9 проблем Питера Паркера

Не гляди на меня с упреком, Я презренья к тебе не таю, Но люблю я твой свор с поволокой И лукавую кротость твою.

Парень спокойно сидел на мягком диване, медленно попивая содержимое стакана через трубочку, рассматривая отражение в черном экране плазмы. Он не узнаёт того, кто смотрит на него. Тот повторяет все те же движения, но не является Питером. Это уже монстр, остатки от прошлого него, фальшивая оболочка с чужими чувствами. Но он уже смирился. Остается привыкнуть к этому, дабы дальше жить. - Эй, может тебе прогуляться, пацан? – заходя в гостиную, предложил мужчина, вытирая машинное масло с рук после очередного похода в мастерскую. - Очень смешно, мистер Старк. Никто ведь не заметит мои восемь глаз и огромные клыки. Несмотря на все тесты и усилия, мутацию они до сих пор не остановили. Кажется, она начала только быстрее протекать, паразитируя на чужих генах и клетках. Она полностью хотела захватить Паркера, не оставив ему и шанса на спасение. Попользовался силой, а теперь плати по счетам. Появление нечеловеческих способностей никогда не сулит чем-то хорошим. Лучше бы он оставался обычным школьником с дядей и тетей. Без всякой паутины, преступлений, мстителей и Тони. Лучше... А правда ли он жалеет о случившемся? Он неплохо прожил с этим, заимел друзей среди супергероев, о чем многие мечтают, так еще сам Энтони Старк не отходит от него ни шаг, уделяя по максимуму внимания. С таким раскладом даже не стыдно умереть. Но есть люди, которые еще беспокоятся за него. Потому он должен держаться. Хотя бы наиграно показывать, что ему важна жизнь, чтобы не расстраивать остальных. Пускай они запомнят его с хорошей стороны, а не как трусливого эгоиста, надоедающего кумиру. Быстро взглянув на миллиардера, стоящего в дверном проеме, мальчишка продолжил разглядывать себя, не замечая опустевшего стакана. Еще пару дней и белки в новых глазах приобретут радужку, а после совсем оживут, давая видеть чуть больше обычного. Точно также как у паука. Что же будет в будущем? Дополнительные конечности или ловушка для жертвы? Перестройка внутренних органов или паучьи инстинкты? Может его вообще понесет искать себе самку для спаривания? Интересно, а он будет испытывать сексуальное возбуждение из-за другого членистоногого? - Мэй звонила. Спрашивала, почему ты не берешь трубку, - вырывая из мыслей юношу, хрипло произнес Тони, направляясь к бару, чтобы пропустить лишний стаканчик виски. - Я не слышал, - соврал парень, не дернув и мускулом лица. Между обоими повисла тянущаяся тишина, которая оседала на плечах и голове, запутывала и пачкала. Они не могли уйти и не были способны продолжить эту беседу. Каждый глядел другому в сердце, в самую душу, зная за какие ниточки дёргать. Но ни один не рассчитывал этим пользоваться. Старк потому, что не желал огорчить мальчишку своим поступком. А Паркер потому, что... ему было все равно? Он и так каждодневно ощущает на себе червей, прогрызающих в нем дырки, заползающих туда, принося смрад и чуму. Они лезут дальше, в самое нутро, где откладывают личинок, которые позже убьют его изнутри самым болезненным способом. Он не хотел добавления новых существ, потому просто игнорировал. Его все устраивало и так. Тяжелый вздох. Приглушенный стук бокала о красное дерево. Тихие, но уверенные шаги. Скрип кожаной обивки, когда на нее садятся. - Зачем ты мне врешь? Питер ничего не ответил. Его снова раскусили. Тони единственный, кто был настолько проницательным насчет его. Он первый, кто понимает его без лишних слов. Они предназначены друг другу судьбой. Печально, что сам мужчина не осознает этого, сбрасывая все на подростковые гормоны. Он правда так думает или боится признаться, что его не привлекают такие, как мальчишка? - Паркер, ты же сам слышал крики своей тетушки, когда я сказал, что ты будешь жить в башне. И ты видел ее в гневе. Поэтому позвони ей и поговори, иначе она примчится сюда и разнесет все, - уже с нажимом проворчал миллиардер, стараясь все это разбавить шуткой. Питер не намеревался заставлять Мэй еще сильнее переживать за него. Как-никак, а она была последним его родственником, кем-то близким и дорогим. Поддержкой с малых лет. Но он не мог ничего с собой поделать. Она сразу поймет, что с ним что-то не так. От чего станет волноваться больше, расшатает оставшиеся нервы, вызывая у себя психоз или иную подобную болезнь. Пускай она обидится на него и менее болезненно перенесет его смерть. Найдет себе возлюбленного, уедет в Венецию и иногда по вечерам будет вспоминать его. - Сколько мне осталось? Будь у Старка жидкость во рту, он определённо выплюнул бы ее, не боясь за дорогущий ковер или диван. Он, конечно, знал, что парнишка резкий и часто перескакивает с одной темы на абсолютно иную, но не ожидал такого вопроса. Неужто в той кудрявой голове крутятся мысли о ближайшей кончине, от чего тот постоянно витает в облаках, уставившись в одну точку? - С чего ты взял, что умрешь? - Я не такой идиот, каким вы меня считаете, мистер Старк. Я замечаю, что вы всё чаще проводите время в лабораториях, пока мой организм быстрее перестраивается во что-то неизведанное. Если я не умру, то превращусь в восьминогую тварь, окончательно потеряв связь с этим миром. Это практически то же, что и смерть. Как бы мужчина хотел опровергнуть эти слова. Сказать, что тот не прав, что спасение уже близко. Хотя бы что-нибудь. Но, черт возьми, мальчишка и правда не был глупцом, чтобы не догадаться. Несмотря на все попытки, потраченные деньги и время, они не на шаг не приблизились к решению. А если... нет, это недопустимо. Он не должен думать об этом. Это слишком опасно для его подопечного. - Я..., - непривычно запнулся миллиардер, пытаясь правильно сформулировать мысль. – Я постараюсь увеличить этот срок. Две недели в среднем, максимум – месяц. Сердце гулко ударилось об стенки живота, взбудораживая внутреннюю среду, заставляя желчь выплескиваться за края, обжигая печень и кишки, разжижая все до однородной субстанции, стекающей вниз. Кровь со всей силы била в виски, в черепушку, заглушая прочие звуки, прорывающиеся через барабанные перепонки. Он постоянно вспоминал об оставшемся времени, считал каждую минуту, но не представлял, что услышав истинный срок, остолбенеет как изваяние. Язык напрочь отказывался работать, немея и перенося эту заразу дальше, по глотке к легким. Воздух застыл в мешках ткани и капилляров, не имея возможности насытить своего хозяина. Кислородное голодание. Такое же мучительное и изматывающее, как удушье. Извращенцы, любящие асфиксию, испытывают тоже или для них это ощущается совершенно иначе? Строит ли новые образы их больной мозг, чем и оправдывает удовлетворение? - Я бы сейчас не отказался от пиццы, - выдал парнишка первое попавшиеся на ум предложение. – Но приходится питаться какой-то дрянью. Буэ. Посмеявшись с выражения лица парня, Старк приблизился к нему, ментально передавая позитивный настрой. - Зато, ты теперь можешь съесть своих обидчиков, воткнув в них эти клыки. - Знаете, перспектива так себе. И это хелицеры, я теперь полностью зависим от них. Радует то, что я научился ими управлять и уже не так тяжело. И дабы доказать это, Паркер повернулся лицом к кумиру, наконец-то полностью откладывая пустой стакан, начиная слабо подёргивать отростками из челюсти. Это выглядело странно, пугающе, но одновременно и завораживающе. Часто ли вы встретите получеловека-полупаука, у которого такого рода аномалии? За ними уже интересно наблюдать, так что говорить об изучении. - Кстати, а почему вы игнорируете мои чувства? – как бы невзначай спросил юноша, продолжая сидеть с улыбкой. Он по-любому играл на публику. Ведь знал, что это повлияет на Тони, как ледяной душ после пьяного вечера. Тепло мгновенно исчезает, заменяя себя будоражащим холодом, который застал врасплох. Ты думал, что будешь вечно в нирване, как все резко пропадает, напоминая о реальности. Он надеялся услышать правду, но получил только гробовое молчание. Словно Энтони тут не было, а все это время он болтал с прогнившим трупом. С того валились куски плоти, разлетались мухи по углам, и разило скверной. А он не замечал, представляя себе собеседника. Разве не это колокольчик, дающий подсказку о твоей невменяемости? С такими темпами он по-настоящему сойдет с ума. Даже раньше, чем успеет перевоплотиться. - Пойми, ты еще одумаешься. Питер отчетливо услышал вздох. Уставший, потрепанный. Будто человек расстроился и разочаровался? Он разочаровался в своем наследнике, да? Зачем ему никчемный ребенок, который скоро и вовсе мыслить не будет способен. А уж тем более, когда он настаивает на принятии его влюбленности. У Старка море девиц, достающих его с такими же причинами. Он не исключение, а просто назойливый паразит. Впился в шею, высасывая жизненные соки до последней капли. Раз заделался на этом месте, то должен действовать до конца. - У меня не будет времени для этого. Поэтому исполните мое желание, пока я не стал чудовищем, - начал бормотать парень, с каждым словом утихая. – Лишите меня девственности. - Черт, пацан. Ты же не отвяжешься от меня, верно? И он лишь весело качнул головой, подвигаясь вплотную, так чтоб их бедра едва соприкасались. Это было удивительно, что он набрался смелости сказать о таком одному из самых желаемых плейбоев. Он раньше краснел, просто стоя рядом и осознавая, что это не сон. А теперь без зазрения совести домогается до кумира, ставя собственные условия. Он совершенно точно менялся еще и внутренне, помимо внешности. Ну не мог он за один день стать смелее и хитрее в пару раз. На него что-то влияло, и довольно не хило. Может, это тот брачный период пауков? Смешно, но в данной ситуации что-то другое не подходит. Паркер не желал медлить, словно подозревал, что это его последний шанс, за который надо ухватиться, да покрепче. Потому он наступил в атаку, без всяких предупреждений расстегивая пуговицы на чужой рубашке. - Эй, эй, не спеши так. Я никуда не убегу. И не имею ничего против прелюдий, - опешил миллиардер, немного отодвигаясь из-за напора. Конечно он еще был полон духом, но в происшествия такого рода попадает впервые. Мальчишка, наконец-то оголив шею, начал оставлять дорожку неумелых поцелуев, пока руки осторожно забирались под одежду, чтобы холодными пальцами с ногтями пройтись по ключицам, груди, прессу и спуститься вниз. Все движения выдавали его любовь и страсть к мужчине, а тот лишь тихо посмеивался, разрешая побыть активом и как-то возбудить напарника. Энтони не имел представления как правильно реагировать на домогательства наследника. Поддаться, разрешить заняться чем-то непристойным с тем, кто пытался стать членом его семьи, хоть и морально? Или все же оттолкнуть, рассказать насколько неправильно то, что они делают? Хотя, когда это Старка заботила правильность действий...? Он всегда действовал так, как считал нужным, выгодным и приятным. Не зря же он упёртый баран. А случаем нет абсолютно иной причины, которая не разрешает спокойно переступить границу в их общении? Например, такая же любовь к парню, как у того к нему. - Ты такой смешной, Питер. Спасибо тебе за все.