Он словно вкуса жизни

Чонгук рассекал воздух, поглядывая на циферблат часов, которые медленно приближались к половине второго ночи, но не страшно, осталось совсем чуть-чуть. Ведь если парень правильно помнил, то в тот день, ровно месяц назад, когда он вошёл туда впервые, он точно видел, что кофешоп работает до трёх часов ночи. А значит, он точно должен успеть, нет, он успеет. Лишь бы он был там. Стоя уже у входа, Чон аккуратно толкнул дверь вперёд и прошёл внутрь, сразу же кидая взгляд в сторону барной стойки. Бариста как и прежде сидел на том же месте, с той же самой гитарой в руках и нотной тетрадью на стойке, что-то перебирая на струнах. Заслышав дверные колокольчики он обернулся и мягко улыбнулся. - Добро пожаловать, рад вас видеть. Гук улыбнулся, прошёл до крайнего столика у стены и сел на мягкую софу. Барист как и тогда сунул ему в руки меню и остался в стороне, дожидаясь заказа от ночного посетителя. Тот вновь начал пробегаться глазами по меню, зацепился за первое неизвестное ему название "Фредо" и заказал его: - Этот кофе с ликёром, эффект дурманящий, не стоит пить его, если за рулём, - предупреждает парень. - Всё в порядке, - уверяет Чон, кивая в доказательства собственным словам. Ким улыбается, молча уходит за стойку и по залу слышно, как открывается мешочек с зернами кофе. Чонгук старается отвлечься, достаёт документы и начинает усердно перечитывать текст.

***

Может он, Чонгук, и не замечает, но от чего-то у Тэхёна всё из рук вон валится и ничего не получается, но он снова и снова начинает с самого начала. Но Тэхён то знает, что на самом деле, просто собственного взгляда оторвать от ночного посетителя не может. Просто первая их встреча была совсем другой, тогда, ровно месяц назад, Чонгук казался слишком уставшим, морально истощённым и явно недовольным собственной жизнью, заявившись в наглухо застёгнутом деловом костюме. А сейчас сидел свободно, в облегающей чёрной рубашке с закатанными рукавами, с распущенным галстуком, взъерошенными волосами, зачёсанными движением руки назад, и был богоподобен. В особенности этот тэхёновский кинк на татуировки, которыми покрыто всё его тело, доступное Кимовскому взору. Он и сам такой же, старается носить закрытые вещи, чтобы не было видно рук с парой татуировок, шеи и ещё нескольких мест, но это лишь для того, чтобы не оттолкнуть от себя пожилых парочек, что каждое утро и вечер заходят к нему на малиновый пирог. Он просто смотрит и получает эстетическое удовлетворение. - Ваш кофе, - наконец оповещает он, оставляя чашку на столике.

***

Чонгук благодарно кивает, берёт в руки чашку и делает первый, подобный божьему благословению, глоток. Тёплый напиток патокой растекается по горлу и ликёр вовсе не перебивает вкуса кофе, как и ожидалось. Не отвлекаясь от работы, он одним лишь жестом благодарит бариста и просит приготовить ещё одну позицию. Всё на повтор: звук рассыпающихся по блюдцу зёрен, тихие вздохи бариста, запах натурального кофе и алкоголя, и домашний, софтовый парень, прожигающий его, Чонгука, взглядом. С каждым новым глотком концентрация растворяется в пространстве и Чон всё чаще наблюдает за длинными пальцами бариста, рисующим что-то на пенке, которые наверняка всегда пахнут кофе. Как только вторая чашка оказывается на столе, Гук замечает рядом странный, позолоченный маркер возле неё. Всё становится ясно, когда на этой чашке замечается небольшое подчеркивание. Он просто вписывает аккуратно, каллиграфическими буквами "JK" и начинает пить. Работа совсем встала после второй чашки, но он не был пьян, скорее одурманен, а в зале раздался звон колокольчиков. Внутрь вошли двое парней, завидев которых, барист тут же нахмурился, позабыв о гитаре и песне, которую исполнял. - Смотри-ка, певчая попалась птичка, - явно не в трезвом уме сказал один, - плесни-ка нам коньячку вон того. Это привлекло внимание Чонгука, но он не торопился выдать своё присутствие, а просто наблюдал за происходящим со стороны, до сих пор оставаясь незамеченным. - Вы ошиблись заведением, я не бармен, а бариста и алкоголь не продаю, - голос парня был хриплым и грубее обычного, - покиньте зал, в нетрезвом состоянии сюда вход запрещён. Ясно было, что никто уходить и не собирался, в ход пошёл грубый мат и публичное домогание до персонала. Когда Тэхёна схватили за ворот рубашки и злость его глаз испарилась, сменяясь на удивление и испуг, Чонгук поправил волосы так, что те рассыпались по бокам, спадая на глаза и встал со своего места, медленно приближаясь к нему. Он без спроса зашёл с другой стороны барной стойки, обошёл Кима сзади, положил подбородок на его плечо и обвил талию руками. - Малыш, у нас проблемы? - Тихо, но жёстко спросил он, сжимая того сильнее, чтобы он не дёргался, а сам устрашающе смотрел в глаза парней. Двое парней взглянули на Чонгука, оценили его подтянутую, высокую, крепкую фигуру и просто вышли с громкими претензиями из кофешопа. Чонгук улыбнулся, отпрянул от бариста и вышел из-за стойки, становясь лицом к лицу с ним. - Спасибо... - тихо ответил он, - не стоило, я мог вызвать полицию, случись что... - Хорошо, просто повтори заказ для меня и поехали, я подвезу, - отозвался Гук. Тэхён повторил, но на предложение подвезти ответил отказом - стыдно.