"Так почему бы тебе не поверить".

Минако, вздохнув, уставилась на счета. Противные бумажки, портящие жизнь каждый месяц. -Деньги, деньги. Везде нужны деньги, — простонала Айно и распласталась на столе, чувствуя полнейшее бессилие. -Перерыв уже почти закончился. Пора работать, — на стул напротив опустилась светловолосая, миловидная девушка. Усаги Цукино. Подруга с далеких школьных времен. -Господи, это катастрофа, — проигнорировав собеседницу, продолжила стенать Мина, — как я смогу заплатить за аренду квартиры, когда нужно отдать часть зарплаты за папин долг? – в голубых глазах мелькнуло отчаяние. -Разве твой отец не перестал играть? – приятельница с удивлением воззрилась на замученную блондинку, которая готова была биться головой о стену. Безысходность накатывала волнами, сжимая сердце и вызывая желание разрыдаться. -Как выяснилось, все его клятвы на тему, что он изменился и все будет прекрасно, оказались очередным враньем. Причем, на этот раз он вляпался в настоящее дерьмо и сбежал, — Минако развела руками, вложив в этот жест испытываемые эмоции, — да, я знаю, что это ужасный поступок. Бросить меня на съедение этим ублюдкам, но у него не было другого выхода, — Айно прорвало, и она никак не могла успокоиться. Тяжело, чересчур тяжело. Но она справится. Сейчас еще немного пожалеет саму себя и привычно бросится в бой с проблемами. -Эй, хватит чесать языками! А, ну за работу, — в подсобку ворвался разъяренный менеджер, и официантки, испуганно вздрогнув, повскакивали с мест. -Простите! – пролепетала Усаги, склонив голову, зато Мина внезапно разозлилась. -Мой перерыв еще не закончен! Прошло всего лишь двадцать минут, а на обед дается полчаса, — стиснув кулаки, девушка надвинулась на растерявшегося от такого напора мужчину. Лицо блондинки исказилось яростью. Достали! -Ах, ты маленькая дрянь! – опомнился начальник, — еще смеешь жаловаться! Посмотри на себя! Разожралась дальше некуда, и все, благодаря тому, что питаешься за счет заведения, — в голосе послышалась обида. -Что?! Разожралась?! Это вы обо мне?! – пискнула Айно и машинально схватилась за свои бедра, будто проверяя, стали ли те больше или нет. Открытие не порадовало. Собеседник оказался прав. За полгода спокойной жизни и неплохого питания пятая точка умудрилась заметно раздаться. -Убедилась? – с нескрываемым удовлетворением подытожил менеджер, глядя на ошарашенное лицо официантки. -Ну и что? Это мое дело. И, вообще, какое отношение мой вес имеет к работе? – нашлась Минако, когда поняла, что ее бесцеремонно рассматривают – лучшая подруга и работодатель. По их взглядам сразу было видно, что недостатки скрыть не удалось. Хотя она и не пыталась. Не до того было. -Так! Хватит! Иди, работай, — мужчина прервал затянувшееся молчание, и Айно, презрительно фыркнув, выскочила из помещения. Оставшуюся часть ночи, блондинка провела на ногах. И к утру чувствовала неподъемную усталость. К тому же голова просто раскалывалась на части. Рухнув на стул, работница уткнулась лбом в столешницу и прикрыла глаза. Из ступора девушку вывел звонок мобильника. Протяжная, нудная трель ворвалась в мозг и прошлась по нервам острыми иглами. -Алло, — прошептала Минако. Сил не осталось. Состояние пофигизма. Момент, когда наплевать буквально на все. -Надеюсь, ты помнишь, что должна сегодня выплатить часть суммы? – спросили с того конца и, встрепенувшись, Айно поднялась. Сердце ускорило ритм. Ее лишили премии из-за того происшествия, и денег теперь не хватало. -Простите, но можно немного продлить срок? – вопросом на вопрос ответила официантка, прекрасно зная, что нельзя. -Ты совсем тупая? Какое продление? Если не вернешь сегодня, то мне тебя жаль, — трубка усмехнулась. Холодно и жестоко. А потом воцарилась мертвая тишина, от которой по коже прошелся озноб. Девушка заметалась по пустому залу, лихорадочно ища выход. -Что же делать? – без устали твердила Мина, бредя по сумрачным улицам пригорода. Никого нет. Она одна. Глаза скользнули по узкому, грязному тротуару, поднялись и замерли на предрассветном небе. Темнота нехотя уступала место свету. Розовые краски тронули облака. Когда это началось? Когда жизнь пошла наперекосяк? Наверно, это произошло после ухода мамы. С того момента отец начал играть и пить. А она резко повзрослела. Проскочила подростковый период. Пропустила время первой любви и поцелуя. Осталась выброшенной судьбой на обочину. Жалость…нет, Минако не жалела себя. Принимала все, как есть. Никогда не сбегала, хотя иногда желала этого всем сердцем. -Что же делать? – воскликнула блондинка в пустоту. Молчание…никого…В груди что-то лопнуло, и слезы хлынули по щекам, — я больше не могу….слышите, не могу, — отчаянье достигло своего апогея. Невозможно сдержаться. Невозможно. Опустившись, на скамейку, Айно плакала навзрыд. Причитала, звала маму, которая так безжалостно бросила маленькую дочку. Бесполезно. Спасение утопающих – дело рук самих утопающих. -Я не сдамся! Никогда! – выпрямившись, прошипела блондинка и в этот момент на глаза попалась газета, лежащая рядом. Не понимая зачем, девушка потянулась к помятому листку. Ощущение, что кто-то подталкивает, шепчет, чтобы она взглянула….посмотрела…Внезапно взор замер на крупном объявлении, занимавшем почти всю первую страницу. «Пятого июня 2011 года проводится кастинг в группу «Три звезды». Продюсер решил пополнить безумно популярный коллектив новым участником. Причем, будущий звездный мальчик будет отобран в ближайшее время! Любой желающий может принять участие в отборе! Главное, это вокальные данные». Несколько минут Минако пыталась поймать мысль, крутившуюся в голове. А потом, резко вскочив, широко улыбнулась. -Спасибо! Спасибо! Теперь я знаю, что делать! Ятен с недовольством уставился на полупустой стакан с виски. Сегодня был паршивый день. Чересчур паршивый. Раздражение, перемешанное с отголосками злобы, шевелилось в груди. -Может, пора успокоиться? – тишину прервал Сейя, которому уже порядком надоело сидение в полном молчании, — не тебе одному не нравится эта идея с новым участником, — пробурчал Коу, когда блондин враждебно воззрился на него. -Какого черта долбанный Хосокава решил притащить в нашу группу непонятно кого!? – прошипел блондин и, размахнувшись, со всей силы врезал по столешницы. От удара бокал, жалобно звякнув, подпрыгнул. Янтарная жидкость пришла в движение. Но так и не расплескалась. -Сам знаешь. Хочет прибавить «Трем звездам» популярности, — вздохнув, парень откинулся на спинку кресла. Заложил руки за голову и бездумно скользнул взглядом по потолку. -Зачем? Мы и так популярны. Очень популярны. И какой-то пацан, навряд ли, сможет чем-то помочь, — Ятен залпом осушил стакан и налил еще. Мысли о завтрашнем прослушивании доводили до белого каления. -Слушай, хватит пудрить мне мозги. Мы с тобой кузены, и я знаю тебя как облупленного. Поэтому я уверен, что в твоем дурацком настроении виноват не только Хосокава-сан, — Сейя понял, что попал в точку, потому что выражение лица собеседника резко изменилось. Недоумение, а потом привычное недовольство. Блондин терпеть не мог, когда кто-то копался в его тщательно скрываемых чувствах. -Ну, и что с того? – молодой человек увел взор в сторону, давая понять, что не желает продолжения расспросов. Он и так пол дня пытался дозвониться до этой стервы. А она просто-напросто вырубила телефон, и теперь в трубке слышался лишь механический голос, спокойно заявлявший о том, что абонент временно недоступен. -Рассказывай, — двоюродный брат бесцеремонно отобрал у Ятена стакан и пригубил виски. Золотистая жидкость обожгла пищевод и принесла приятное тепло и спокойствие. -Нет, — рявкнул Коу, возвращая бокал себе. Напиться. Он ужасно хотел напиться, чтобы назойливые мысли оставили хотя бы на несколько часов. -Она опять отключила мобильник? – скептически хмыкнув, отозвался Сейя, и блондин недовольно поморщился. -Да, — после некоторого молчания изрек парень, украдкой взглянув на собственный телефон. Погасший дисплей вызвал бурю разочарования, но певец никак не мог оторваться от него. Вдруг сейчас, вот в эту секунду, он загорится и там высветится ее имя. Ожидание играло на нервах. -Ты слишком носишься со своей Оливией. Вот она и наглеет, — философски произнес брюнет, — я тебе уже сколько раз говорил – развлекайся побольше. Верность сейчас никому не нужна. Также как и любовь. Пустая трата времени, — потянувшись, музыкант закрыл глаза, пытаясь вспомнить имя девчонки, с которой недавно расстался. Мика…нет…Марика…По губам скользнула усмешка. -Как-нибудь обойдусь без твоих советов, — ядовито прошипел Ятен, впившись взором в собеседника, — лучше подумай о том, что завтра нам притащат новичка, — блондин всеми силами пытался отвлечься. Переключить мозги на что-нибудь другое. Не вспоминать про Оливию. Но на сердце было настолько паршиво, а ее красивое лицо постоянно стояло перед глазами. Поэтому парень решил бросить бесплотные попытки. -Может быть, это и к лучшему, — Сейя поднялся и направился к зеркалу. С пристрастием осмотрел себя любимого, пригладил растрепавшиеся темные пряди, одернул футболку, стряхнул несуществующие пылинки с джинсов. Ночь только начиналась, и певец не собирался проводить ее в тоске зеленой. Его ждали огни Гинзы, привлекательные хостесс и отличная выпивка. -Почему это? – кузен так и исходился бешенством, которое не на кого было выплеснуть. Предательски молчавший телефон хотелось долбануть о стену. Да, и, вообще, разнести все тут к чертовой матери! Может, полегчает. -Будет на ком срывать свою злость, — торжественно объявил Коу, изобразив на лице невинность. -Придурок! – вызверился Ятен, когда до него дошел смысл слов брата. Ненависть к будущему участнику группы окатила горячей волной. Минако, вооружившись ножницами, стояла возле зеркала. Длинные, светлые волосы были распущены и падали на плечи. -Я думаю, что это сумасшествие, — уже в который раз проговорила Усаги, наблюдавшая за всей этой сценой с замиранием сердца, — почему ты так уверена, что тебя возьмут в эту группу? – очередной аргумент против дурацкой идеи подруги снова не возымел действия. -Я не уверена, но это прекрасный шанс выплатить долг и стать, наконец, свободной, — девушка внимательно рассматривала золотистые пряди, решая, откуда лучше начать резать. -Но прикидываться парнем – это уже, ни в какие ворота! А если тебя раскроют? – Цукино с возмущением всплеснула руками. В голубых глазах горело беспокойство. -Каким образом? Посмотри на меня! Я уже давно забыла, что такое платья, юбки и туфли. Только, благодаря, моей прическе я была похожа на женщину, но сейчас все изменится, — ножницы мерзко лязгнули, и первая прядка упала на пол. Жалко. Да, очень жалко, но иного способа справиться с проблемами пока не существовало. -Не говори глупости. Ты всегда была самая красивая в школе. Помнишь, сколько мальчиков хотели с тобой встречаться? – от воспоминаний Усаги улыбнулась. -То время прошло, — резко возразила Айно. По лицу скользнула тень. В те годы мама еще не ушла, не бросила их с отцом. В те годы, Минако старалась во всем походить на блистательную родительницу. Но в один далеко не прекрасный день мать пропала, оставив лишь записку, где говорила, что не в силах больше выдерживать жизнь в безденежье. Проплакав ночь напролет, девочка на утро выбросила всю красивую одежду. В то мгновение она возненавидела всю эту мишуру и стала таскать джинсы, мешковатые штаны и футболки. -А если ты не пройдешь прослушивание? – Цукино с грустью наблюдала за тем, как роскошные волосы подруги усыпают пол. Девушка стриглась не очень коротко, до плеч и оставила длинную, косую челку. -Даже не думай! У меня отличные вокальные данные. В детстве я даже посещала музыкальную школу. Так что все получится. Тем более, ты, как мой менеджер, просто обязана верить в меня! – неожиданно выдала Минако, и Усаги онемела от изумления. -С каких это пор я стала твоим менеджером? – после некоторого молчания и осмысливания слов приятельницы, спросила блондинка. -Без тебя я не справлюсь, — повернувшись, Айно умоляюще воззрилась на собеседницу, — мне нужно, чтобы рядом был человек, который меня любит и всегда поддержит. Пожалуйста, Усаги, — принялась упрашивать собеседница. -Что ж. Придется согласиться, — Цукино не могла бросить подругу в тяжелый момент, — тем более, лишних денег не бывает, — она весело улыбнулась, а Мина подмигнула в ответ. На душе сразу полегчало. Страх немного отступил. -Спасибо, — девушка снова уставилась на свое отражение. Она закончила со стрижкой, и теперь походила на симпатичного мальчика с женственным и красивым лицом. Свободная футболка, пиджак мужского кроя и свободные джинсы скрывали округлости.