Тайный клуб социофобов

Первая догадка о месте, в которое они направлялись, посетила Зойсайта, когда Ами назвала нужную им станцию метро, но Зой отогнал дурные мысли, списав их на личную паранойю. Второй звоночек возник, когда они пошли по району Тайто в сторону дома, в котором жила Минами — Зойсайту казалось, что ее адрес высечен в его памяти железом. Вокруг стояли все те же серые многоэтажные дома, жмущиесяя друг к другу, как грибы после дождя, а на билбордах висела все та же реклама бытовой техники. Даже лица прохожих казались смутно знакомыми, хотя этого, конечно же, не могло быть. — Что мы здесь делаем, Мышонок? — спросил Зой. — Ты говорила о важном деле, может, все же расскажешь? По печальному, словно виноватому взгляду Ами он прочитал ответ. Однако жизнь научила Зойсайта давать людям высказаться, прежде чем делать выводы, и он ждал, что же скажет Мизуно. — Я… — Ами запнулась и хотела было отвести взгляд, но сумела взять себя в руки и посмотрела на Зойя. — Я хотела помочь тебе и узнала адрес Минами, чтобы встретиться с ней. Ами наблюдала, как меняются эмоции на лице Зойсайта, и понимала, что кажется сделала что-то не так. — Ты сердишься? Зойсайт сохранял молчание, но его дыхание стало громче, а губы превратились в тонкую линию. Наконец он прокашлялся и ответил: — Я не люблю, когда что-то решают за меня. Ценю твою заботу, но правда не стоило. Голос Зойсайта — жесткий и такой холодный убил надежду на осуществление плана. Ами поникла. — Я не хотела обидеть тебя, — прошептала Ами. Взгляд Зойсайта стал мягче, но голос оставался таким же колючим: — Чтобы меня обидеть, нужно очень постараться. Давай лучше вернёмся домой. — Но… мы должны… — Ами, я никому ничего не должен! На лице Зойя дёрнулась скула, зелёные глаза сверкнули. Сердце Ами сжалось, к горлу подступил ком. Казалось, все тело в миг стало деревянным. Ами словно увидела перед собой другого человека и то, что она увидела, напугало ее до глубины души. — Зой… — она хотела окликнуть Зойсайта, но из горла вырвался лишь сдавленный шёпот. — Ты… — Зой взмахнул рукой, — ты тоже решила, что можешь мной управлять… — он попятился от Ами, как от прокажённой. — Нет, что ты. Нет, — Ами подняла ладони перед собой, ее плечи мелко дрожали. — Тебе не нужна моя помощь. Обучение окончено. Зойсайт развернулся и, не глядя, поспешил прочь. Поднявшийся ветер закружил сухие листья на тропинке, словно окончательно разделяя Ами и Зойсайта.

***

Ами проплакала весь вечер. Она сотни раз звонила Зойсайту, но слышала лишь тоскливые гудки. На душе было серо и тоскливо, и даже практическое задание по нейроанатомии не помогло отвлечься. Строки расплывались перед глазами, и вместо прочитанного в воображении то и дело всплывала картина минувшего дня. Ами пришлось несколько раз перечитать параграф, но после она сдалась — строение мозга никак не запоминалось. За окном уже стемнело, и через большое окно виднелось ночное небо с большими облаками. Ами подошла к окну и прижала ладони к холодному стеклу. Прохлада, казалось, немного успокоила саднящую на душе рану, но не зарубцевала ее. Раздался телефонный звонок. Ами подавила внутреннюю дрожь и схватила телефон — номер звонившего был ей неизвестен. — Алло? — Ами, привет! Это Нефрит, — раздался в трубке низкий бархатистый голос. Ами прислонилась к подоконнику и удобнее перехватила телефон, внутренняя тревога продолжала нарастать. — Привет, — выдавила из себя Ами. — Можешь выйти на пару слов? Ами несколько секунд молчала, переваривая услышанное. Ее взгляд скользнул по циферблату настенных часов — четверть одиннадцатого, поздновато для звонка, не говоря уже о встрече. Словно уловив ее сомнения, Нефрит добавил: — Это касается тебя и Зойсайта. Сердце Ами замерло, пропустив удар. Голова закружилась. — Я только накину куртку, — ответила Ами и сбросила вызов.

***

К ночи ветер усилился, и Ами, преодолевая холодные порывы, с трудом дошла до детской площадки неподалёку от дома. Нефрит уже был на месте. Его массивная фигура возвышалась над маленькой скамейкой, что заставило бы Ами улыбнуться, будь у неё настроение. — Привет! Нефрит обернулся. В свете уличного фонаря его каштановые волосы, развевающиеся под холодными порывами, казались почти чёрными. — Привет! — Нефрит обернулся и похлопал ладонью по скамье, жестом приглашая Ами. — Думал уже, что ты не придёшь. — Долго искала что надеть. Они одновременно посмотрели на растянутый голубой свитер, с рукавами в три четверти. Повисло неловкое молчание. Ами не могла сказать, что от волнения только с четвёртой попытки сумела закрыть входные замки, и что потом возвращалась домой, так как выбежала в домашних тапочках. — Ты видел Зойсайта? — наконец, спросила Ами. Нефрит кивнул и пристально посмотрел на Ами. — Он злится, но это пройдёт. Ами закрыла лицо дрожащими ладонями, чужие, колючие глаза Зойя и его резкие слова снова возникли в памяти. — Послушай… — Нефрит помолчал, подбирая слова, — Зой не всегда был мягким и понимающим. Чаще он бывал таким, каким ты увидела его сегодня. Он много работал над собой. Но у каждого есть свои триггеры, тараканы, больные мозоли — назови как хочешь. И сегодня ты наступила на одну из них. Ами подняла голову и посмотрела на Нефрита так, будто впервые увидела его. — Но… — Но я сам помог тебе задеть Зойя… — мягко перебил Нефрит. — И теперь мне нужно сделать из этого правильные выводы. Как и тебе. — Мне?.. Ами не улавливала суть разговора, казалось, Нефрит говорит о чем-то неподвластном, отчего-то считая, что она сумеет его понять. Попытка вникнуть в суть сказанного отозвалась лёгким головокружением. — Да. И этот вывод — не нужно помогать тому, кто совсем не просил о помощи, «причинение» добра или попытка насильно осчастливить другого — дела, заранее обречённые на провал. Ами хотелось возразить, она ведь не имела корыстных мотивов и не действовала вопреки желанию Зойя. Только вот открыв рот, Ами осеклась — Зойсайт не просил о помощи, не говорил, что хочет решать что-то, но она предполагала, что так будет лучше. — Я тоже не был прав в этой ситуации. — Нефрит поднялся со скамейки и прошёлся вперёд, заложив руки в карманы кожанки. — И ты пришёл только чтобы это сказать? — недоверчиво спросила Ами. Свитер не спасал от промозглого ветра, а ноги замёрзли в обутых на быструю ногу сандалях. — Нет. Я пришёл потому что вижу, как вас с Зойем тянет друг к другу, и хочу помочь… — «Причинить» добро? Нефрит усмехнулся и смахнул со лба непослушную прядь: — Собираясь к тебе, я приготовил целую речь о том, что человек несёт ответственность за свою жизнь и все в таком духе. Но сейчас я скажу так — Зой упрямый, вспыльчивый и вообще временами ведёт себя как засранец, но я никогда не встречал более непосредственного и преданного человека. Повисло недолгое молчание, после чего Нефрит сказал: — Реши, чего ты хочешь от жизни и от Зойя, сделай выбор и прими его последствия. Ами кивнула, теперь она понимала Нефрита.

***

В аудитории было холодно, так же как и на улице, так же как и на душе у Ами. Профессор — седовласый мужчина в очках-пенсне увлечённо рассказывал об экспериментах в области нейрохирургии, сопровождая свои слова примерами из практики. Студенты ловили каждое его слово — профессор Такизава считался мэтром хирургии не только в Японии, но и за ее пределами. Однако Ами не могла сосредоточиться на лекции, о которой мечтала с самого начала обучения. Все занятие она боролась с назойливым желанием обернуться и посмотреть на Зойя. Утром он прошёл мимо, едва удостоив ее кивка, а теперь совсем не смотрел на неё. Когда лекция, наконец, завершилась, Ами кинулась к выходу вслед за Зойем, но толпа оттеснила ее. Студенты спешили покинуть аудиторию, чтобы успеть на занятие в другой корпус, и Ами, не привыкшей обгонять людей, а тем более проталкиваться сквозь них, было сложно пробиться вперёд. — Пожалуйста, пропустите! — она юркнула мимо хрупкой девушки с длинной косой. Из соседнего ряда шёл ещё один поток людей, кто-то был в наушниках, кто-то находу печатал в смартфоне, казалось этот конвейер людей не закончится никогда. — Дайте же, пожалуйста, пройти… — взмолилась Ами, и в этот момент в неё врезался здоровый бугай, имени которого Ами, конечно же не помнила. — Извини, — он вежливо поклонился (насколько позволяла обстановка) и поспешил прочь. Выскочив в коридор, Ами окинула его взглядом — рыжая макушка была примечательным знаком в толпе брюнетов и брюнеток. — Зой… — прошептала она, заметив, как он сворачивает к лестнице. Ами поспешила за ним, находу отмечая, что волосы Зойсайта непривычно распущены, а рукава кипенно-белой рубашки, были закатаны, хотя обычно он не закатывал их в университете. — Зой… — на выдохе прошептала Ами. Он остановился. Казалось, все тело Зойсайта превратилось в пружину, на руках обозначились вены. — Да? — он медленно обернулся. В зелёных глазах пылал холодный огонь, а и без того точеные скулы стали ещё острее. — Я… я хотела поговорить, — запинаясь выговорила Ами, она чувствовала себя как букашка под микроскопом. Зойсайт прислонился к перилам и сложил руки на груди. — Говори. Ами украдкой посмотрела на Зойсайта — россыпь веснушек на его светлой коже была по детски трогательной и милой, но жесткие губы и требовательный взгляд не оставляли место для сентиментальности. Казалось, что Зой, согласившийся когда-то помочь ей и стоящий перед ней парень — два разных человека. Ами не узнавала того весёлого парня с философским изречением на каждый жизненный случай. — Прости, я не хотела тебя обидеть. Не думала, что ты так отреагируешь. Зойсайт поморщился. — Не хотела обидеть? Зная всё, — он сделал акцент на последнем слове, — ты повела меня туда! Для чего?! Ами сжалась, каждое слово отзывалось как удар хлыста. — Я думала… думала, что помогу. Зойсайт вскинул голову, его глаза сверкнули: — Я просил о помощи?! Просил?! — Зой… — Прежде чем дать кислородную маску другому, надень ее сначала на себя, — уже спокойнее сказал Зой. — Видимо и я зря взялся помогать тебе, раз не смог удержать границу наставничества и… — он бросил на Ами беглый взгляд, осекшись. — Мне пора. Ты не вини себя и продолжай идти к уверенности, у тебя получится. Комок подступил к горлу, а перед глазами встала пелена слез и Ами лишь кивнула в ответ.