Теперь я всего лишь монстр

Питер теперь не мог нормально обрабатывать раны Старка, ему постоянно хотелось поцеловать его кожу, состояние которой заметно улучшилось за последние пару недель. К Тони постепенно возвращался его сарказм, чувство юмора и надежда, что он сможет жить как раньше, восстановить свою репутацию и отношения с людьми. Питеру становилось грустно из-за этого: с одной стороны, этого он и добивался, мужчина вернулся к своей привычной жизни, но с другой, в этой прежней жизни может и не быть места для паренька с подносами и лекарствами. Юноша заметил, что взгляд Тони в его сторону как-то изменился, но не мог понять, как именно. Ему всё больше и больше становилось стыдно перед Пеппер, ведь он обещал ей позвонить, как только Старк успокоится и будет готов поговорить. Но вот уже прошло несколько дней, мужчина вновь улыбался, строил планы на уютные вечера, которые не хотел проводить в своей постели, а парень так и не звонил ни одному из своих самых близких людей, ведь теперь он точно уверен, что полюбил её может бывшего, а может будущего жениха. Пока Питер проводил время со Старком, он смеялся, шутил, думал над методами исцеления его правой руки, готовил и предлагал варианты, как мужчине стоит отметить своё возвращение после его полного выздоровления, а когда был один, нервно крутил в руках телефон, набирая номер Пеппер, а потом стирал его, проделывая этот уже привычный ритуал несколько раз. Ему было страшно, что мисс Поттс придёт, широко улыбнётся, как она умеет, и это растопит сердце Тони, тот сразу организует быструю и шикарную свадьбу, увезёт новую невесту на какой-нибудь частный остров, оставив этот ужасный период своей жизни, в котором Питер играет главную роль, позади. Юноше так хотелось сделать Старка счастливым, но стоит ли этого то, если в этом счастье не будет его самого? — Доброе утро, мистер Старк. — Доброе, карапуз. Тони широко улыбнулся, сел на своей кровати и похлопал рядом, чтобы Питер сел именно тут. — Я хотел спросить кое-что… — Спрашивай. Я не кусаюсь. — В прошлый раз, когда мисс Поттс была тут, она попросила написать ей, когда вы будете чувствовать себя лучше и сможете поговорить. Думаю, что вы уже достаточно хорошо… — Да, ты прав, можешь звать её. Мне надо с ней серьёзно поговорить. — Понял, я напишу ей. Питер заметно поник буквально за несколько секунд, ведь он прекрасно понимал, что это будет за разговор. Тони тоже это заметил, поэтому ободряюще похлопал его по плечу, доедая свой завтрак. В своей голове он строил догадки, почему же его протеже так поник, но делать какие-то конкретные выводы не спешил. — Вы ещё не передумали насчёт врачей? Надо что-то делать с вашей рукой. — Не передумал. Я же говорил, что сам разберусь. Тем более у меня есть ты. А ты мне всегда поможешь, ведь так? — Конечно, мистер Старк. Питер грустно улыбнулся, понимая, что Тони обрекает себя, возможно, на ещё более серьёзные трудности. Он — гений. Парень никогда не смел даже усомниться в этом, но всё же знал более подходящего человека для лечения руки Старка. Когда мужчина закончил есть, Питер ушёл, относя посуду на кухню и попутно набирая номер Пеппер, оповещая её о том, что Тони сам изъявил желание поговорить. Та же удивилась и обрадовалась, сказав, что будет в башне через пару часов. Эти сто двадцать минут обещали быть непростыми для юноши, ведь это — невыносимое ожидание. Питеру было страшно представить, что через каких-то два часа его прогрессирующая влюблённость из простых невысказанных чувств превратиться в неразделённую любовь. Однако, это было легко предугадать, ведь он всего лишь Питер Паркер. Пеппер пришла даже раньше, чем обещала. Она забежала поздороваться с юношей, которому было стыдно и больно смотреть ей в глаза, а после сразу направилась в спальню Тони, который, судя по его настрою, уже ждал её. Питер не стал как обычно пристраиваться около двери, чтобы послушать их разговор, ведь, если Старк действительно решил восстановить их отношения и сделать предложение, парень не хотел ни слышать, ни видеть этого. Мисс Поттс пробыла в комнате Тони около двадцати минут, которые тянулись для Паркера словно часы. Он мерил шагами свою комнату, грызя ногти и уже придумывая оправдания, почему он не сможет присутствовать на их свадьбе, но все они казались слишком глупыми. В перерыве между моральными страданиями он написал письмо Беннеру, который в настоящее время находился в Европе, с просьбой заскочить к Старку, если будет время, или хотя бы помочь советом в отношении его правой руки. Услышав стук каблуков в коридоре, Питер ринулся к двери своей комнаты, но на несколько секунд застыл. Что ему сказать? Нужно ли вообще что-то говорить? Он не слышал ни счастливых возгласов, ни злобных криков, поэтому не представлял, как всё прошло. Пеппер не неслась к выходу в истерике, как в прошлый раз, но и улыбки на её лице не было. Она просто была растеряна и на слова Питера почти не реагировала. — Пеппер, как всё прошло? Что он сказал? — Ну… у нас больше нет взаимных претензий. Он извинился за то, что был резок со мной, а я за то, что не слишком часто его навещала. — И всё? А как же… — Наши отношения? — Да, я думал, что мистер Старк помирится с вами и в этом плане. — Если говорить откровенно, то и я так думала, но… у Тони другие планы. — Не понимаю. — Я тоже его не понимаю, Пит. Он сказал, что хочет поговорить с тобой. А мне надо идти. До встречи. Если после разговора с Тони у Пеппер на лице не было никаких эмоций, то сейчас она словно была не в себе то ли от злости, то ли от негодования. Питеру аж стало страшно, о чём был их разговор, поэтому он поспешил в спальню мужчины как можно скорее. Тот лежал в своей привычной позе, метая взгляды по комнате. — Мистер Старк… — А, Пит, заходи. Паркер зашёл в комнату и сел на свой привычный стул. Он не понимал до конца, что же происходит и о чём Старк хочет с ним поговорить. В голову не приходило ни одного варианта. — Мисс Поттс сказала, что вы хотели поговорить со мной. — Да, решил за один раз разобраться со всем, что не даёт мне покоя. — Я слушаю. — Видишь ли… мы говорили с Пеппер. Говорили о нашем прошлом и будущем. Она думала, что мы можем начать всё заново после того, как я окончательно приду в себя, снова начну работать. Когда я работал над сывороткой, и у меня были такие планы, но не сейчас. — Почему? — Пеппер — хорошая женщина, но мы друг другу совсем не подходим. Мы два ужасных трудоголика, которым если не сказать, что дома их кто-то ждёт, то они совсем забудут про семью. Так произошло у нас. Она забыла про меня, хотя я тоже в этом виноват. Питер пересел со стула на кровать, ему до ужаса хотелось обнять Тони, однако он до жути боялся даже прикоснуться к нему. — В этой ситуации никто не виноват, мистер Старк. — Возможно, и никто, но в результате я оттолкнул от себя всех. Но вот только почему-то один ты понимал, что я не хотел обрывать отношения с этими людьми, а мне просто…страшно. Почему так, Питер? — Потому что я не мог оставить вас одного. Вы не признавались в этом даже себе, но вам нужна была поддержка. — Ты пренебрегал даже самим собой ради меня, Пит. Ты проводил почти всё своё время со мной, не был на патрулях вот уже несколько недель, слушал мои истерики и возвращался снова. Почему? — Потому что вы — самый дорогой человек для меня. Я бы пожертвовал и большим, если это было бы необходимо для вашего выздоровления. — Почему не испугался слабого меня? Старк бросал вопросы в Питера словно стрелы, желая выяснить всё для себя здесь и сейчас. — Даже в тяжелые времена вы — всё ещё вы. Вы всё ещё гений, прекрасный человек с невероятным чувством юмора, герой, спасший целую вселенную, хороший друг. Думаю, мистер Роудс и Хэппи подтвердят это. Вы мой наставник, которого… которым я очень восхищаюсь и которому благодарен. Ваши заслуги не отменяются из-за моментов слабости или ошибок. Я буду на вашей стороне всегда, мистер Старк, даже если вам трудно или плохо. Вы плачете? На глазах Тони и правда выступили слёзы. Он шмыгнул носом, но отворачиваться не стал, зная, что Питер тоже не отвернётся. — Понимаешь, всю жизнь люди вокруг меня хотели, чтобы я был сильным, непробиваемым, образ Железного человека отлично подходил под их ожидания. Когда я становился сильнее, богаче, они просили меня стать кем-то ещё большим. А если я показывал слабость, меня бросали. А ты не бросил. — У вас настоящие друзья, сэр. Как я уже говорил, мистер Роудс на заданиях, Хэппи заглядывал к вам всё это время. Думаю, они просто не знали, как лучше поступить: окружить вас заботой и слушать ваш, простите, бубнёж про то, что вы хотите быть один, или же дать вам личное пространство. При следующем удобном случае поговорите с ними. Разговоры помогают, сэр. — Поэтому я сейчас говорю с тобой и пытаюсь избавиться от этого ужасного чувства, которое вот уже пару недель не даёт мне покоя. — Вы о чём? Старк сделал глубокий вдох и положил свою ладонь на руку Питера. Тот ни разу в жизни не видел своего наставника таким растерянным и неуверенным в своих действиях. — Мне кажется, я влюбился в тебя, Пит. Я… я не думал, что мне когда-то будет трудно это говорить, но я никогда и не испытывал такие чувства к девятнадцатилетнему парню, и плевать, что по паспорту тебе на пять лет больше. Я не знаю, что бы я делал без тебя всё это время, не знаю, как бы я выжил тут. Ты мне очень дорог. Я пойму, если ты не ответишь мне ничего путного сейчас или просто откажешь. Я просто хочу, чтобы ты знал это. Питер сидел и чувствовал, как его грудная клетка плавится. Ему хотелось улыбаться, хотелось кричать и прыгать, но в то же время ему было как-то немного неловко: кумир всей его жизни, с которым у него разница в возрасте более тридцати лет, признался ему в своих чувствах. Его первые взаимные чувства. Что ему делать? Признаться в ответ? Поцеловать? Боже мой! Это ведь Тони Старк! Он точно целуется как бог. А у Питера пока был всего один неловкий поцелуй с девушкой, которая ему нравилась. Тони сидел, ожидая хотя бы какого-нибудь ответа, но лишь наблюдал нарастающую панику с примесью растерянности. Взгляд Питера бегал туда-сюда, он то и дело набирал воздух, чтобы что-то сказать, но потом всё равно молчал, выдыхая. Даже мужчине стало немного страшно и не по себе. — Пит, ты в порядке? — Да… да… я просто… вы просто признались мне только что, что влюблены в меня, это немного… — Ты расстроен? — Нет! Нет, что вы. Просто я как бы тоже вот уже неделю не знаю, как сказать вам, что вроде как влюбился. — Влюбился? В меня? Скажи, что в меня, Пит! — В вас, мистер Старк. Тони прижал Питера к себе, заставив уткнуться носом ему в шею и вдыхать приятный запах своего тела, который просто сводил юношу с ума. Тепло тела мужчины будоражило кровь. Паркер поверить не мог, что всё это реальность. Он почувствовал, как по спине бегут мурашки, когда Старк зарылся пальцами в его кудрявые волосы. — Никогда не думал, что буду так счастлив на старости лет. — Вы не старый, мистер Старк. Вы самый лучший. — Спасибо, малыш. Тони на пару секунд отстранил Питера от себя, а потом, взяв за подбородок, притянул обратно, нежно целуя. Юноша снова запаниковал, не зная, что же ему делать дальше, но Старк решил сделать всё сам, и тут парню стало откровенно сносить крышу. Язык мужчины был такой горячий, а вкус его губ — таким сладким. — Мой сладкий Питер. Старк отстранился, поглаживая юношу по щеке. У обоих зрачки были расширены, дыхание немного сбилось и дрожали руки. — Вы сказали Пеппер, что влюблены в меня? — Нет. Не смог. Думаю, она бы не поняла. Просто объяснил, что нашим совместным планам не суждено осуществиться. А почему ты спрашиваешь? — Когда я встретил её в коридоре, она как-то странно смотрела на меня. — Возможно, она и правда догадалась. Но давай не будем думать об этом сейчас, лучше дай мне ещё раз тебя поцеловать.