только между нами

Настя погладила сестру по спине. Из-за присутствия медсестры девушка не стала некультурно выражаться. — Пойдём, больше нас здесь ничего не держит.. — Меня ничего не держит. Ты же не собираешься пропускать тренировку? — брюнетка посмотрела испуганным взглядом на сестру. Только не хватало того, чтобы из-за пропуска тренировки, её отчислили. — Не беспокойся об этом, давай, я помогу тебе встать, — Настя встала и протянула руки сестре. Чуть подогнув ногу, чтобы она не волочилась по полу, Ронни взялась за руки сестры и встала. — Будьте осторожны, — медсестра отдала лист с назначенными лекарствами Насте и пожелала сёстрам удачи. Запрокинув руку сестре за голову, брюнетка попрыгала на одной ноге к двери. Шевченко открыла дверь и сразу увидела знакомые лица двух фигуристов, которые сидели на небольшой лавочке напротив. Плисецкий, развалившись на ней, уткнулся в телефон с недовольным лицом, а вот Никифоров сидел сложа руки на груди, и его взгляд был устремлён на дверь, до того момента, как девушки не вышли. Ронни, ещё не заметив фигуристов из-за того, что была отвлечена на ногу, прошептала: — Это полный пиздец. Дверь закрылась, и брюнетка повернула голову к сестре, которая ни с того, ни с чего остановилась. Посмотрев в ту сторону, куда был устремлён её взгляд, Ефимова окаменела. — С тобой всё хорошо? — Никифоров быстро поднялся с лавочки и устремил обеспокоенный взгляд на Веронику. Обе девушки презренно смотрели на Виктора. Ронни и сама не заметила, как на лице начали появляться слёзы, плотно сжатые губы начали дрожать. Ефимова схватила парня за шиворот кофты, и притянула к своему лицу. — Хорошо?! Да все ужасно! Из-за вас, я на неделю инвалид! Меня не собирается тренировать Барановская! Я в бешенстве! — Ронни отпустила его кофту, которую до этого сильно сжимала, что казалось, будто она сейчас порвется. От такого поворота событий, даже Юра оторвался от своего телефона. Девушка отвернулась и прикрыла лицо волосами, смахнув слезы. — Пошли… — сказала брюнетка, посмотрев на сестру, — Точнее, просто проводи меня до такси. — Что? Нет, я тебя одну не оставлю, — Настя глянула серьезно на девушку. — Оставишь! Я не хочу, чтобы из-за меня ты потеряла место в рядах учащихся у Барановской. — Но…— Шевченко увидела взгляд сестры и тут же исправилась, — Что-ж… — девушка прикрыла глаза, — Как бы мне не хотелось это говорить, но нужно, чтобы вы, парни, отвезли ее домой. — Я не буду в этом участвовать, — сразу же ответил Плисецкий, отведя взгляд. — Хорошо, я согласен, и Юра тоже, — решительно сказал Никифоров, подходя к девушкам и кладя руку Ефимовой себе на шею. — Что? Когда это ты стал моей мамкой, чтобы решать за меня? — возмутился блондин, состроив недовольную гримасу. — Юра, я прошу тебя помочь. Может хоть раз ты засунешь свою гордость куда подальше, и поможешь юной леди? — парень уже полностью освободил руки Насти от тушки ее сестры, принимая на себя. Плисецкий лишь фыркнул, но все-таки поднялся с лавки. *** Дверь открылась, предварительно щелкнув, когда ключ повернулся до конца. В квартиру зашли только двое. Юрий и Вероника. Плисецкий помог девушке сесть на диван и облокотившись о дверной проём, сказал: — Услуги няньки больше не нужны? Я могу идти? — Если хочешь, я могу налить чаю... Девушка виновато опустила голову. С того момента, когда они ехали в такси Ронни заметно поменялась в лице. Злость сменилась на печаль. Ей было так стыдно, что она не сдержала себя там, в тренировочном зале... — Ну уж нет, спасибо. — Он лавандовый... — сказала брюнетка с ноткой надежды в голосе. — Тебе что-то ещё нужно или что? — Просто хотела узнать... ты помнишь меня? Юрий с пол минуты молчал, оценивая неожиданность вопроса. На самом деле - да, он помнил. Девушка отличилась своим поступком там, в аэропорту. Да и внешность у неё была довольно запоминающаяся. Юра мог бы даже сказать, что она выглядит довольно симпатично. Такого типажа он не встречал в своих фанатках. — Может быть, и что? Девушка слегка глупо улыбнулась, вспоминая тот момент, когда сунула ему в руки свой номер. Она даже сейчас не может сказать, зачем это сделала. — Просто интересно стало, — девушка отвела взгляд к окну, — Только не думай, что я твоя фанатка. Я даже не знаю, кто ты. Юрий резко нахмурился от такого заявления. Серьёзно? Кто-то мог не знать его? — Хах, ясно. Я пошёл, — парень развернулся, театрально опустив руки, собираясь уходить. — Стой! — Ронни выдохнула, продолжая, — Передай... как его там... Виктору, что мне жаль, что я так накричала на него. Просто... для меня это правда было важно. И вы оба не виноваты в моей глупой ошибки. Я не хотела показаться грубой или невежеств... — Я уверен, ему плевать. И мне тоже. Юрий холодно глянул на девушку в последний раз, а после вышел из квартиры. Девушка поджала губы, отпуская взгляд к полу. Её слишком грубо оборвали, не дав даже закончить... *** В зал снова зашли двое, а именно Шевченко и Никифоров. Решив, что уезжать вдвоём нет необходимости, Виктор отправил помогать раненой балерине Юру, с чем последний явно был очень не согласен, но сопротивляться не стал. — Кхм, Лилия… — Виктор! — женщина обняла мужчину и поцеловала в обе щеки, — Мы так и не успели поздороваться. Никифоров чуть оттолкнул Барановскую, сложив руки ей на плечи, и опять обратился к ней. — Да. Я по делу. Якову нужна балерина, — Виктор почесал свой затылок. — А чего же сам не явился?! — Лилия нахмурила брови. — Ну, у него тренировки, знаете, чемпионат на носу, — Никифоров посмотрел на Шевченко, которая скрестив руки на груди, смотрела в окно. На самом деле, Яков никак не хотел иметь дело с Лилией. Бывшая же. Вот только не набирается женская сборная. А самые способные и надёжные балерины, всегда у Барановской. Вот и попался ему под руку Никифоров. А Виктор, чтобы не переться туда одному, потащил за собой Плисецкого. Тот, после долгих убеждений, все же согласился. — Ещё одну балерину! Подумать только, что он там с ними делает? Ты ведь прекрасно понимаешь, что я не могу просто так постоянно отдавать ему своих учениц, — женщина тяжело вздохнула, — Было какое-то условие? Что он может мне предложить взамен? — А вот этого я не знаю. — Тогда, мне не о чем с вами разговаривать, — Лилия два раза хлопнула в ладоши, — Девочки, к станку! И так, начнём! — Барановская подошла к проигрывателю и включила какую-то мелодию из классики. — Ну Лилия… — мужчина немного растерялся. Он рассчитывал, что все это произойдет намного быстрее. — Гранд плие, — Девушки встали в определённую позицию, — Батман фондю. — Ну пожал… — Деми ронд. — Вы меня слушает… Шевченко все это время раздраженно сверлила взглядом Никифорова, меняя позиции ног и рук. Из-за него почти не было слышно слов Барановской. Прицепился же... — Деми плие. — Прошу-у-у, — Никифоров, кажется уже совсем отчаявшись, начал дёргать Лилию за руку. Женщина хмуро глянула на светловолосого и увидев его взгляд, тяжело вздохнула. Рука потянулась к проигрывателю, чтобы остановить музыку. — Ладно, только отстань от меня наконец и дай нам спокойно начать занятие. Девочки, в линию! — всё встали как по команде. — Давай, смотри, какие у вас там параметры! Виктор начал рассматривать девушек. — Ну.... — мужчина задумался, из-за чего его лицо стало ещё более привлекательнее, — Надо высокую и чтобы на коньках стоять умела. — Кхм, — Барановская оглядела девушек, — Сейчас кого я назову, сделают шаг вперёд. Так… Дарья, Евгения… Анастасия… — девушка хотела возразить, но увидев взгляд Барановской, сделала шаг вперёд с расстроенным лицом, — Кристина и Карина. Кто из вас умеет кататься на коньках? Никто не поднял руку, кроме Кристины, девушки довольно миловидной внешности и веснушками по всему лицу. Её осанка была ровной, словно у неподвижной статуи, а взгляд мягок. Но милая внешность скрывала в себе уйму плохих качеств, о чем не по-наслышке знала Настя. — Честно, Анастасия, — Лилия посмотрела строгим взглядом на Шевченко. — Но… — Я знаю, что вы выкладывали фото, где вы были на коньках. Не лгите. Настя надула щёки и смотря в пол, подняла руку. Вот же... — Прекрасно, — Никифоров хлопнул в ладоши, — Завтра, в 9 утра, жду вас двоих в ледовом дворце. Прошу не опаздывать! — С этими словами мужчина спешно вышел из зала. *** — Фух… Сегодняшняя тренировка была сложнее, — рыжая девушка плюхнулась на скамейку. — Ага, но для меня вдвойне, считая то, что меня схватил сердечный приступ, когда сестру не взяли, — Настя открыла свой шкафчик и начала переодеваться, — Ещё и этот, со своими коньками… — Да ты должна радоваться, что тебя вообще заметили! — Кристина копалась в своём шкафчике, — Хотя, вряд-ли ты вообще пройдёшь пробу.. — Да я только рада буду, — промямлила Шевченко. — Ну, пока, девчонки. Вряд-ли мы увидимся, я же буду на коньках, — с этими словами Павлова махнула рукой и вышла из раздевалки. — Бесит, — рыжая вскочила, — И кем это она себя возомнила?! Врезала бы! — Успокойся, Жень. Мне кажется, когда Кристина не пройдёт пробу, перестанет так звездиться, — сказала Даша. — Да! — поддержала её брюнетка. — Точно! Настя, ты должна обойти её! — Женя победоносно подняла кулак, уверенно смотря на ошарашенную брюнетку. — Бросьте, девчонки... Вы же знаете, что я на дух не переношу Никифорова! Да и хотите ли вы чтобы она вообще вернулась? — За то молчать в тряпочку будет! — зеленоглазая посмотрела на Шевченко, — Её должен кто-то наконец поставить на место. — Ну, время покажет, — девушка улыбнулась и взяв сумку, открыла дверь, — Пока, девки! — Пока, мы верим в тебя! — почти все хором крикнул ей в след.