Омега который притворяется альфой.

Двери учебного заведения встречают его как всегда: толпа народа, и только один парень привлекает его внимание. — Эй, ты! Красавчик! — чуть ли не кричит Мин, ухмыляясь с удивленного лица. Все ученики поворачиваются и Мин хохочет, показывая на Пака — да, ты-ты. иди сюда уже. — Парень подходит, Юнги понимает, что как только появляется Чимин, в его сердце резко появляется нежность и гладит того по голове, приближаясь губами к мочке уха. — Сегодня, возле лестницы после уроков. Я приду к тебе домой если ты не придешь, — шепчет тот и слышит разочарованный вздох. — Хен, я не могу… — растерянно мямлит омега, отталкивая Мина от себя. — Доен просит придти меня к классу музыки в то время… — Тогда готовь сегодня много еды, ведь я собираюсь опустошить твой холодильник) — улыбается Юнги. — и только попробуй меня еще раз оттолкнуть, тебя вместе с холодильником сожру. чимин закрывает глаза и ложит руки на головы. что ему теперь делать? куда бежать? неизвестно.

***

Время пробегает слишком быстро, по меркам чимина, и тот нервно оглядывается по сторонам, идя в сторону лестницы и музыкального класса. то крыло было заброшено, из-за его неудобного расположения туда никто не ходил, и в основном, в кабинетах стояли старые кровати, письменные столы, шкафы и подобная износившаяся мебель. он решает все-таки послушать доена, и идет к нему стремительным шагом. дверь хлопает и чимин приветливо улыбается. — ты звал меня, доен? — говорит тот и обнимает его. они с доеном в хороших отношениях, познакомились еще в интернете, но оказалось что они учатся в одной школе, и с тех пор завязалась их дружба — звал. — хрипит альфа, но улыбка ни на секунду не слазит с его лица. когда Пак отпускает его, доен улыбается. — ну что, сыграем вместе? — спрашивает тот. Чимин вопросительно поднимает бровь и кусает губы. — во что? — спрашивает тот, из-за чего старший хохочет. — сейчас узнаешь. — улыбается альфа как-то по-ненормальному и смотрит изучающе. парень резко прижимает бедрами парня к старому пианино, и загоняет его в ловушку. чимин пугается и отталкивает альфу от себя с силой, но тот будто ничего не чувствует и ложит руки омеге на плечи, постепенно спуская их ниже, сжимая талию, поглаживая ягодицы. пак вырывается и кричит, поднимая голову к потолку, будто там — наверху — его должен кто-то услышать. в его глазах стоит ужас, когда ему зажимают руки и начинают раздевать. рубашка чимина рвется, пуговицы отлетают и ткань ошметками опадает вниз. парень срывает голос, но продолжает хрипеть. горло жгет, воздуха не хватает, становится действительно страшно за себя. тот, кого он считал другом, делает сейчас такое. омега плачет навзрыд, но слезы вытереть не может, его брюки сняты уже наполовину, и от-того еще страшнее. чимин продолжает хрипеть и всхлипывать, слыша, как в ответ рычит доен. — ну же, омега, ублажи альфу, — приговаривает он, и чимину становится противно до тошноты. тот сопротивляется даже когда силы уже на исходе, и зовет на помощь.

***

юнги шел к туалетам. на весь корпус гремели отрывки криков, Мину было плевать ровно до того момента пока он не понял, чей голос просит помощи. Дверь в старый класс громко скрипит и открывается. Злой Юнги видит заплаканного бледного омегу, со спущенным нижним бельем и порванной одеждой, видит альфу рядом, что стоит с расстегнутой ширинкой и все понимает. Чимин быстро натягивает на себя боксеры, понимая, что больше ему надеть нечего. Рубашка, как и штаны, порваны. — Что ты себе позволяешь! — кричит Мин и резко подходит к фортепиано. Тот бьет Доена по лицу со всей силы, что парень отворачивается в сторону. Страшно. За омегу страшно. Что если бы он не успел? Что если бы он не поправился? Чимин бы вряд-ли выдержал такое. — Проваливай отсюда! — кричит альфа, пиная воздух. Он звонит друзьям, и те молча приносят спортивную одежду Мина и плед. Помогая надеть Чимину свою футболку, парень отворачивал голову, чтобы Пак не волновался по поводу этого. Пак сам натягивает спортивное трико и вздыхает. Альфа укутывает его в плед, после чего выводит его за собой на крышу по лестнице и смотрит в глаза, доставая пачку сигарет. Он выкуривает три сигареты, прежде чем остановиться. Они сидят молча, пока играет закат в глазах Чимина. Тот резко начинает плакать, прижимается к Мину и даже умудряется залезть к нему на колени, утыкаясь носом в плечо. Юнги прижимает того крепче к себе, даря защиту и чувство уверенности, и понимает, что готов спрятать Пака от всего мира, лишь бы тот не плакал, лишь бы не шептал: Мне так страшно, хен… Парень постепенно успокаивается. Юнги укутывает его в плед сильнее, потому что на улице заметно холодает. Пак успокаивается и отстраняется, смотря тому прямо в глаза, но все еще сидя у него на коленях. — Хен? — Что? — спрашивает Юнги. — Простишь меня? — Ну даже не знаю. — тянет Мин, и поворачивается, теребя того по волосам. Чимин улыбается впервые так ярко и смеется. Его волосы переливаются, искорки горят в глазах и весь он будто светится, отчего Юнги усмехается, про себя говоря: «Два солнца встретились и теперь одно из них улыбается». Дальше они сидят молча, но улыбка не сходит с его лица ни на секунду. — Спасибо тебе, хен. — улыбается еще шире, поправляет прическу и ложит руку к юнгиевой. — Я. — Мин обхватывает пухлые пальцы и поглаживает их. — Делай так чаще. — Юнги вздыхает, сгорбившись и облизывает губы, смотря на пухлощекого парня перед собой. В его глазах нет злости, он смотрит, заботливо перебирая пальцами пальцы чимина. Оглаживает и одаривает заботой, пощипывая их иногда. — Как? — спрашивает младший, вновь прижимаясь ближе и ложа подбородок Юнги на плечо. — Да хоть как. Забудь. — непринужденно говорит тот, будто ничего не было. — Так как они узнали, что ты омега? — Это вина Намджун-хена, моего парня. Он выкрикнул возле моей школы, что я самый милый омега в мире. А на следующий день у меня нашли омежьи подавители… Юнги понимающе кивает и прижимает к себе парня, обнимая его. Единственное, что спрашивает Юнги: — Ты расстался с ним?