Солёная карамель

       Питер приоткрыл форточку на панорамном окне, тихо заполз в темное помещение и закрыл окошко ногой, облегченно вздыхая, крутя головой туда сюда, чтобы понять, в какую комнату залез. Бок кровоточил и адски болел, потому что пуля застряла глубоко в теле. Чертова грабителя Паркер все равно упустил, и это было, наверное, самое обидное.       Парень бесшумно спрыгнул на пол, осматриваясь, и понял, что залез в гостиную. А еще он явно был не один. Только Питер дернулся, чтобы запрыгнуть на потолок, как свет включился, и перед ним появился Кинер в пижаме и с битой в руках, что сейчас сердито и сонно смотрел на Паука. Увидев супергероя, тот облегченно вздохнул, а после перевел взгляд на кровоточащий бок. Брови вновь свелись к переносице, и Харли отбросил биту на диван, подбегая к Человеку-Пауку. На его лице появился след паники.        — Дерьмо-дерьмо-дерьмо, садись, — и Кинер приобнял Паука, подвел к дивану, аккуратно того посадив. — Я сейчас, я мигом.        А потом Харли прибежал с аптечкой в руках, и у Питера появилось острое чувство дежавю, отчего он чуть улыбнулся сквозь боль. Белый диван уже пропитался кровью, и Тони, наверное, убьет его, но сейчас Паркер наслаждался Кинером, что сидел на коленях у его ног.        — Сними его.        И Питер снял. Нажал на черного паучка на груди, и костюм слетел, словно был на несколько размеров больше. Паучок приспустил костюм, шипя от боли в боку, а после откинулся на спинку дивана, не в силах больше сидеть. Кинер еще больше запаниковал.        — Мне придется вытаскивать пулю. Ты потерпишь? — Руки парня дрожали.        Паркер чуть кивнул головой в знак согласия. Это ему не в первой. Он и сам доставал себе пули, сидя в комнате на старой скрипящей кровати, стараясь не шуметь, чтобы не разбудить тетю. И выключатель в его комнате, как назло, слишком громко щелкал при включении света, так что Паучок сидел в полной темноте и с щипцами в руках. Так что да, он точно потерпит.        Харли уже доставал пулю один раз. Из своей ноги. Теннесси не самый лучший город, и там есть и убийцы, и педофилы, и грабители. Мальчику в детстве не сладко там жилось. Ночью выходить гулять ему никогда не разрешали, и оно было понятно, мать очень волновалась за своего сына. Однажды Кинер пошел к другу, не предупредив свою маму, которая была на работе до вечера, и засиделся там допоздна. До прихода мамы оставалось всего ничего, а мальчик еще не был дома. Он быстро побежал по темным безлюдным улочкам, иногда спотыкаясь об камни или мусор, высматривая силуэт мамы, но ее нигде не было. Либо она уже дома, либо еще на работе. Харли выдохнул, останавливаясь, и пошел спокойным шагом до своей улицы, пока не увидел темный силуэт, надвигающийся на него.        Харли запаниковал, когда к нему совсем близко подошёл подвыпивший мужчина, с кривой ухмылкой осматривая мальчика. Тот схватил Кинера за руку и притянул к себе, лепеча что-то заплетающимся языком. Харли взвизгнул, наступил ему на ногу, и юркнул мимо мужчины, начиная бежать из-за всех сил. А у того был пистолет. Незнакомец выстрелил в ногу мальчика, надеясь на то, что тот упадет и не сможет больше дергаться, но Харли Кинер был не из простых, и чуть ли не крича от боли добежал до своего дома, благо тот был уже совсем рядом. Закрылся на все замки, прошел в ванную и стал вытаскивать дрожащими руками пулю. Вся ванная была в крови, и руки мальчика были в крови, и его одежда. Мама, придя с работы и не обнаружив сына в своей комнате, зашла в ванную комнату и остолбенела от ужаса. Вызвала скорую, рыдая, и еще долго обнимала Харли до приезда врачей.        Харли проморгался, смахивая пелену воспоминаний с глаз, и продолжил обрабатывать рану Питера, из которой только что вытащил пулю. Все это он делал хмурясь и закусывая губу, злясь на человека, который стрелял в Паука. Он наложил повязку и облегченно вздохнул, садясь на диван рядом с Питером и прикрывая глаза.        — Спасибо, Харли. — Человек-Паук повернул голову и посмотрел на Кинера чуть улыбаясь. Удивительно, парень помог почти незнакомому человеку просто по доброте душевной.        — Не за что. Но если еще раз придешь ночью раненный, я пошлю тебя к чертовой матери, Паучок. Ты чертовски меня напугал.        Питер усмехнулся, бегло осматривая друга в милой пижамке, и перевел взгляд на биту, что лежала на диване. Бровь парня выгнулась, и он взял в руку биту, осматривая ее со всех сторон. На ручке было выцарапано «Х».        — Играешь? — Спросил Паучок и положил биту на место, вновь поворачиваясь к Кинеру. Тот сначала не понял, о чем речь, а потом чуть ахнул и кивнул. Харли выглядел довольно вымотанным, и Питеру захотелось уложить друга спать в мягкую кроватку, накрыть одеялом и чмокнуть в лоб, словно мамочка сыночка. — Знаешь, Харли, пора спатеньки. Тебя уложить или ты уже взрослый?        Кинер цокнул и закатил глаза, но на его лице все равно появилась легкая улыбка. Хотел что-то сказать, но передумал.        — Я жрать хочу. — Вымолвил он и с улыбкой на лице встал с дивана, направляясь на кухню. Уже стоя у холодильника он крикнул ответ Паркеру. — И как тут лечь спать, если в гостиной сидит Человек-Паук с голым торсом?        Паучок ахнул, смотря вниз на свое тело, и обнаружил, что все это время сидел с приспущенным костюмом. Хлопнул себя по лбу ладонью и натянул костюм обратно, сразу чувствуя прилив наслаждения от подогрева. В здании было довольно прохладно, и Питер подмерз. Харли, что пришел в гостиную с ванильной колой в руках, обидчиво надулся. Он кинул Паркеру баночку газировки и сел на подлокотник дивана, открывая свою колу.        — Ну вот, спать захотелось. Ты можешь приходить полуголый в мою мастерскую? Я вырубаюсь прямо сидя за столом, а мне, между прочим, штучки мастерить надо. — Кинер отпил, сонно хлопая глазами, под которыми виднелись синяки.        — Я приду в твою мастерскую только чтобы унести тебя в кровать, Харли, — Усмехнулся Пит и открыл свою газировку, а после закатил маску до носа, чтобы нормально попить. — Ты похож на зомби, честное слово. Тебе нужно больше спать.        — Говоришь, как мой друг, — Скривился Харли.        Питер спрятал усмешку за баночкой колы, понимая, что и правда все время волнуется за здоровье Кинера.        Вдруг на кухню зашел Тони, шаркая тапочками и прикрывая тело халатом. Он сонно потер глаза и с прищуром осмотрел картину, что предстала его взору. Харли и Питер, сидящие на диване и попивающие колу в три часа ночи. Он возмущенно цокнул языком, уперся руками в бока и чуть покачал головой.        — Дети, какого хрена? А ну бегом спать. Паучок, тебе уже пора быть в кроватке, иначе тетушка с ума сойдет, не обнаружив тебя утром в комнате. Про тебя, Харли, я вообще молчу. Ты уже должен сопеть носиком в подушку и обнимать мишку. И не смотрите на меня так. Разбежались быстро, ребятки. — Тони помахал рукой, разгоняя парней, и потер переносицу, вздыхая.