Омега который притворяется альфой.

- Да.

***

Чимин улыбается, обнимая Юнги еще крепче. Время давно за полночь, они гуляют по парку и разговаривают. — А ты когда-нибудь целовал нос цыпленку? Как тебе? — вдруг спрашивает Чимин, отстраняясь. Мин смотрит в глаза и посмеивается, убирая волосы со лба омеги. — Нет, но сейчас попробую. — говорит тот, видя как меняется лицо Пака, и целует его в кончик носа, улыбаясь.- Хм, такого цыпленка лучше в губы целовать. — вдруг констатирует Мин, и Чимин краснеет, стукая его по плечу. Они хохочут уже около шести часов, и все никак не могут отлипнуть друг от друга. — Знаешь, хен, мы с Намджун-хеном не истинные. И он меня не любил. — загрустил Чимин, опуская голову. — Знаю. — кивает Мин, приобнимая его. — Такое чудо как ты не любить — нарушение закона. — вздыхает Юнги, кивая самому себе. — А ты, хен? Ты мирный гражданин или преступник? — спрашивает Пак, взволнованно облизывая губы. — Вообще, я преступник, но в этом случае я самый законолюбивый гражданин в мире. — Юнги видит, как сверкает улыбка омеги, видит, как его глаза радостно сверкают, видит во всей его позе облегчение. Они идут молча дальше, но Юнги вдруг спрашивает: — Ты когда-нибудь катался на мотоцикле? — и улыбается. — Нет, а что? — Что ж, вот и пришло твое время. — подытожил он.

***

Чимин крепко обнимает Юнги со спины, улыбаясь. — Не бойся, держись за меня, в случае чего спасайся первым. — по привычке говорит Мин, вздыхая. Он всегда так говорит, когда катает кого-то. Чимин кивает. Мотоцикл стремительно едет по улицам Сеула, от резко появившегося адреналина у Чимина захватывает дух. — Крепче, я же не хочу чтобы ты улетел. — шутит Мин, а Пак действительно прижимается ближе и вновь крепко удерживает руки. Ему не нравится, что Юнги едет без шлема, отдав его Чимину, но он молчит, наслаждаясь теплом родного тела. Яркие огни проносятся перед глазами, оставляя после себя вспышки невероятного удовольствия. Пак чувствует себя как никогда свободным и счастливым, он смеется от счастья, слыша, как Юнги смеется вместе с ним. Они ложатся на траву, долго смотря на звезды и составляя из них имена друг друга. — Юнги… А какой у тебя рисунок? — спрашивает Пак, улыбаясь. — У меня сегодня утром появился. Мин отодвигает край свободной футболки и обнажает маленький рисунок солнышка. Пак подвигается ближе и глазами спрашивает: «Можно?». Юнги кивает. Теплые пальчики касаются метки, и альфа вздыхает. Впервые прикосновение к метке от другого человека дарит ему удовольствие. — Вау… — шепчет омега, продолжая пальцами поглаживать рисунок. — Я показал тебе свою, теперь ты покажи мне свою. — — Честно говоря, хен, я ее не вижу, и никак не смогу увидеть. Зато ты сможешь. — Чимин поворачивается к Юнги спиной и оттягивает край штанов, спуская их. Юнги удивляется. — Не думай, что я хочу оголиться перед тобой! — кричит Чимин, краснея. — Я показываю метку! Она должна быть где-то тут… — Чимин водит пальцами по копчику, пытаясь нащупать рисунок. Юнги тянет штанину вниз. — Эй! Нет! Дальше н… — договорить он не успевает, потому как Юнги касается руками красивой метки, после оставляя на ней мягкий поцелуй. Чимин закатывает глаза и опадает вперед, разваливаясь на траве. Его щеки горят, и он тянется рукой вновь натянуть ткань на себя. — Хватит уже, достаточно посмотрел и потрогал. — ворчит Чимин, когда его ткань тянут обратно вниз, и он сопротивляется. Но, Чимин бы так бы и продолжал пытаться натянуть штаны, если бы… Они не слетели с нижним бельем. Оба замирают, но после Юнги подвигает к себе омегу, вновь начиная водить пальцами по метке. Он аккуратно натягивает нижнее белье второй рукой, и шутливо шлепает омегу по ягодице, на что тот сдавленно стонет. Пак Чимин, ты попал.