"Так почему бы тебе не поверить".

Ятен резко крутанул руль, уходя от несущегося на встречу транспорта. Раздался, рвущий барабанные перепонки, сигнал. Оливия завизжала от испуга, зажав руками уши. Машину повело, девушка зажмурилась, приготовилась к неминуемому столкновению. Но внезапно все прекратилось. Взвизгнув шинами, автомобиль остановился на обочине. -Ты совсем свихнулся? – прошипела певица, уставившись на Коу. Парень сидел, откинувшись на спинку кресла, голова опущена, светлые волосы скрывали лицо. -Выходи, - тихо произнес певец, и шатенка застыла с раскрытым от изумления ртом. В салоне воцарилась тишина. -Что? – красавица с трудом обрела дар речи, - что ты сказал? -Выходи. На этот раз все кончено, - музыкант все также скрывал взгляд за длинной челкой, и Оливия, взбешено хмыкнув, схватила его за руку. Дернула и заставила посмотреть на нее. В зеленых глазах застыл холод. -О чем ты говоришь? Хочешь, чтобы ваша группа распалась? Наплюешь на всех и испортишь вашу репутацию? – она буквально выплевывала слова, стараясь придать им больше веса, указывая на легкомысленность Ятена, но тот оставался таким же непробиваемо равнодушным. Он просто уставился на нее ничего не выражающим взором, будто на пустое место. -Мне плевать. Я просто хочу прекратить этот бред, который ты называешь отношениями, - по его губам скользнула горькая усмешка. -Нет. Ты не можешь этого сделать! – Оливия сильнее впилась пальцами в руку парня, сжала, желая сделать ему больно. Она ненавидела его, всем сердцем, за все эти унижения. Но в то же время не хотела его отпускать. -Я был идиотом. Не надо было соглашаться на этот фарс. Он все равно ни к чему бы не привел. То, что я чувствовал к тебе раньше – уже не вернуть. Есть то, что проходит. Навсегда. И, как бы я не хотел, и не старался, уже не могу ничего изменить. Прости. Коу понимал, что оскорбляет ее, и даже испытывал что-то похожее на жалость. Он также прекрасно осознавал, что их разрыв нанесет урон группе, но оставлять все, как есть, больше был не в силах. Он решил, что примет весь удар на себя. Неважно, к чему это приведет. Главное, что он больше не собирается обманывать сам себя. Непоследовательность его поступков уже порядком достала. Пора уже и поумнеть, стать ответственным человеком, а не капризным идолом миллионов девчонок. -Прости? Ты думаешь, что отделаешься какими-то долбанными извинениями? – Оливия уже кричала во всю глотку, царапая от бешенства его руку. Но Ятен не обращал внимания на глубокие царапины, оставленные острыми ноготками красавицы. -Я понимаю, что этого мало. Понимаю, что причинил тебе боль. Но ты же, черт подери, прекрасно знаешь, что я ненавижу просить прощения. Ненавижу тратить время на гребанные извинения. Тем более, перед такой пустоголовой куклой, как ты. Поэтому просто выметайся из моей машины, пока я сам тебя отсюда не выкинул. Я и так уже слишком много сказал, - Коу говорил тихо, с наглой ухмылкой на губах. -Придурок! – размахнувшись, Оливия врезала ему со всей силы по лицу. Одна пощечина сменила другую. Певица визжала, ругалась и хлестала блондина по щекам. Каштановые волосы спутались, из глаз текли слезы ярости и обиды. -Вот так ты больше похожа на человека, - Ятен снова ухмыльнулся, несмотря на то, что из уголка рта у него текла тоненькая струйка крови. Девка оказалась очень даже сильной. Особенно в бешенстве. А музыкант чувствовал себя каким-то мазохистом. Каждый удар все больше отрезвлял, принося внутреннее удовлетворение. От его слов, шатенка заверещав, снова бросилась на обидчика, но тот, схватив ее за запястье, распахнул ногой дверцу автомобиля возле своего кресла. Вылез на улицу, протащив упирающуюся девицу через салон, швырнул ее на землю, сел обратно в автомобиль и рванул с места. Коу ехал, куда глаза глядят, чувствуя, как в сердце рождается безумное облегчение. Свобода. Он ощущал ее. Физически ощущал. И, пускай, у него все лицо разбито и исцарапано, зато настроение просто класс. Сбавив скорость, певец достал телефон. Нашел номер Минако, подумал пару секунд, а потом решился и позвонил. Если уж начал, но нужно идти до конца. Сказать ей все, и будь, что будет. Каждый гудок отдавался глухим ударом сердца. Чертово волнение забилось в висках. Айно не брала трубку, и блондин беспокоился все больше и больше. Но внезапно он услышал ее голос, и в автомобиле тут же закончился кислород. У певца перехватило дыхание, и он прохрипел в трубку: -Почему так долго не отвечаешь? – от звука собственного голоса, Коу стало стыдно. -Я спала, - Минако явно была растеряна. -Ты где? – откашлявшись, продолжил Ятен уже более смело и спокойно. Как ни в чем не бывало. -В Киото. Усаги и Сейя уехали, а я осталась, - она говорила тихо и сдавленно. Прорыдала пол ночи, и теперь и осипла, и опухла, и, вообще, хреново себя чувствовала. -Говори адрес. Я сейчас приеду.