Ты наказан!

Снизу слышится пронзительный крик… Глухой удар… Больно…

— Хен? Хен!!! Что ты наделал??? — На крышу влетел Чонгук, глаза которого вскоре до краев наполняются слезами. — Он спрыгнул??? Ты ему позволил.! Чонгук уже было побежал на Хо с кулаками, но тот, дав ему легкого поздзатыльника, взял за капюшон безразмерного худи и подвел к краю крыши, наклоняя лицом вниз. — Что.? Внизу, на пожарном батуте лежал Чимин, что был в отключке, а рядом машина пожарных, скорой помощи и Юнги, который с довольной мордашкой, но тяжелой отдышкой махал им рукой. — Ты… Вы… Но ты же далеко стоял от края крыши, чтобы увидеть машину! Откуда знал, что они внизу? — Разревелся уже по полной Гук. — Хаха, Гукк~и — Улыбнулся сквозь страх Хо, похлопав мелкого по голове. — Звук колес никто не отменял. Плюс — у нас пожарный участок тут рядом, и я сразу понял, что Юнги-хен знает об этом и первым делом позвонит именно пожарным. Это дело сообразительности и работы в команде, мелкий. И я, к твоему сведению, не садист. — Обиженно добавил старший. — /хлюп/ Хееен!!! — Кинулся ему на шею Чонгук уже в истерике. — Прости… Прости меня… — Да все, все, успокойся. Все же хорошо закончилось. Да, вы можете предоставить весомый вопрос: почему Чимин не умер от остановки сердца еще в полете? Так вот я вам отвечу, что здание общаги, с которого прыгал юноша, было не столь высоким, чтобы можно было успеть обдумать то, что как бы пора умирать, но и не настолько низким, чтобы просто поколечиться, а не умереть. Примерно этажей восемь. Чимина отвезли в больницу. Остальные же, узнав об этой истории не самым лучшим образом, а именно воплями влетевшего в комнату в слезах Чонгука, что выл что-то мало понятное, чуть не попадали с инфарктами. Хоть с Чимином, как после выяснилось, все нормально, Соупы и Гук получили от согруппников довольно сильных пиздюлей за то, что так перепугали всех, а менеджер сразу же поехал к Чимину в больницу оформлять документы. — И что нам с ним делать.?

Спустя день.

— Чимин~и, ты как? — Выглянула голова Тэхена из-за двери. — В норме. — Сухо ответил тот. — Ты злишься.? — Нет. — Не ври. Ким прошел в комнату, остановившись у кровати. — Тэ, вот скажи: зачем все это это? Просто зачем? — Да как же ты достал, мальчишка! — Рыкнул не человеческим голосом Тэхен. Вроде голос Кима никогда не поддавался рациональному объяснению. Ибо слишком глубокий, бархатный, нежный и максимально низкий. Но сейчас он выходит за рамки всех возможных… Всего возможного! Он стал будто искаженный телевизионным шумом. Искаженный и страшный. Опасный. Вечно меняющий тональность. — Т-Тэ.? — Просто пойми, что мы тебя любим! И твои замашки тут никак не к месту! — Тэхен~и… Что у тебя с голосом? — Нормально все… — Замешкался Ким, но прежний голос вернулся. — Просто раздражает, что ты думаешь только о себе, и считаешь, что все плохо! А если это доходит до крайностей… Скажи «спасибо», что мы еще с Гуком тебя от психушки спасли! Да и вообще, о чем ты, блять, думал???? А если бы Хосок и Юнги хены пришли позже? Ты бы прыгнул? Пак мать твою Чимин, я бы тебя из-под земли достал и в брачный период ярым педикам отдал, собака ты сутулая! Не лежал бы ты сейчас на больничной койке, скакал бы уже голопом на члене Намджуна-хена! (Он очень большой) — ТэТэ… Прости… Ты… Ты просто не понимаешь… — Я пойму, если ты пообещаешь больше с собой ничего не делать! — Я-я не знаю, Тэ… Я слабый в эмоциональном плане… Очень слабый. И мне трудно все переживать, и вообще воспринимать все не так близко к сердцу. Сложно, понимаешь? А если быть точнее, то почти невозможно. — Ахх… Чимини, ты все усложняешь. Очень усложняешь. — Может быть, но по-другому я не могу, пойми же ты. — А ты смоги. — Раздался внезапно хриплый заспанный голос позади Тэхена. — Юнги-хен? — Резко развернулся Тэ. — Тэхен~и, оставь нас, пожалуйста. Надо поговорить. — Тихо прохрипел Юн, не сводя глаза с Чимина. Когда Тэ удалился, Мин рванул в сторону Чимина, что уже успел сесть на постели. Последовал легкий шлепок по щеке Пака для приведения в чувства, а после Юнги взял младшего за воротник больничного халата, притянул к себе и поцеловал.

***

— Хен.? Ах… Что ты творишь… Х-хеен.! Аааахх…!