Apples to Apples

У Драко пересохло в горле, как будто он нормально не дышал несколько дней. Было темно, когда он открыл глаза. Через несколько секунд он понял, что находится в больничном крыле. Мадам Помфри тоже убедила его в этом, но Драко бог знает сколько времени сомневался во всём, что видел. Как, чёрт возьми, он должен был понять, что это был не один из тех кошмаров, что его мучили? Драко посмотрел налево и увидел, что там кто-то стоит. Он не мог точно определить, кто это, ведь он был почти невидим из-за скрывающего заклинания. Он знал, кого хотел увидеть, но он был не готов играть в эти игры разума снова. Драко стало легче, когда этот кто-то убежал, скорее всего, испугавшись прихода Мадам Помфри. - Как это случилось? – спросила она. Слова застряли в горле, когда Драко увидел неверие на её лице. Он посмотрел на дверь, подумав, что его видение не только поджидало у его кровати, но и сделало что-то ещё. Следующие несколько часов его осматривали, кормили оживляющими зельями и расспрашивали обо всём. Он решил не упоминать невидимый силуэт у кровати. Мадам Помфри упоминала «поцелуй истинной любви», и «луносемянник», и «на краю смерти». Драко мало что услышал, кроме этого. Всё, что он смог сказать, это: - Я хочу домой. .о0о. Драко не сожалел, что уехал, не попрощавшись со своими друзьями, он просто хотел оказаться в своей постели. Его отправили домой с помощью порт-ключа, так что Драко прибыл за ограду мэнора, как чужой. Он задрожал от холода, потому что всё ещё был в той одежде, в которой провёл неделю. Ему было лень застёгивать пальто, он просто накинул его, коснулся флакона с зельем и приземлился на задницу за воротами. Они открылись, и Драко начал свой путь в четверть мили. Трава была всё такая же зелёная, павлины – белые, и мэнор, как всегда, стоял на своём месте. Парадная дверь открылась, стоило Драко коснуться её. Малфой Мэнор буквально затянул его внутрь, не спрашивая разрешения. Господи, как хорошо быть дома. Дверь закрылась за ним, и Драко прошёл в зал. Он проигнорировал ругань портретов; они знали, что как только он унаследует мэнор, он сорвёт их со стен, к чёрту приклеивающее заклинание. Он поднялся по лестнице и прошёл мимо кабинета отца. Он слышал оттуда голоса, много криков, которые затихали по мере того, как он шёл по коридору. Драко зашёл к себе в спальню и бросил своё пальто на пол. Он заполз на кровать поближе к подушкам и подтянул колени к груди, уткнулся между ними лицом и сделал глубокий вдох. Дом. .о0о. - Ты нахер спятил?! – заорал Драко. - Я твой отец, и ты не будешь орать на меня матом! Драко бросил номер Ежедневного пророка от 28го декабря отцу на стол. Заголовок над сгибом гласил: «Малфои Хотят Заявить о Признании Вины?» Всё его тело дрожало от страха и гнева. Отцу хватает нахальства сидеть за своим столом и говорить с Драко, как будто ему вообще не надо волноваться за своё будущее?! - ПРИЗНАНИЕ ВИНЫ?! - Это просто вариант, который мы рассматриваем, и ничего больше. - Моё мнение вообще хоть как-то учитывается?! – заорал Драко. – Или ты собираешься продолжать решать за меня всю мою оставшуюся, чёрт подери, жизнь?! - И снова я бы попросил тебя не ругаться, сын мой– - Я перестану ругаться, когда ты перестанешь меня контролировать! – Он добавил ещё, - БЛЯТЬ! – чтоб лучше донести своё мнение. Драко видел, как его отец вздохнул, расправил плечи, а потом он принял вид хотел бы я, чтоб ты был меньше похож на мать. - Визенгамот отпустит тебя за штраф в двадцать тысяч галлеонов, если ты признаешь свою вину в попытке убийства, - сказал ему отец. - Скажи им, чтоб они шли нахуй! – настаивал Драко. Он давно знал, что ругаться в кабинете Отца запрещено, поэтому прошёл к двери, распахнул её, сказал это, а потом снова захлопнул. Гнев внутри него успокоился всего на полсекунды, прежде чем вновь закипеть. Он вернулся к столу. - Может, ты и забыл, Драко, но ты действительно пытался убить Альбуса Дамблдора. Технически ты виновен. - Я делал всё что мог, чтоб защитить нашу семью! – проорал Драко. – Он бы убил тебя, а потом отдал бы Мать Фенриру Сивому и заставил бы меня смотреть! Конечно, я бы убил Дамблдора, чтобы это предотвратить. Не говоря уже о том, что у меня не получилось! Я невиновен, Отец. Я сделал, что мне пришлось сделать как военномпленному. - А, ты был военнопленным, да? – спросил с вызовом его отец. – Тогда ты устроился лучше всех пленников в истории, учитывая, что ты ходил в школу– - Я пропустил все занятия с марта до конца апреля, - парировал Драко. - Ты хорошо питался– - Почти не ел из-за беспокойства, нервов и напряжения от спасения всей моей чёртовой семьи. - Тебя любили! - КТО?! – проорал Драко. Вот оно, решающий момент. Он едва мог дышать, запинаясь на каждом слове. – Если бы ты любил меня, Отец, ты бы предвидел, что Тёмный Лорд со мной сделает. Ты бы знал, что он заставит меня заплатить за твои ошибки. Пока ты был в безопасности в Азкабане, я пытался сохранить нам троим жизнь. Не заблуждайся, твоя любовь никогда меня ни от чего не спасала. Люциус Малфой выглядел так, будто его ударили в живот. Он выдохнул так шумно, что Драко засмеялся бы, если бы не был просто нахер взбешён. - Я не виновен, - настаивал он. - Быть засранцем – не преступление. Всё, что я делал, я делал чтоб сохранить нам жизнь, а не из преданности Тёмному Лорду. Я бы никогда и ни за что не сел для него в тюрьму, как ты, Отец. Драко развернулся и ушёл, захлопнув за собой дверь. .о0о. Тео пришёл в гости на следующий день. Драко вскочил с дивана и крепко его обнял. Спасибо ебаному Мэрлину за Тео. Несмотря ни на что, он всегда был спокоен, а уравновешенность была редким качеством в их среде. - Я тоже рад тебя видеть, бро, - поддразнил Тео. – Я видел этот бред в Пророке. Твой отец же не заставит тебя признать вину, да? - Нет, - сказал Драко, не расслабляя объятия. – Поттер согласился давать показания в мою защиту. Я могу победить. - Это отлично, - радостно присвистнул Тео. – И я хотел бы дожить до этого момента, так что не мог бы ты блять не сдавливать мои лёгкие– - Прости, - сказал Драко, отпуская Тео и отходя на шаг. Мэрлин подери, было так круто иметь друга, который его не допрашивал на каждом блять шагу. Тео сел в кресло напротив Драко, их разделял только кофейный столик. Драко откинулся на диван и скрестил ноги. Тео молча наблюдал за ним несколько минут. Было уютно даже просто от присутствия Тео, когда он молчал. - Я рад, что ты не умер, - наконец сказал он. - Ты тоже слышал об этом, да? – спросил Драко. - Ты вчера снова был на обложке Пророка, не первый раз за последний месяц, - ответил Тео. Драко закатил глаза. - Хотя они использовали неплохое колдо. На нём у тебя волосы уложены как надо и вообще. - Слабое утешение, - грустно усмехнулся Драко. – Сомневаюсь, что вернусь в Хогвартс, кстати. Это было … ещё то приключение. - Что произошло? – спросил Тео. Драко молчал некоторое время, так что он уточнил. – Можешь мне не рассказывать всё. Я знаю про луносемянник, но никто не знает, кто тебя разбудил. - Я знаю, - признался Драко. - Ты знаешь?! – удивился Тео. Драко не мог сдержать улыбки. - Да, я знаю, - лукаво ответил он. Тео закатил глаза. - Ебаный свет, Драко, кто тебя поцеловал? - Это была Грейнджер. Оба замолчали, Тео в растерянности свёл брови, а потом расхохотался. Он глубоко вдохнул и сказал: - Окей, ладно, серьёзно – Кто это был? - Гермиона Грейнджер, - повторил Драко. Тео громко сглотнул и откинулся на спинку кресла. - То есть ты серьёзно сейчас мне говоришь, что влюблён в Гермиону Грейнджер, и что это, возможно, взаимно? - Я думаю первое тебя не удивляет, - ответил Драко. - Да, не то, чтобы сильно, – признал Тео. – Мы все знали, что она тебе нравится. Она была запретным плодом– - Лучше сейчас не упоминай фрукты, - заметил Драко. – Всё ещё больная тема для меня. - Точно, - усмехнулся Тео. – То есть, она тебя ненавидела и всегда была лучше во всём. Конечно, она тебе нравилась. Несмотря на статус по крови, она может перехитрить самого Мерлина, хотя ей всего девятнадцать. Но какого чёрта она на тебя запала? - Да чёрт её знает, - ответил Драко. – Мы подружились, но … Я не знаю, Тео. - Что ты чувствовал тогда, - спросил он. – Когда был отравлен? - Ад, - признался Драко. – Отборный, персональный, мать его, ад. - То есть? - То, что мне снилось… - Например? – спросил Тео. Драко вздохнул. Он подумал, что неплохо бы это с кем-то обсудить. Возможно, Тео его поймёт, как никто другой. - Луносемянник – это яд медленного действия. Ему нужна неделя, чтобы завладеть телом, и он в это время нагоняет на жертву воспоминания об «истинной любви», - возвышенно процитировал он. Он запомнил эти слова Мадам Помфри. И цеплялся за эти слова. - То есть тебе просто снились определённые сцены с Гермионой? – спросил Тео. Драко покачал головой и вздохнул. - Нет, и вот этого я не понимаю. Я не знал, что был влюблён в Гермиону. Не совсем, Тео. Она мне нравится. Она мне очень нравится, она охуительно замечательная, смеётся над всеми моими шутками– - Что ж, тогда она точно тебя любит, - подколол Тео. – Ты не то, чтобы сильно забавный. - А ты не то, чтобы симпатичный, так что я до сих пор не пойму, как тебя удалось заполучить Трейси Дэвис, - парировал Драко с улыбкой. Он заметил лёгкий румянец у Тео на щеках. - Она просто супер, но мы сейчас говорим о том, как ты чуть не погиб, - настаивал Тео. – давай к этому вернёмся. - Вы трахаетесь, да? – неожиданно любопытно поинтересовался Драко. И румянец на щеках Тео стал ярче. – Я БЛЯТЬ КАК ЗНАЛ! - Я действительно счастлив, - признался Тео с застенчивой улыбкой. Он поправил волосы и рукой показал Драко продолжать. - А, ну да… Мне говорили только про воспоминания, но у меня нет таких уж хороших воспоминаний о Гермионе. Мы с ней ещё даже не целовались. Мы не то, чтобы прям продвинулись в наших отношениях, чтоб их можно было называть любовью, знаешь ли. - Драко, что ты видел? - А не было воспоминаний. Всё, что я видел, пока яд распространялся, это то, что могло бы произойти. Если бы я не относился к Гермионе так по-пидорски все семь лет… Как счастливы мы были бы? Мы бы подружились гораздо раньше. Я мог бы помогать ей по Зельям, а она бы мне помогала по Нумерологии, мы бы просыпали Уход За Магическими Существами вместе… - Яд не соблазнял тебя, - понял Тео. – Он заставил тебя сожалеть. - Точно. - Тогда всё понятно. - Ну-ка, - сказал Драко. - Если мы предположим, что тебя затягивало в ад сожаление и стыд, тогда получается, ты проснулся для второго шанса. Это необязательно значит, что ты влюблён, но тебе было нужно обещание любви и прощения. Возможно, именно прощение и вытащило тебя оттуда. - Так она меня не любит? – разочарованно спросил Драко. Сначала он бесился, но со временем он почти перестал думать об этом. На самом деле, он был даже рад что может так много изменить. Это означало, что он мог стать кем-то лучшим, чем Отец. - Не думаешь, что она тебя хоть немножко любит, иначе бы не простила? – спросил Тео. - Не знаю, - признался Драко. - Так просто спроси у неё, - заметил Тео. – Используй речь. Люди иногда так делают. - Не думаю, что увижу её снова, - сказал Драко. – Я не хочу возвращаться в Хогвартс. Я там чуть не умер, и вообще– - А сколько раз ты был при смерти здесь? – с вызовом парировал Тео. Драко закатил глаза и сказал: - Ненавижу, когда ты умнее меня. - Тогда твоя жизнь полна ненависти, Малфой. .о0о. Он не вернулся в первый учебный день. Драко оправдывал это своим смертельным приключением, но Тео был прав. Он боялся встречи с Гермионой. Почему, чёрт возьми, она убежала? Она действительно так стыдится своей любви к нему? Если так, Драко не мог её за это винить. Мама принесла десерт ему в спальню. Она села к нему на край кровати и вручила маленькую пиалу мангового щербета. А, понятно, что за беседа намечается. Мама с манговым щербетом могла выведать у него всё что угодно. - Я знаю, что это была та девочка Грейнджер, - сказала она. Драко сильнее сосредоточился на своём щербете. Он проглотил большую ложку, чтобы избежать ответа. Она спросила: - Хочешь об этом поговорить? Драко помотал головой. - Я думаю, нам надо об этом поговорить. - Она мне нравится, - сказал Драко больше щербету, чем своей матери. Он не поднимал глаза, боясь увидеть её реакцию. - Могу я узнать, почему? – спросила Нарцисса. Драко вздохнул и съел ложку поменьше, прежде чем ответить. - Потому, что она такая храбрая, каким я никогда не был, - признал он. – Она умнее меня, собраннее, и всегда знает, как решить проблему. Даже если ей придётся меня поцеловать, она всё равно всегда решит проблему. - О, сынок, - сказала Нарцисса. Она пропустила его волосы между пальцев, как когда он был маленьким. Драко поднял глаза и увидел, что мама улыбается ему. Он не знал, чего ожидал увидеть у неё на лице, но точно не спокойную радость. - Всё, чего я хочу, это чтоб ты был счастлив. - Я уже не уверен, что знаю, каково это, - признал Драко. – Я был в ужасе всю войну, а когда она закончилась, я начал беспокоиться о суде. Всё, что я знаю, - Гермиона заставляет меня ненадолго забыть обо всём этом. Она говорит о проблемах, которые выше меня. - Выше тебя? – спросила мама. – Что ты имеешь в виду? - Правосудие, - ответил Драко. – Законы Визенгамота, такие как максимальное наказание за некоторые преступления и предоставление всем нормального адвоката, неважно, могут ли они себе это позволить. Она всё обдумала про мой суд и показала мне, как он может повлиять на всех остальных. Мне нравится, что она так думает. Я могу решить свои проблемы, но Гермиона использует мой опыт, чтобы решить проблемы всех остальных. - Я думаю, слово, которое ты ищешь для описания, это сочувствие, - подколола его мама. Она улыбнулась и украла у него ложку щербета. – Видимо, мисс Грейнджер учит тебя сочувствию. Прости, что говорю это, но ты должен был научиться этому от отца. Полагаю, я тоже могла бы постараться тебя этому научить, - признала она, слегка пожав плечами. - Ты не сердишься на меня? – поражённо спросил Драко. Мама помотала головой, и Драко даже на секунду показалось, что это очередной сон, вызванный луносемянником. - Нет, сынок, я не сержусь. Я, конечно, хотела, чтоб ты полюбил кого-то чистокровного, но, как я сказала, я желаю тебе только счастья. Если ты можешь избежать Азкабана, я буду считать подарком каждое мгновение, проведённое с тобой, даже если рядом с тобой будет магглорождённая ведьма. - Отец никогда бы не одобрил это, - заметил Драко. - Твой отец одумается, - сказала ему мать. – Его легко убедить, если знать, на какие точки надавить... Драко подавился своим щербетом и вернул миску матери с отвращением на лице. Он высунул язык и сказал: - Ужас. Это не то, что я хотел бы представлять. О, Боже, видения от луносемянника и то лучше. Мама засмеялась и обняла его перед уходом. - Портключ истекает завтра вечером, - бросила она через плечо. .о0о. Драко приземлился в слизеринской гостиной, и все подпрыгнули от неожиданности. Некоторые подбежали, чтоб его обнять. Бастьян Куинсберри хныкал у него на плече, испугавшись, что он останется один с Гермионой на Нумерологии. Ему понадобилось пять минут на то, чтобы сбежать и направиться наверх в гостиную Гриффиндора. И только оказавшись напротив портрета Полной Дамы, он понял, что не знает пароль. Сколько он ни просил, она его не пропускала. - Я знаю, что Грейнджер там! – настаивал он. – Она через полчаса уже пойдёт на ужин и– - Я должен беспокоиться из-за того, что ты следишь за её расписанием, Малфой? – спросил Лонгботтом, появившись из ниоткуда. Как всегда, не вовремя. - Ой, заткнись, она мой друг, разумеется, я знаю её расписание. - Что ж, я впущу тебя, - сказал Лонгботтом. Драко стиснул зубы и повернулся к нему лицом. На лице Логботтома отразилось сомнение, как будто он знал, что можно извлечь из этого выгоду. - Если…? – спросил Драко. - Если ты скажешь обо мне что-нибудь хорошее. - Серьёзно? – спросил Драко. – Ты так отчаянно выпрашиваешь комплименты? - Нет, - засмеялся он. – Я просто хотел, чтобы ты почувствовал себя немного неловко. - У тебя получилось, я полагаю, - заметил Драко. Он пытался что-то подобрать. Что хорошего он может сказать о Лонгботтоме. Он дружил с Гермионой, это его плюс, но он сомневался, что это считается подходящим комплиментом. - А, - крикнул Драко. – Ты лучший в Травологии из всех, кого я знаю. Невилл поднял бровь. - Не думал, что ты знаешь, - признал он. – Годрик! – сказал Лонгботтом, и портрет Полной Дамы открылся. Драко протиснулся в проём и бросил через плечо: - Но я всё-таки не считаю это комплиментом. В гостиной наступила тишина, как только Драко зашёл. Наверное, шестьдесят человек пялились, когда Лонгботтом вышел из портретного проёма за ним. Драко осмотрел комнату в поисках знакомой головы с аномально растрёпанными волосами и нашёл её в кресле у камина. Драко чувствовал, как все 120 глаз следили за ним, пока он подходил к Гермионе. - Грейнджер. Она вскочила с кресла, и её книжка упала с колен в опасной близости от камина. Она нервно заправила за ухо прядь волос и сказала: - Малфой! Я… Я не думала, что ты вернёшься. - Я тоже, - признался он. – Но я так и не вручил тебе рождественский подарок. - Нам не следует это делать здесь, - сказала Гермиона, кивнув на остальных в комнате. – Тебе лучше пройти наверх; моя комната свободна. - О, твоя комната? – дерзко усмехнулся Драко. – Как настоящий джентльмен, я бы лучше сначала настоял на совместном ужине. - Настоящий джентльмен? – спросила Гермиона. – Откуда тебе известно, что такие бывают? И всё было нормально. Боже, так восхитительно нормально. Гермиона потащила Драко к лестнице под хлопки и свист. Грейнджер левитировала его вверх по лестнице в спальни девочек. Типичные Гриффиндорцы, не понимают, как легко избежать простых запретов замка. Как только он встал на землю, Гермиона показала ему на дальнюю комнату. - Я живу там с семикурсницами, - рассказала она. – Но они ещё полчаса будут сплетничать в гостиной. Ты сказал, у тебя есть для меня подарок? - Друзья же дарят друг другу подарки на Рождество, да? – спросил Драко. Гермиона кивнула. - Да, так и есть. Обычно они этого не делают в январе, но лучше поздно, чем никогда. - Тогда с Рождеством, Грейнджер, - сказал Драко. Он достал из кармана пальто маленькую коробочку и протянул ей. Она улыбнулась и взяла её у него из рук. - Не думала, что ты мне что-то приготовил… - протянула она. Гермиона открыла крышку и увидела гигиеническую помаду. Она молча пялилась на неё несколько секунд. В конце концов, Драко задал вопрос, который мучил его неделями. - Почему ты убежала? - Потому что боялась того, насколько сильно хотела, чтоб ты вернулся, - призналась Гермиона. – А когда ты проснулся это значило, что я… Что ты… - Что я тебе нравлюсь больше, чем немножко, - закончил Драко. – И ты мне тоже нравишься больше, чем немножко. Гермиона притянула Драко к себе за воротник пальто и поцеловала. Драко обнял её за талию и притянул ближе, боясь, что она в любой момент осознает, что делает, и оттолкнёт его. Но этого не произошло. Гермиона запустила пальцы в волосы Драко и прижалась к нему сильнее. Её губы были такими же мягкими, как он их себе и представлял. Она бросила коробочку на кровать и отстранилась, чтобы вдохнуть. Между их губами были считаные сантиметры, когда она сказала: - Ты мне очень нравишься, и я, может быть, даже немножко тебя люблю. - Не могу поверить, что ты только что поцеловала меня, - признался Драко с довольной едва заметной улыбкой на лице. Гермиона облизала губы и сказала: - Тогда, наверное, стоит повторить. Драко закивал и она мягко прильнула к его губам. Потом она прошлась дорожкой поцелуев вдоль его скулы и к шее до воротника джемпера. - Кстати, - сказала она, отстранившись. – Я же тоже приготовила тебе подарок. - Ммм, да, ещё один поцелуй будет отличным подарком, - ответил Драко слегка рассеянно. Гермиона встряхнула волосами и стала рыться в своих вещах. - Я точно брала… Должно быть здесь… А-га! – Грейнджер вытащила у себя из чемодана прозрачный контейнер размером с сэндвич. Кажется, в нём были какие-то маленькие зелёные пилюли. Драко взял его у неё из рук и открыл крышку. Он уставился на маленькие овальчики, на каждом из которых была белая буква S. - Спасибо? – с сомнением поблагодарил Драко. - Я всё лето потратила на поиск информации про луносемянник, - сказала Гермиона. Драко ничуть не удивился. – Оказывается, яблоки луносемянника редкие, и дерево даёт два вида яблок: одни с ядом луносемянника, другие – без. - Красные яблоки ядовитые, - догадался Драко. Гермиона кивнула, и он показал на контейнер. – А что мне тогда делать с этим? - Есть, - ответила Гермиона. - Есть? – шокировано спросил Драко. – Ты хочешь, чтоб я съел эти штуки? - Доверься мне, - настаивала Гермиона. – Бери три штучки, закидывай в рот и жуй. Драко нехотя подчинился. Он взял три пилюли из контейнера и положил на язык. Они были в гладкой оболочке. Он осторожно раскусил их и удивился, когда понял, что они мягкие внутри. И он сразу почувствовал кислый вкус зелёных яблок на языке. - О, ебаный Мерлин, они восхитительны! – прокричал Драко. Он сразу съел ещё три штуки и Гермиона забрала у него контейнер. Она закрыла крышку и улыбнулась. - Так они тебе понравились? - Понравились? – спросил Драко. – Ебаный свет, ты же знаешь, как я люблю яблоки. - Я подумала, тебе может быть сложно сразу начать есть настоящие яблоки, так что привезла тебе что-то похожее, - сказала Гермиона, смущённо раскрасневшись. - Что это такое? – спросил Драко. - Скитлз, - объяснила она. – Маггловские конфеты. - Их сделали Магглы?! – воскликнул Драко. - Что за удивлённый тон? – спросила Гермиона. - Как мне их сохранить, чтобы они не испортились? Их можно хранить в этом контейнере? - Вообще, скитлз не портятся, - объяснила Гермиона. Драко подозрительно прищурился. - Как они смогли изготовить непортящиеся яблоки? Магглы не могут колдовать. - Все могут колдовать, Драко. Наша магия в крови, у магглов магия в мозгах. Мы получаем отравленные яблоки, а они делают долгоиграющие*. Драко снова её поцеловал. Это был горячий и глубокий поцелуй, он прижимал её, его руки были везде: у неё на щеках, на плечах – на всех частях её тела, которых он мог коснуться. Она отвечала взаимностью, шутя, что у него не такие потрескавшиеся губы на этот раз. Гермиона обвила его шею руками, а Драко сбросил с плеч на пол своё пальто. Он почувствовал, как Гермиона улыбнулась, а потом отстранилась: - Теперь ты на вкус как яблоки.