Цветочки

Утро было отвратительное. Как минимум, потому что Дрейк проспал около трех часов, проведя всю ночь на крыше. Ну, а как максимум — сегодня был понедельник. И через минут двадцать начиналась первая пара в университете. Поэтому, стоило парню только взглянуть на будильник, как он с мученическим стоном упал обратно лицом в подушку. Вставать не хотелось, в кровати было уютнее, чем на улице, от одного взгляда на которую становилось холодно. Там моросил противный дождик. Дрейк перевернулся на бок, мутным взглядом окинув собственную комнату. За три часа ничего не изменилось — на стенах все также висели плакаты любимых групп, на полке стояло несколько фигурок персонажей, а по полу валялась одежда, которую Гирт содрал с себя вчера, ввалившись в комнату, замерзший и раздраженный. Он умудрился задремать на крыше и пропустил момент, когда выпала роса. Это вышло ему боком — толстовка промокла и стала ледяной. Надо было её, наверное, высушить, но парню было наплевать и тогда — лишь бы добраться до тёплой постельки — и сейчас тоже. Ну мокрая и мокрая, сама скоро высохнет. Вставать не хотелось, хотелось и дальше лежать лицом в подушку, игнорировать существование университета и первых пар. Их можно и пропустить, прийти к третьей — все равно тебя прикроет кто-нибудь из одногруппников. Гирт хотел скинуть смс-ку Онри, соседу по столу, даже потянулся рукой к телефону, как тот начал издавать звуки. Увы, даже не будильника. Этот рингтон был призван поднимать мертвых, и стоял он у Дрейка только на одного человека. Любимую сестрицу Еву, имевшую привычку звонить вовремя и не имевшую совести и понятия времени. Опять что-нибудь забыла, скорее всего. Брать трубку не хотелось примерно так же, как и вставать, так что Гирт просто выключил звук входящего звонка и отвернулся к стене. Задремал. Ненадолго, правда. Буквально через две минуты телефон снова заорал, заставляя Дрейка вздрогнуть. Рефлекторно дернувшись от источника звука, парень впечатался лбом в стену, да так, что чуть искры из глаз не посыпались. В буквальном смысле. Зашипев, он потёр ушибленное место и потянулся к телефону. Видимо, игнорировать Еву не представляется возможным. Едва попав в кнопку, он прислонил трубку к уху. — Дрей?! Ты в общаге? — голос сестры казался приглушенным из-за чьих-то гневных криков на фоне. Гирт поморщился и отодвинул трубку телефона от уха. — И тебе доброе утро. Да, ещё не вышел. — Отлично! У нас тут чэпэ, помоги, а? — парень закатил глаза. Как и думал, Ева забыла что-то в очередной раз. — И погоди, в смысле ты ещё не вышел? У тебя пара через пятнадцать минут, а ты… — Будешь пиздеть — сама пойдешь свое ''чэпэ'' решать, — буркнул Дрейк, поднимаясь с кровати. Ева по ту сторону телефона тут же заткнулась. — Так что ты забыла, опять? — На столе оставила папку с песнями для рок-группы, помнишь? Мне дали их отпечать… — А ты их забыла, да? — Дрейк вздохнул. — Ну да… Так ты принесёшь? Пожалуйста! — протянула Ева, и Гирт-младший буквально увидел как сестра сложила руки в молитвенном жесте. Он кивнул, потом вспомнил, что Ева не видит его и согласился уже в слух. Ответом ему стал радостный крик сестры и уже более тихое ворчание кого-то там на фоне. Желания встать у него, конечно, не прибавилось, но помочь Еве стоило. Чтоб она потом ему должна была. Дрейк практически вслепую — глаза все ещё плохо открывались — потянулся к лежащей на полу толстовке и только потом вспомнил, что она так и не высохла. Накинул на себя другую, висевшую на стуле рядом, натянул джинсы и пошёл. Хорошо, что Ева живёт не так далеко, как могла бы. Благодаря возможностям главы студсовета — Евы — комнату Дрейку выдали всего-то на этаж ниже и ровно под комнатой сестры. До лестницы парень едва дополз, цепляя частями тела все углы на своём пути. Перед глазами все расплывалось, кажется на одном из поворотов Гирт уловил краем глаза какие-то разноцветные круги. После них спать захотелось меньше, после лестницы сонливость почти прошла. Когда Дрейк вполз в комнату сестры, телефон зазвонил снова. Теперь это был Онри. — Чувак, ты где? Нет половины группы, Шишка в бешенстве, орёт белугой! — голос друга звучал приглушенно. Скорее всего он сидел под партой. — Сказала, что наставит всем подряд неудов и хер нам, а не хорошо закрытая сессия. — У меня тут очередной головняк Евы, ща заберу её шмотки и буду уже в пути. Сейчас-то она где? — Пошла на вход, отлавливать. Бедные парни, не завидую. — Опять курить уперлись? — Дрейк прижал телефон у уху, собирая в рюкзак папки. Их оказалось целых пять, Онри услышал, как Дрейк шипит себе под нос и хихикал в трубку. Настоящий друг. — Ага. Сейчас их Шишка обратно притащит и будет до конца пары распинаться о безответственности и аморальности, ты ж её знаешь. — Короче, тогда меня не жди, ко второй буду. Отдам эти сраные папки с нотами и пойду поем. — Договорились. Только ты эт, будь обязательно. А то мне тут одиноко, вот от печали под стол уже лезу. — От печали под стол не лезут, от печали в другое место лезут. Все, короче, пока, — Онри что-то пробубнил, приглушенный звуком мощного крика их преподши по истории искусств, Наталии Шишеки, дамочки под пятьдесят, сухопарой и с рупором вместо глотки, и отключился. От греха подальше. Дрейк хмыкнул, застегнул рюкзак, кое-как впихнув туда все вещи, и выскочил из комнаты. За его спиной со шкафа вдруг что-то свалилось, но Гирт решил не проверять. Это будут уже проблемы Евы. Парень спустился вниз по лестнице, кивнул старушке вахтерше, приглядывающей за общежитием, и чуть не впечатался носом в дверь, которую кто-то закрыл прямо перед ним. Отличное начало дня, что сказать. До университета Дрейк шёл медленно, никуда впрочем не торопясь. Вероятность встретить кого-то знакомого была не велика — люди либо спали, либо учились. В холле практически никого не было, только обычно опаздывающие и игнорирующие все правила студенты. И никакой Евы вокруг, даже спустя пару минут. Вынув из кармана телефон, Гирт быстро защелкал клавиатурой сообщения. Дрей 9:21 Ну и где ты, мать твою? Я стою тут уже несколько минут и все ещё не вижу тебя. Твоя группа рискует остаться без своих папочек… Старая сестра 9:23 Ну, у меня тут случились кое-какие обстоятельства… Дрей 9:23 Если ты хочешь сказать мне, что у тебя началось совещание твоего кружка по интересам, то я просто оставлю ноты на полу. Старая сестра 9:24 НЕ СМЕЙ! Старая сестра 9:24 ДАЖЕ НЕ ДУМАЙ!!! Старая сестра 9:25 Дрейк? Старая сестра 9:25 Дрееейк? Только не говори мне, что ты уже ушёл. Дрей 9:26 У тебя ровно минута, чтобы придумать, куда мне деть эти твои папки. Старая сестра 9:26 Таааааак Там должен стоять где-то чувак такой. Дрей 9:28 Уборщик или парень со шваброй на голове? Они конечно друг от друга сильно не отличаются, но мне нужно знать наверняка. Старая сестра 9:28 У твоего должна быть гитара. Вручишь ему и можешь быть свободен. Только не прогуливай сильно, ладно? Дрей 9:29 О, все, нашёл. Приду ко второй. Гирт поднял голову от телефона и посмотрел на парня с гитарой. На голове у него был реальный беспорядок, и он на повышенных тонах говорил с кем-то по телефону, там же мелькало имя Евы, кажется. Кудрявый сначала уговаривал своего собеседника, потом просто кричал. Дрейк вытащил из рюкзака папки и двинулся к «объекту». По пути звякнул телефон — Ева прислала фотографию и имя нужного человека. В голове мелькнула мысль о том, что его сестре стоило сделать это пораньше. Убедившись, что швабра-человек тот, кто ему нужен, Дрей направился к нему. — Кохаку Кагури? — спросил Гирт. Кудрявый извинился в трубку и посмотрел на него. У чувака оказались красивые светло-карие глаза, кажущиеся оранжевыми, Дрейк даже засмотрелся. Вообще парень был очень симпатичный. Высокий, выше Гирта на полголовы, с аккуратной фигурой, но не тонкий. Ещё и гитарист. На таких девчонки пачками вешаются, а значит Гирту ничего здесь не светит. Обидно, досадно, ну, да ладно. — Ева просила передать тебе это. Он спихнул папки в руки захлопавшего глазами Кохаку, зевнул и потащился в сторону столовой под удивленный взгляд гитариста. Сзади раздалось «Папки у меня», но Дрейк даже не обернулся, просто продолжая ползти к цели. Спать хотелось ужасно. Где-то впереди мелькнул Онри, походу сбежавший с пары. День начался.

***