Псы: особенный

сделала трейлер к фику... вообще впервые такое делаю, так что опыта совсем нет, и получилось не айс. но я старалась) вот :3 http://vk.com/club44532347?z=video90637052_166801927%2Fdbf6787a51afa5b02e Eminem – Stronger Than I Was Я просыпаюсь уже после того, как все псы отправляются на утреннюю тренировку – комната пуста, кровати застелены, никаких признаков жизни, словно бы и не живёт здесь никто. Тишина - часы, проецирующиеся прямо на противоположной стене от меня, показывают яркими солатовыми цифрами, что сейчас ровно одиннадцать часов и тринадцать минут утра. Секунды медленно прибавляются, меняясь с каждым разом, и я какое-то время смотрю на них, вспоминая, а были ли они, когда я просыпался здесь в прошлый раз? Под часами ещё есть цифры, немного меньше, чем те, которые показывают время. И цифры на них убывают, а не возрастают. Словно отсчитывают что-то. Времени осталось 600 часов и 57 минут. Я вспоминаю, что до рейтинга меньше месяца, и понимаю, что это время, отведённое на тренировки. У меня есть 600 часов, чтобы стать сильнее Эрика. Я прикрываю глаза и прокашливаюсь, думая, чем бы себя занять? Том разрешил не ходить на утренние тренировки, значит, можно сходить в столовую, а потом? Что делать до семи вечера? Может быть, отправиться к Дилану и набить себе ещё одно тату? С дневником бесполезно сейчас работать, так что всё равно заняться нечем. Я тихо стону и кое-как сажусь на кровати, широко зевая и потягиваясь. Чувствую себя просто прекрасно! Учитывая всё то, что я пережил за последние дни. Даже как-то странно. Свешиваю ноги с кровати и встаю, бросая быстрый взгляд на постель Скотта и вспоминая, как он брал у меня вчера кровь для своих жутких опытов. Сказал, что результаты будут позже. Мне ничего не остаётся, как просто ждать. Подхожу к тумбочке и открываю её, достаю оттуда новую чистую одежду. Интересно, кто её сюда принёс? Быстро натягиваю чёрные бриджи с бордовой каймой и футболку, затем и кроссовки тоже. Беру коммуникатор и прячу его в карман. Пытаюсь найти свой дневник, чтобы проверить, на месте ли он, и только потом вспоминаю, что оставил его у Тома. Обессилено захлопываю тумбочку и плетусь к выходу, задумчиво хмурясь и всматриваясь себе под ноги. Здесь шумно – настоящее утро в логове. Все куда-то бегут, смеются, носятся по коридорам, иногда задевая меня по плечу, но я не обращаю на них внимания. Мне приходит на ум мысль, а какую татуировку я хочу себе сделать? У меня есть метка псов на ключице. Что же ещё можно сделать? Ничего в голову не идёт… Я прохожу мимо Загона, невольно вспоминая тот ужасный сон, и моё тело покрывается мурашками. Наверное, я никогда его не забуду. Однако то, что здесь работает вентиляция, что все смеются и радуются жизни, меня успокаивает. Это был просто кошмар. Единственный сон, который мне приснился, кроме той крыши и ангела. Кстати, об ангеле. Я всё ещё не знаю, встречал ли я когда-нибудь его в реальности или же нет. Как там его звали? Кажется, Мик. Но вопрос в том, настоящее ли это имя? Или просто плод моих фантазий? Я качаю головой и сворачиваю в туннель, ведущий в сторону столовой. Надо выбросить лишние мысли из головы, а то я скоро сойду с ума. Сейчас важнее всего стать сильнее. И победить Эрика. Я захожу в столовую и машинально иду в сторону раздачи еды, беру поднос и подхожу к свободному окошку. Что же выбрать? Нажимаю на кофе и на тосты. Ого, у меня ещё тридцать процентов осталось. Так… Возьму-ка я себе зелёное яблоко. Улыбаюсь себе под нос и наблюдаю за тем, как на подносе появляется еда. Выглядит аппетитно! Беру его и поворачиваюсь к столикам, ища свободное место. Замечаю, что наш столик пуст, и иду прямо к нему, осторожно присаживаясь на скамейку. Вернёмся к татуировке. Может, сделать какую-нибудь птицу? Или собаку? Интересно, есть ли у Дилана подходящее для меня изображение, а то не хочется что попало набивать. Я откусываю тост и отпиваю из кружки. Быстрее бы уже вечер, мне не терпится приступить к тренировке. Зачем меня вообще Том освободил? Я вполне могу себе нормально заниматься… Обидно даже. Я вздыхаю и прикрываю глаза, медленно жуя завтрак. Когда я берусь за последний тост, случайно замечаю на себе чей-то взгляд и быстро поднимаю глаза. Меня накрывает странное чувство – по спине пробегает дрожь – и я вдруг понимаю, что половина столовой косится на меня. Кто-то любопытно, кто-то оценивающе, словно я был каким-то экспонатом. Как только я встречаюсь с кем-то взглядом, тот тут же его отводит, что-то говоря своим друзьям. Это немного напрягает, а непонимание того, что со мной не так, бесит ещё больше. Может, у меня что-то на лице? Я ведь не смотрелся в зеркало сегодня. Кожа позеленела или кто-то покрасил мои волосы в красный цвет? Или я стал страшным из-за последствий этого яда? Я опускаю голову и нервно провожу рукой по коротким волосам. Когда же я уже привыкну, что они не длинные? Достаю свой коммуникатор и смотрю на отражение. Вроде ничего такого. Тогда почему они смотрят? Вздыхаю и быстро доедаю завтрак, затем встаю и отношу поднос. Яблоко оставляю себе, решая съесть его по дороге к Дилану. Может, он объяснит мне, что происходит? Откусываю кусок и жмурюсь от удовольствия. Люблю зелёные яблоки… Я дохожу до Загона и осматриваюсь, вспоминая, куда надо идти. Но стоит мне сделать шаг, как сзади меня кто-то окрикивает. - Эй, новенький! – я не сразу понимаю, что это обращение ко мне, поэтому останавливаюсь только тогда, когда через моё плечо перевешивают руку. Я вскидываю голову и глотаю кусок яблока, который жевал. – Ты ведь крысёныш? – парень выше меня, поэтому мне приходится смотреть вверх, чтобы разглядеть незнакомца. Я морщусь от этой клички, но киваю. – Билл, верно? - Да, - пытаюсь отстраниться, но у меня ничего не получается. Я могу разглядеть тёмные волосы и затуманенные глаза. Передо мной альфа. - Все только о тебе и говорят, - усмехается он. - Что? – я непонимающе хмурюсь. - Видел, как на тебя в столовой смотрели? Ты куда идёшь? Я прокашливаюсь, всё ещё не понимая, что происходит. - К… К Дилану. - О, - он толкает меня в сторону туннеля, куда мне надо, но не отпускает. – Хотел лично с тобой познакомиться. Я из отряда Поисковиков. На год младше твоих кураторов. В следующем году буду, может быть, новеньких инструктировать, - он оборачивается, словно проверяет, не идёт ли кто за нами. – Меня, кстати, Марк зовут. Я прикрываю глаза, качая головой, и пытаюсь переварить всё то, что мне только что протараторил этот парень. Его зовут Марк, и он из отряда Поисковиков. Не знал, что у нас есть такие отряды… Не знал вообще, что у нас они есть. Он на год младше Семь и Тома. А ещё он что-то говорил про то, что все только обо мне и говорят. - Что… - я прокашливаюсь. – Что ты там сказал на счёт того, что обо мне все говорят? Переспрашиваю я, откусывая яблоко. Мы идём по коридору в сторону комнатушки Дилана. - А, - Марк усмехается. – Ты знаменит, чувак. Все только и говорят о новеньком крысёныше, который смог излечиться от оружия пернатых! Они считают тебя героем. Кусок попадает не в то горло, и я начинаю кашлять. Нам приходится остановиться – альфа стучит по моей спине, пока я не перестаю задыхаться. - Что? – выдавливаю я, смахивая навернувшиеся слёзы. – Какой герой? Я чуть не сдох там… Да и яд сам выводится из организма, я тут не при чём… Марк вздыхает и снова обнимает меня за шею – я морщусь. - Билли, Билли, - он нагибается ниже, чтобы говорить мне прямо в ухо. – Вот скажи, ты действительно думаешь, что пернатые такие глупые, чтобы рисковать всем ради каких-то опытов? – мы идём дальше. – Зачем, спрашивается, группе, проникать на вражескую территорию, чтобы узнать, работает ли их самоизлечивающееся оружие, если они подвергают опасности не только посланных солдат, но и всю группу. Это же объявление войны! – он замолкает и прокашливается. – К тому же пернатые не такие глупые, чтобы рисковать. Они всегда ставили подобные опыты на своих же. Им незачем было проникать к нам. Я хмурюсь, понимая, что этот парень прав. Действительно, зачем весь этот цирк? - А вдруг они изобрели какое-нибудь оружие, которое действует только на псов? – не унимаюсь я. - Сомневаюсь. К тому же они не забрали тебя с собой, чтобы проверить, работает ли их яд, - Марк выпрямляется. – Лично я считаю, что здесь есть много вариантов того, что это было. Мы ничего не поняли, да и пернатые слишком быстро слиняли. Возможно, они преследовали какую-то другую цель, о которой мы и не догадываемся. Они не могли войти незамеченными снаружи, поэтому кто-то отключил систему и помог им. К тому же… - он останавливает меня за плечо и прижимает к стене, отчего я теряюсь ещё больше. Затем достаёт коммуникатор и выводит карту местности. – Вы встретили их здесь, - он обводит в кружок полигон. – Брайан со своей группой был атакован здесь, - снова обводит кружком. – Дальше никто не сунулся, хотя у них было полно времени, чтобы пробраться к Семь и захватить башню. Я внимательно смотрю за тем, как Марк показывает мне всё это. - Следовательно, они знали, что у нас состоятся учения. Они знали состав групп и куда те направились, - парень сворачивает карту. - Хочешь сказать, что у нас шпион? Это уже не первый раз, когда я слышу о предателе. - Кто знает. Даже если они охотились за кем-то конкретным, то они всё равно не смогли добраться до него. И, кстати, никто, кроме тебя, не был атакован ядом. Во всех стреляли обычными пулями – это показала экспертиза, которую провели после того, как всё закончилось, - он убирает коммуникатор и кивает, что пора идти дальше. На этот раз он не прикасается ко мне. - Они за мной пришли? – задумчиво спрашиваю я, понимая, к чему клонит этот парень. - Нельзя утверждать точно. Они бы тебя забрали сразу, потому что ты пролежал там без сознания больше двадцати минут. За это время они могли легко тебя забрать и эвакуироваться. Да и заложника нашего они оставили специально, по крайней мере, я так думаю. Они могли заранее вложить в него ложную информацию. Хотя я считаю, что это был только спектакль. Часть их какого-то гениального плана. Это же всё-таки пернатые! Мы подходим к двери, за которой скрывается Дилан, и останавливаемся. Я прикусываю губу. - Зачем ты мне всё это рассказываешь? – не понимаю я. – Это ведь, наверное, секретная информация. Марк смеётся. - Согласись, обидно, когда ты попадаешь в центр событий, но тебе ничего не объясняют, - улыбается он. Я не отвечаю. – Удачи на рейтинге. Не подведи, мы все многого от тебя ждём. Они разочаруются, если ты попадёшь в конец списка. - Что? – не понимаю я. Он кладёт мне руку на плечо. - Ты вселяешь надежду на то, что мы можем бороться против пернатых. Это не конец, Билл. Всё только начинается, - парень отстраняется и подмигивает мне, уходя обратно в сторону Загона. Я ещё какое-то время смотрю ему вслед, не понимая, что здесь произошло. Неужели, он действительно думает, что все псы говорят обо мне, как о герое, победившем яд самих пернатых? Бред какой-то… Ничего не понимаю. Псы считают Крысу героем? Я вздыхаю и прислоняюсь спиной к двери. Какое-то время стою так, затем глубоко набираю в лёгкие воздух и шумно выдыхаю, отстраняясь и открывая дверь. Я знаю, что я хочу себе набить. Здесь, как обычно тесно и душно. Дилан курит, сидя в своём кресле. - О, привет, - бормочет он, когда я прикрываю дверь. - Привет, - нахожу глазами мусорное ведро и выбрасываю огрызок. Руки немного липкие. - Тебе уже лучше? – он тушит сигарету. Я киваю, подходя ближе. - Хочу сделать татуировку, - решительно говорю я, смотря прямо на парня, который оценивающе обводит меня глазами. - Ты пришёл прямо по адресу, - хрипло смеётся он, показывая на уже знакомую мне кушетку, где я в последний раз делал себе метку. Я решительно подхожу ближе и залезаю на неё, ложась и наблюдая за тем, как парень лениво поднимается и уходит за оборудованием. Он возвращается буквально спустя минуту и подходит ко мне. - Ну. Что ты хочешь, Билли? – Дилан кладёт всё на столик рядом и смотрит на меня. Я прикусываю губу, а потом решительно говорю: - Я хочу на шее с левой стороны. Морда собаки, в зубах которой будет мёртвая крыса. Остальное можешь сам придумать, - смотрю на него, наблюдая за его реакцией. Дилан усмехается, наверное, представляя, как это всё будет выглядеть, а потом говорит: - В честь того, что ты больше не крыса? Я немного улыбаюсь. - Да. - Отлично, - он берёт какие-то приборы и подсаживается ближе. – Это займёт немного больше времени, чем метка, поэтому тебе придётся потерпеть. - Не важно, - я склоняю голову набок, чтобы моя шея была ему полностью доступной. – Только собаку сделай злой. - Конечно… Я слышу его бормотание, а потом звон металла, а сам смотрю куда-то в сторону, чтобы не видеть, что делает Дилан. Мне кажется, что если я посмотрю на него, то тут же передумаю. Холодная игла касается моей кожи, а потом я чувствую боль. Не могу понять, сильная она или нет, но, по крайней мере, от неё я точно не закричу. Учитывая всё то, что я перенёс за последние дни, это кажется просто царапиной. Просто игрой или какой-то детской забавой. Я прикрываю глаза, представляя, как игла рисует на моей коже изображение, и чувствую, как теряюсь во времени. Не засыпаю, нет, просто о чём-то думаю, о чём именно, не знаю даже сам, и совсем не замечаю, как проходит время. - Сейчас будет больнее, - слышу голос Дилана, затем чувствую сильную боль в шее, отчего я шикаю и распахиваю глаза. Но она тут же проходит, оставляя после себя неприятное ощущение. - Теперь нанесём заживляющий слой, - парень берёт какой-то баллончик и, прикрыв моё лицо рукой, пшикает на шею. Меня обдаёт холодом. Приятным холодом, и я блаженно улыбаюсь. Боли больше нет. - Ну, всё готово. Дилан хлопает в ладоши, и я кое-как сажусь, морщась. Альфа протягивает мне зеркало, и я нетерпеливо подношу его к себе, откидывая голову вбок, чтобы увидеть творение. Вот оно… Морда чёрного добермана с оскаленными клыками и яростными глазами, в зубах которого прокусанная мёртвая крыса. Пасть измазана в крови, и кажется, что пёс вот-вот вырвется из моей кожи и набросится на кого-нибудь. Я провожу по татуировке пальцами и немного улыбаюсь. Хочу, чтобы все её видели. Хочу, чтобы каждый знал, что я не Крыса. Я – Пёс. И я докажу это, уничтожив Эрика во время нашего следующего спарринга. Я уничтожу каждого, кто попытается усомниться во мне. Всех, кто будет считать меня Крысой. Всех до единого. И меня никто не сможет остановить.