Свинцовый Небосвод

      Ангар находился семью уровнями ниже доков. Однако, чтобы добраться до него, пришлось сделать немаленький крюк по этажу. Все же архитекторы явно переусердствовали, когда усложняли планировку. Но Нейман с остальной командой таки дошли до нужного им коридора, над которым висело табло, явно дававшее понять, что они на правильном пути. Возле проема их уже ждал Шепард. Кивнув подошедшим подчиненным, Джон спросил: — Надеюсь, что вы добрались без приключений? — Почти, — ответил Александр, кинув уничтожающий взгляд на Рекса, — ребята немного пошалили, заставив охрану понервничать, но все обошлось. — Это хорошо. Потому как сейчас нам предстоит заезд на «Вершину». Идите за мной.       Дверь в ангар была неожиданно маленькой для такого большого помещения. У входа была одна-единственная охранница. Вежливо спросив с посетителей пропуск и удостоверившись, что все в порядке, она разблокировала дверь, не забыв предупредить о плохой погоде в Алеутской долине. Когда команда вошла внутрь ангара, профессиональное чутье Неймана буквально взвыло не своим голосом. Первое, что бросилось в глаза Александру, — это большое количество открытых металлических ящиков, по всей видимости, тех самых, что привезла с собой Бенезия. И все до одного были пусты. Второе — Нейман по опыту знал, что такие огромные открытые пространства являются идеальным местом для засады. Дальнейшее действие проходило, как в замедленной съемке. Нейман периферийным зрением увидел необычайно яркий красный отблеск, через долю секунды вновь исчезнувший. Обычный диод или какой-нибудь элемент освещения так себя не ведет, а значит…       Остальные члены экипажа не успели ничего предпринять, как Александр в мгновение ока подлетел к Джону и со всей силы оттолкнул его. Спустя еще мгновение то место, в котором до этого стоял коммандер, прочертила ярко-красная линия. Конец линии уперся в один из ящиков, тут же расплавив его. Против этой дряни вряд ли помогли бы щиты. Тут же из-за укрытий вышло несколько штурмовиков гетов и два разрушителя и тут же открыли огонь по уже опомнившимся десантникам. Однако Нейман до сих пор не увидел того, кто мог сделать такой выстрел. После Терума перемалывание гетов стало уже привычным делом, так что никто не растерялся, кроме Лиары, которую буквально затянул в укрытие Гаррус. Разрушители были, конечно, неприятными противниками, но их взяли на себя Джон и Рекс, являвшиеся «танками» десанта. Со штурмовиками начали справляться остальные. Неожиданно посреди суматохи боя раздался крик Тали: — Потолок!       Нейман поднял глаза наверх и выругался отборным матом, от которого покраснел бы даже пьяный кроган. На потолке прилипло несколько гетов. Эти геты были необычными, по габаритам они существенно уступали своим товарищам, но, когда Нейман увидел, как этот гет совершает прыжок на добрые тридцать метров, он понял, что с этими металлическими ублюдками им еще предстоит помучаться. Неожиданно из «глаза» одно из прыгунов (так окрестил их про себя Александр) раздалось то самое ярко-красное свечение. Спустя секунду воздух вновь был расчерчен линией, от которой едва увернулся Кайден. Нейман стал палить по потолку, но твари оказались очень верткими, так что Александру пришлось потратить две термоклипсы, прежде чем он свалил одного из прыгунов. В этот же момент к гетам подошло неслабое подкрепление в лице дюжины штурмовиков. Ситуация начала поворачиваться в пользу гетов, и Шепард с Рексом, на каждого из которых насело несколько штурмовиков, были вынуждены отступать, дабы не попасть в кольцо. Команда оказалась прижата к ящикам, находившимся около входа в ангар. Возможности провести контратаку не было из-за прыгунов, так и норовивших отстрелить неосторожно высунутую голову. Обстановка постепенно переходила из напряженной в критическую. Однако в этот момент проход, ведущий в ангар, вновь открылся и в помещение ворвался вооруженный до зубов отряд охраны. Вела отряд уже знакомая капитан Мацуо, которая прибавила себе в глазах Неймана несколько очков. Теперь, обладая паритетом по численности с гетами, защитники перешли в атаку. Хаотичным огнем винтовок были сняты прыгуны, а с остальными разделаться не составила большого труда. Не обошлось без потерь среди охраны. Служба безопасности Порт-Ханьшаня потеряла четырех бойцов, и еще столько же было ранено. Капитан Мацуо, завершившая зачистку и отдав распоряжения о вызове медицинских служб и следователей, подошла к Шепарду. — Какого черта здесь происходит?! Почему ангар кишел гетами? — У меня к Вам тот же вопрос, — прорычал коммандер так, что Мацуо невольно отступила на шаг, — почему груз не был досмотрен на таможне?! Это Ваша прямая обязанность! А если бы они притащили еще что похуже? — Таково было распоряжение администрации, — ответила Мацуо, понимающая, что в произошедшем была ее доля вины. — А если Вам администрация скажет выебать себя винтовкой, Вы это тоже сделаете? В общем так, обыщите весь Порт-Ханьшань сверху до низу. Перетрясите всех, кто имел отношение к транспортировке груза. И имейте в виду, «Вершина-15», скорее всего, уже кишит гетами. Здесь ящиков явно куда больше сотни, а гетов мы положили, в лучшем случае, десятка три. Выполнять! Приказ Спектра.       Мацуо сухо кивнула и приступила к выполнению своих обязанностей. Шепард же обратился к экипажу: — Надо выдвигаться дальше. В самом конце ангара стоит нетронутый «Мако». На нем мы и доберемся до «Вершины». — Что ж, по крайней мере, мы выяснили, что с гетами лучше сражаться в замкнутых пространствах, где они не могут реализовать численное преимущество, — заметил Гаррус. — Не стоит забывать, что у Бенезии в распоряжении имеются десантницы азари. Их биотику нельзя упускать из виду, — сказал Александр. — Верно, а потому от нас потребуются все силы. Выдвигаемся.       Когда все подошли, «Мако» между капитаном и экипажем завязалась неожиданная перепалка. Десантники наотрез отказывались садиться в «Мако», если им будет управлять Джон. Последний был вынужден уступить напору своих подчиненных, и таким демократическим путем коммандер был отстранен от руководства транспортом. В качестве утешительного приза Шепард занял место за бортовым орудием. Водителем же был избран более аккуратный и размеренный Кайден.       Езда по заснеженным каньонам Новерии оказалась непростым испытанием. Сильный ветер со снегом снижал видимость до около нулевой. Дорога по хребту была узкая и обладала весьма неожиданными и крутыми поворотами. По дороге встречались блокпосты гетов, благо, они были недостаточно сильными, чтобы представлять угрозу для «Мако». Скорее, их цель была задержать нежеланных гостей, если тем захочется посетить «Вершину».       Комплекс «Вершина-15» находился сравнительно недалеко от Порт-Ханьшаня. Всего в двадцати километрах, если считать по земным меркам. Тем не менее, путь до «Вершины» отнял целых два часа. Этого времени более чем достаточно, чтобы Бенезия успела подготовится к визиту «друзей». Поэтому Шепард и его спутники не сомневались в том, что бой будет жарким. Однако они были весьма удивлены, когда, подъехав ко входу в комплекс, они увидели полный разгром. Тяжелый занавес, играющий роль ворот, был искорежен, а также имел несколько дырок, будто от попадания из тяжелого оружия. Центральный холл был полностью безлюдным и выглядевшим так, словно по нему прошелся молотольщик. Команда, сомкнув строй, быстрым шагом прошла в комплекс. Внезапно слух Неймана, замыкавшего построение, резанул странный звук. Он напоминал звучание земных насекомых, только куда громче. Александр дал знак Шепарду, и группа остановилась, заняв круговую оборону. Внезапно с разных сторон вышло несколько… существ. Они отдаленно напоминали гибрид паука и скорпиона, вот только размером они не уступали крогану. К тому же, от них отходило несколько щупалец, которые вряд ли им нужны для красоты. — Рахни! — издал утробный рык Рекс, почувствовавший приближение давнего врага своего народа. — В бой!       С этими словами Рекс бросился прямо на одного из рахни, попутно делая выстрелы из дробовика. Остальные тоже не остались в стороне, открыв огонь по рахни. Все закончилось буквально за секунды. Единственным шансом рахни на минимальный успех был бы эффект неожиданности, но и он был упущен. Нейман скривился, подойдя к одному из трупов рахни-солдат. — Отлично, теперь помимо гетов нам придется иметь дело с тараканами-переростками, — сказал Александр. — Сарен, должно быть, действительно больной ублюдок, если решил, что возрождение рахни — это хорошая идея, — произнес Шепард. — Мы это, вроде, установили еще тогда, когда он решил помогать Жнецам, — ответила Тали. — И то верно, — согласился Джон.       Дальнейшее продвижение по комплексу представляло собой калейдоскоп скоротечных перестрелок с рахни и гетами. Как оказалось, контроль над «Вершиной» был фактически поделен между различными группировками врага. Также по дороге встречалось множество трупов работников лаборатории. В определенный момент команда добралась до монорельса, ведущего на другую сторону комплекса. Чтобы пробиться к нему, пришлось умертвить целую толпу рахни. Рахни-солдаты довольно тяжело брались обычным оружием из-за их живучести и быстрой регенерации, отдельной головной болью были мелкие рахни-рабочие. Их размер едва ли достигал полуметра, но они доставляли немало неприятностей, отвлекая десантников от более крупных собратьев. Однако наличие четырех биотиков в команде позволяло нивелировать преимущество противника. Добравшись на монорельсе на другую сторону, команда, к своему удивлению, встретила первых выживших. Те, правда, были не столь рады их визиту и едва не открыли по ним огонь, но, благо, командир охраны комплекса вовремя распознал, что перед ними не враги. Подойдя ближе, Джон представился: — Коммандер Шепард, Спектр Совета. — Капитан Вентралис, отвечаю за охрану комплекса «Вершина-15». Рад, что вы появились, у нас уже неделю критическая ситуация, а руководство все молчит! — Вы неделю отбиваетесь от рахни и гетов?! — неверяще переспросил Шепард. — Так точно. Все началось с прибытия матриарха-азари. Она привезла с собой много непонятного груза. Какое-то время все было спокойно, а потом из риск-лабораторий вылезли полчища этих тварей! Они быстро захватили большую часть комплекса. Нам с большим трудом удалось сохранить контроль над этим сектором, здесь же мы собрали всех выживших. Я неоднократно посылал запросы о помощи, но единственное, чем ограничился Совет директоров, — это посыланием сюда какой-то азари. По их словам, она должна была уладить ситуацию в риск-лабораториях. Она туда вошла несколько дней назад, но так и не вернулась. Что, в целом, ожидаемо. Что может тут сделать один разумный? — Вы хорошо проявили себя, капитан, Вы организовали оборону и сбор выживших, — уважительно произнес Шепард, — я бы не справился лучше. — Дураков на такие должности не назначают. Но если все продолжится в том же духе, нам долго не продержаться. — Шепард, — обратился к коммандеру Нейман, — возможно, прежде чем продолжить поиски Бенезии, нам стоит разобраться с лабораториями? Не хотелось бы, чтобы нам в спину ударили толпы рахни. — Ты прав, — после секундного раздумья сказал Шепард, — сначала разберемся с ними. Капитан, как можно попасть в риск-лаборатории? — Недалеко от монорельса находится аварийный лифт, через который Вы туда и попадете. Я выдам Вам пропуск. Но предупрежу, из лаборатории живым выбрался только Хан Олар, но и он до сих пор не в себе. Можете поговорить с ним, если желаете. Он здесь, неподалеку. — Благодарю, — коротко ответил Шепард.       Команда устремилась к лифту, ведущему в риск-лаборатории. Молчание неожиданно разорвал Нейман. — Похоже, Анолеис теперь не отделается простым сроком. Не после всего этого дерьма, что сейчас всплывет на поверхность. В лучшем случае, он будет пожизненно добывать нулевой элемент. А, скорее всего, совершенно случайно подавится пулей. — И поделом ублюдку, — сказал Джон, — кстати, ты оказался прав, Паразини действительно работала на Совет директоров. От нее же я и получил пропуск. Теперь, когда в ее руках все доказательства, Анолеис точно не отмоется. — Рад слышать.       Спустившись вниз, команда обнаружила большой зал. К их удивлению, в зале находился живой человек. Он сидел на инвалидном кресле и иногда подергивался, словно эпилептик. Подойдя ближе, Шепард спросил: — Кто Вы? Как Вас зовут? — Меня… зовут… Ярослав Тартаковский. Я ксенобиолог… компании… «Байнери Хеликс», — произнес мужчина, тут же зайдясь в судорожном приступе кашля. С его губ капала кровь. — Вы ранены. Лиара! Введи ему панацелин, быстро! — Оставьте себе. Я… уже покойник. Мне… осталось… совсем немного. Яд рахни надежно умерщвляет… разумных. — Вы окажете нам большую услугу, если расскажете, что здесь, черт побери, произошло, — произнес Нейман, которого не особо трогало состояние ученого. Смертей он повидал достаточно, а с этого будущего трупа еще можно получить ценную информацию. — «Байнери Хеликс» обнаружили… корабль. Он… дрейфовал в космосе по меньшей мере тысячу лет. Как мы… позже… выяснили, судно принадлежало рахни. На корабле мы… обнаружили яйцо. Яйцо царицы рахни. Мы перевезли его в этот комплекс. Когда царица появилась на свет, она тут же… начала… откладывать яйца. Царица… находится в глубине комплекса… под надежной охраной. Но мы… допустили страшную ошибку. Мы решили… разъединить царицу и ее детей. Мы думали, что… это сделает их более послушными. Мы… жестоко просчитались. Лишенные контроля матери, рахни обезумели. Им… удалось вырваться из-под контроля. Они быстро захватили нижние уровни… и стали продвигаться через коммуникационные… системы по всему комплексу. — Зачем «Байнери Хеликс» проводить столь опасные эксперименты? — спросил коммандер. — Руководство… компании… надеялось вывести армию подконтрольных рахни. Не знаю… с какой целью.       В этот момент в голове Александр окончательно сложился пазл. Анолеис упоминал, что Сарен является одним из крупнейших акционеров «Байнери Хеликс», что позволяет ему влиять на решения компании. Однако, как оказалось, Сарен имеет куда более плотные связи с верхушкой «Байнери Хеликс». Похоже, Сарен ни много ни мало — теневой руководитель одной из крупнейших корпораций Новерии. Потому как само по себе создание армии рахни не несет особой пользы для компании. Но вот для Сарена это вопрос принципиальной важности. Объединив мощь гетов и рахни, у него будет достаточно сил для ведения полномасштабных боевых действий против Пространства Цитадели. Тем временем, Ярослав продолжал: — Вам… нужно исправить… нашу ошибку. Рядом… находится панель управления. С ее… помощью… вы сможете… активировать нейтронную очистку лабораторий. Код… восемь-ноль-ноль-четыре-дефис-семь-семь-два-два-дефис-восемь-восемь-восемь-ноль. Протокол «Омега». Прошу Вас… исправьте мою… ошибку, — на этих словах глаза Тартаковского закрылись, и ученый испустил последний вздох.       Шепард на секунду прикрыл глаза и опустил голову. Пусть из-за этого человека сейчас на «Вершине» творится хаос, но он все же сделал попытку помочь. А сейчас следовало поторапливаться. В зале располагалось множество панорамных пуленепробиваемых стекол, из которых открывался вид на нижние уровни комплекса. И картина, которую там увидел Шепард, его вовсе не радовала. Там, внизу, все буквально кишело рахни.       Подойдя к консоли и введя код активации, Шепард установил таймер на три минуты. По их истечению это место превратится в один большой могильник. В темпе загрузившись в лифт и поднявшись наверх, команда услышала множество приглушенных толстыми металлическими стенами звуков, а также легкую вибрацию. По всей видимости, протокол «Омега» был успешно исполнен. Одной проблемой меньше. Теперь следовало возвращаться к поискам Бенезии. — Шепард, — обратилась к командиру Тали, — мне удалось отследить энергетические контуры комплекса. Их немалая часть идет на поддержание какого-то крупного потребителя энергии. Судя по всему, они питают нечто, вроде энергетического барьера. Возможно, именно там находится царица рахни. Полагаю, что где-то неподалеку находится Бенезия. — Отличная работа, — похвалил кварианку Джон, — ты можешь отобразить это место на карте здания? — Уже. Пересылаю данные на твой инструментрон. Это место находится недалеко от нас.       Путь до места, указанного Тали, не занял много времени и был на удивление скучным. Пару раз им встречались геты или недобитые рахни, но сложностей они не вызывали. Наконец, преодолев один из многочисленных туннелей, они попали в огромное помещение, куда сходилось множество путей со всего комплекса. Прямо посреди помещения находилась гигантская прозрачная камера, в которой и находилась царица. — Мать моя кроган, отец мой азари, — проговорил охреневший Нейман, — эта махина не меньше десяти метров в длину, а то и всех пятнадцати! — у остальной команды реакция была примерно схожей.       Подойдя ближе, десантники поняли, что они здесь не одни. У камеры находилась азари. Высокая, статная, величавая, с идеальными формами. Ее фигура так распространяла вокруг себя власть и уверенность. Лиара издала судорожный вздох: разумеется, она узнала свою мать — Бенезию Т’Сони. Матриарх обернулась к непрошенным гостям. — Вы опоздали, — спокойно сказала она, — его замысел уже исполняется, и их приход не остановить. — Мы не хотим Вам зла, — начал диалог Шепард, — сдавайтесь. Вы и так причинили немало вреда. — Вреда? Нет. Я и Сарен спасаем то, что еще можно спасти. Эту бурю уже не остановить, Шепард. — Вы имеете в виду Жнецов? — Да. Не правда ли, удивительно. Как много Вам удалось увидеть в Маяке? — Достаточно, чтобы понять, что Жнецов нужно остановить. — Мне импонирует Ваша самоуверенность, коммандер. Но Жнецы истребили сотни и тысячи цивилизаций. И еще столько же будет истреблено, когда от нас не останется ни малейшего следа. — Зачем они это делают? — Их мотивы Вам не понять, Шепард. Впрочем, я вижу, что Вашим спутникам уже неймется перейти к делу. Уж не думали ли Вы, что, приведя мою дочь, Вы что-то измените? — Лиара здесь для того, чтобы узнать правду. Горькую, но правду. Та женщина, что была ее матерью, мертва. Перед нами лишь очередная марионетка Сарена и его хозяев.       Бенезия ничего не ответила. Как по команде, проходы, ведущие в другие части комплекса, открылись, и из них стали выходить целые группы гетов. Но главной неприятностью были десантницы-азари. Работая в парах, они представляли угрозу, даже большую, чем геты. — Убейте их! — велела матриарх.       Из всех членов десантной группы Нейману, пожалуй, повезло меньше всех. Его атаковали сразу две азари и несколько штурмовиков-гетов. Александру приходилось маневрировать в замкнутом пространстве, уворачиваясь от деформаций азари и пуль гетов. Его щиты то и дело проседали под градом попаданий, но разведчик все же не позволял ситуации стать критической. Нейман применил все свои знания, умения и боевой опыт, и ему удалось выбить гетов, но азари продолжали наседать на него со все большим усердством. Очередная волна биотики выбила из рук Александра «Цикаду», чертыхнувшись, Нейман отстегнул с пояса крупнокалиберный пистолет. «Так дело не пойдет, — подумал Нейман, — нужно что-то предпринимать». Несмотря на горячку боя, Александру всегда удавалось сохранять ясность и холодность ума. А потому идея родилась незамедлительно. Что ж, настало время для дедовских трюков. Азари стояли и поливали его огнем из винтовок и биотикой, забыв о тыле. Этой оплошностью он и воспользуется. Достав гранату и активировав ее, Нейман не стал тут же бросать ее в азари, те несомненно успеют укрыться, а потому… — Рекс! На три часа десантницы! — рявкнул Нейман так громко, что азари точно его услышали. Инстинктивно они обернулись, тратя на это драгоценные доли секунд. В это же время граната, уже готовая разорваться в руке Александра, полетела в их сторону. Одна азари успела среагировать и укрыться, а вот ее подруге повезло меньше. Взрыв пробил биотический барьер, и содержимое второй десантницы оказалось разбросано по стенам и полу.       Нейман вышел из укрытия и стал атаковать оставшуюся в одиночестве азари. Несмотря на преимущество в виде биотики, разница в боевых навыках была слишком большая, и вскоре ряды врага сократились на еще одну боевую единицу. Выиграв свое микро-сражение, Нейман оценил обстановку. И надо сказать, она складывалась в их пользу. Экипаж умело отбивался от противников, постепенно оттесняя их. Отдельно Нейман отметил своеобразную дуэль Шепарда и Бенезии. Оба владели биотикой на высоком уровне, а потому их схватка напоминала битву магов из земных сказок. Также, Нейман увидел, что Тали отбилась от остальной группы и ее атаковали несколько штурмовиков, зажав в углу. Похоже, небольшая помощь ей не помешает. Александр стремительно рванул вперед, попутно подняв выбитый ранее пистолет-пулемет. Ворвавшись в гущу сражения, Нейман буквально за секунду смел не успевших опомниться гетов. Кварианка благодарно кивнула Нейману, и, образовав дуэт, Александр и Тали кинулись на помощь основным силам. После этого сражение завершилось за полминуты. Взмокший от пота Шепард стоял напротив осевшей Бенезии. На ее теле было несколько легких, несмертельных ран. Но активное использование биотики вызывает сильнейшее утомление, способное свалить даже крогана. Внезапно, Бенезия вновь поднялась, оказавшись под прицелом восьми разумных. — Он… он ушел. Шепот Сарена в моем сознании. Я могу на время побороть его, но это продлится недолго, — произнесла каким-то другим голосом Бенезия, — Вы должны выслушать меня. — Мама! — вскрикнула Лиара — ты очнулась! — Боюсь, что ненадолго, девочка моя. Его голос… он крайней силен. Я закрыла для него часть разума, но скоро он захватит и его. — Что Вы хотите нам сказать? — спросил Джон. — Послушайте, все дело во флагмане Сарена, «Властелине». Этот исполинский корабль. Я не могу описать. Он словно живой. Когда ты находишься в нем, то начинаешь ощущать, как твой разум начинает затмевать какая-то пелена. Ты начинаешь буквально боготворить Сарена. Вдали от Сарена и «Властелина» это чувство слабеет, но не исчезает. — Этот корабль не был построен гетами? — вновь задал вопрос Шепард. — Нет. Эти технологии намного превышают все имеющиеся у рас Галактики. Я не могу сказать, кто его построил, но кем бы они ни были, они чрезвычайно могущественны. Вначале я думала, что смогу бороться с его влиянием, но Сарен оказался сильнее. Гораздо сильнее. Он вывел царицу рахни, дабы получить данные о нахождении мю-ретранслятора. В памяти царицы сохраняются воспоминания всех ее предшественниц, поэтому мне удалось их получить. Сарен считает, что мю-ретранслятор приведет его к Каналу. — Что такое Канал? — Я не знаю. Сарен никогда не делился со мной планами, для него я была лишь рабом. Возьмите это, — Бенезия протянула Шепарду накопитель данных, — там координаты мю-ретранслятора. Остановите Сарена, чтобы он ни задумал! Я… я не могу больше сопротивляться… — Бенезия обхватила голову руками, — его шепот… его шепот повсюду… он окружает меня… остановите… меня… — Мама? — подала голос Лиара, на ее глазах стали наворачиваться слезы. — Прощай, Лиара… я всегда гордилась тобой.       Бенезия отвернулась, но спустя мгновение вновь взглянула на команду. Ее глаза как будто в одночасье потемнели. В мгновение ока она биотикой отбросила не успевшего среагировать Шепарда. Раздался выстрел, а затем — глухой звук падения тела. Лиара дрожащими руками держала пистолет, по ее глазам уже стекали целые ручейки слез.       Все закончилось. Лиара опустилась на колени перед телом матери. Нейман ощутил, как тяжесть всего прожитого дня многотонной глыбой легла на плечи. Он определенно заслужил отдых. Всю усталость как рукой сняло, когда он увидел, как один из трупов десантниц-азари стал вставать. А в том, что это труп, не было никаких сомнений. Сквозная дыра в животе недвусмысленно говорила об этом. Труп побрел в сторону какой-то консоли, возле которой до этого стояла Бенезия. Нейман понял, в чем дело, когда увидел нездоровое шевеление в клетке царицы. Он читал про способность рахни брать под временный контроль умерших врагов. Шепард, да и все остальные, тоже увидели эту картину, и коммандер отбросил биотической волной труп азари от консоли. Азари встала и повернулась к Шепарду. На ее лице не было ни одной эмоции, что, собственно, для трупа неудивительно. — Она будет нашим голосом, — произнесла царица рахни, — ваша музыка бесцветна и сера. — Кто Вы? — произнес Шепард так, словно каждый день разговаривал с трупами. — Мы рахни. Мы мать. Мы плетем музыку. Мы поем песнь. Мы создаем детей. Мы поддерживаем гармонию и создаем. Те, кому служила она, не созидают. Они не желают, чтобы музыка звучала. Они наши враги. — Вы имеете в виду Жнецов? — Вы зовете их так. Но это лишь ярлык, придуманный протеанами. У них нет имени. Они появились задолго до того, как прозвучали первые ноты. Теперь они хотят, чтобы мы стихли навсегда. Но судьба рахни в ваших руках, коммандер. Замолчим ли мы навсегда или создадим новую песнь? — Если я отпущу Вас, то Вы поможете нам в борьбе с Жнецами? — Рахни примут бой, когда придет время. — Шепард, — подал голос Нейман, — ты и вправду собрался отпустить ее? Если рахни вернутся, то нас ожидает война, по сравнению с которой вторжение гетов покажется нам возней в песочнице. Над камерой есть баки с кислотой, с их помощью можно убить царицу.       Повисло мучительное молчание, продлившееся около минуты. Наконец, собравшись с духом, Шепард заговорил: — Я не стану обрекать целую расу на смерть. Когда вернутся Жнецы, нам потребуются все силы, чтобы остановить их. Я отпускаю Вас. Идите с миром! — с этими словами Шепард активировал на консоли программу, выпускающую царицу на волю. — Наши дети будут петь песни о Вашем милосердии. — Надеюсь, за это милосердие нашим потомкам не придется расплачиваться кровью, — тихо сказал Александр.       Камера стала опускаться под пол на несколько уровней вниз. Раздался звук отключения барьера и раскрытия камеры. Где-то внизу послышались звуки перемещения гигантских конечностей царицы. Нейман устало прикрыл глаза. Их миссия на этой планете завершена. Пора выбираться из этого проклятого места.