Tokyo ghoul: Distortion

Семнадцатый район Токио.

      Ночь. Солнце давно село, унося с собой последние лучики тепла и света. Полная луна ярко светилась, освещая своим светом Токио даруя ночную жизнь. Лишь шум от двигателей машин и прохожих оживлял начавшуюся новую жизнь.       И все было бы спокойно, если бы не отряд следователей, затаившихся в нелюдном месте.       — Следователь Канеки, будьте готовы, — раздается голос Маруде в маленьком приемнике, спрятанного в ухе.       — Есть! — сосредоточенно говорит Канеки.       Вытаскивает из кармана черного пальто такого же цвета, но кожаную маску. Долгим и изучающим взглядом скользит по нему, всматриваясь в каждую деталь, как будто, видя этот предмет впервые. Но Канеки знает каждую деталь, изгиб наизусть. Несколько лет назад, так же сидел и всматривался в него. Воспоминания так и лезли в голову, но были они совершенно не радостные, которые не хотелось вспоминать вообще.       — Пора, — на его плечо легла тонкая женская ладонь.       Повернувшись Канеки встречается с Акирой Мадо. Коротко кивает ей головой. Еще несколько секунд смотрит в единственное глазное отверстие и надевает маску. Непривычный холод кожи маски обжигает все лицо. (Поставьте, пожалуйста музыку: Ally Broke & Tyga — Low Key).       Пройти незамеченным в здание проблем не составляет. Внутри помещения царил полумрак, только разноцветные цвета от прожекторов помогало видеть людей в масках. Всех до единого. Для человека такое показалось бы странным, но не для гулей. Существа способные питаться только людьми. Каждому приходится скрываться, либо вести двойную жизнь от следователей.       — Следователь Канеки доложите обстановку, — снова раздается строгий голос Маруде в приемнике.       — Замечены члены Древа Аогири, также среди них гули SS ранга: Кролики. Роз не видно, — поднося руку к уху, говорит Канеки.       В середине зала была девушка в белой маске кролика. Необычайный цвет ядовито-розовых волос, как будто светился в темноте, они были ниже лопаток, мягкими волнами, спадая по плечам. Бледно-розового цвета одежда не скрывала все изгибы стройной и гибкой фигуры. Заметив что-то белое и пушистое, пришитое к этому наряду. Канеки несколько раз моргает, чтобы понять, что ему это не привиделось. Пушистый кроличий хвост. Ее тело изгибалось в такт музыке, завораживая каждого здесь. Канеки тоже не стал исключением. Он завороженно наблюдал за ней, не в силах отвести взгляд.       Канеки даже не успел понять, как белый кролик оказалась очень близко к нему. Вот она мягко проводит рукой по его груди, плавно переходя к плечам и оказывается за спиной. В этот момент музыка заканчивается. Она исчезает также внезапно, как и подошла к нему.       Как бы Тоука ненавидела это делать, но приказы приходится исполнять. Особенно, если их приказывает Это. Киришима старшая недоумевала зачем развлекать всех этих гулей таким способом, каждый раз ловить липкие, изучающие и скользящие взгляды по ее телу. Даже думать не хотелось о том, что эти взгляды изучают ее, как на самый вкусный десерт, либо как игрушку. Но никто не осмелится этого сделать. Все-таки Древо Аогири устрашало своей мощью не только гулей, но и следователей. Тем более ее младший брат не только переломает всем им кости, но и съест. Его репутация оставляла желать только лучшего, каждый знал насколько бывает кровожадным и беспощадным Аято. Но и Тоука не настолько беспомощная, как кажется на первый взгляд. Все же она числилась у голубей в SS ранге. И не сказать, что она гордилась этим.       Тоука всегда отключалась от реальности, когда приходилось выполнять эту работу. Но странный запах отвлек от размышлений. Пахло человеком. Но запах очень даже странный. Смешанный. Тоука знала, что человека здесь быть не могло. Но тогда откуда взялся этот странный и вкусный запах? Свет прожектора падает на человека стоящего перед ней в нескольких метрах. Странный. Даже очень. Белые, как снег волосы и серые глаза. Маска только добавляла загадочности и устрашения. Черная кожаная маска сидела на нем, как будто это была его неотъемлемая часть. Один глаз был закрыт, но другой серебристый хищно осматривался по сторонам, пока не остановился на ней. Безумный оскал белоснежных зубов, где еле заметно была видна молния от застежки замка. Как бы странно это не звучало, от него так и веяло опасностью.       Кролик даже не знает зачем пошла прямо к нему в руки. Может ради интереса. Ведь его никогда не видела среди гулей. Но маска почему-то так и говорила, что видела она ее не впервые. И в этот момент сознание так и кричит уходить отсюда, как можно быстрее. Тоука вспоминает, где чувствовала такой запах. Она сталкивалась с ним несколько раз. Но тогда на нем не было маски. Этот запах никогда не перепутает. Следователь Канеки Кен. Или как его теперь называют Бог смерти.       Тоука пытается затеряться в толпе, подальше от найденных ею замаскированных следователей-куинксов и заодно быстро найти своего младшего брата.       Здесь голуби.       Аято стоит вдали от веселящейся толпы, вместе с некоторыми гулями из своей группы. В неизменной своей одежде: черная куртка с таким же цветом джинсы, ботинки и неизменная маска кролика, как у Тоуки, но черная. Внешне в детстве они были похожи, но теперь разница между ними заметна. Аято выше ее почти на голову, с каждым разом становясь все похожим внешне на отца.       — Нас накрыли, повсюду голуби — подходя к нему ближе говорит Тоука, принимая из рук Банджо свой черный плащ, прикрываясь им.       — Что делать Аято? — повернувшись к нему, спрашивает Банджо.       — Защити Гурмана, — ту же отдает команду Аято, отрываясь от стены. — Банджо, предупреди всех, остальные за мной.       Довольно высокий и крепко сложенный гуль наблюдал за гостями вечера из своего главного места. Дорогой и элегантный костюм сидел на нем просто превосходно, подчеркивая не только тело, но и яркую внешность. Необычного темно-сиреневого цвета волосы были идеально уложены в превосходную прическу.       — Божественно! Что это за запах?! — потянув носом воздух, только ему известный всю привлекательность, воскликнул Цукияма, подрываясь со всего насиженного места.       — Господин Сю? — немного удивленно спрашивает один из подчиненных, сбитый от поведения своего господина, давно не видевшего такой заинтересованности в нем.       Цукияма ничего не отвечает, подходя к ограждению балкона впритык и начинает выискивать глазами кого-то из гостей сегодняшнего вечера. Наконец, найдя объект всего поиска, он долго изучающи смотрит на него, мысленно оценивая.       — Хм. Кто это? — заинтересованно спрашивает Цукияма, все еще смотря на беловолосого гуля.       — Вижу его впервые, господин, — тут же отзывается один из слуг.       — Цукияма, — окликает их Белый Кролик, подходя ближе.       Вперед Цукиямы выходит один из слуг, будто отгораживая своего господина от летящего в него комков грязи. Тут же выкрикивая:       — Как ты смеешь называть господина Сю по имени!        — Канае, не стоит так злиться, — элегантно улыбнувшись сказал Цукияма, потом повернулся к Киришиме. — Тоука! Кроличий костюм смотрелся на тебе просто превосходно! Это было monifike.       Тоука закатывает глаза, сдерживая раздраженный вздох. Благодаря маске никто и не заметил этого.       — Надо уходить. CCG накрыли это место.

***

Первый район Токио. База CCG.

      — Следователь Канеки вам дается задание. Я поручаю вам дело Кроликов.       Лишь несколько следователей остались невозмутимыми, остальные только хмыкнули и недобро уставились на Канеки. Сколько бы он не работал среди них, всегда найдутся те, кто будут ненавидеть.       — Я не подведу вас, — со всей серьезностью говорит Канеки, смотря в глаза Арима Кишо.       Уже стоя в прохладном коридоре Канеки смог наконец-то облегченно вздохнуть. К сожалению, этой ночью гули слишком рано поняли, что среди них следователи. Обошлось не очень многим числом жертв, но Розы смогли скрыться с их преследования. От этих размышлений Канеки окликает детский и звонкий голос.       — Ка-сан, — радостно кричит Йонебаяши сзади Канеки, размахивая при этом руками в разные стороны.       — Сайко-тян, — тепло приветствует Канеки своего бывшего подопечного. — Как дела у тебя и куинксов? — спрашивает Канеки, как только Йонебаяши приблизилась к нему.       — У меня все хорошо Са-сан! — восклицает Сайко, вытянувшись по струночке перед следователем и немного мямля добавляет: — У ребят почти все хорошо.       Канеки открывает рот, чтобы спросить, но Йонебаяши сама говорит.       — Командир и Гинши снова поссорились, дело даже чуть не зашло до драки, но мы с Му-чан их остановили, — гордо выпятив грудь докладывает Сайко.       Канеки предпринимает еще одну попытку спросить из-за чего эти двое поссорились, но Сайко затыкает его, сказав:       — Му-чан и я зовем тебя в гости в эти выходные. Отказы не принимаются. В семь часов. Не опаздывай, — помахав рукой на прощание, Йонебаяши разворачивается и убегает в сторону, уходящих куинксов.       Устало вздохнув, Канеки массирует разболевшиеся виски. Мысленно дополняя список дел.

***

      Людей становилось все меньше и меньше. Город начинал цвести в разноцветных огнях ночной жизни.       Ждали ли Канеки дома? Нет. Одинокая, пустая, холодная и большая квартира, куда полугуль возвращался только ночевать. Раньше, когда Канеки был наставником отряда куинкс, он жил с ними, но теперь все изменилось.       Внимание Канеки привлек запах. Необычный. Вкусный и очень аппетитный, что подтвердил голодный желудок. Он выходил из кафе. Со странным названием «'re».       Звон колокольчика отдается эхом почти по пустому помещению. До закрытия осталось примерно еще десять минут.       И тут Канеки увидел ее. В голове была только одна мысль: — «Неужели такая прекрасная девушка действительно существует?»       Ренджи напряженно стоит у барной стойки, натирая до блеска стеклянный стакан и смотрит на Тоуку, в глазах которого так и читается: — «Будь осторожна».       Киришима старшая едва заметно кивает головой. Она надеется, что CCG не вычислили их. Ведь все они так старались, чтобы голуби не вынюхали их единственное спокойное и мирное место. Тоука не может потерять еще и это кафе, как родителей и Антейку. Ради этого она сделает все, что в ее силах.       Поэтому Тоука вежливо улыбается, приветствуя и провожает неожиданного гостя за стол.       — Что будете заказывать? — спрашивает Тоука, стараясь выглядеть спокойной, но рука немного подрагивает от напряжения, еще немного и ручка треснет пополам.       — Кофе, — коротко говорит Канеки улыбаясь.       — «Красивая. Как ангел, сошедший с небес», — мысленно восхищается Канеки. Фиалковые ласковые глаза, в которых хотелось утонуть, короткие нежно-сиреневые волосы мягкими волнами обрамляли красивое лицо, правый глаз прикрывала челка.       Пока Тоука делала кофе, мысли лихорадочно бегали в ее голове: — «Что делать?! Неужели голуби все-таки нашли нас? Вряд ли. Он один. Но так ли это? Вдруг это засада и снаружи уже целая куча голубей?»       Попробовав горячий кофе, внутри Канеки начало различаться такое забытое тепло. Этот вкус, как будто возвращал домой и в детство.       — Это самый изумительный кофе, который я когда-либо пробовал, — восхищенно шепчет Канеки, поднимая взгляд серых глаз на рядом стоящую девушку.       — Спасибо, — смущенно улыбаясь, говорит Тоука и оставляет клиента одного.       Спустя несколько минут Тоуке приходится снова подойти к следователю и немного виновато сказать:       — Извините, но кафе закрывается.       — Спасибо за кофе… Киришима-сан, — прочитав на бейджике имя девушки, сказал Канеки.       — Приходите еще! Всего хорошего! — проводив следователя до двери кафе, вежливо попрощалась Киришима.       Тоука еще несколько минут стоит и смотрит, как следователь отдаляется от кафе. На улице ни намека на следователей. Люди не спеша шли по своим домам, мимо проезжали машины, солнце давно село и на небе уже были видны первые звезды. Тихо и мирно.       — Как думаешь, он что-нибудь заподозрил? — то ли обращаясь к Ренджи, то ли к себе шепчет Тоука.       Ренджи только молча ставит пустой стакан, начищенный до блеска на деревянную лакированную барную стойку и поднимает на нее взгляд.       Ночной воздух охлаждает кожу, давая легким свободно вздохнуть полной грудью. Канеки совсем не хочется возвращаться домой. Душа и тело требуют отдохнуть от всех дел, забот и немного пройтись по улицам.       Телефон вибрирует в кармане черного пальто, оповещая хозяина о новом сообщении. Но внимание Канеки это интересует сейчас меньше всего. Не хочется думать о завтрашнем собрании следователей особого ранга, как и о работе в целом. Не сейчас, когда привкус вкусного горячего кофе все еще чувствуется во рту, как и запах исходивший от официантки. Фиалки.       Взгляд Канеки устремляется на девушку, идущую на другой стороне тротуара. И он тут же узнает в ней ту официантку. Девушка сворачивает в плохо освещенный переулок, окончательно исчезая из поля зрения. Канеки делает шаг по направлению своего дома, пока его не внимание не привлекла странная фигура, лицо которого скрыто в капюшоне куртки, сворачивающего прямо за той девушкой. Внутри следователя появляется нехорошее предчувствие.       Киришиме хочется побыстрее попасть домой, лечь в мягкую постель и уснуть. Последние дни были трудными.       Тоука так погрузилась в свои мысли, что не заметила неожиданное нападение из-за спины. Она поворачивает голову и видит как к ней с бешеной скоростью несется кагуне ринкаку типа.       Единственная мысль, крутившаяся в ее голове: — «Не успею увернуться». Перспектива умереть от какого-то слабого гуля была для нее не лучшей. И ладно, если бы она была обычным человеком, слабым беспомощным ходячим мясом. Было бы не так погано и обидно. Но нет. Она гуль! Белый кролик от чьих рук погибло немало следователей, людей и гулей.       Белый кролик отстало понимает, что ее спас следователь. Тот самый, от чьих рук умирают гули, тот кто охотится на таких как она, только что сидевший несколькими минутами ранее в ее кафе.       Тоука не успевает понять, как тот слабый гуль, напавший на нее уже лежит ничком на грязном асфальте, из-под которого стекает багровая лужа крови.       — Не бойся меня, я тебе не наврежу, — тихо шепчет Канеки, опускаясь на колени рядом с Тоукой.       Кагуне медленно уменьшается, рассыпаясь на мелкие RC-клетки, растворяясь в воздухе.       Тоуке, кажется, что перед ней стоит совсем другой человек. Не тот, которого CCG и гули именуют «богом смерти» безжалостно истребляющем всех гулей.       — Я и не боюсь тебя, — без тени страха говорит Тоука, смотря на него.       Кажется, это впервые, когда никто не бежит стоит только увидеть правый глаз или кагуне. Фиалковые глаза смотрят на него любопытно, страха в них и в правду нету.       — Тоука. Меня зовут Киришима Тоука.       Тоука даже не понимает зачем говорит это.       И улыбается, так искренне и по-детски, что на душе становится тепло. Следователь подает руку и тонкая женская кисть оказывается в больших и горячих ладонях Канеки.       — Канеки. Канеки Кен. Отбечено.