***

Шан Вэньхуа посмотрел на отошедшего Огурца, а после перевел взгляд на его сестру. Та, бросив быстрый взгляд на брата, сделала шажок ближе в автору, смущенно улыбаясь. — Меня зовут Шэнь Джу, я тоже рада познакомиться. — Красивое имя, — сделал неловкий комплимент девушке автор, искренне радуясь новому знакомству и немного волнуясь. — Извини за вопрос, но… — Шэнь Джу на мгновение запнулась. — Ты единственный… Самолет из друзей моего старшего брата? — Со стопроцентной уверенностью могу заявить, что я единственный и неповторимый Самолет, — Шан Вэньхуа приложил руку к груди, игнорируя кривляния читателя. — Значит… — девушка быстро стрельнула глазами в сторону брата, а после сделала шаг вперед и зашептала. — Значит, это ты парень моего брата? — А? Немного растерянно глядя на сестру Огурца, у которой в глазах плясали искринки от возбуждения и щеки были красные от румянца, Шан Вэньхуа был поражен внезапной догадкой. Шэнь Юань был влюблен в него? Это открытие поразило Шан Вэньхуа до глубины души, будто в него попала молния. Не зная, что ответить уже убежденной в чем-то девушке, автор развел руки в стороны. — Ну, на самом деле не совсем. Вид Шэнь Джу моментально сменился из любопытно-возбужденного на серьезно-воинственный. — Эй, мой старший брат самый лучший. Не смей разбивать ему сердце. — И в мыслях не было, — Шан Вэньхуа примирительно поднял руки вверх. — Смотри у меня, — девушка сурово покачала пальцем возле носа автора. — Для меня, конечно, такие отношения в новинку, но если мой брат счастлив, то все в порядке. — Шэнь Джу прищурилась, выглядя суровым крольчонком. — Он ведь счастлив? — До смерти, — заверил ее автор, все еще не зная, как реагировать на внезапное открытие о своем читателе. Девушка хотела что-то добавить, но тут подошел Шэнь Юань, который закончил разговаривать по телефону и сейчас подозрительно осматривал шушукающуюся парочку. — Джу-эр, отойди от него. И вообще, ему уже пора. Джу-эр, я тебя провожу. Шан Вэньхуа посмотрел на табло и присвистнул. — Спасибо, братец, почти опоздал. — Ой, — спохватилась девушка, хлопая глазами. — Я забыла, что мне срочно нужно позвонить. Братик, проводи своего друга. Шан Вэньхуа улыбался, глядя на разгневанного читателя, который был возмущен тем, как его бросила собственная сестра. Он был похож на кипящий чайник и выглядел до того забавно, что хотелось взять маркер и подрисовать ему усы. Наконец, успокоившись, Шэнь Юань схватил автора за руку и потащил к поездам на нужный путь: — Давай быстрее, если ты и правда опоздаешь, я с тобой тусить до следующего не буду. — Понял-понял, не ссы, — миролюбиво отозвался Шан Вэньхуа, позволяя тащить себя на буксире. В вагон его практически зашвырнули. — Надеюсь, ты не говорил никакой похабщины моей сестре? — вовремя спохватился Шэнь Юань, стоя напротив дверей. Автор задумался, вспоминая разговор, после чего честно ответил: — Ни словечком, братан. Он сделал шаг вглубь вагона, но внезапно остановился и повернулся вновь к читателю. — И да, — Шан Вэньхуа похабно улыбнулся и подмигнул. — Сестричка у тебя ничего так. Автор громко засмеялся, успевая схватить полетевшую в него бутылку, которая лишь чудом успела залететь в вагон за мгновение до закрытия дверей. Показав читателю большой палец, Шан Вэньхуа с удовольствием допил оставшуюся воду, а после сел на свободное место, доставая телефон и готовясь успеть во время пути написать часть главы. А о внезапных чувствах своего читателя он подумает потом.