компромат на соулмэйта

Две недели тому назад.

      Знаете, быть сыном известного бизнесмена и одним из популярных красавчиков в универе — задача очень трудная. Всегда нужно придерживаться определённых правил, быть стильным, умным, очаровательным, гордым, таким недоступным и желанным для всех… Не надо заводить лишних знакомств, надо стараться не ударить в грязь лицом, не надо больше иметь девушку (лёгкий флирт и поцелуйчик в щёку очередной поклонницы не считается), ибо она вынесет все мозги, надо иметь любимое хобби… Такой список «надо — не надо», который появился у парня совсем недавно, огромен, потому что Чонгук на часть перфекционист, на часть — пофигист. Так, по крайней мере, он себя считает. А Чанёль лишь усмехается, качая головой: что и умеет Чон в идеале то это планировать, но не делать, что он планировал. Ну, и ныть тоже умеет.       Когда ты популярен, знаменит даже в небольшом месте под названием универ, то всегда найдутся люди, которые будут портить твой имидж, копаться в шкафах (особенно тщательно в нижнем белье), выискивая недостатки и оплошности, и потом выставлять это на всеобщее обозрение.       У Чон Чонгука такой личный обличитель появляется два месяца назад. На университетском сайте всё чаще появляются «страшного» содержания тексты и фотографии, в которых бедного парня обвиняют то в том, то в этом грехе.       Первая статья, в которой в плохом свете светится Чонгук, носит название «Чонгук бросил Момо!»       Она опубликована под ником MaLsi в следующий же день, после того, как Момо предлагает нашему герою расстаться. «Прости, пожалуйста, но я устала от тебя», — говорит ему девушка, без капли сожаления, с таким скучающим видом, будто бросает затянутый сериал смотреть. Но MaLsi выставляет всё по-другому. Не Хираи, а Чон — «наш главный playboy универа» предлагает расстаться, сказав, что у него есть другая!       Чонгук тогда лишь хмыкает. Пусть себе придумывают всякую чушь, ему плевать, он ничего не стыдится. Момо пожимает плечами, сообщив, что не знает, кто это написал. Сама она пофигистка: не склеилось, ну и ладно! И вряд ли статейку закатила бы.       Итак, за первой заметкой MaLsi появляется вторая, потом третья…       Чонгук раздражается.       «Самовлюблённый наследник выиграл конкурс, прошуршав денежками», «Чонгук платит девушкам, чтобы те крутились рядом с ним», «У Чон Чонгука вместо лица — пластика»… Чонгук медленно офигевает, читая такие статейки о своей персоне. Этот пользователь реально решает превратить его жизнь в ад, медленно ему портя имидж! Байка за байкой, ложь за ложью сыплются через каждые три-четыре дня или через недельку-другую, удивляя фактами и новыми подробностями о жизни одного из популярных парней универа.       Многие в универе, читая сей красиво написанный бред, делятся на три разные команды: нейтралитет, верящие и не верящие этой чуши. Первых оказывается большинство.       В заметках про Чона есть один лишь плюс: читая их, студенты поднимают рейтинг посещения портала своего универа среди других учебных заведений.

***

      — Ёль, вспомни-кась, кому я попортил жизнь за последние три месяца? — бурчит Чон, лениво тыкая вилкой в салат. Они сидят в столовой, где сейчас находится большая часть студентов.       — Тао, — с набитым ртом отвечает Пак, откусывая очередной кусок от бургера.       — Он же со мной помирился, — вспоминая парня, который проиграл ему на музыкальном конкурсе, сообщает Чон. — Мы даже селфи делали, а ещё он на вечеринку нас пригласил.       — Тогда, может, Тэён?       — Девушка с последнего курса?       — Нет, — отвечает Пак и кивает в сторону пепельноволосого парня, что сидит недалёко от них. — Ли Тэён, он тебе в гонке проиграл…       — Вряд ли, он не похож на сплетника, — качает головой Чон, глядя на смеющегося Ли в компании своей девушки. — Он ужасный, но хороший. В смысле, грубый немного и гневливый.       — Цзыюй?       — Та ещё истеричка, но её корейский отвратителен, — вспомнив бывшую пассию, с которой расстался до Момо, морщится Гук. — А ещё она, говорят, истинного нашла. Им Джэбим, что ли, как-то его зовут. Не знаю! — машет рукой.       Чанёль перечисляет многих людей, которых когда-либо обидел, задел словом или действием его друг, а тот вспоминает, извинялся ли он или нет, долго держалась ли обида или нет. Чонгук, конечно, хороший, но он большей частью сперва говорит что-либо, потом думает.       — Всё! Других не знаю, — заканчивает Чанёль. — В редакции не знают, у кого, кроме них, есть доступ, и кто это такая Мэлси, я вбил во всех поисковиках соцсетей этот ник, но нигде такой нет, кроме нашего портала. Твой скрытый агрессор умело прячется, нигде зацепки не оставляет!       Чонгук выдыхает. Он устаёт от вранья, устаёт от шёпота за спиной, устаёт искать этого сплетника. Кто он и зачем такое творит? Какая выгода от того, что выставляешь человека в плохом свете? Уважение? Признание? Или деньги? Наверное, всё-таки последнее.       «Если сам Пак Чанёль не может найти её, тогда поможет лишь чудо…»       И чудо свершается!