Жизнь Петира Бейлиша, сына Красса Бейлиша, браавосийца, написанная им самим в Штормовом Пределе

Брандон Старк скучал. С куда большим удовольствием он бы скакал верхом на Ручье, охотился, развлекался в борделе или же прожигал время за бокалом арборского. Вместо этого он медленно вышагивал вдоль Зелёного Зубца в компании миловидной, но скучной, как проповедь южных септонов, Кейтилин Талли. Умом Брандон понимал, что ему давно пора жениться, но, честно говоря, не видел пока в этом особой необходимости. — Кхии! Кхрии! — Кейтилин, что-то щебетавшую про свою сестру, прервал возмущённый птичий крик. Больше всего он напоминал звук ножа, царапающего стеклянный бокал. Брандон поднял глаза — на ветке, прямо над их головами, устроилась небольшая серая птичка. Она повернула голову, кося чёрным как ночь глазом и снова закричала: «Кхрии!» — Это пересмешник, — улыбнулась Кейтилин. — Обычно они замечательно поют, если только не приближаться слишком близко к их гнезду. Тогда они буквально сходят с ума. Однажды я видела, как такая птичка прогнала лису. Он пожал плечами — птица была музыкальна как кошка, которую протягивают под воротами, и Брандона мало интересовали отношения пернатых и лис. Что его действительно волновало — в его свиданиях с нареченной не было ни капли романтики, ни капли чувства.Это были скучные формальные мероприятия, во время которых их постоянно сопровождала колонна вассалов, подобающий эскорт для того, чтобы провести время в компании друг друга. Про себя, да и не только про себя, Брандон сокрушался, что Амбер не присоединился к поездке на юг — громогласный и непосредственный Джон мог внести ноту хаоса и веселья во всё, чем бы он не занимался. — Кхрии!!! — Брандон поморщился, выискивая камень, чтобы прибить проклятый комок перьев. С земли раздался чей-то писк. Похоже, что он зазевался и налетел на кого-то из сопровождавших, сбив того с ног. Брандон остановился, опустив взгляд на мальчишку, упавшего на собственный зад. Невысокий, худой как спичка, он производил впечатление книжного червя, проводящего больше времени в библиотеке, чем на тренировочном дворе. Брандон улыбнулся ему, подавая руку: — Не ушибся? Мальчишка отбил её в сторону, сердито фыркая и поднимаясь на ноги. — Петир, что ты тут делаешь?! — недовольно спросила Кейтилин. Мальчишка замялся. — Кет, я… я не хочу, чтобы ты выходила замуж за этого дикаря! — наконец вырвалось у него. Лицо Кейтилин скривилось, как будто она проглотила что-то очень кислое. Внутри поднялось раздражение, грозящее смениться гневом. Отец говорил, что в нём сильна волчья кровь — Брандон не понимал полумер, не понимал, как можно притворяться и хитрить, и, если мальчишка решил поиграть в мужчину, что же, пусть будет так — он не будет проявлять снисхождение. — Я … — мальчишка поднял голову, глядя на беснующуюся птицу. — Я считаю, что ты не достоин её! Я буду защищать её честь, как пересмешник защищает гнездо! Я вызываю тебя на дуэль! Гнев поднялся вверх, заставляя обнажить клыки в улыбке-оскале: — Принято, сир Пересмешник!