Девушкам не место в хоккее

С вечеринки мы вернулись достаточно поздно. Дорога давалась мне тяжело, потому что я хотела спать, а Вера была пьяна в стельку. Как можно было так наклюкаться? Благо у меня есть права, и Вера мне разрешает ездить на своей машине. Выходные же я провела, посвящая время уборке и заучиванию конспектов. А от Кирилла ни слуху, ни духу. Все выходные он молчал. Мне уже начало казаться, что он узнал о том, что я была на вечеринке и обиделся на меня, но Вера все это скидывала на мою паранойю. Зато тот, от кого я слышать ничего не хотела, доставал меня все выходные. Марк добавился ко мне в социальные сети и писал. Сначала я его игнорировала, а потом тупо отвечала по принципу «чем холоднее, тем лучше». Последнее сообщение ему гласило: «Что тебе надо от меня?», но он на него не ответил. Гаденыш. И таким образом вечер воскресенья прошёл спокойно. Мне никто не писал, никто не доставал, поэтому я легла спать пораньше.

***

Понедельник, вторник и среда дались мне тяжело. Я не видела Кирилла все эти дни, и он не отвечал ни на мои сообщения. Я очень нервничала. Наверно, он узнал он вечеринке. В таком состоянии я не могла сосредоточиться ни на чем. Моя внимательность на лекциях улетучивалась. Я только и думала о том, где Кирилл. Но зато Марка я видела каждый день, и искреннее пыталась его не замечать. Он мне подмигивал, задевал, а я то пыталась сдержать улыбку, то кулак.

***

Утро четверга началось достаточно сумбурно. Я немного проспала, и мой организм отказывался подниматься в нужное время, но мне пришлось, так как моя многоуважаемая подруга ходила по дому и орала ругательства на латыни. Я не знаю, зачем, и когда она её выучила, но с нашей первой встречи она ругается именно на этом языке. Хотя иногда это даже удобно. лекторы из-за того, что не понимают ни слова, не делают ей замечания. Я вышла заспанная в гостиную, где Вера ходила из стороны в сторону, держа в руках какую-то тряпку. — Stop panic. What happened? — спросила я, имея привычку иногда говорить на английском. — Я прожгла утюгом свою блузку! — она подняла блузку к своему лицу, просовывая голову в огромную дыру, которую оставил утюг, — Я разговаривала по телефону и отвлеклась ненадолго, и все… Я еле сдерживала порывы смеха, потому что её растерянное и грустное лицо было похоже на мордочку котёнка. Да и какой лох, кроме Веры мог прожечь блузку насквозь. — Ага, больше меня слушать будешь. Сколько раз я тебе говорила не болтать по телефону, когда гладишь… — Ты сама-то разговариваешь. — Я повнимательнее буду, — ляпнула я, не успев подумать что, — Прости. — Всё в порядке. Мне сейчас слишком плохо, чтобы обращать внимание на твоё плохое настроение. Это была моя любимая блузка… — сокрушалась она. — А в каком магазине ты её покупала? — На Невском. Я не уверена, есть ли она там ещё. — Я предлагаю тебе посмотреть на сайте магазина. — Ладно. Наверно, так и сделаю, — сказала она, и теперь со спокойной душой я могла пойти собираться.

***

В институте я встретилась с Кириллом, который, когда я подошла, сначала не обратил на меня внимание. Я пощелкала пальцами у его глаз, и он нехотя повернулся ко мне. — Привет, — уже немного возмущенно сказала я. — Да, привет. Как дела? — Да ничего, я только переживала из-за того, что кто-то не отвечал на мои сообщения… и звонки… — Ну, я был занят. Как, кстати, вечер пятницы провела в компании хоккеистов? — сказал он, а я нахмурила брови. Тут-то я поняла, что он обижается. Как он узнал? Господи, мои подозрения были верны. — Ты на это обиделся? — Да нет. Что ты, — саркастично произнес он, — Моя девушка спокойно разгуливает на вечеринке в компании парней, а у меня все нормально… — В компании каких парней? Я была с Верой. — Да? А у меня почему-то другие сведения. И вообще, что ты там делала? Ты же знаешь, как я отношусь к хоккеистам. — Знаешь что, до меня тут тоже дошли слухи, что ты весь месяц с одной вечеринки на другую скачешь, на матчи меня не зовёшь, и откуда мне знать в компании кого ты там находишься. Я имею право на развлечения. — Конечно имеешь, но только со мной. — Ха. Ты в индюки с комплексом собственничества записался? Так не получится. Я не обязана быть привязана к тебе и сидеть дома, ждать тебя, пока ты там на вечеринках нагуляешься, — выговорилась я, а он лишь пожал плечами. Да чтоб его поколотили… — Всё ясно с тобой, — сказал он. — Что ясно? — То, что тебе абсолютно плевать на меня и мое мнение… — Что ты сейчас сказал?! — я вздохнула, чтобы не начать орать диким криком, — Хорошо. Стоп. Все. Я беру перерыв. — Перерыв? — удивлённо спросил он. — Да. Перерыв. Ты сам ни свой последний месяц, и я даю тебе месяц расставить приоритеты, — этими словами я закончила свою тираду, развернулась и ушла в свой корпус. Буквально через пару минут, когда моя злость ушла, я начала жалеть, что так поступила. Может надо было помягче? Сгладить углы, как я обычно это делаю. Может он действительно просто увлекся чем-то новым и надо бы его поддержать? Так, стоп. Нет. Уже поздно что-то менять. Сказанного не вернешь. Теперь у нас месяц перерыва, и я спокойно могу все обдумать. Но последующей моей реакцией были слезы. Все эти восемь месяцев наших отношений можно разделить на три этапа: первые месяца два все было потрясающе, потом месяца три как у всех и ссоры, и мир, а последние я только и делала, что пыталась сгладить углы и не думать о том, что я стала зависеть от его мнения чуть ли не на сто процентов. А сейчас он вообще обострил все своим поведением. Весь тот месяц мы почти не разговаривали, а если и разговаривали, то обменивались какими-то ответами на особо не значащие вопросы, и все. Я по-моему даже с Марком больше разговаривала за эту половину недели, чем с Кириллом за месяц. А Марк — это что-то с чем-то. Эта его корона голове и вечно висящие на нем девушки. За эти дни сколько он мне писал и подмигивал. И в каждых из этих дней я видела его с разными. Сначала какая-то фифа, потом её подружки и так без остановки. Всё мысли начали виться в моей голове, а истерика все больше накрывала меня. Я поняла, что сейчас на пару я все равно не пойду в таком состоянии и просто села между пролетов лестниц в угол. Мой рюкзак и папка с эскизами валялись где-то рядом, но мне было все равно. Я просто сидела и плакала, прижав ноги к груди. Когда послышались чьи-то шаги, я даже не обратила на этого человека внимание. Увидит меня сейчас кто-то или нет, казалось мне такой мелочью. Я думала лишь о том, что очень люблю Кирилла, но нам просто необходим перерыв. Марк Я спокойно спускался по лестнице, прямой дорогой, направляясь домой. Я услышал чьи-то рыдания и благополучно прошёл бы мимо, если бы не увидел эту белую копну волос, собранных в хвост.  — Что случилось? — подошёл я к ней, но она даже не обратила внимание. — Что случилось? —спросил я во много раз громче. Мой резкий голос заставил её обратить внимание. Она открыла глаза и увидела меня. Удивление в её глазах было такое, будто она слона увидела. Хотя я сам в шоке от себя. Будь это кто-то другой, я бы даже не подошёл. — Ничего, — серьезно ответила она, вытирая лицо, но ее наигранная серьёзность сейчас не сработала. Слезы так и текли, — Я рассталась с парнем… — Боже. И ты из-за этого убиваешься? — я сел рядом с ней и положил её голову себе на плечо. Я был безумно рад, что после такого жеста, она не послала меня куда подальше, хотя очень даже могла. — Ты не понимаешь… Я люблю его. — Если любишь, зачем бросила? — может это, конечно, я такой бесчувственный и толстокожий козёл, но я искренне не понимаю логики «если люблю, брошу все равно». — Так было нужно. Он изменился. — В каком смысле? — Стал холоден со мной, перестал считаться с моим мнением. И вообще, все восемь месяцев, что я с ним встречалась, я почти всегда сглаживала наши отношения. Старалась их сохранить, а ему как будто пофиг было. Я стала осознавать, что стала зависеть от его мнения, а теперь понимаю, что ему просто наплевать на моё… — Может оно и было к лучшему? Что вы расстались? — с каких пор я стал практикующим женским психологом? — Мы взяли перерыв. Я дала ему месяц расставить приоритеты… Резонно, только это ничего не исправит. Я хотел было ей это сказать, но решил выбрать другую тактику. —Ясно. Ты главное успокойся. Все будет нормально, ты только не показывай, что ты убиваешься. А то парни имеют слабость помучить девочек, которые в них влюблены. Короче, если хочешь, чтобы изменился он, то не показывай, что тебе больно. Надо просто отвлечься. Честно, в шоке от себя. — Наверно, — она пожала плечами. — Слушай. У меня к тебе предложение. Пойдешь на игру? — Какую игру? — В эту субботу будет игра с «Медведями»… — С «медведями»? — переспросила она. У меня сложилось такое впечатление, что до нее мои слова не доходили. — Да. — Я не знаю. Не уверена. — У тебя дела? —Нет. Я все ещё по поводу баскетбола. — Ты с ним рассталась, так что прекращай морочиться. — Я подумаю, — Нерешительно говорила она. Мне не понравилась эта нерешительность, поэтому я настроился настоятельно уговаривать ее. Не помню, когда последний раз кого-то уговаривал. Люди мне со своими заморочками давно надоели, но я очень хотел, чтобы она пришла. Сидя сейчас рядом ней, я понимал, что моё сердце скакало, как на батуте. — Думай, только недолго. Я тебе не ограничиваю время, но ответь не позже пятницы, — думаю, времени достаточно, учитывая, что сегодня четверг. Она посмеялась, и я улыбнулся. — Ладно. Спасибо, что выслушал, хотя ты совсем не обязан был этого делать… Прости за мои слезы, — она начала подниматься на ноги, параллельно вытирая слезы. Я встал за ней. Мне нужно было вниз, а Даша пошла наверх, видимо, на лекцию. Я поймал себя на мысли, что очень жду её ответа.