Seesaw

      Пока я тщетно пыталась зацепить палочками рамен с помощью левой руки, доктор забинтовывал правую. Да-да, удивительно, но мне предоставили доктора, когда я рассчитывала хотя бы на диван, аптечку и сухую одежду. Вместо этого для меня пригласили врача, который носился со мной как курица с яйцом, мягкий диван (который вполне мог сойти за мою кровать), теплую одежду, правда, мужскую, но я смогла в ней укутаться как пингвин. А также меня даже покормили! В общем, все вышло еще лучше, чем я предполагала.       Доктору реальную причину моих травм мы решили не говорить. История была такова, что я просто занималась спортом и выполняла упражнения на лестнице, вот тогда и полетела. Не факт, конечно, что он нам поверил, но все же правдивую версию событий ему знать не обязательно. — Вам нужно менять повязки каждый день. Обезболивающее я вам прописал, пейте только при необходимости. И ради бога, берегите себя! На левом колене у вас останется шрам, с этим ничего уже не сделаешь. Хорошо, что хотя бы переломов нет. Но вам противопоказано заниматься спортом уже несколько лет, почему же вы решили возобновить тренировки?       Все, кто находились в этой комнате выжидающе уставились на меня: менеджер Седжин, мой доктор и Юнги, который смотрел, словно хотел лично свернуть мне шею. Интересно, что же я опять сделала не так? Ну нельзя мне заниматься, что теперь? Я ведь живой человек, все-таки… — Это было давно. Я просто упала в обморок, когда бегала кросс. В тот день я не завтракала, поэтому мне стало плохо, вот и полетела. А врачи мне сразу заниматься запретили… Все в порядке. — У вас аритмия, а вы говорите, что все в порядке? Вы можете загреметь в больницу с травмами еще хуже, если продолжите заниматься спортом, помните об этом. Что ж, всего доброго, меня ждет другой вызов. Поправляйтесь.       Доктор оставил нас, но не прошло и секунды, как в комнату вломились новые посетители. А именно — вся остальная составляющая группы BTS. Все мемберы находились в моей (временно) комнате и с удивленными вздохами рассматривали присутствующих. Джин и Тэхен подлетели ко мне, изучая с ног до головы с таким восхищением и жалостью, что я даже почувствовала себя неуютно. — Бедняжка! Сколько же ты натерпелась! — Сейчас что-нибудь болит? Посмотри на руки! — Может, тебя покормить? — удивительно! Они видят меня впервые в жизни, а ведут себя так, словно я для них какое-то божество. Очень лестно, но к такому вниманию можно быстро привыкнуть. — Я в полном порядке, не нужно за меня так переживать. — Юнги, а с тобой все хорошо? Ты весь бледный, — наша троица перевела взгляд на Юнги, который все это время сидел в кресле поодаль от меня и пялился в одну точку. Так как я не знала этого человека достаточно хорошо (да что там, я не знала его в принципе), то могла с уверенностью сказать, что Юнги выглядит совершенно обычно: такая же бледная кожа, расслабленная поза, только немного напряженный, вдумчивый взгляд. Ничего необычного. Но вот остальные мемберы сразу согласились с Чимином, который первый обратил внимание на состояние своего друга. — Да, все хорошо, — голос у Юнги был немного хриплый, как после сна. Ребята молча начали переглядываться между собой. Даже меня ввело в недоумение такое поведение. Я невольно начала понимать, что с Юнги явно не все в порядке. Несмотря на бледную от природы кожу, сейчас она казалась словно прозрачной. А взгляд Юнги был немного отрешенный, что вводило в ступор, похоже, не только меня. Всегда сосредоточенный Шуга сейчас словно потерялся. — У нас есть для Лисы небольшой разговор. Так что мы попросим вас выйти, ребята, — Седжин обратился к остальным мемберам, чтобы выпроводить их из моей комнаты. О чем будет идти речь — я без понятия. Но мое чутье подсказывало, что хороших новостей можно не ждать. Мальчики с пониманием удалились, а в комнате остался только Седжин и Юнги. — А ты не будешь выходить? — Вообще-то этот вопрос и меня касается, — Юнги вернул себе прежнее выражение лица — полное пофигизма, а также капельки высокомерия, и подошел к Седжину, который положил на кофейный столик какой-то конверт. В руках у него была еще одна небольшая стопочка бумажек, которую он и Юнги с интересом разглядывали, не посвящая меня в ее содержание. — Что это вы там интересное читаете? — Твое досье. — Чего?! — Тебя зовут Андреева Василиса Михайловна, — абсолютно неправильное произношение моего имени вызвало у меня легкий смешок, который никак не отвлек мужчин от чтения. — Родилась 16.10.2000 в России, город Санкт-Петербург. Окончила 11 классов и 8 лет музыкальной школы <…>, переехала учиться в Корейский Национальный Университет Искусств по направлению «музыка» (вокал). Выпустилась в этом году. В этом же году у тебя заканчивается учебная виза. К сентябрю ты должна вернуться на родину, правильно?       Сказать, что я офигела, значит, не сказать ничего. Откуда у них эти бумаги я даже спрашивать не буду, но то, что им про меня теперь известно практически ВСЕ — привело меня в непомерный шок. Только вот чего они этим хотят добиться? — Ну допустим… — Значит так, вы с Юнги попали в очень проблемную ситуацию, из которой вам нужно выйти обоим победителями. Ты видела, что происходит с твоими соц. сетями? — Я уже заблокировала все свои аккаунты, — Седжин оказался удовлетворен ответом, утвердительно кивнув головой. По Юнги я не могла сказать абсолютно НИЧЕГО. Он казался мне словно айсбергом — таким же холодным, как и в песне Аллы Пугачевой! — Сейчас нам главное ограничить внимание фанатов к вашей паре. Чтобы они перестали докучать вам на улицах… — Так, погодите. Какой такой «нашей паре»? Нет никакой пары, это ведь все вздор! — Помолчи немного и послушай взрослого человека, — Юнги перебил меня, и я снова встретилась с холодным, пронизывающим насквозь взглядом этого парня. Опять разговариваешь со мной как с ребенком? Ну погоди у меня… — В общем, перейду сразу к сути. Предлагаю решить этот вопрос таким образом: наше агентство объявит о том, что вы все-таки встречаетесь. Фанаты довольны, все всё знают, никаких секретов… — «фанаты довольны», ага, как же! Я уже хотела возразить, но Юнги предостерегающе прокашлялся, подавая мне знак заткнуться. Достал! —… Вы должны будете изображать пару ровно месяц. После этого мы объявим о том, что вашим отношениям пришел конец: вы «не сошлись характерами», а ты, Лиса, возвращаешься на родину. Что и станет основной причиной вашего расставания, так как Юнги не потерпит отношений на расстоянии. Из этой ситуации вы оба выйдете с наименьшими потерями. Вас перестанут преследовать на улицах так рьяно. Конечно, от внимания аудитории никуда не денешься, но ее будет намного меньше, чем в том случае, если бы эти слухи гуляли без подтверждения. Если мы сразу опровергнем их, тогда АРМИ не дадут тебе покоя до твоего отъезда домой, будут следить за каждым твоим шагом, и мы не сможем этому помешать. А так ты будешь всегда под нашим присмотром.       И опять много информации, и опять ее нужно всю разложить по полочкам, чтобы понять весь откровенный звиздец происходящего. Бабушка Мин была права, меня нельзя и на минуту одну оставлять, иначе я устрою вселенскую катастрофу. То, что происходит сейчас, вполне можно назвать таковой. И ведь Седжин прав, фанатки Юнги меня так просто не оставят. Растерзают живьем, если я буду одна. — Если ты согласна, вот бумаги на подпись. Ваши отношения будут подтверждены сразу, как только ты их подпишешь. Но в договоре есть пара важных условий. Самое главное — отношения должны длиться ровно месяц. 20 августа вашим отношениям приходит конец, и только тогда ты возвращаешься в Россию. Если кто-то из вас захочет расстаться раньше, та сторона выплачивает противоположной неустойку. Нам не нужны проколы, так что сумма крупная.       Я со всей серьезностью всматривалась в договор, пока не нашла ту самую кругленькую сумму. 20 МИЛЛИОНОВ ВОН! Естественно от такой цифры я чуть не подавилась. И где мне брать эти деньги?! Хотя, если так подумать, то я же не собираюсь нарушать контракт, верно? Но… если иметь дело с Юнги, то тут до чего угодно можно дойти. — Окей, я подпишу это. А дальше что? Фанатки чудесным образом испарятся? Они ведь так и будут преследовать меня. — Этот вопрос мы тоже уже решили. Для вас с Юнги будут сняты апартаменты в гостинице. Там вы и проживете месяц, подальше от фанатов. Тренировки у Юнги будут проходить там же, но там он будет заниматься только рэпом. На танцы он будет ездить самостоятельно. Тебе же можно будет гулять только в сопровождении охранников или Юнги, — класс, просто здорово. Великолепно, изумительно! У меня даже не хватает эпитетов для того, чтобы выразить, как же я блин «счастлива»! Седжин рассказывает мне это все так легко, будто бы сейчас происходит обсуждение бытовых проблем за чашечкой чая, а не решается моя дальнейшая судьба. Они уже и апартаменты заказали, и план на весь месяц составили, а я еще даже ничего не подписала! — Помимо этого вам с Юнги придется посетить пару передач вдвоем или же просто какие-то мероприятия, главное — совместно. Но это мы еще решим. И конечно же, активные соц. сети с вашими совместными фотографиями. Все должно выглядеть реалистично. Пожалуйста, просто прибейте меня кто-нибудь!       Я уже готова на все, только чтобы этот кошмар закончился. Конечно, жизни как раньше уже не будет, но с другой стороны, если я сейчас выйду из этого здания совсем одна — неизвестно, что со мной может случится. Сегодняшнее происшествие послужило мне хорошим уроком.       Что ж, была не была. Хотя… — Дайте мне ручку. Я подпишу. Но только после того, как добавлю свое условие, — Юнги, как мне показалось, презрительно фыркнул и что-то недовольно пробубнил. — Что? Все эти условия прописывала твоя сторона, а не моя. Так что я имею полное право вмешаться и поставить свои условия, — я начала писать мелким шрифтом на чистом поле в документе единственный пункт, который был мне нужен. — Аппаратура? Ты хочешь, чтобы мы вернули тебе аппаратуру? — Седжин и Юнги не могли поверить своим глазам. На их лицах читалось удивление, которое мне было совершенно непонятно. — Ну да, а что такого? Именно из-за Юнги я в тот день потеряла свою аппаратуру, на которую копила все то время, что жила здесь. Так что я просто прошу вернуть мне все, что было утрачено: синтезатор, колонки, MIDI-контроллер и микрофон.       Мы, наконец-то, смогли достигнуть согласия, и через пару минут на документе уже красовались наши с Юнги подписи.       Через пару минут я, прихрамывая, выходила из своей временной «палаты» ко всем мемберам, которые ждали нас в холле. Теперь я выходила оттуда в качестве девушки Мин Юнги, который любезно поддерживал меня за талию, чтобы я не упала. Какой актер! Оскара на него нет.       Ребята подбежали к нам и стали расспрашивать менеджера и Юнги о том, что же мы там так долго делали. Седжин угомонил ребят, сказал, что это «сюрприз» и попросил их наблюдать за новостями агентства, вот тогда-то мальчики все быстро поняли. — Это так круто! Лиса, мы теперь почти как одна семья, поздравляем! — Юнги, а как давно? Почему ты скрывал от нас этого прекрасного ангела?!       К сожалению, ребята пока не знают о том, что это все подстава. А может, это и к лучшему… В любом случае, уже сегодня вечером или завтра они узнают всю правду и уже не будут так добры ко мне. Хотя их комплименты я была готова слушать целую вечность!       После того, как мальчики дружно проводили нас до машины, мы отправились в отель. Мне сказали, что за моими вещами уже выехали, чтобы забрать. Но я сомневалась, что они до вечера привезут мне их в отель, так как бабушка Мин без боя никуда мои вещи не отдаст. В этой женщине я была уверена на 100%, поэтому сначала позвонила ей, прежде чем люди из агентства навестили ее. Но вещи это полбеды. Теперь мне предстояло пройти целое испытание, длинною в месяц, чтобы я могла спокойно жить дальше, без угроз для собственной жизни.

***

      Наш номер находился на 10 этаже, поэтому на балкон я выходить, конечно же, не буду. Вообще, я изначально надеялась на два раздельных номера, НО мы же как бы «встречаемся», и все должно выглядеть натурально даже для персонала. Так что вот вам, пожалуйста, номер люкс на двоих с самым лучшим видом.       В номере было два этажа. Да вообще весь номер напоминал квартиру-студию: первый этаж абсолютно не разделен на комнаты, все совмещалось: кухня, зал и холл — все одно помещение. Но выглядело это роскошно, тут не придерешься. На втором этаже находилась ванная комната, кстати, всего одна. Неужели BigHit денег пожалели на вторую ванную? Офис и… внимание, вот тут я пришла в полный аут, … одна спальня. — Так, погодите, а где вторая? Тут что, всего одна кровать?! Ненене, ребята, я на такое не подписывалась. — Расслабься, я буду спать в офисе, — Юнги бросил свою сумку с вещами в соседнюю комнату, где и будет его «студия» вместе со спальным местом. — Но там ведь нет нормальной кровати. — Так ты хочешь, чтобы мы спали вместе? — Нет! — ну я же вроде как позаботиться хотела, думала, предложить спать на кровати по очереди, а он… все испортил! Еще и лыбится. — Так, попрошу освободить тогда мою комнату. Я хочу спать. — Но сейчас только 5 часов вечера. — А кого это волнует? Я человек уставший, натерпевшийся за сегодня всякого… да и, как доктор сказал, мне нужен покой. Так что все нежелательные гости — на выход, — я стала легонько выталкивать Юнги из своей комнаты, так как больные руки при всем желании не позволяли мне толкать сильнее. Однако, если бы Юнги сам не захотел покинуть комнату, его бы ничто и никто не сдвинул с места. Так что мои успехи в этом деле зависели только от его желания.       Наконец, когда комната за Юнги закрылась, я смогла спокойно лечь на кровать и расслабиться. Нет, не так… я смогла плюхнуться в это мягкое облако из одеяла и подушек, которые буквально обволокли меня и не хотели выпускать из своего плена. Только после этого я поняла, насколько сильно устала! Поэтому провалиться в сон мне не составило труда и через 5 минут я уже была без сознания.