Сделал гадость - беги смело!

Спустя две недели — А как тебе так? — хихикнула девушка, смахивая длинные голубые волосы с лица. — Шах и мат. — И в следующую секунду милый парень за соседним столиком, который пытался сделать предложение прелестной темноволосой девушке, выудил бархатную коробочку из кармана, раскрыл её, а оттуда выскочило стадо веселых и очень голодных богомолов, которые начали скакать с головы на голову посетителей. Девушка завизжала и выскочила на улицу, а несчастный любитель насекомых бросился догонять свою ненаглядную. Архангел с чародейкой заливисто расхохотались. Это было их любимое занятие за последние дни — портить предложения руки и сердца ванильным парочкам. Оказывается столько пакостей и гадостей можно было придумать. — Мне однозначно нравится, как ты с новым имиджем поменяла в себе кое-какую часть характера, — хихикнул Гавриил. Шура довольно припушила голубые волосы, и поправила черное облегающее платье. Ей тоже нравилось теперь, как она выглядит и как себя ощущает. — Командир Грозный Пафнутий, как дела в диверсии? — Девушка строго посмотрела на довольного, приосанившегося крыса, от собственной важности. — Пока нет никого, кто обладает нужными нам знаками для начинания операции, — таинственно сказал крыс. — Следить неустанно, ибо ночь только началась, — заявила Шура, давая кусочек шоколадки зверьку. — Будет сделано. Гавриил наблюдал как девушка общалась с грызуном. Наконец она приходила в себя, а идеи, что она давала были безумно веселыми! — Смотри, тот парень уже пялится на тебя весь вечер. — Архангел подтолкнул чародейку локтем, указывая на симпатичного брюнета. Девушка мазнула по парню безразличным взглядом, и мило поинтересовалась: — Пойдем жечь ему глаза паяльником, а? Или закинем к тем милым ночным бабочкам, у которых ты подцепил хламидии и ВИЧ? Я до сих пор не могу понять, как ты этот набор подцепил в одном и том же месте? — Ой, заткнись, а? — Закатил глаза мужчина. — Не хочешь поиграть? Глаза чародейки блеснули азартом.

***

Шаг. Шаг. Как это тупо! Шаг. Гавриила убью! Шаг. Он не мог найти костюм убогой стриптизерши получше, а? Шаг. Ну вот мы и встретились — я и ноголомы. И как только стриптизерши танцуют в них? Наверно, это и есть тот самый неповторимый талант! — Простите, здесь не занято? — карамельно проворковала я, чуть не грохаясь полумертвой кряквой на стул. А по сценарию должна была величественно воссесть, и закинуть ногу на ногу. Вот там сейчас Гавриил ухахатывается. Парень изумленно на меня посмотрел… Эй, харе пялить на мою аппетитную грудку и… Так, обратно вернул свои бесстыдные глазенки на мои чудные глаза! Обратно, я сказала! — Нет… нет… — Парень сглотнул. Вот чё он пялит, а?! — Я расслышала, — мило ответила я, начиная игриво накручивать волос на палец. А он все не отводил взгляда от моей груди. А она у меня между прочим очень стеснительная, и уже начала потеть! — Простите, но другая лучшая часть тела у меня находится выше. Парень ошалело перевел серые глаза на моё лицо. — Глаза? — Нет мозг, блин, — все же не выдержала я ехидного. Хотя, это страшно, если парень способен видеть твой мозг и как он бьется об стенки черепа… Ум-м-м-м, гастрономическое наслаждение для любого зомби. Кто желает? — Извините, за мою бестактность, — смущаясь проговорил парень. — Просто вы безумно красивая девушка, и не желаете поужинать со мной? Ути, мой хороший! Я уже совсем не злюсь. Ты же мой сладкий. Уже и заботиться обо мне. — Ну раз вы настаиваете. — И скромненько опускаем глазки в пол, аля «мы сама невинность в развратном костюмчике из 50 оттенков серого». Ну не признаваться же, что я голодная как скотина?! — Официант! И вскоре мне принесли всякие вкусняшечки, которые я с довольным урчанием начала поглощать. — Не думал, что в такую хрупкую девушку влезает столько, — робко улыбнулся парень. — Кстати, я Майк. Так, я же играю роль развратницы, а значит и имя у меня должно быть таким игривым и легким, нежным и… — Очень приятно, а я… Пердита Зубоскальская. — В Америке это очень экзотично должно быть… хотя, в России таких тоже не встретишь кадров. Кто-то возле бара подавился от хохота. А вдалеке где-то одиноко завыл койот. Вот ничего нельзя доверить человеку! Вся конспирация летит псу под хвост! — Какое красивое и редкое имя! — Он больной, да? — Вы должно быть из Польши? — Раздался истерический хохот шутника. Кому-то возле бара грозила скоропостижная смерть от богатырского ржача. — Да, именно оттуда, — процедила сквозь зубы я, кидая гневный взгляд на Гавриила и держащихся за черные животики крыс. Хоть кому-то весело, блин. Сволочи мелкие. А вот мне было как-то не очень хорошо. — Не хотите… В животе что-то взбунтовалось, а съеденное требовалось наружу. — Простите… Я выскочила из-за стола и рванула в туалет, пытаясь не запутаться в каблуках. Как только я добежала до туалета, то все, что во мне было вырвалось наружу. Придерживаясь стену, я выблевывала, будто свою душу. — Сенсей Шура, с вами все в порядке? — Крысы обеспокоенно окружили меня и заглядывали в лицо. Такая забота тронула меня, что жаловаться показалось неуместным. — Конечно, — тепло ответила я, борясь с новым рвотным позывом. — Возможно, я сейчас спрошу недальновидный вопрос, но, мармеладка, когда у тебя была в последний раз менструация? — раздался голос Гавриила. — Монструация? — удивились крысы. Я не выдержав, хихикнула. А крысы-то быстро просекли, что дело здесь не очень-то и приятное. — Самое верное описание из всех, что я слышала, — рассмеялась я, и тут же согнулась, вырывая все что наела. А затем, когда мужчина протянул мне воду и сел рядом. Я начала считать, когда в последний раз посещали меня эти дни. А это было полтора месяца назад, когда я ещё была в реальном мире… — Твою мать… — Я глухо ударилась головой о стенку. — Как архангел я недавно заметил, что с твоей аурой начало происходить кое-что странное. — Гавриил приобнял меня за плечи. — Не дрейфь, куколка. Воспитаем парнишку приличным троллем и… — Я не могу поверить, что впервые за двадцать четыре года, я трахнулась с кем-то и опа! — уже мать. Это нечестно! — возмутилась я. Я пыталась казаться невозмутимой, но в душе полыхала и злость, и безнадега, но больше все же — страх. Я не думала, что участь материнства коснется меня. И теперь мне было действительно страшно. — Рад, что ты его хотя бы начала называть «этим», а не в среднем роде, — иронично проговорил архангел. — Он мне не поверил… И с самого начала не верил, Гавриил. Понимаешь? — прошептала я. — Знаешь, я поняла, что надо держаться с тем, кто точно такой же породы, как и ты. Но этого ребенка — я воспитаю. — Я приложила руки к животу. — Не потому что он его, а потому что он — мой. — А вот это правильно! — Мужчина щелкнул пальцами меня по носу. — Но давай проверим на тесте, может это просто ошибка? Но то ли к сожалению, то ли к радости — это все же не была ошибка. Третий тест упрямо показывал две полоски. — Чёрт! Чёрт! — прорычала я. Это не шутка! — Гавриил, скажи, что это одна из твоих шуток! — Чтобы это была моя «шутка», мне надо с тобой провести ночь в койке, что никогда не будет, мармеладка, — усмехнулся Гавриил. — Лучше благодари свою экс-фею. — Не сметь произносить его имя! — заорала я. — Эта подлая и вероломная феячка, чуть меня не грохнула, а значит чуть не грохнула и этого ребенка, так что автоматически снимается с должности счастливого папаши! И если заикнешься перед кем-то, что это черствое создание имело неудовольствие сделать меня мамулей, то я тебя зафарширую трюфелями, засуну в печь, а потом съем! — Материнство раскрыло в тебе все лучшие качества, Шура, — растроганно ответил архангел, уворачиваясь от полетевшего стула. — Конечно, блин! Через девять месяцев я растолстею как свиноматка, мне будет трудно подняться с дивана, и буду рожать в одиночестве, пока эта сволочь будет заваливать кого ни попадя на ложе разврата! Действительно, это лучшие качества. Слезы сами начали скатываться во все стороны, как у клоуна. Мне так себя стало жалко… — Да ладно, мармеладка. Говорят, что женщина, когда беременна становится прекрасной. — Гавриил успокаивающе обнял меня. — Ага. Значит я ещё и стану прекрасной толстой свиньей, — всхлипнула я. Все моё зверье подползло ко мне, говоря всякие приятности и ободряющие афоризмы. А они у меня очень умные. Или это так на них повлияла приверженность к восточным боевым искусствам? — Спасибо, мои хорошие. Я так рада, что вы у меня есть, — рыдала я. Что? Я беременна. Мне можно и устроить минуты ласок и всякой нежнятинки, а также порыдать во всю. Зато теперь я знаю, кто действительно со мной, несмотря ни на что. Хоть и говорю всякие глупости или наоборот мне плохо, мои люди и существа — всегда будут со мной. Как говорится - и в горе, и в радости.

***

— Я с тобой! — Хочешь познакомиться с языческими богами? — усмехнулся Гавриил. — Там же будут и Люцифер, Винчестеры, Шур. Ты действительно готова встретиться с ними? Неделю назад мы с Гавриилом установили блок у меня в голове, и теперь никакая сволочь не посмеет прорываться в мои сны и пугать меня. Я была благодарна архангелу, который принял меня и позволил жить вместе, и всячески поддерживал меня. Хотя, похоже ему было скучно веселиться в одиночестве. — Нет. — Я покачала головой. — Но я… чувствую, что если меня там не будет, то что-то случится, понимаешь? Что-то очень плохое. А я не могу этого допустить. А так, мы вместе быстренько прошвырнемся, всех спасем и вернемся обратно доводить людей этого города. Отличный план же? — Ты беременна, — мягко напомнил архангел. — Беременна, а не смертельно больна. И пока у меня нет пуза, я буду учиться у тебя магии, зато потом я буду возлеживаться днями на кровати с тортиками, — ответила я, перехватывая его за локоть, зная, что он мне не откажет. — Ладно. — И мне интересно посмотреть на Кали, о которой ты мне весь день рассказывал, — хихикнула я, дразня его за влюбленность к богине. Кто-кто влюбляется в простых девчонок, кто-то в принцесс, а кто-кто в целых богинь! — Горячая штучка, — ухмыльнулся Гавриил. — У меня хотя бы есть вкус, не то что у некоторых. — Убью, — предупредила я. Внезапно, мы оказались возле какой-то двери. Гавриил быстро раскрыл её щелчком пальцев и ввалился, с радостным криком: — Ребята, давайте жить дружно! Я с легкой улыбкой вошла следом, оглядывая собравшихся мужчин и одну красивую женщину во главе, а затем мой взгляд уткнулся в шокированных Винчестеров. — Гаврии… — Начал было Дин, но архангел одним движением руки лишил дара речи братьев. Те меня ещё не признали с голубыми волосами и одетой в сексуальное темно-зеленое платье, строгим спереди и с совершенно невозможным вырезом на спине. А также одна из знакомых проституток Гавриила научила меня ходить на каблуках, чтобы это выглядело обольстительно, а не так, словно на меня понавешали камней и пустили галопом до ближайшего ларька с пивком. — Сэм. — Архангел перевел взгляд на высокого брата. — Дин. — Затем более презрительного взгляда удостоился и старший брат. — Всегда не вовремя, и не в подходящее время. Дураки дурацкие. — Кажется, ты подрастерял красноречие, Локи, раз стал обзываться такими тривиальными ругательствами, — пропела я, оглядывая всех издевательским взглядом. Дин вытаращил глаза и собрался было подойти ко мне, но я одним взглядом заставила его остаться на месте. Не-е-ет, дорогой, ты более не подойдешь ко мне так близко, чтобы всадить нож в сердце. — Локи, зачем пожаловал? — спросил статный темноволосый мужчина. — И с каких пор всякие девки начали присутствова… — Темнокожий и очень габаритный мужчина не смог договорить так как, именно сейчас произрастали корни розы. Карие глаза в шоке посмотрели на меня, когда из его рта вышел корень, начавший обвиваться вокруг шеи языческого бога. — Попридержите язык, милейший, если не хотите, чтобы сейчас шипы выросли так в вашем брюхе, что разорвут на части все ваши внутренности, — усмехнулась я. Недавно мне Гавриил подсказал столько лазеек по тому, как можно убить человека, даже не с моей подачи. Гавриил одобрительно посмотрел на меня. Он мне говорил, что такие боги ценят только силу. — И позвольте представить нового нашего соратника — Шуру, которая на данный момент Мать-Природа, так что поаккуратней с высказываниями, ребятки, — шутливо ответил архангел. Я прекратила использовать силу и позволила помочь мне сесть тому темноволосому, который стоял рядом с Кали. Чёрт, а она действительно горячая штучка! Даже завидно стало, ну чисто по-женски. Гавриил начал вещать заготовленную речь про Апокалипсис, который никто не сможет остановить из них, а я старалась избегать взглядов Дина. Вот что он пялит, а? Сам меня чуть не отправил на тот свет, а теперь ещё пялится! Бесит дико. — Но все по порядку. — Гавриил повернулся к Дину и Сэму. — Взрослым надо поговорить. Увидимся позже. — Они мигом исчезли. Подумав, я решила проследить за порталом Гавриила и щелкнув пальцами, тоже оказалась рядом с братьями в одной комнате. — Что будем делать? — Сэм нервно прошелся по комнате. — Не знаю. — Дин задумчиво почесал макушку и глубоко вздохнул. — Освободим людей из морозильника, свалим отсюда и замочим по пути парочку тех уродов… — Или свалите отсюда, пока вас не съели живьем вместе с теми несчастными. Хотя, на твое съедение, Динь-Динь, я купила бы в первый ряд билет, ибо мне тебя совершенно не жаль, — усмехнулась я, появляясь сидящей на столе. Братья обернулись ко мне. Я слегка помахал кончиками пальцев им. — Ну привет, дурачки недоношенные. — Дур-р-р-рачки! — гаркнули мои сэры за окном. — Недоношенные! — поддержали мои крысы, выползая из щелей, наперевес с остро заточенными карандашами и… заточками. Клево, однако. Похоже, у них вчера был вечер тюремного кино. — И когда это вам везло? — съехидничал Гавриил, появляясь в лежачем положение не диване. — Гавриил, иди нафиг, — послал Дин, пытаясь не коситься на меня. — Кстати… Вмиг и архангел врезал кулаком по лицу охотника, отчего тот отлетел на метр. — Ты озверел? — прошипел Дин. — Шура — слишком культурная, чтобы сделать это сама. А я не смог себе отказать в удовольствие, придурок черствый, — усмехнулся Гавриил. — Кстати, отдельное «не спасибо», что чуть не убил мою подругу за каких-то пару минут. Ты можешь собой гордиться, здоровяк. — Что? — ошеломленно прошептал Дин, в изумлении смотря на меня. Я почувствовала кожей как волна искренней боли захлестнула его, как это надломило его, выворачивая все внутри. Он думал, что защищал меня, когда на самом деле чуть не убил. И в этом полностью его вина. И теперь он это знает. Знает, что надо было мне довериться один раз, когда я впервые была серьезна и не шутила. Но он все эти страдания сейчас заслужил. Так что, пускай мучается. Авось душевные муки научат его доверять даже таким как я. Поделом, в общем. — А я тебе говорил, что это противопоказано против её сущности, оставаться без контакта с природой! — взбешенно прошипел Сэм, кидая злой взгляд на старшего братца. Ха! Дважды поделом! — Развели здесь мыльные сопли, — фыркнула я, поднимаясь со стола. — У нас ничтожно мало времени, господа, пока мы думаем, как спасти людей, возможно какого-нибудь человека уже несут на шведский стол к этому фрик-шоу. Так что, будьте добры, собрались и снова заделались мужиками, негоже перед такой четкой девчонкой как я, быть слюнявыми тряпками!