Уголок фетишиста (Сборник драбблов EXO/BTS)

— Приготовься сдохнуть, щенок. Сокджин сидит на коленях на грязном полу какого-то подвала. Его руки связаны за спиной так, что любая возможность вырваться оказывается тщетной. От виска по щеке стекает несколько капель крови, беззвучно падая на светлые, но и без того грязные брюки. Парень тяжело дышит, склонив голову, и мысленно прощается с жизнью, когда слышит рядом щелчок предохранителя. Зажмуривается и одними губами считает: — Три, — звук приближающихся шагов. — Два, — к его лбу приставляют дуло и дергают им вверх, заставляя поднять голову. — Один… Не стреляют. Джин неуверенно открывает глаза, когда перестает чувствовать холодный металл на своей коже. Он замечает фигуру высокого мужчины в строгом костюме, начищенных черных туфлях и белой рубашке с небрежно расстегнутыми верхними пуговицами. Незнакомец бросает беглый взгляд на сидящего на коленях Кима, как-то странно морщится и переводит взгляд на мужчину с пистолетом. — Дорогой мой друг, — с наигранной вежливостью начинает он, — у тебя есть ровно одна попытка, чтобы объяснить, что тут происходит, пока я не скормил тебя псам на ужин, — улыбается обманчиво мягко. — Босс, — парень теряется, — он хотел сбежать, — в оправдание себе произносит. — Ван-щи, — улыбка становится жуткой, как-будто на грани безумия, — напомните мне главное правило нашего клана? — Не убивать заложников другого клана, — уверенно и в то же время смущённо произносит незнакомец. — Нет, — мужчина тяжело вздыхает и потирает переносицу, — Правило, которое стоит у наших Азов. — Не причинять вред омегам? — Он растерянно смотрит на Сокджина, сидящего на полу, — Но босс, это же… — По инерции принюхивается, и до него доходит, что Джин самая что ни на есть настоящая омега, оскверненная чужими запахами. — Именно так, - заметив перемену в выражении лица, продолжил незнакомец, - Ближайший месяц будешь дежурить около умалишённых. Парень хотел было возразить, но мужчина лишь поднял в воздух ладонь, пресекая любые возражения, и движением головы приказал удалиться. — Когда-нибудь я поубиваю половину этих придурков, — мужчина бубнит себе под нос, медленно опускаясь рядом с Кимом, который за всё это время не проронил ни слова, лишь с интересом наблюдая за происходящим, — как тебя зовут? — Незнакомец приподнимает бровь в вопросительном жесте, но не дожидается ответа, находя во встречом взгляде слишком много смирения и обреченности одновременно, — Я точно их поубиваю, — слышится нервный смешок, — тебя тут настолько сильно запугали? — Начинает развязывать узел всё так же сидя на корточках перед омегой. — Не надо со мной говорить, — совсем тихо вдруг отзывается Джин, — вы можете делать всё, что захотите, только не говорите со мной, — он встречается с тяжелым взглядом альфы, который сидит уже с веревкой в руках, нахмурившись. — Пойдём, — Джин вздрагивает, прокручивая в голове сценарий дальнейших событий и закусывает губу до крови, пытаясь отогнать мысли. Одним легким движением мужчина поднимает совсем нелегкого Кима на руки и, толкнув дверь ногой, быстрым шагом направляется вперед по коридору. Они заходят за самую крайнюю дверь и Сокджина ставят на ноги. Он быстро осматривается и отмечает, что комната совсем не похожа на все другие: большая, скорее похожая на маленькую студию, светлая, несмотря на отсутствие окон, и обставленная по домашнему. — Там есть душ, — мужчина кивает в сторону, указывая на приоткрытую дверь, — чистые полотенца на комоде, я принесу тебе одежду. Ким коротко дёргает головой в утвердительном жесте и быстрым шагом направляется в ванную комнату. Закрывает за собой дверь и на несколько мгновений припадает к двери спиной. Шумно дышит, глазами ищет зеркало и бросается к нему, облокачиваясь на стоящую рядом раковину. Морщится от собственного вида: разбитая бровь, засохшие капли крови на висках и щеках, засаленные волосы и грязь по всему лицу и шее. Мужчина сбрасывает с себя изношенную одежду, заходит в душ и включает воду. Оказываясь под струями воды, блаженно прикрывает глаза — он не принимал душ уже несколько недель. Джина держали в заложниках несколько месяцев, а когда он наконец понял, что никакого выкупа не будет — набрался смелости и пытался бежать из заточения, но безуспешно. Сейчас он не понимает к счастью или к сожалению, но он спасен от гибели незнакомым мужчиной, который, судя по всему, является главой людей, которые схватили его тогда около университета, затащили в тонированный джип и с завязанными глазами посадили в подвал, где не было ничего, кроме пары простыней и старого матраса. — Одежда, — от мыслей отвлекает уже знакомый голос и омега замечает аккуратно сложенную стопку на небольшом ящике около двери. Он еще несколько минут просто стоит под струями, размышляя, затем быстро моется, максимально стирая со своего тела все запахи, наспех вытирается и надевает спортивные штаны и футболку, принесенные пару минут назад. Джин смотрит в зеркало еще раз, поправляет мокрые волосы и недовольно хмурится из-за грубой раны вдоль виска, которая к тому же неприятно покалывает. Выходит и сразу же натыкается на оценивающий взгляд альфы, который чему-то довольно улыбается, скрестив руки на груди. На нем уже не было костюма — только темно-синие чиносы и черная футболка. — Надо обработать висок, — утвердительно говорит мужчина, — присядь на диван, пожалуйста. — Не стоит утруждаться, — Ким все же садится на диван и альфа тут же оказывается рядом с ватой и небольшой пробиркой в руках. — Не хорошо, когда такое красивое личико портит такая рана. Кто тебя так? — Он выливает немного прозрачной жидкости на кусок ваты и прикладывает к виску омеги, на что тот немного жмурится. — Я хотел бежать отсюда, — Сокджин говорит неуверенно, не до конца понимая, что альфа хочет узнать из этого разговора. — Кто держал тебя? Он назывался? — Одна из ладоней альфы медленно сжимается в кулак, а челюсть напрягается. — Их было много. Каждый день новые… — Омега поднимает взгляд встречаясь с потемневшими глазами. — Что с тобой делали? — Альфа убирает вату от омеги и бросает ее в небольшую урну около дивана. — Насиловали. Каждый день. Иногда по несколько раз, — голос Джина немного дрожит, — мой запах настолько смешался с запахами чужих альф за эти несколько месяцев, что, кажется, я потерял свой собственный. — Несколько… Месяцев?! — Мужчина вскакивает на ноги и со всей силы бросает пробирку на пол, разбивая, — Я, блять, лично откручу всем им головы и повешу прямо на этой ебаной стене! — Он резко разворачивается к вжавшемуся в диван омеге и тут же осекается, — Боже, извини. Как тебя зовут? — Сокджин. — Намджун. Я глава этого клана, но, клянусь, я понятия не имел, что эти придурки выкрали омегу и держали его под моим носом несколько месяцев. У тебя есть семья? — Вроде того, — Джин нервно усмехнулся, — родители, четверо братьев и сестра. Мы, вообще-то, чертовски богаты, но за месяца проведенные здесь они ни разу не согласились на выкуп, — его глаза блеснули, но он тут же одернул себя, шмыгая носом. — Сколько тебе лет? — Намджун хмурился, пытаясь понять, что ему делать дальше. — Двадцать. — Ты еще совсем молодой, — как-то грустно отмечает альфа, — ты же почувствовал? — Что? — Сокджин напрягается, когда альфа подходит совсем близко и опускается перед ним на корточки. — Вдохни, — он приближается к его лицу, случайно задевая носом щеку, и останавливается, когда губы практически касаются уха, и шепчет: - мы истинные. Омега недоверчиво приближается к чужой шее и медленно втягивает воздух. Ошарашенно отстраняется заглядывая чужие глаза, но тут же натыкается на горячие губы, осторожно целующие его собственные. — Я не трону тебя, пока ты не позволишь, — уточняет в поцелуй альфа. Его руки медленно проникают под футболку Сокджина, проходясь по худому торсу к груди, задевая соски. Омега дергается, но не отстраняется, а наоборот тянет Намджуна на себя, заставляя его подняться. — Почему я почти не чувствую тебя? — омега ищет ответ в чужих глазах. — У тебя было слишком много альф за последнее время, — зло рычит Джун, — с этим я ещё разберусь, а пока… — Он мягко одной рукой приближает будто застывшего парня за подбородок. Наклоняется совсем близко и кончиком языка проводит у основания шеи. А затем резко и неожиданно впивается в нее выпущенными клыками на долгие секунды. Джин вскрикивает от резкой боли, цепляется за футболку альфы руками, но ослабляет хватку, когда чувствует мягкие поцелуи в месте укуса. Ему в нос резко ударяет запах леса после дождя и он отталкивает Намджуна. — Я чувствую! — Неожиданно громко восклицает омега, округляя глаза. — Хорошо, — мужчина облегчённо выдыхает и улыбается, поглаживая свежую метку, — некрасиво было делать это без спроса, но по-другому не получилось бы доказать мои намерения. — Все хорошо, — Джин смущённо отводит взгляд. Альфа смотрит на его покрасневшие щеки и не выдерживает — страстно припадает к губам, впитывая запах своего омеги, и сдавленно стонет в поцелуй, когда ему отвечают. Они целуются долго и сладко, изучают друг друга кончиками пальцев, не спеша проходясь по каждому изгибу незнакомого тела. Оба не понимают, в какой момент оказываются практически без одежды, и останавливаются лишь когда Намджун нависает над лежащим на диване Джином. — Я знаю, что ты не хочешь заходить так далеко сейчас, — Альфа никак не может отдышаться. — Извини, — Сокджин виновато смотрит в карие глаза и как-то совершенно случайно скользит взглядом до ширинки брюк, отмечая немаленькое возбуждение партнёра. — Все хорошо, — Джун мягко целует его губы. Он медленно спускается поцелуями от шеи по голому торсу, останавливаясь на пару минут на сосках, мягко лаская их языком. Довольно улыбается, когда слышит первый громкий стон после поцелуя ниже пупка. Когда его рука сжимает член омеги через спортивные штаны, на голову опускается ладонь, легко надавливая вниз. Намджун одним движением стягивает его штаны на бедра и радуется, что не выдал омеге нижнее белье. Бросает взгляд вверх, находя Сокджина с запрокинутой головой, одной рукой сжимающего маленькую подушку. Джин как кот выгибается, когда мужчина проводит языком от основания до самой головки и тут же вбирает ее в рот. Он протяжно стонет от ритмичных движений альфы и окончательно перестает сдерживаться, когда тот заглатывает до самого основания. — Боже, я сейчас… — Он не заканчивает, судорожно пытается отстраниться и, срываясь на крик, кончает Джуну в рот. — Теперь моя душа и тело принадлежат тебе, — отдышавшись, констатирует Альфа, закрепляя эту истину поцелуем.