Секс и кровь

      Завернутый в белый пушистый халат Адам полулежал на большой кровати, без интереса перелистывая журнал с мотоциклами. Хантер, тоже исчезнувший в ванной, не спешил появляться.       Зевнув, Адам выключил ночник.       — Что, думал не дождешься меня? — спросил Хантер, хлопнув дверью.       Его руки потянули пояс халата.       — Что там можно было делать так долго?       — Подумай, ты же детектив.       — Дрочил, чтобы не опозориться через пять минут?       — С тобой бы я опозорился уже через две.       Халат соскользнул с плеч, задвинулся ящик тумбочки и запахло клубничной смазкой.       — С анестетиком? — спросил Адам, снова подставляя влажные от поцелуя губы.       — С анестетиком. Не переживай, больно не будет.       Руки Хантера развели его колени, и одна из них тут же накрыла его член у основания, а пальцы второй медленно растянули пульсирующий анус. Адам задохнулся, невольно припоминая, когда ему было так хорошо в последний раз. Продолжая двигать пальцами в постепенно расслабляющейся дырке, Хантер медленно целовал его живот и родинки на внутренней части бедра. Когда Адам застонал нетерпеливо, он, дыша в светлые завитки в паху, спросил:       — Можно?       Пальцы тут же исчезли, уступая место его члену. Адам был разогрет достаточно, чтобы не сжиматься, и тот скользнул внутрь с первого раза, заполняя обжигающим теплом. В месте, где их кожа соприкасалась, растекалась клубничная смазка.       — Разрешаю в голос, — шепнул на ухо Хантер.       Адам застонал, выгибаясь и прижимаясь к нему животом. Хантер подался назад и снова вошел, так же медленно, дразня и заставляя Адама самого насаживаться и впиваться ногтями в его плечи. Он сам держался на пределе, рискуя сорваться на тот уровень, когда взрослый мужчина становится похож на дикое животное, капающее слюной на течную самку.       Когда под закрытыми веками пробежались искры, он оперся руками о спинку кровати и глухо зарычал, чувствуя, как саднят десны от выступивших клыков. Его движения стали быстрее, сильнее, жестче, и Адам скользнул ногтями вдоль напряженной спины, смазывая бисеринки пота.       Чувствуя, как туго сжался Адам и как живот под ним становится липким от спермы, Хантер толкнулся еще раз и замер, громко дыша.       — Дай мне сигарету и прикури, — сказал Адам едва слышно. — У меня есть силы только для того, чтобы моргать.       — Это был комплимент?       — Это была констатация факта, Келли. Но трахаешься ты неплохо, так уж и быть.       — Я могу сделать кофе.       Сидя за столом в кухне, Адам рассеянно скользил взглядом по спине с прорисованными мыщцами, ямочкам на пояснице, расцарапанным бедрам, возращался к шее с татуировкой скарабея ниже уровня, где обычно начинается ворот рубашки, и снова вниз, по спине, ямочкам, бедрам. В отличие от него, Хантер одеться не потрудился. Молча улыбаясь, он сел напротив и поставил две чашки латте.       — Я больше чем уверен, что ты придешь снова.       — Ты слишком в себе уверен.       — А ты хочешь домой?       — В три часа ночи? Не особо.       Адам, поймав его взгляд, торопливо отвел глаза. Почему-то после всего того, что они делали в спальне, ему было неловко сидеть перед голым Хантером и чувствовать между ягодиц еще не впитавшуюся смазку.       Ближе к полудню на рабочий телефон Хантера перевели звонок из лаборатории Лонга.       — Рад слышать вас, офицер Келли, — Ларри был как всегда учтив. — По поводу образцов крови из тела вашей находки… Я не могу точно сказать, откуда появилось данное существо. Строение тела схоже с нашим, но есть и кардинальные различия. Возможно, если вы дадите мне немного времени, я смогу ответить на ваши вопросы.       — То, что в крови находился наркотик подтвердилось? — спросил Хантер.       Ответ был положительным.       Попрощавшись, Хантер повесил трубку и забарабанил пальцами по столу.       — Все в порядке? — спросил Адам.       — Не совсем. Ларри ни хрена ничего не выяснил. Пока он переставляет пробирки, это страшилище перекромсает еще с десяток человек. Тебе взять кофе?       Адам кивнул, снова быстро отводя взгляд. Не удержавшись, Хантер навис над его креслом и произнес над порозовевшим ухом:       — Круто же было, признайся.       — Келли, отвали, — Адам отмахнулся бумагами. — И без тебя проблем хватает.       Хантер стоял у автомата, просовывая монетки в прорезь, когда в конце коридора, лавируя между работниками отдела кадров, показалась одутловатая фигура Дугласа. Он улыбался во все свои отбеленные зубы, но Хантеру что-то сразу не понравилось в его поведении. Возможно, внутренняя напряженность, как сжатая пружина, при внешней доброжелательности и приветливости. Дуглас поравнялся с ним, и Хантер резко выпрямился. Он мог отличить по запаху более ста видов наркотиков, даже если те были запечатаны.       — Отдел вещдоков в другом крыле, дружище, — сказал он с угрозой.— Проводить тебя?       С раскрасневшегося лица Дугласа сползла ослепительная улыбка.       — О чем ты, дружище? — спросил он довольно искренне.       — О пакете гашиша в твоем заднем кармане.       — Только что изъяли на задержании. Еще не успел сдать… Келли, какого черта ты несешь?       Хантер наклонил голову, чувствуя, что начинает заводиться.       — Дуглас…       — Я отнесу, успокойся.       — А если я потом проверю?       — А если ты проверишь, весь отдел узнает, что офицер Келли состоит в не совсем дружеских отношениях с напарником, — вдруг осклабился Дуглас. — Попросту говоря, поебывает. Переведут твоего любовничка, Келли. И не поцелуетесь больше в курилке, какая жалость!       В любой другой ситуации он бы уже выплевывал на светлый пол свои ослепительные белые зубы, но сейчас Хантер лишь кивнул.       Парам, состоящим в отношениях, запрещалось работать в одном подразделении. Считалось, что в критической ситуации это может повлиять на эффективность действий как рабочей двойки, так и команды в целом.       После работы Хантер, как это уже вошло в привычку, сделал большой крюк, чтобы довезти до дома Адама.       — Спасибо, — сказал тот, сгребая с заднего сидения папки с бумагами. — До понедельника!       — В смысле «спасибо»? — фыркнул Хантер. — Ничего не забыл?       Адам оглядел заднее сиденье:       — Вроде всё забрал.       Хантер, покачав головой, повернулся и чмокнул его в губы.       — Теперь свободен. До понедельника!       — Хантер, я…       — Ты мне ничего не должен. Мы не в отношениях, я не твой парень, просто мне нравится это делать. Понял? В любой момент ты можешь заблокировать мой номер, попросить другого напарника, перевестись, я не буду тебя искать. Трахнулись и разбежались. Но если захочешь еще раз, я не против.       Адам смотрел недоверчиво, потом вдруг улыбнулся, сунул папки подмышку и хлопнул дверцей. Хантер проводил его взглядом.       — Вот и умничка, — сказал он вслух.       Главное, что Адам в эту иллюзию свободы поверил.