Касание

*** – Диван, интернет и еда! Что ещё нужно для счастья? – забралась на мягкую мебель Алексис, в позе “голова внизу, ноги вверху на спинке”. – По “BBC” должны “Шерлока” крутить! – воскликнула восторженно девушка, ища нужный канал. – Что за Шерлок? – спросил Лафайет, садясь рядом с русой. – И о чем вы с мадам Гамильтон говорили там? – поинтересовался он, имея в виду инцидент на улице. – О фанфиках… – задумчиво проговорила русая. На нее смотрели так же непонимающе, требуя ответов. – Что это? И почему мадам Гамильтон так смущалась? Что за "кинк"? – засыпал вопросами невесту парень. – Ну… Это такой жанр… – протянула девушка, пытаясь подобрать нужные слова для объяснения. – Ладно, спрошу у мадам, когда они с месье Александром придут, – хмыкнул Жильбер, осознав, что ему мало что объяснят. – НЕТ! – резко воскликнула русая, переведя взгляд на парня. – Почему? – не понял тот. – Ну… Просто не надо… – Ладно… – слегка не понимая пожал плечами тот, взглянув в экран телевизора. – Нотр Дам сгорел?!! – шокированно выпалил он, глядя на полу-разрушенное здание собора, которое показали по телевидению. – Да… Неисправность при реставрации… – огорченно вздохнула девушка, смотря на достопримечательность. – Кошмар… – побледнел парень. – Сэ террибль… (с фр. – Это ужасно…) – … Так. Я хотела посмотреть сериал, а не ещё раз разочароваться в человечестве, – переключила канал русая. Входная дверь хлопнула, пропуская внутрь чету Гамильтонов. – Я к себе, переодеваться! – мгновенно оповестила всех Байс, со скоростью света рванув наверх. – Андерсон заткнись, ты понижаешь айкью всей улице! – донеслось до Алексис, после чего послышался смех. – Благодарю Джон! Вы меня явно с кем-то перепутали! Как всегда… – парировала русая в ответ. – Нет, я прекрасно знаю, как ты выглядишь, – ехидно донеслось сверху. – А вот ты по-моему забыл, что я не Джон! – Оу! Ну знаешь. У меня нет места, чтобы запоминать ваше имя, Мориарти! – недовольно прокричала Алек – Что, чертоги разума засорились? – весело хихикнула чертик, выглянув с лестницы уже в домашней одежде. – А я говорил, что нужно убирать свой сральник! – на русском важно произнесла она. – Скучали по мне? – наконец-то нашла нужный канал Романова, попав как раз на начало серии. – Да! Очень! – весело ответила Байс телевизору, протопав на кухню и улыбаясь. – Да здравствует чай! Зеленый. Кто-нибудь будет чай? – донеслось с кухни шуршание упаковки чего-то съестного. – Я буду воду! Быстрее! Там Джон и Шерлок уже щас встретятся! – с восторгом воскликнула Алексис, приняв сидячее положение. – Иду! Бегу! Ай! – послышался грохот на кухне. – Кто поставил тут этот дурацкий стул?.. Больно… – далее последовало шипение и матерные обороты на итальянском. – Походка кошки, грация уровень: Андерсон! – Завались, Шерлок… У меня теперь голова болит… – простонала блондинка, держась за ушибленный затылок и шикнув. – Губит людей вода, да… – прошипела она. – Зачем он бьет мёртвое тело плетью?... – спросил, зашедший в гостиную, Александр. Байс мгновенно вспыхнула и как-то съежилась, пытаясь отползти обратно в кухню. – Шерлок проверяет кровообращение у трупа, путем эксперимента! Бенедикт Камбербэтч это что-то! – протянула Романова – Я за чаем… – нервно проговорила итальянка, уползая обратно. Ну а так как делала она это спиной… – Да туа ж мадрэ! – снова послышался грохот и маты на итальянском. – Опять этот гребанный стул! За что?! – Сэр Конан Дойль в гробу перевернулся… – протянула Алексис. – Байси, ты в норме? – направился к кухне Александр. – Да! Все хорошо! Все просто отлично! Я в полном порядке! – протараторила та, мгновенно поднимая стул и ища пути отступления и глядя на окно. – Да, кстати. Вы тут смотрите, а я резко захотела на улицу! Сейчас на пляже должно быть хорошо видно закат, а пропускать такие эффектные фотографии себе дороже! – вылетая на улицу крикнула Романова,доставая телефон. – Т-точно, вечер же… Я на крышу, – заявила блондинка, нервно проходя мимо Александра. Тот слегка нахмурился, схватив девушку за руку. – Ты меня избегаешь? – хмуро спросил он. – Ч-что?.. Н-нет… – покраснела та, робко глядя на парня. – Я тут лишний… – молча вышел француз из гостиной, отправившись за невестой, на улицу. – Ну вот, выгнали человека… – пробормотала черт, глянув ему вслед, после чего до нее дошло осознание, что она снова осталась наедине с шотландцем. – П-прости… Я не… Это не… Я не избегаю!.. – зажмурилась она, напрягшись. – Я просто… Я… Чертики зеленые… – сдулась зеленоглазая, виновато глядя на мужа. – А как это называется? Ты даже не можешь посмотреть мне в глаза! Что случилось? – не отпускал руку блондинки парень, внимательно смотря на девушку. – П-почему? М-могу… – подняла глаза та, с робостью глядя на Гамильтона. – Блин… – тут же отвела взгляд она, покраснев еще сильнее. – Нет уж, так не пойдёт! – Алекс взял ту за подбородок и повернул к себе. – Что случилось? – смотрел в зелёные глаза жены шотландец, немного нахмурившись. Та просто рвано выдохнула и впилась тому в губы долгим поцелуем, обнимая. После того как воздух закончился, она прижалась к парню. – Ты случился… – тяжело дыша проговорила она, подняв на мужа взгляд. Тот немного оторопел от действий девушки, но моментально обнял ту, зарываясь рукой в волосы итальянки. – Я тебя люблю… Санта Мария, как же я тебя люблю… – прошептала та, словно в полубреду. – И так боюсь себя… Трусиха… – снова зажмурилась она, прижимаясь к Алексу. – Я тебя тоже люблю, – пробормотал в макушку той Александр, закрыв глаза. – Прости, я просто всегда думаю о чем-то настолько стремном… – неловко замялась Байс. – Ну вот, я от нервов уже даже словечки Алек вставлять начала… Хах… – слегка усмехнулась она, после чего посмотрела на мужа и ненадолго замолчала. – Поцелуешь меня? Как в тот вечер… – спросила она, после паузы, вглядываясь в глаза парня. Тот выполнил желание жены с большим удовольствием. – Я никому тебя не отдам… – шепотом произнесла девушка, дотронувшись до щеки Гамильтона. Осторожно, будто касалась чего-то неимоверно ценного, важного… Так оно и было… Для нее, в этот мгновение, не было никого ценнее… *** Алексис в это время уже добежала до пляжа. Идя по песку босыми ногами, прямо к воде, русая наслаждалась моментом уединения с природой. – Думаешь снова пойти купаться? – донеслось до нее сзади. Сероглазка обернулась, смотря на француза. – Нет конечно! – повернулась обратно а пейзажу та. – Серьезно? Такое возможно? – весело улыбнулся тот, с толикой ехидства, подойдя к невесте. – Нет, ну вообще предложение довольно заманчивое, ибо сейчас вода должна быть очень теплой и спокойной, но у меня с собой телефон… Хотя, когда это меня останавливало, верно? – зашла в воду по щиколотку девушка. – Никогда не останавливало, как я посмотрю… – хмыкнул Жильбер, вслушиваясь в шум прибоя. – Море… – пробормотал он. Большую часть путешествий он провел именно на кораблях, поэтому, фактически мог назвать себя моряком, с небольшой натяжкой. – Ночью будет дождь, – оповестил Алексис он, вглядываясь в горизонт. – Пусть будет, я люблю дождь! Правда последствия, в виде болезни, меня не очень вдохновляют… – сфотографировала закат русая. – Ничего. Думаю, мадам Байс об этом знает. А если знает, то и решение найдет. У вас с ней есть эта общая черта… Находить выход из ситуации в самом неожиданном месте, там где его, казалось бы и быть не может… – улыбнулся парень, глядя на розовеющее небо и усевшись на песок. – И как у вас так получается только?.. – задумчиво проговорил он, бросив взгляд на Романову. – Прикольно… Смотри какая красивая! – вытащила из под воды бежевую ракушку Алексис, подняв её, как триумф, над головой. – Очень… – глядя на невесту улыбнулся Лафайет, лишь мимолетно посмотрев на находку. – Просто чудесная… – тихо проговорил он, наблюдая, как улыбается девушка, рассматривая ракушку. Эта улыбка буквально завораживала француза. – А почему ты не дома, кстати? Там же сериал, – склонила набок голову Алек, повернувшись к парню. – А? Ох, ну… У мадам и месье Александра серьезный разговор, – усмехнулся тот. – Ура! Я скоро стану тётей! – прыснула в кулак Романова – Не думаю, что настолько серьезный, – хмыкнул Жильбер. – Хотя, как знать… – протянул он, нащупав рукой маленькую гальку и бросив в воду, подальше от берега. Камешек булькнул, подняв немного брызг. – Думаю, что этих снимков будет достаточно, – положила телефон в карман девушка, уже предвкушая прилипший песок и не самые приятные ощущения при выходе из воды. – Зачем они тебе? – с любопытством посмотрел на нее Лафайет. – На память! – выходя из воды сказала русая. – Ну… Если на память… – протянул парень. – Почему, когда я иду до воды песок тёплый, а по возвращении на сушу он холодный! Я останусь в воде… Буду рыбкой… – разочарованно проскулила русая, запрокинув голову вверх. – Скорее русалкой или сиреной… – пробормотал француз. – Простудишься… – Я ни рыба, ни мясо… – весело улыбнулась Алексис, гордо стоя возле берега. – Ты отдельный вид, – важно и серьезно кивнул маркиз, но смешок все испортил. – Ага. Русалка наоборот!.. Надо бы нарисовать это существо… – задумалась сероглазка, немного нахмурившись. Парень быстро представил себе "русалку наоборот" и зашелся в приступе смеха. – Боги… Ха-ха… – поднял взгляд на девушку он, утирая выступившие от смеха слезы. – Нет, это… Ха-ха… – Что ж, думаю, что посмотреть на это будет интересней… – прыснула в кулак Алексис, представив, как это нечто бегает на двух человеческих ногах. – Мое воображение когда нибудь меня убьет… – смеясь произнес Лафайет, прикрыв лицо рукой. – Кхм… Да… Селедка… Под шубой… Это название резко приобрело буквальный смысл… – Да… – русая зевнула в руку, все также стоя в тёплой воде. Усталость после перелёта все же достигла своего и девушка, смирилась с тем, что ей придётся переться по холодному песку от берега до дома. Тяжело вздохнув, сероглазка поморщилась и положила ракушку в карман. – Устала? – спросил Жильбер, поднимаясь с песка. – Да, немного, как всегда… – подняла глаза на парня та, немного прикрыв их. – Понятно, – усмехнулся тот, подняв девушку на руки и осторожно прижав к себе. – Идем в дом? – Угу, – вцепилась в футболку русая. – Тебе нужно больше отдыхать, – покачал головой француз. – Зачем? – спросила та, открыв один глаз. – Затем, чтобы появлялись силы что-либо делать, – как маленькой пояснил тот. – Да и я волнуюсь немного… – уже тише добавил он. – Ну раз ты волнуешься, то буду больше отдыхать, – немного робко кивнула та, слабо улыбнувшись. – Спасибо, – усмехнулся Лафайет, осторожно открывая дверь дома и заходя внутрь. Временное жилье встретило тишиной, что было довольно непривычно. – Похоже разногласия все же улажены, – хмыкнул маркиз. – Классно… Может уже поставишь меня? Тебе же тяжело, наверное, – пробормотала Алексис, не смотря вниз. – Ни капли. Ты фактически ничего не весишь, – заметил француз. – Ну что, ляжешь спать или посмотришь что-нибудь, как обычно? Учти, в любом из этих вариантов я тебя поддержу, хотя второй мне не очень нравиться. – Я порисую, – оповестила парня Романова. – Как скажешь, – невозмутимо кивнул тот, направившись вверх по лестнице, не отпуская русую. Алексис молчала, да и говорить особо не видела смысла. Она не видела ничего плохого в том, чтобы просто молча побыть с любимым человеком. Русая улыбнулась своим мыслям, немного покраснев. Благо в доме был тусклый свет и лица не было видно… По крайней мере, так считала девушка. *** Утро. Вы все ждете чего-то необычного верно? Хм, ну… Я вас немного разочарую. Никто ни за кем и не думал гоняться. А из происшествий было лишь то, что проснувшись от будильника Байс запустила свой телефон в стенку, разбив его и снова попробовала заснуть, в полусонном состоянии ища что-то теплое, что можно было бы обнять. Как ни странно, оно лежало у нее под боком и спокойно спало. Для осознания потребовалось десять минут. А что вы хотите? Человек, тьфу, то есть черт, только проснулся! Когда до нашего жирафа дошло, что что-то не так, блондинка "слегка" смутилась. Впрочем, это никак не повлияло на объятия. Разве что они стали осознанней. Прикрыв глаза, зеленоглазая немного улыбнулась, положив голову мужу на плечо и снова медленно проваливаясь в сон. Во второй раз пробуждение было где-то в районе одиннадцати. И стоило девушке открыть глаза, как ее встретили улыбкой. – Доброе утро… – усмехнулся Гамильтон, целуя ту в лоб. – Д-доброе… – смутилась итальянка. – Сколько времени?.. – Одиннадцать двадцать, – просветил супругу парень, взглянув на мобильные часы. – И ты разбила телефон о стенку, да… – Он зазвонил в восемь. Я не виновата, – пробурчала та, поднимаясь с кровати и ища взглядом домашнюю одежду. Найдя оную, Байс тут же надела привычную футболку с шортами и бросила одежду Александру. – Как думаешь, Алек еще спит или уже нет? – поинтересовалась она, приводя в порядок волосы и заплетая низкий хвостик. – Скорее всего нет, – хмыкнул тот, одев майку. – Уже практически обед. – Вот и проверим! – усмехнулась та, немного прищурившись, направившись к двери. Впрочем, ей последнюю даже открыть не дали. – Хелоу! Итс ми! – с ноги выбила дверь Романова. Байс только и успела отскочить, испуганно схватившись за сердце. – Ты меня решила до инфаркта довести, туа мадрэ?! – сдавленно проговорила она, успокаиваясь. – Ты должна это увидеть! – схватила за руку блондинку Алекс, затаскивая ту в комнату, к столу, – Это человекоподобная рыба! – показала блокнот с рисунком русая, аки “безумный ученый”. – Чего?! Какая еще… Пффф!.. – прыснула Байс, глядя на селедку, с ногами модели в сетчатых колготках. – Ч-что это?.. Ха-ха-ха! – засмеялась она. – Это… Ой, не могу… – Жильбер оценил! – с блестящими глазами объявила русая. – А кто бы нет! – хохоча фыркнула девушка, усевшись на диван и заливаясь смехом. – Русалочка, реалистичная версия! Колдунья подарила ноги, но отобрала голос, вместе с человеческой башкой! – хихикая произнесла чертик. – Печально, что так обычно и происходит. – вздохнула Алек. – Кхм… Стеклоед-философ, – успокоилась блондинка. – Ну спасибо! Теперь заряд позитива на весь день обеспечен! Я думала лучше уже не будет, – хихикнула она. – А спонсор этого вечера селедка с ногами! – Сейчас утро… – неуверенно протянула русая, зевнув в кулак. – Ну и что? Так. Ты что, опять не спала всю ночь?! Куда смотрит месье, пока ты гробишь свое здоровье? – слегка нахмурилась зеленоглазая. – Точно! Я же хотела позвонить Игорю! Чтобы он тебе и Алексу зрение исправил! – хлопнула себя по лбу Байс. – Трезубец остался в 18-ом веке, в моем домике... Блинчики. Значит придется по-старинке – менталом. Не люблю я с ним работать… – слегка скривилась она. – Поговорю с Игорем где-то через полчаса. А пока чай попьем, – заявила она поднявшись с дивана и направилась на кухню, хлопнув в ладоши. – Можно мне доспать? – c, буквально, закрытыми глазами проскулила русая. – Нужно! Живо пошла к себе и заснула! И чтоб два часа дрыхла, как минимум! А с месье я поговорю на этот счет! Он мне за тебя головой отвечает, – хмыкнула Байс, схватив подругу и потащив ее наверх. – А можно не надо?.. – жалобно посмотрела на подругу та. – Алексис! На пару секунд отвернулся! – раздался возглас с другого конца коридора. – Так, это последний раз, когда я оставляю тебя одну! – слегка нахмурился маркиз, подойдя к девушке и поднимая ее на руки. – Побег не удался… Отпустишь? Я так больше не буду… – посмотрела на жениха Романова, зевнув в руку. – Ни за что! Идем! – хмыкнул тот. – Благодарю, мадам, – слегка кивнул блондинке он. – Пустяки, компадрэ, пустяки. Будьте внимательней, а то еще и на улицу сбежит, – посоветовала зеленоглазая, сверля подругу строгим взглядом. – Глаз не спущу, – серьезно произнес тот. – А может все же отпустишь? – не оставляла попыток встать на твердый пол русая. – Нет, – хмыкнул тот, игнорируя трепыхание невесты и направившись к спальне. Байс кивнула, улыбнувшись и направилась вниз, не оставляя надежды на чай. С кухни тянуло запахом свежесваренного кофе, что немного удивило девушку. Заглянув в комнату она с удивлением увидела Александра, разливающего кофе по чашкам. – Алекс? – с легким недоумением спросила итальянка. – Вкусно пахнет… – О, я просто подумал… Ты кофе любишь, вот я и… – улыбнулся тот, поставив кофейник на место и немного смутившись. – Это очень мило, с твоей стороны, – мягко улыбнулась в ответ Байс, забирая свою чашку и пробуя. – Очень вкусно, спасибо, – кивнула она, бросив задумчивый взгляд в окно. Александр просиял, приняв гордый вид. Ему было приятно, что девушка оценила напиток. Учитывая то, сколько раз он пытался его переделать – очень приятно. Байс потерла запястье, отставив чашку и не отводя взгляд от панорамы за окном, о чем-то задумалась. – Ты когда-то давно говорила мне про твои шрамы… – начал Александр, отставляя свой кофе. – А?.. А, да… Они остались от глупых мыслей… – мягко улыбнулась блондинка, наблюдая за облаками. – Они ужасно выглядят, я знаю. – Покажи, – серьезно сказал парень, посмотрев на блондинку. – З-зачем? – не поняла та, слегка недоумевая, но рукава послушно закатала до плеч. – Ты же их видел уже… – Ну и что? – высказал железный аргумент в свою пользу Гамильтон, взяв руку жены и внимательно всматриваясь в шрамы. Рубцы тянулись сплошным потоком, вплоть до локтя, где обрывались рядом с веной. – И тебе не противно на них смотреть?.. – удивленно спросила зеленоглазая. – А должно? Это часть тебя, а все что с тобой связанно, автоматически не может быть противным мне, – решительно заявил тот. – Вот как… – улыбнулась та, слегка грустно. – А мне стыдно их кому-либо показывать… Я была очень глупой тогда… – усмехаясь проговорила она. —— – Ничего… Ничего от пары порезов не будет… Все будет хорошо… – бормотала блондинка, лет тринадцати, сидя на полу заброшенного дома. Когда-то давно тут жила ее семья… Когда-то давно тут жила ее сестренка… Когда-то давно она не чувствовала боли… Когда?.. Первый раз, когда в голову пришла эта затея, был после смерти Ади… Она хотела за ней… Так хотела… Но знала, что если так поступит, то скорее всего ничего не увидит. Ади не будет. Больше не будет… Никогда… Сегодня был день рождения младшей сестренки Байс – Адель. Ей должно было быть десять… Могло было быть десять… – Ади… Прости меня… Прошу… Я-то себя никогда не прощу… – рыдает девочка, пустым взглядом сверля заляпанный пол. Крови там уже давно нет, но зеленоглазая видит там кровавые пятна. Видит лежащую на полу девочку, а рядом с ней трупы солдат. Видит и не может держать всю боль в голове. Поэтому тянется к ножу… Как к последнему что у нее осталось… Никого нет… Только она и блестящее лезвие. —— “– Ничего. Это всего лишь порез… От нескольких ничего не будет… Я же не собираюсь… самоубиться… – нервно усмехалась русая девочка с окровавленным лезвием в руке, – Я всего лишь заглушу боль и все… Заберите меня с собой… Пожалуйста… Я не хочу больше так жить… Девочка упала на пол, держась на руках, с которых стекала кровь, пачкая бетонную поверхность заброшенного здания. – Вы обещали! Вы мне все обещали, что будете со мной! Почему? Зачем было лгать?! – кричала в пустоту та. По бледному лицу скатывались слезы от безысходности и… одиночества. Было больно… Внутри все зажато, как тисками, от этого стало не хватать воздуха и русая закашлялась. – Зачем? Ответом ей было эхо и оглушающая… тишина. Больше нет ничего, ради чего стоило бы жить, но влачить свое жалкое существование, назло врагам, – да. Днем, – маска из лживых эмоций и чувств, а под вечер лезвие бритвы и ванна с ледяной водой. —— Блондинистая девушка сидит в закоулке между домами. На ней надета блузка и красная юбка, заляпанные грязью улицы. Но ей плевать. Она должна выглядеть хорошо. Сегодня… Сегодня прием у дядюшки. Будут гости… Она должна выглядеть хорошо и не позорить родственников. Хах… Где они были эти родственники?.. Зачем вообще взяли ее к себе?.. Чтобы каждый раз, когда она проходит мимо плевать в спину "Бастардо"?! Чтобы каждый раз называть ее ублюдком и выкидышем рода, когда что-то идет не по плану дядюшки?! Чтобы ненавидеть?! – Зачем?.. Что я вам всем сделала?.. За что?.. – в пустоту спрашивает девушка. Она не плачет. Уже давно не плачет. Она разучилась… Краем глаза блондинка замечает блестящий острый осколок стекла и тянет к нему руку. Заражение крови… Плевать… Она умрет и ее даже не вспомнят… Нет, так нельзя! Она не должна умирать! Она будет жить! Всем на зло. Мозоля глаза и видя ненависть даже на лицах прислуги. Она выстоит… – Выкусите… – бормочет зеленоглазая, царапая руку ногтями, сжав зубы. – Я справлюсь… Вы еще увидите… Вы еще заплатите… ____ – Ты слишком странная… – парень с блондинистой шевелюрой повернулся к русой, слабо улыбаясь и идя рядом с девушкой. – Тебе четырнадцать и ты не можешь выдать что-нибудь оригинальнее? – флегматично фыркнула та, зыркнув на парня ядовитым ртутным взглядом, – Мне постоянно приходится слышать подобное, так что если тебе так хочется завоевать мое внимание, будь добр, – придумай что-нибудь, мон ами. – Правда. Твой мир где-то далеко… Ты как будто здесь, рядом, но так далеко… знаешь, я давно хотел тебе сказать… – Оревуар! – Орэвуар… И снова родственники и их знакомые, коллеги, друзья… а она отстраненно наблюдает за сборищем, втихаря заглушая любые мысли алкоголем. Русая посмотрела на недавнюю рану возле вены и дрожащими руками провела по ней. “Нет, я не умру так просто… “ —— Взрослая девушка, лет шестнадцати сидит за большим обеденным столом, где на нее смотрит фактически каждый. Только что прозвучала тема помолвки блондинки. Та никак не отреагировала, поправив длинную перчатку без пальцев, взяв в руку вилку и спокойно отрезая кусок от мяса. Внешний холод, спокойная маска. – Почему именно эта ублюдочная бастардо должна выйти замуж за графа?!! – разрывает тишину вопль одной из кузин. Черноволосая девушка с холодными, полными отвращения глазами, смотрит на зеленоглазую. В речи сквозит ярость. – Это решение самого графа и обжалованию не подлежит! – стукнул кулаком по столу сидящий во главе пожилой мужчина, отставной генерал. – Как он сказал, так и будет, ясно?! – Как пожелаете, дядюшка, – встает из-за стола блондинка, присев в книксене. – Простите, я должна идти в свою комнату. Мне что-то нездоровиться. – Иди, – коротко бросает глава семейства, прикрыв глаза. Но девушка знает, он тоже смотрит на нее с ненавистью. Она никому не нужна. Лишняя… Ошибка… Дверь в комнату закрывается за спиной, с громким хлопком, а зеленоглазая подходит к письменному столу, достав скальпель и делая на руке аккуратный, фактически хирургический надрез, наблюдая за каплями алой жидкости. – Нет! Ты не тронешь моего графа! Ло одио! Куинди сэй морто, ла креатура!(с ит. – Ненавижу! Чтоб ты сдохла, тварь!) – врываеться в комнату черноволосая, бросаясь на блондинку. Скальпель перерезает вену на одной руке, вонзаясь во вторую, с удивительной точностью. Зеленоглазая смотрит на голубоглазую с отчаянием. – Помоги… – черноволосая же просто стоит и смотрит, как из ран хлещет кровь. – Помогите! Кто-нибудь! – на крик сбегаются слуги. Но они ничего не делают. Они просто смотрят… – Я не хочу… Я хочу по-другому… Простите… Я помеха… Я все понимаю, но… Я так хочу жить… Помогите… Прошу… – девушка теряет сознание, чтобы лишиться всего. Никто не придет ей на помощь… Никто не отзовётся… Никого нет рядом. Она умрет в одиночестве. "Ади… Прости меня…" – это было последним о чем подумала девушка, а последним что она видела была улыбка черноволосой. – Прости, Витта… Я не хотела… – тихо шепчет блондинка, отдав на это последние силы и навсегда закрывая глаза. ______ – Ч-черт! Кровотечение… С-слишком глубоко… – на полу собственной квартиры в ванной комнате сидела русая девушка. Вокруг валялись бинты и на одном из них, покоилось окровавленное лезвие. Голубая футболка и серые шорты девушки испачкались в крови. Сама русая судорожно сжимала рану из которой шла кровь, не останавливаясь. Нащупав ремень, та моментально затянула его вместо жгута, перекрывая поступление красной жидкости в руку. Кровь остановлена, бинты на прежнем месте, ванна отмыта… – Чем бы заняться? .. “Вызов чертика”? .. Надо заняться на досуге. – лазя в телефоне произнесла вслух русая. – Тебе бы понравилось, “король”... – хмыкнула девушка, смахнув выступившие слезы. *** Алексис, резко вскочила, часто дыша. Романова посмотрела на покусанные и порезанные руки в области вен. От воспоминаний выступили слезы, которые русая, казалось, не замечала. – Алексис… – тут же обняли русую, прижимая к себе. – Это все просто сон… Просто сон… Я рядом… – сжал руку девушки своей Жильбер. Сероглазка повернула голову и посмотрела на парня. – П-прости, я снова плачу… – тихим сиплым голосом сказала Алек, всхлипнув. – Не смей извиняться, глупенькая… – поцеловали ее в лоб, обняв сильнее. – Все в порядке. Я рядом. И буду рядом всегда. Клянусь всем, что у меня есть… От слов парня, у Романовой кольнуло в сердце. Было приятно знать, что дорогой ей человек клянется, что всегда будет рядом, но… “Они тоже клялись… “ – слезы никак не останавливались, хоть русая прилагала большие усилия. – Ни за что не оставлю… Ты от меня так просто не отделаешься… Если понадобиться, из мертвых воскресну… Но не оставлю… – поцеловали ее в губы, прикрыв глаза. Взгляд был встревоженным и обеспокоенным. – Я боюсь. Жильбер, я очень боюсь потерять тебя, Байс и Алекса, с остальными. Я уже потеряла дорогих мне людей и не хочу еще раз через это проходить и особенно видеть, как страдают другие, – дрожащим голосом произнесла русая, вытирая мокрое, от слез, лицо. – Я сделаю все, чтобы ты больше не рыдала. Я так хочу видеть твою улыбку… Улыбнись, ради меня… Я больше никогда не позволю тебе испытывать боль… – шептал парень, прислонившись лбом к макушке невесты и запустив руку той в волосы. – Обещаю… – Спасибо… – слабо улыбнулась Алексис, подняв взгляд на француза. Тот ничего не сказал, вновь целуя девушку, вместо ответа и отгораживая ее от остального мира. – Жю тем… (с фр. Я тебя люблю…) – тихо прошептал парень, глядя в серебряные глаза. – Мо си… (с фр. Я тоже...) – аналогично ответила русая, закрывая красные глаза и успокаиваясь в руках жениха. – Поспи, мон шер… Отдыхай… – прижал ту к себе парень. Он не знал, что пришлось пережить Алексис, но он точно знал, что не допустит такого вновь. *** – Да, я совершила глупость… – мягко улыбнулась Байс, с какой-то грустью глядя на рубцы. – И ее уже не исправить… Так забавно все вышло… По случайности… – проговорила она, вдруг застыв и пустым взглядом посмотрев на руки. – Ади… Ты тоже… Из-за случайности… Будь я немного внимательнее… Я не смогла увидеть тебя даже после смерти, сестричка. Прости меня… Ненавижу себя за то, что позволила этому произойти. Прости… – проговорила зеленоглазая, вновь увидев на своих руках кровь, будто очутившись в старом доме… Где каждая вещь служила напоминанием… О том что никого нет рядом. – Никто не придет… – прошептала девушка, словно в полубреду, глядя на тот самый надрез скальпеля. – Никто… – Байси! – окликнул девушку Александр, взяв руку той за запястье и отводя её в сторону. – А?.. – будто очнулась та, посмотрев на парня немного затуманенным взглядом. Ее не звали… Не могли звать просто по имени… Такого не могло быть… – Да?.. – все еще будто в тумане произнесла та, видя перед собой старый пустой дом. Ей показалось… Точно показалось… Александр резко притянул девушку к себе, поцеловал ту в губы, приводя в сознание. – А… Прости… Я что-то задумалась… – криво усмехнулась итальянка, придя в себя. – Я просто… Ох… – пробормотала она, заметив что ее руки дрожат. – Вот же… – блондинку немного трясло. – Чертики зеленые… Я… Я просто… – запинаясь пробормотала она, пытаясь подавить внезапно накатившую истерику. – Тише… Все хорошо… Ты не одна, Байси. – погладил по голове жену Алекс. Он знал этот пустой взгляд, потому что каждый день видел этот взгляд в зеркале… – Я… Нет?.. Я… Прости… Я просто… Ади… Из-за меня… И все это время… Я не могу… Прости… – пытаясь не рыдать проговорила она. Слезы не выход. Никогда не были выходом… – Если хочешь плакать, то поплачь. Слезы не выход, конечно, но от этого становится легче, – продолжал гладить по голове блондинку Гамильтон, прижимая её к себе. Та просто уткнулась лицом ему в грудь, наконец позволив себе тихо зарыдать. Она молчала, не издавая ни звука. Слезы просто текли сами по себе и падали на пол. – Я жалкая… – хриплым и дрожащим голосом проговорила зеленоглазая. – Какая же я жалкая… Прости… – прикрыла глаза она. – Ты не жалкая. Ты самая сильная из всех кого я знаю. Не смотря на то, что мне с детства говорили, что леди весьма слабы, ты – исключение. Я не пережил и одной трети всего, что выдержала ты! Я… – парень уткнулся в макушку Байс, нахмурившись. – Я не знаю, что бы я без тебя делал… – грустно, но счастливо улыбнулся Александр, не собираясь отпускать девушку. – А я знаю… Я знаю… – закрыла лицо руками та, стиснув зубы. – Мы знаем… – вошла в кухню Алексис, нахмурившись. Бросались в глаза красные белки русой, – Ты бы женился на другой, но она бы тебя не понимала, – выпила стакан с водой сероглазка, отведя взгляд в угол. – Я лишняя, понимаешь?.. – тихо спросила Байс. – Алекс, успокой свою жену. Она занимается самобичеванием и жрёт слишком много стекла! – ответила той Романова. – Я спокойна, Дьявол побери! И ничем таким не занимаюсь… – стиснула зубы та, прикрыв глаза. Все вокруг плыло. Картинка менялась, то на дом, то на поместье дядюшки, то на кухню. Словно кто-то разрезал видео и склеил кусочки в неправильном порядке. – Ты бы женился на средней сестре Скайлер, но был бы несчастлив, ибо у вас разные понятия о “любви”. Она не понимала бы тебя и постоянно просила бы остаться дома. А ты, сам, наверное, понимаешь, что сидеть дома, когда твои друзья гибнут за свободу отечества… Да, Элайза добрая и наивная, но эгоистичная… хоть и сама об этом не знает… – уже уходя с кухни, рассуждала вслух русая, ища расческу. Байс просто сидела, пытаясь прийти в себя и вернуться в реальность, но картинки из прошлого мелькали перед глазами настолько реалистично, что девушка начала сомневаться в своей адекватности. Витта, черноволосая кузина, всегда молчала и никогда даже взглядом ее не удосуживала. Но в тот раз… А Ади… Ее сестричка… Она просто смотрела как она умирает… И ничего не могла сделать… Мельтешение картинок перед глазами стало только ярче, принося с собой те самые ощущения присутствия… Это было ужасно… – Александр, держи её крепче и попытайся уговорить её не убивать меня, после этого, – донеслось голосом Алексис. Сама русая, заметившая неадекватное поведение своей подруги, закусила губу и выдохнув. На Байс вылился стакан ледяной освежающий воды… И следом же второй. – ...Спасибо… – хрипло отозвалась девушка. Картинки перестали скакать перед глазами. – Оно не хочет меня убивать?.. Кто ты такая, и что ты сделала с Байси?! – с наигранным ужасом хлопнул по щекам Алексис, немного наклонившись назад на стуле, изображая полнейший крах. – Ты прости, я позже посмеюсь с твоей оригинальной шутки… – опустошенно выдала черт, прикрыв глаза и тут же мгновенно их открыв. – Чтоб его… – пробормотала она, вновь увидев кровавые пятна. – Двух стаканов явно было мало… – убрала челку назад она, выдохнув. – Ладно, я в норме… В полной… – нервно дернув щекой добавила она, выдохнув и прикрыв лицо рукой. – Охотно верю! – не сговариваясь произнесли вместе Алексы, резко непонимающе посмотрев друг на друга. – Я бы пошутила, но не хочу, – хмыкнула Байс, пытаясь подняться со стула, что удалось с трудом, так как ее все еще немного трясло. – Ладно, сейчас только половина второго… Я к себе… Сама… Нет, я в порядке и в помощи не особо нуждаюсь, – покачала головой она. На девушку нахлынуло безразличие к происходящему. Ну сойдет она с ума окончательно и сойдет… Проблема… – Куда? А купаться? – с детским разочарованием в голосе спросила Алексис построив “бровки домиком”. – Не сегодня, прости, Ад… Алек… – пробормотала девушка, покачав головой и немного запнувшись. – Но ты можешь пойти без меня… – предложила она, вяло усмехнувшись. – Спасибо за предложение, но я, пожалуй, откажусь! Без тебя скучно, тем более я тебе ещё не отомстила за полотенце… – продолжала сдуваться Романова, все больше и больше расстраиваясь. – А, да, точно… Ну и что ты там придумала, Великий Мститель? – попыталась поддержать подругу Байс, весело улыбнувшись. Благо с игрой у нее проблем никогда не было. А расстраивать Алексис она не хотела. Александр слегка нахмурился, глядя на улыбку девушки. Что-то было не так… – Ага, так я тебе и рассказала! – фыркнула Романова, прищурившись. – Хитрая бестия… – хмыкнула блондинка, скопировав прищур подруги. – Мстители, версия 2.0… – пробормотала она. – Я бы посмотрела… Тони Старк умер… – погрустнела Алек, – Он умер! Ооон ууумееер! – растянула Романова. – Печалька, – кратко хмыкнула Байс. – И все? А где “Ты наш герой”, “Помним. Любим. Очень любим. Скорбим”? – 3000, я люблю тебя, – проговорила девушка, держа марку эмоций из последних сил. – Ладно, я к себе. Посплю немного. А то будильник сегодня, зараза, в восемь зазвонил, – направилась к себе она, тщетно пытаясь удержать нормальное выражение лица и потому повернувшись к Алексис спиной. – Ладно, отдыхай. А мы пойдём на пляж! Ура! – весело воскликнула русая. – Простите, я тоже побуду дома. Хочу посмотреть пару фильмов, – соврал Гамильтон, бросив вслед Байс взгляд и переведя последний на телевизор. – Ладно… Не хотите, как хотите… – пожала плечами девушка, начиная подозревать что-то неладное. – К слову, где месье Лафайет? – поинтересовался Гамильтон. – Я не знаю. По идее должен быть в комнате, потому что я сбежала от него именно тогда, когда он там находился… – расставил руки в стороны Романова, делая самодовольное лицо. – Алексис! Дьявол побери! – громогласно раздалось сверху. – Если я до тебя доберусь, а я доберусь, то… Не знаю, пока не придумал, что сделаю! Но это будет что-то страшное! – Ладно Алекс, как ты мог услышать – мне пора! – вылетела из кухни Алек, а после из дома, мимолетно кивнув тому. – Где? – вылетел с лестницы Жильбер, зыркнув на Гамильтона. – Пляж, – ответил тот и, дождавшись пока входная дверь хлопнет, моментально поднялся наверх, за женой. – Байси, ты там? – постучал в дверь он. – Да, заходи, – отозвалась девушка, мгновенно убирая пустое выражение с лица. Это легко… Нужно просто сменить роль… – Ты что-то хотел? – спросила она, подняв голову с кровати, на которой развалилась в позе морской звезды, всем своим видом показывая, что все хорошо. Хотя, на самом деле все было совсем не радужно. *** Алексис выбежала из дома, забыв про то, что обычно люди надевают обувь, перед тем, как выйти на улицу. Русая моментально понеслась к воде, ибо именно из-за этого девушка и сбежала. – Алексис! Мон шер, тебе крышка! – заявил Жильбер, усмехнувшись. – Я буду мстить за потраченные нервные клетки! – заявил он,наконец догнав русую и, поймав ее,направился к воде, предварительно оставив ее мобильник на берегу. – ААААА! УБИВАЮТ! – заорала Алексис, пытаясь вывернутся из хватки француза. – Кто? Я? Я нет! – ухмыльнулся парень,крепче стиснув объятия и наконец дойдя до места, где вода доставала поясницы. – Ну что, вы сдаетесь, миледи? Или продолжите убегать? – Я партизан! – гордо воскликнула русая, впрочем, сразу же схватившись за шею парня. – О,так вы не передумали! Печально! Вы любите плавать,верно? – гаденько усмехнулся тот, прищурившись. – Я утащу тебя за собой! – крепче обняв того зажмурилась Алексис. – А я не против! – ухмыльнулся Лафайет, сильнее обняв невесту. После чего просто упал в воду спиной, взметнув брызги. – Жильбер! У меня теперь вся одежда мокрая! – воскликнула Алексис, вытирая лицо от воды. – Высохнет! – весело отозвался тот. – Нечего было удирать! Буду лечить данную привычку водными процедурами! Говорят помогает, – ехидно заявил он, убирая челку с лица. – Свободу попугаям! Сво-бо-ду! – отпустила жениха Романова, но моментально судорожно обняв снова. – Ты не попугай, чтобы об этом кричать, – выдал тот с довольной физиономией, обнимая девушку. – Т-там глубоко! – пискнула Романова, прижавшись к французу. – Знаю, – хмыкнул тот. – Не волнуйся, я тебя никуда не отпущу… – поцеловал русую он. Сероглазка только кивнула, оставаясь в объятиях жениха. Алек доверилась Жильберу, так что находясь в руках француза, русая чувствовала себя защищенной. – На берег?– предложил Лафайет, улыбнувшись. – С большим удовольствием! – согласно кивнула Романова, все так же не отпуская того. Парень направился к берегу, осторожно неся русую. Он чувствовал себя счастливым, от ощущения под боком Алексис. – Может я пойду дальше сама? – повернула голову Алексис. – Не-а. И не проси, мадемуазель "Я-сбегу-как-только-ты-отвлечешься"! – рассмеялся парень, вновь целуя русую. – Ну… Я же к этому быстро привыкну и потом придется тебе меня постоянно на руках таскать! – у русой выступил лёгкий румянец на щеках. – Честно? Всю жизнь бы носил, – на полном серьезе проговорил тот. – Правда? – отвела взгляд девушка. – Да, – коротко пожал плечами маркиз. – Потом не жалуйся! – пригрозила русая, тепло улыбнувшись. – Ни за что, – нежно посмотрел на нее Жильбер, усмехнувшись и поцеловав в губы. – Мон шер, ты самое ценное, что у меня есть, поэтому я буду оберегать тебя… – Самое ценное?.. Самое… – тихо прошептала Алекс, немного покраснев. – Верно. Ценнее тебя, в мире нет ничего, – заявил француз, серьезно посмотрев на сероглазую. Та спрятала лицо в плечо парня, глупо улыбнувшись. Русая почувствовала, как сердцебиение участилось. – Вот и берег, – заявил парень, усевшись на песок. Девушку он так и не отпустил. – Нужно переодеться… – высказала свою точку зрения Алексис, отлепляя от себя футболку. – Тогда идем в дом? – безапелляционно предложил Лафайет. – Ага! – уже хотела выбраться Романова, но ей помешали. – Вот и хорошо, – прижал ее к себе француз, поднимаясь с места. – Я и сама могу дойти! – возразила сероглазая, глянув на жениха. – Ничего, это не значит, что тебя туда нельзя нести, – невозмутимо отозвался тот. – Ну да, веский аргумент… – согласилась Романова, смотря на дорогу. – Рад это слышать, – откликнулся парень. *** Байс поднялась с кровати, сев и недоумевающе глядя на мужа. На девушку волнами накатывала апатия к происходящему. Ей было сложно отыгрывать эмоции. Неужели, за столько лет, разучилась?.. Перед глазами мельтешили кровавые пятна, мелькали образы воспоминаний. Смазанные, нечеткие и расплывчатые. Они вызывали у блондинки лишь головокружение и безразличие. Все кроме одного… Она так и не смогла себя простить. Даже спустя четыреста лет она не может смириться с тем, что Адель нет из-за ее неосторожности. Поэтому, зеленоглазая неосознанно перенесла образ маленькой сестренки на Алексис. Она увидела в Романовой то, какой могла бы быть ее сестра, если бы была жива. С первой встречи. За что корила себя еще сильнее… "Ты – мое солнце! Поэтому не грусти… " Она не будет… Никто больше не увидит. Никто не узнает. Никому это не нужно знать… Поэтому она сейчас старательно держала себя в руках, хоть ей и, впервые, с момента смерти, захотелось вновь взять нож… – Байси, все хорошо? – спросил немного дрожащим голосом Александр, мысленно залепив себе фейспалм за свое высказывание. – “Да, конечно… Идиот, не видишь, что ли, что все плохо?! “ – Я в порядке… – проговорила блондинка, пытаясь подавить накатившую дрож. Картинка снова переменилась… Она видела надгробие… Старое, полуразрушенное, с практически стершимся именем… Это был неизвестный ей человек… Ей были нужны деньги… Обтянутый кожей скелет, в полуистлевшей одежде… А ее семья… Тоже когда-то будет так выглядеть?.. А она?.. – Байс, не ври мне! Посмотри мне в глаза и скажи, что случилось? – попытался вывести девушку из транса шотландец, сев рядом и прижав к себе. – Ничего… Я п-правда в порядке… Я… Это скоро пройдет… – запинаясь пробормотала та, сглотнув. – Почему я вижу то чего нет?.. – шепотом проговорила она, с болью взглянув на Алекса. – Что я сделала не так?.. Почему Ади… Почему родители… Почему… Кому было нужно забрать у меня все?.. Зачем?.. Я так боюсь… Пожалуйста не уходи… – закрыла лицо руками зеленоглазая. – Я никогда тебя не покину, обещаю, – серьезно сказал парень, как-то резко повзрослев лет так на шесть. – Они ничего не говорили… Просто ушли… И я тоже тогда просто ушла… Глупо… Все так и происходит – по случайности… Я не хочу… Не хочу снова! Пожалуйста! – подняла на Гамильтона затуманенные глаза блондинка. Тот вздрогнул, увидев знакомый ему взгляд. Зеленые глаза, которые раньше могли посоревноваться в яркости и блеске с самыми дорогими изумрудами, потемнели и посерели, став похожими на пожухлую траву, затянутую табачным дымом, отравляющим все живое. Он помнил… Помнил, как он из последних сил пытался помочь матери выжить, хотя сам с трудом мог подняться с кровати. Она умерла на его глазах… После неё ничего не осталось… кроме болезненных воспоминаний, которые очень плотно засели в голове, тогда маленького, шотландца. Но он переборол… ему пришлось переступить через себя и свою сентиментальность, чтобы выжить. – Я тоже не хочу… Байси, ты даже не представляешь, как мне больно видеть, тебя такой… Я не хочу видеть твои слезы и ярость, но… лучше хоть какие-нибудь эмоции… Только не пустой взгляд, прошу… – парень обессиленно опустил голову в плечо девушки. По щеке проползла скупая слеза боли от воспоминаний тех ужасных дней. Нет, он не забыл… – Я не хотела чтобы меня видели такой… Прости… Боги, что же я наделала… Прости меня… Простите все… – с суеверным ужасом посмотрела на того девушка. – Я просто… Я… Я всегда ухожу когда происходит нечто подобное… Прости меня… Прости! – мгновенно обняла того она, целуя. – Я виновата! Прости! – прижала парня к себе итальянка. – Я не хотела чтобы меня видели! Я пыталась… Я разучилась играть хорошо… Чертики зеленые… Я так не хотела… – Я понял… – тихо ответил парень, обняв свою жену и не собираясь отпускать в ближайшее время. Ему надо было полностью успокоиться, ибо с нервами не шутят. А “успокоительным” ему служила Байс… Девушка тихо плакала, прижимая мужа к себе и бормотала извинения. Она не хотела, чтобы кто-то переживал за нее. Неужели она разучилась играть?.. Когда такое могло произойти?.. А может это все вина этих странных картинок, что периодически встают перед глазами?.. Блондинка не знала. Ей было плохо от осознания, что она заставила кого-то переживать. Тем более, этот "кто-то" – ее муж. Человек который ее любит… Да за одно неправильное слово или косой взгляд в его сторону она была готова уничтожить любого, не оставив и следа. Но сейчас… Александр ведь расстроился из-за нее. И от этого было невыносимо больно... – Прости… – "Потому что я себя не прощу…" – болезненно отдалось в голове. – За что? – не понял Алекс. – Я заставила тебя переживать… Прости… Я постараюсь, чтобы ты больше не видел меня такой… – пробормотала зеленоглазая, подняв встревоженный взгляд. – Нет, я хочу видеть тебя такой, какая ты есть, а не чтобы моё эго повышалось, – хмыкнул парень, убрав прядь с лица девушки. Ту будто током прошибло. Никто и никогда не говорил ей, что она может быть собой… Всю жизнь на ней будто висел ярлык. Иногда он менялся, но он был. И блондинка следовала ему. Когда она была собой?.. Это было так давно… Или нет? Девушка вдруг широко улыбнулась. Вначале несмело, но потом более решительно. – Хорошо. Только с тобой я чувствую, что у меня это получиться… Хах. Но все-равно прости… – обняла парня она, не замечая слез. Так долго она была "кем-то"... Может ли она снова стать прежней?.. Такой, какой была до того, как все ушли?.. Нет. Но она попробует. – Не могу на тебя обижаться, – ответно улыбнулся Алекс, любуясь изумрудами девушки. Байс только мягко усмехнулась, поцеловав мужа, касаясь его щеки. Входная дверь хлопнула, сопровождая голос Алексис. Помните, как Аарон говорил Александру “Говори меньше”? Так вот… Алексис он бы крикнул “Да заткнись ты уже, задолбала!” и выстрелил ей точно в голову… несмотря на то, что он стрелок неважнецкий… – Алек вернулась… – тихо констатировала блондинка, не отводя взгляда от Алекса и усмехнувшись, вытерла лицо рукой. – Я наверное жутко выгляжу, ха-ха… – выдала тихий смешок она, пытаясь привести себя в порядок и опустив рукава кофты. – Ты прекрасна, как всегда… *** –… так вот! Фанфики имеют жанры, и у каждой книги есть свой возрастной рейтинг и пометки с предупреждениями. – Понятно, то есть это как ограничения по возрасту. Какие-то книги поймет каждый, а какие-то нет, верно? – понятливо кивнул внимательно слушающий Жильбер. – Именно! – гордо провозгласила русая. – Вы уже вернулись? – высунулась с лестницы Байс, глядя на подругу. Ей пришлось навесить легкий морок, так как красные глаза могли все испортить, а на расспросы ей отвечать не хотелось. За девушкой выглянул Александр. – Ты что, курил? – спросила Алексис, выгнув бровь и глядя на слегка красную физиономию подруги. – Нет, я плакал, черт возьми! – хихикнула чертик. – Ладно, отсылочки это, конечно, хорошо, но я тут вспомнила, что хотела позвонить Игорю. – А давай нет? – А давай без "давай"! Надо! – хмыкнула девушка, приложив два пальца к виску. – Игорь Викторович, зараза рогатая! Отвечай! Я знаю что ты там! – недовольно хмыкнула она, задумчиво зыркнув на Алексис, а после на маркиза и гаденько усмехнувшись. – Да, да, знаю я! У меня тут для тебя сюрпрайз. Да нет, не "сюрпрайз мазафака", но тоже новость из разряда "офигеть не встать"... Ага, да. Жду. Ну вот и все. Щас придет, нечисть нерусская, – хихикнула она. – Зуки, ептить тебя коромыслом! Молись! – О, дядя Игорь пришёл… – логично заключила русая, все также обнимая Жильбера, сидя у парня на руках. – Успокойся, чудо-юдо! Иди, вон, лучше, с будущим зятем знакомся, – улыбнулась чертик, взмахнув хвостом и весело глядя на мужчину. – С зятем?! С каким зятем?! Кто? – оторопел Игорь, заозиравшись, после чего наткнулся на русую взглядом. – Племяш… Ну них… рена ж себе… – сдержал мат он, почесав затылок и глядя на маркиза. Стоило сказать, что черт был немного выше француза, поэтому выглядел он довольно грозно. Лафайет, впрочем воспринял "страшный" взгляд мужчины довольно спокойно, так и не отпустив девушку, чем заслужил уважительное хмыканье. – А мы тут немножечко… Пожениться решили… – неловко усмехнулась сероглазка. – Да я заметил, – фыркнул Игорь, прищурившись. – И что, Сильви одобрила?.. – А-ага, – кивнула Романова, даже не думая о своём положении на данный момент. Как-то привыкла русая к этому, вот и не вырывалась. – Понятно… Мы с твоим женихом позже об этом потолкуем, не возражаешь?.. – прожгли маркиза взглядом. Тот, впрочем, никак не отреагировал, с по-прежнему невозмутимым выражением лица, глядя на черта. – Так! Брэйк! – возникла посреди комнаты блондинка, дав подзатыльник Игорю. Тот недовольно скуксился. – Да! – поддакнула подруге Алексис, переведя взгляд на француза, – Отпусти меня на пол, пожалуйста. – Да, конечно, – кивнул тот, осторожно усадив девушку на диван. – Я в комнату. Мне нужно переодеться, ибо кто-то решил покупаться именно так! – направляясь к коридору произнесла та. – Месье, думаю вам тоже стоит сменить одежду, – посоветовала Байс. – А ты их высушить разве не можешь? – хмыкнул Игорь, скептически подняв бровь. – Нет. Я стараюсь не пользоваться магией просто так, – слегка нахмурилась та. Александр, заметив перемену настроения девушки, взял ее за руку. – Я смотрю не только у Алексис жених появился, да? – прищурился Игорь. – ОНИ ЖЕНАААТЫ! – раздался голос Алексис сверху и, моментально, звук захлопнувшейся двери. – Что?! Зуки, мать твою за ногу!!! У тебя муж появился?!! – с охреневшим выражением на лице спросил черт. – Не трогай мою мать! – фыркнула та. – А начальство знает? – нахмурился мужчина. – Нет. Он не принадлежит Аду. И не будет… – крепче сжала руку шотландца девушка, мрачно глядя на черта. – Ты знаешь что будет, когда это раскроется?! Хочешь подставить себя под удар?! – разозлился тот. – Иди нахрен! Я знаю что делаю! Он не будет принадлежать Аду! – рыкнула та, заслонив парня собой. – Вас обоих уничтожат, если узнают! Будь ты хоть двести раз артефактор! – повысил голос тот. – Не ори на меня! Я старше чем ты и способна думать головой! Сказала "нет" – значит "нет"! *** Алексис слышала громкие возгласы своего дяди и Байс, поэтому приняла решение сидеть в комнате. “Спрятавшись” на кровати, русая принялась читать, одев наушники и включив спокойную мелодию на всю громкость. В дверь громко постучали, после чего, не дождавшись ответа, к девушке зашел Лафайет. Романова сидела как ни в чем не бывало и слушала музыку, опустив глаза в книгу. Парень просто подошел и сел на кровать, рядом с невестой, мельком заглянув в книгу и обняв девушку за плечи. Русая моментально сняла наушники и перевела взгляд на жениха, отложив телефон с гарнитурой. –… Там все очень плохо? – спросила сероглазка, кивнув на дверь. – Нет, они немного остыли. Мадам Гамильтон велела тебя позвать. Говорит, что подправит тебе зрение, – погладил девушку по волосам француз. – Не волнуйся, если что я рядом. – Ладно… А вы с мои дядей познакомились? – немного нервно спросила та. – Ну… Скажем так, меня позвали на разъяснительную беседу. Чем это может кончиться – не имею ни малейшего понятия, – абсолютно спокойно пожал плечами тот. – Мне бы твоё спокойствие… – дёрнулась русая. – А зачем волноваться? Я все-равно тебя никому не отдам и уж тем более не позволю чему-то встать между нами, – флегматично хмыкнул Лафайет. Алексис спокойно выдохнула, положив голову на плечо жениха и прикрыв глаза. – Если хочешь, я могу сходить вниз и сказать что ты придешь позже. Ты не устала? – спросил тот, поглаживая русую по голове. – Не-а! Я выспалась и полна сил и энергии, – весело воскликнула Романова, улыбнувшись. – Ну, раз так… – усмехнулся в ответ парень, целуя девушку в лоб. – Идем. Нас ждут, – проговорил он, вновь поднимая русую на руки. – Вот спуститься я могу и сама! – Ладно, слушаю и повинуюсь, мадемуазель, – улыбаясь произнес тот, немного неохотно отпустив сероглазую. – Что ж, меня ждут великие дела… И еда! – спустилась по перилам Алексис, естественно чуть не упав! Это же Алексис… – Тебе лишь бы пожрать! – фыркнула Байс, покачав головой. – Короче вот. Два пациента, – указала поочередно на Алексов она. – Понятно. Ты когда успела зрение садануть, мелкая засранка? Уши откручу! – шутливо взял в захват русую Игорь, потерев костяшками пальцев о ее голову. – Дядь! Ну мне придется опять расчесываться! А зрение я посадила в двенадцать… – вывернувшись из хватки родственника оповестила Романова, отправляясь на кухню. – Ну-ну. Ладно, сейчас проведем тебе быструю нормализацию. И… мужу Зуки… До сих пор не вериться, бл*ть… – протянул черт, глядя на Гамильтона оценивающим взглядом, направившись вслед за сероглазой и махнув рукой, чтобы следовали за ним. Лафайет, следующий за Романовой вновь словил на себе прищур мужчины. – Итак, последние слова вашим очкам? – хмыкнул Игорь, открыв появившуюся из пустоты бутылку с пивом. – Прощайте мои любимые! Я буду вас помнить, как самое лучшее прикрытие… – “Чтобы посылать людей далеко и надолго”. – произнесла Алек, кусая яблоко. – Отлично, – взмахнул рукой над головой у русой черт. – Ну вот, один пациент укомплектован. – Охренеть! – глянула на Жильбера Алексис, – Ты как-будто стал из качества 340 в 760 HD! Какой чёткий мир! – тыкнула в руку жениха сероглазка восторженно рассматривая окружение. – Что ж, я надеюсь, тебе он теперь нравиться больше, – мягко улыбнулся француз, положив той руку на плечо. – Так-с, пациент номер два! Подь сюды, парень, – хмыкнул Игорь, переведя взгляд на Александра. – Только попробуй что-то сделать не так… – прищурилась Байс, на русском, прожигая мужчину взглядом. – Да н-ни за что, клянусь… – вздрогнул он, глядя на темную ауру блондинки. – Мегера… – шепнул Алексис он. – Аля натюрель… – взмах рукой над головой Гамильтона и тот с удивлением рассматривает изменившееся окружение. – Ты тоже это видишь? – спросила Романова, повернувшись к Гамильтону и указывая на стену с нарисованными камушками. – Вижу… А как… – ошарашенно выдал он, глядя на рисунок. – Дьявол побери… Да я в жизни так хорошо не видел! Все настолько четкое! – восторженно улыбнулся он. Байс наблюдала за этой сценой, мягко усмехаясь, напару с маркизом. – Жильбер, если я не ошибаюсь, да? – внимательно прищурился Алькан, смотря на француза. – Да, месье, – невозмутимо кивнул Лафайет. – Нужно переговорить, – черт кивнул Байси, в знак того, чтобы она увела всех, – С глазу на глаз… – Ребят! У меня идея! Хотите посмотреть НD на телике? Зрение теперь у вас не сядет, поэтому привыкайте! – с энтузиазмом предложила зеленоглазая, ис-под тишка показав мужчине кулак. Кухня опустела и только блондинка напоследок сурово взглянула на Игоря. – Я тебя придушу, если что-то пойдет не так, будь уверен, рогатая сволочь… – погрозила этим самым кулаком она. – Байси, ты идёшь? – крикнула подруге русая, включая фильм. – Иду! – мгновенно убежала чертик, оставив Жильбера и Алькана наедине. – Ну. Когда вы успели… заключить союз? – после паузы начал черт, внимательно осматривая будущего зятя. – Месяц назад мадам Сильвия дала разрешение. Сама помолвка произошла месяца четыре ранее, – спокойно объяснил маркиз. – То есть вы сначала помолвились, а потом уже спросили разрешения через четыре месяца? – уточнил старший Алькан. – Так вышло, – пожал плечами француз. – Не было возможности это сделать ранее, назовем это так. Дело в том, что мы с месье Александром не совсем из этого времени, – усмехнулся он. – Я уже понял. Когда свадьба? – не отводил скептического взгляда от парня мужчина. – Должна была быть через месяц. Сейчас даже и не знаю. Я набросал план мероприятия, но… Думаю это затянется месяца на два. Не меньше, – задумчиво проговорил тот. – Можете сразу по возвращении в ваше время, – то ли утверждая, то ли спрашивая высказался черт. Доверие к французу постепенно росло, но взгляд Алькана так и остался внимательным. – Простите, но не получиться. Разве что через неделю… Видите ли, так совпало, что у мадам и месье Гамильтон должна была быть свадьба через три дня… – ушел в размышления Лафайет. – Понял. Значит через неделю после возвращения, – кивнул мужчина. – Любишь её? – выдержав паузу спросил тот. – Больше жизни, – коротко отчеканил парень, бросив решительный взгляд на Игоря. – Только попробуй её хоть пальцем тронуть с мыслью о том, чтобы ударить её. С её головы не должен даже волос упасть! – пригрозил черт. На мужчину посмотрели с суеверным ужасом. – Поднять руку на… На… – запнулся Жильбер, широко распахнутыми, в ужасе, глазами глядя на Алькана. – Успокойся. Я в своей жизни и не такого повидал, – с какой-то притупленной скупой грустью в глазах, произнёс Ай-Гао через зубы. – И все же… Поднять руку на… Да вообще на девушку или женщину! Это… Низость, месье! Я готов вызвать на дуэль такого человека! – мрачно произнес француз. – Вот и отлично, – кивнул Алькан, уважительно улыбнувшись, – За знакомство, зять? – Может не стоит?.. – бросил взгляд на дверь тот. – Не знаю, будет ли Алексис против… – задумался он. – Не будет. – с твёрдой уверенностью в голосе произнёс тот, уже наливая виски себе и французу. – Думаете? Ну… Если так, то я пожалуй соглашусь, – кивнул парень. *** За стенкой сидели Алексис и Гамильтоны, смотря ужастик под названием… – Я хочу посмотреть именно “Кошмар на улице Вязов”! – воскликнула русая, доставая пульт из под подушки. – А я хочу глянуть "Чужого"! – противостояла ей Байс, утаскивая пульт хвостом. – Первая часть – самая лучшая! – Но там же знаменитый… Хотя, если первую часть… – задумалась Алексис. – Вооот… Включаааю… – ухмыльнулась зеленоглазая, нажимая поиск. Александр даже не смотрел в телевизор, просто разглядывая Байс. Впервые он видел девушку настолько четко. Золотистые волосы, яркие, почти салатовые глаза… – ...лекс! Алекс! Ты тут или уже там? – весело осведомилась девушка, пощелкав пальцами у парня перед носом" – Байси! Я знаю, что мы посмотрим! МЫ ПОСМОТРИМ НА ЧИСТОПЛЮЯ И ЕГО КОМАНДУ НЫТИКОВ! – весело воскликнула Алек, подняв руку над головой. – Думаешь? Хотя… Идея вроде неплохая… – протянула Байс. – Капрал Леви, капрал Прави… и ”Черт, они съели Конни”! – активно заерзала на месте в предвкушении Романова. – Хм… Ладно! Включай капрала Прави! – кинула той пульт итальянка, плюхнувшись на диван рядом с мужем. – Ура! – поймала вещь русая, включая первую серию и забираясь на диван с ногами. – Историческая херня! – пробормотала Байс, глядя в экран и обпершись о плечо Александра. – ТАТАТА ТА ТА ТА ТАТАТА ТА ТААААА! – проорала мелодию Алексис, подпрыгнув на мебели. – Завались! – прилетела в нее подушка. – Там Леви! Будет Леви! Мой тотемный персонаж, понимаешь? – со звёздочками в глазах захлопала в ладоши анимешница, обнимая подушку. – Понимаю. Я подарю тебе на день рождения моющее средство, – флегматично хмыкнула блондинка. – Мистер Пропер? – повернула голову Алексис. – Лысый гей! Он насилует детей! – моментально откликнулась чертик. – Это прям как Поперечный! Бадум тссс! Тонкий юмор! – прыснула Романова. – Толще только задница слона... – У меня ОТП Леви и швабра! Ты о чем? – усмехнулась сероглазка. – Ни о чем. Я всегда догадывалась, что с Эреном сравниться может только бревно! Бадум-тссс… – звонко рассмеялась Байс. – Егер сломал обоих Аккерманов… – продолжала высокоинтеллектуальную беседу Романова. – Вы о чем? – вмешался ничего не понимающий Гамильтон. – Во, смотри! Сейчас людей съедят! – резко крикнула Алек, повернув голову и смотря в экран. – Ужас… – передернулся парень. – Как вы можете спокойно на это смотреть?.. – Лучше это, чем второй сезон “Токийского гуля”... Таджикский сруль… – О, нет… Не напоминай… – нервно дернула щекой Байс. – Я помню как ты мне его показывала… – О чем вы говорите?.. – Калека… – протянула Алек – Так! Я бы попросила! Помягче нужно! Человек вообще первый раз об аниме услышал! – надулась итальянка. – Да я о Канеки говорю. Калека! – А. Ну этот да. Тот еще полу-голубь. – "Кстати, что-то "разговор по-душам" затянулся…" – мелькнуло в голове. – Я за чаем и печеньками! – весело заявила чертик. – "Заодно посмотрю, как там у них дела идут." – Мне зелёный без сахара! – крикнула Романова подруге вдогонку. – Будет сделано! Алекс, ты какой будешь? – обернулась к мужу та. – Я тоже. Только с двумя ложками сахара, пожалуйста… – глядя вслед жене произнес Александр. – Хорошо! – кивнула та, направившись на кухню. Вот только представшая ей картинка чертику не понравилась. – Игорь, мать твою! Падла рогатая! Ты опять людей спаиваешь?!! – испуская темную ауру проговорила девушка, прожигая взглядом, в усмерть, пьяных мужчин. – Молчи старуха, я в печали! – пробормотал с заплетающимся языком черт, выпивая ещё стопку. – Что?!! Это я-то старуха?!! Да я тебя за такое испепелю!!! – вскинулась блондинка. – А ну, пьянь поганая! Отвечай! Что пили?! – схватила старшего из Альканов за шкирку она. – Фу… Как от тебя спиртом несет… Ты что наш коньяк притащил?! Из Ада?! Ты в своем уме?!! Это же смерть для людей! Еще и одну бутылку вылакал полностью! – глядя на две бутылки, одна из которых была еще даже не открыта, а у второй осталось на дне немного ало-янтарной жидкости, прошипела девушка. – Я пил, а этот… Пф, вырубился как только я открыл первую… – Еще бы он не вырубился! Вы же до этого четыре бутылки виски выдули! – залепила Ай-Гао подзатыльник зеленоглазая. – Да я тебя придушу сейчас! Ты чем думал вообще?! Алкаш хренов! Ты хочешь чтобы человек умер от передозировки алкоголя?! – трясла того за плечи Байс. – Он же не черт!!! Он не может пить как мы!!! Еще, небось, на спор взял?!! Взял, кретин хвостатый!!! Взял, вижу, не отнекивайся!!! На что поспорили?!! На что, я тебя спрашиваю?!! – Да на интрес… На интререс… Короче нет… Ик… – Месье, вы живы?.. – осторожно тронула маркиза за плечо девушка. – Месье?.. Если ты, погань такая, угробил Алексис жениха… – замогильным голосом начала она, хрустнув костяшками пальцев и источая ауру, которой бы позавидовал сам Сатана. – Да жив он, жив… Наверное… Ик, – пробормотал под нос черт, упав лицом в стол. – Санта Мария… – хлопнула себя по лицу Байс. – Алек! Александр! Идите-ка сюда! У нас тут проблемка образовалась! – Какая ещё проблем… Жильбер! Дядя! Что вы тут бл… – сжала губы Романова, сдерживая не очень приличные обороты. – На спор пили! Эта падла рогатая твоего маркиза на слабо взяла!!! – возмутилась в очередной раз девушка, пылая праведным гневом. – Дядь Игорь! Нахрена?! – взялась за голову русая, нахмурившись и смотря на своего родственника. Тот только икнул, подняв на русую осоловевшие глаза. Байс снова треснула себя по лицу. Александр осторожно потормошил Лафайета за плечо. Реакцией стало недовольное бурчание под нос, но глаз парень так и не открыл. – Ну и как мы его дотащим? – повернула голову Алек, смотря вопрошающим взглядом мученика на Байси. – Кого из? – поинтересовался Гамильтон. – Обоих… – после небольшой паузы глянула на “алкоголиков” Романова. – Н-не… ик!.. Не надо меня та… Ик!.. Тащить! Ой… – пробормотал Игорь, встав и пошатываясь. – Я к… Ик!.. К себе!.. – топнул ногой он и исчез. – Сейчас ему Альна все выскажет! Вот пусть только на пороге в таком виде появиться! – хмуро заявила Байс. – Ну что? Как будем транспортировать? – кивнула на безвольную тушку она. – До дивана не далеко, так что думаю общими силами, нас лилипутов, мы сможем дотащить этого “Гулливера” до гостиной… – выпила стакан воды русая, глянув в окно. – Думаю я и один справлюсь… – пробормотал Гамильтон, споро закинув руку друга на плечо и поморщившись от запаха. – Сколько алкоголя он выпил, дьявол побери?! Никогда не видел месье в таком состоянии! – направился к дивану он, пытаясь не уронить "шкаф", как прозвала француза Байс. Впервые он понял, почему именно этот предмет мебели… – Судя по пустым бутылкам… ЧЕТЫРЕ БУТЫЛКИ?!! НУ ДЯДЯ! АЛКАШ ХРЕНОВ! – повысила голос русая, беря в руки одну из стеклянных бутылок из под виски. – А я о чем! – согласилась Байс, нахмурившись. – Этого хвостатого кретина обычный алкоголь не берет! Поэтому он на спор спокойно выпил обычный алкоголь, а вот потом принялся пить вот это! – взяла в руки полную и нераспакованную бутылку ало-янтарного напитка она. – Адское пойло… – В смысле “адское”? Из ада? – свела брови Алек, открывая дверь и пропуская Александра с Жильбером. – И в этом тоже. Хорошо, что идиоту не пришла в голову мысль поить месье этим… Иначе осталась бы ты без жениха, – мрачно проговорила чертик, скрестив руки на груди. – Обычным людям такое не то что пить, даже нюхать опасно! Алексис дернулась от одной мысли отсутствия Жильбера в её жизни. – Алек! Успокойся! Успокойся, прошу! Все в порядке! Никто не пострадал! Все хорошо! – тут же увидела перемену в лице подруги блондинка, схватив ту за плечи. – Все хорошо! – мысленно обругала она себя за длинный язык. – Д-да, все хорошо… Так, я снова себя угнетаю… – мотнула головой русая, отгоняя навязчивые мысли. – Зато… Теперь у нас есть то, от чего могу опьянеть даже я… – пробормотала черт, задумчиво глядя на бутылку. – Спрячу это до лучших времен, – хмыкнула она, поставив коньяк на дверцу холодильника. – Боже… И вот зачем ты согласился, а? – спросила жениха Алек, зная, что тот ей не ответит, но все же… – Сша… – шикнула зеленоглазая, недовольно морщась. – Без типов наверху, пожалуйста. К слову, так уж совпало… Алекс, идем наверх? – предложила она, взглядом указав сначала на подругу а потом на лестницу. Тот намек понял мгновенно. – Да, конечно, – закивал он, взяв девушку за руку. Чета Гамильтонов удалилась, оставив пару одних. Алексис же пошла в противоположную сторону, то бишь на улицу, захватив маленькую бутылку газировки и виноград… – Ц. Поговорили с дядей называется. И куда я только смотрела?! О чем думала, когда оставляла их тет-а-тет? – русая натянула на себя кардиган, смотря на постепенно темнеющее небо. Сев в плетеное кресло, Романова закинула ноги на журнальный столик и положила себе тарелку с виноградом на рядом стоящий стул и включила ютуб. В этот момент, в гостинной, очнулся Жильбер. В глазах у парня немного плыло и двоилось, а мозг не совсем соображал. Единственное о чем он четко помнил, так это о том, что должен быть рядом с Алексис. Не найдя ту в гостинной, он тщетно попытался встать, но это привело лишь к тому, что француз чуть не упал. Хотя, в итоге, ему удалось подняться, схватившись за кружащуюся, как волчок, голову. Парня, конкретно так, вело, в левую сторону. Кое-как отлепившись от столика, он направился наверх. Ну как направился… Шел, спотыкаясь, со скоростью раненой улитки, при этом пошатываясь. Один раз он даже упал, запнувшись о порог комнаты Романовой. Впрочем, девушки в комнате не было. Пьяный мозг пришел к закономерному выводу, что русая, скорее всего на улице. Мысленно выругавшись, глядя на лестницу, парень вцепился в перила, пытаясь осторожно спуститься. Пару раз поскользнувшись, ему все же удалось это сделать. Опершись о стенку, француз еле дошел до двери, открывая ту и вдыхая свежий ночной воздух. Голова вновь закружилась, заставив Жильбера привалиться плечом к дверному косяку, схватившись за этот самый косяк. Перед глазами все плыло и размывалось. Обведя взглядом веранду парень наткнулся на сидящую в кресле сероглазую и улыбнулся. – Дьявол! Жильбер, зачем ты встал-то?! – резко подскочила на ноги Алексис, блокируя телефон и засовывая его в глубокий карман кардигана. – Нашел… – пробормотал парень, вновь чувствуя, как все плывет, поэтому сильнее схватился за дверной проем. Романова быстрым шагом подошла к жениху, беря того под руку и ведя того подальше от мест, где можно упасть и умереть ненароком. – Молодец! Возьми с полки пирожок! – нахмурившись сказала русая, поднимаясь по лестнице. – Я… Тебя нашел… Прости… – проговорил тот, со сбившимся дыханием. – Чертова голова… – Сиди и никуда, слышишь, никуда не надо идти! Я сейчас приду, – посадила француза на край кровати Алексис, пригрозив пальцем. – Но… Я не хочу, чтобы ты уходила… – как ребенок возразил Лафайет, осторожно схватив девушку за руку и потянув на себя, падая на кровать и заставляя русую упасть следом за ним. – Я хочу быть рядом… Обещал… – пробормотал он, заплетающимся языком. Романова устало вздохнула. – И это я еще похожа на ребенка, да? – Я обещал… Тебя не отпущу… – навис над девушкой тот, серьезно на нее глядя, после чего впился сероглазой в губы, требовательно целуя, и сгреб Романову в охапку, прижав к себе. Он не совсем соображал что делает и как поступает. Единственное что сдерживало его от того чтобы тронуть сероглазую, так это стальная сила воли и мысленная установка. Поэтому он просто продолжал целовать невесту, прижимая ее к себе. Он обещал… И не отпустит. – Ты моя… Только моя… – проговорил он, отстранившись и тяжело дыша. Перед глазами все вновь завертелось, заставив Жильбера упасть на кровать, придавив рукой Алексис. Сознание решило, что пора и честь знать, нагло уплывая. – Не уходи… – тихо произнес Жильбер, перед тем, как вновь отключиться. Алексис лежала ни жива ни мертва, смотря в потолок и обрабатывая полученную информацию, постепенно заливаясь краской. По истечению получаса информация успешно была доставлена в мозгу Романовой. “Иногда моя соображалка похожа на “Windows XP”... Какой тут оказывается красивый белый потолок… хм… А у пингвинов есть колени? .. “ – впрочем у русой сработал защитный механизм, который убирал на задний план воспоминания не самые радужные и вызывающие сильные эмоции у девушки, будь это восторг или ужас. И все было бы прекрасно, если бы не одно “но”... которое сейчас лежало сбоку в отключке, положив свою руку на Алексис, тем самым придавив её к кровати. “Я спокоен как цветок лотоса у храма истины… “ – левый глаз русой задергался, а сама девушка начала усердно думать, как ей выбраться из “ловушки”. Романова кинула взгляд на спящего Жильбера, – “Алкоголик…“ Полежав так еще немного, Алексис начала аккуратно катиться к полу, вылезая из под руки француза и молясь Локи и Тору, одновременно, чтобы тот не проснулся. “Колобок” под кодовым названием “Алексис” уже добрался до края кровати и перекинул одну ногу за её пределы, а другую оставил на постели, для опоры. В этот момент француз заворочался, не находя под рукой привычного источника тепла и нахмурился во сне, что-то бормоча под нос. “Бл*дь, путан, подушка!” – девушка аккуратно подсунула к руке парня свою подушку и начала тихо наблюдать и ждать, пока тот опять заснет. – Не уходи… Прошу… – вдруг на удивление четко произнес тот, в полу-беспамятстве. “Чудеса, да и только… “ – застыла Алек, глубоко вздыхая. М-да, а ведь она уже так предвкушала виноградик и ютуб… Но русая забралась обратно на кровать. Убрав руку Лафайета с её подушки, девушка сняла теплый кардиган, естественно кинув его на пол, и, поправив оную, легла , отвернувшись от парня и залипая в телефон. Ей казалось, что в восемь часов вечера никто не спит и спать не может, ибо как-то слишком рано… вот в три да… а в восемь… пф… На кухне внизу что-то тихо зашуршало. Впрочем, посмотреть, что это было, русой помешал жених, обнявший ее за талию и спокойно себе сопящий в подушку. *** – Предлагаю залезть на крышу и посмотреть закат. Прошлый я пропустила, – мягко усмехнулась чертик, открывая люк, ведущий наверх. На крыше обнаружилась ровная деревянная площадка с дощечками. – Ну что, идем? – обернулась на мужа она, улыбаясь. – Я с удовольствием! – беря за руку блондинку, улыбнулся Александр и последовал за девушкой. – Я давно заметила что у нас подозрительно ровная крыша, а потом случайно сюда забрела. Ну как случайно… Так получилось! Не спрашивай! – немного нервно протараторила зеленоглазая. – Охотно верю… – ехидно хмыкнул Александр, оставляя весёлую улыбку. – Я не смешная! – скуксилась блондинка, посмотрев на парня снизу вверх. – А еще я слишком низкая… – пробормотала она, вздохнув и подходя к краю крыши, уселась на него, болтая ногами в воздухе и глядя за горизонт. – Садись, чего стоять-то?.. Александр с недоверием посмотрел на край крыши и медленно подошёл, сев рядом с девушкой. – Не волнуйся, не упадем. Это я тебе гарантирую, – улыбнулась та, рассматривая морскую гладь. – Красивое место… Ты так не думаешь? – заправила челку за ухо она, убирая волосы с глаз. В лицо дул мягкий бриз. – Да, очень красиво… – не отводя взгляда от Байс произнёс парень, обнимая ту за плечи. – Жалко что я плохо рисую… Алек бы справилась, с таким пейзажем, – усмехнулась итальянка. – Как тебе зрение? Нормально? – перевела взгляд на шотландца она. – Идеально… – прошептал тот смотря на жену влюблённым взглядом. Та слегка смутилась, но глаз не отвела, улыбаясь. Ее взгляд был мягким и полным какой-то неуловимой заботы. – Если что-то будет не так, скажи… Я из Игоря душу, которой у него нет, вытрясу, – заявила девушка, пытаясь скрыть смущение. – Обязательно… – в полутрансе кивнул Алекс, нежно и аккуратно поцеловав итальянку. Та прижалась к мужу, счастливо улыбнувшись. Она никому не позволит его забрать. Будь то Ад, Рай или что-то еще… Девушка прекрасно знала, что будет, если ее вдруг хватятся и внезапно обнаружат Александра вместе с ней. Она не позволит такому произойти. Ну, а пока… – Закаты на море всегда красивые… – улыбаясь произнесла зеленоглазая, обнимая Гамильтона. – Я тебя люблю… – пробормотала она, уткнувшись ему в плечо. – Сильно-сильно… – И я тебя тоже, очень сильно люблю, – поцеловал в лоб ту парень, наклонив голову, смотря вдаль и обнимая девушку. На лице шотландца красовалась счастливая улыбка. – Никогда бы не подумала, что выйду замуж за того кого люблю… – тихо проговорила Байс, прикрыв глаза. – И как так получилось интересно?.. – Какая разница? Главное, что это случилось, верно? – зарываясь в блондинистые волосы жены сказал Алекс, прикрыв глаза. – Верно… Кроме этого ничто не имеет значения… – прошептала та. Ей было уютно в объятиях парня. Она просто наслаждалась обстановкой. Впервые за долгое время все было хорошо… Такого же не может быть, верно? А если это сон? Хотя… Какая, к черту, простите за тавтологию, разница?.. Главное что все прекрасно здесь и сейчас. А рядом тот, кто дороже всех на свете… – Вечер… – задумчиво проговорила блондинка, глядя на темнеющее небо. – Ветер крепчает… Возможно снова будет дождь… – Значит возвращаемся? Я могу сделать чай… Хочешь чай? – с ноткой гордости, за свое умение, спросил Гамильтон, выпрямившись. – Да, было бы кстати. Чур мне зеленый, – мягко улыбнулась блондинка. Алекс выглядел довольно забавно, хоть и не подозревал об этом. Но так он вызывал у Байс какое-то умиление. – Думаю, что можно будет стащить печенье у Алек. Только тссс, я этого не говорила, – шутливо улыбнулась девушка, подойдя к люку. – Эта тайна уйдет со мной в могилу, – так же шутливо поклялся шотландец, направляясь за женой. – Ну, учитывая то что ты теперь бессмертен, как и я… Это довольно спорное утверждение, – хмыкнула та. – Ой! Я же тебе не рассказывала! У нас так получаеться, если черт вдруг полюбит человека, ну или наоборот… Никаких "Ромео и Джульетты". Так что тебе теперь стоит опасаться только тварей изнанки. А обычным оружием тебя только поцарапать и могут, – закончила мини-лекцию зеленоглазая. – Я совсем забыла об этом тебе рассказать… Вот честно… Будто из головы вылетело… – пробормотала она. – Ты не злишься?.. Пожалуйста, не злись. Я правда забыла! Прости! – протараторила она. – Я уже говорил, что не могу на тебя злиться, – улыбнулся Алекс. – Так ты не обиделся?.. – робко посмотрели на него. – Я должна была сказать раньше… – Я не обижаюсь, честно, – продолжал улыбаться парень, изучая счастье на три метра от себя. – Это хорошо… Не люблю когда на меня обижаются… – облегченно выдохнула блондинка, взяв мужа за руку. – Пойдем. Там внизу были книги. Это глупо, но… Почитаешь мне?.. – вопросительно посмотрела на парня она. – Мне… Очень нравиться, когда ты читаешь вслух… – смутилась она. Ну не говорить же прямо, что текст книги ей, в таких случаях, не особо важен, а она больше любит слушать голос Алекса?.. *** Утро следующего дня было встречено всеми по разному… Например, у нашего любимого всеми француза оно было не совсем доброе… Точнее совсем не доброе… С трудом разлепив глаза, парень моментально схватился за пульсирующую болью голову. Произошедшее вчера было как в тумане. Он помнил предложение Игоря выпить, а вот то что последовало за предложением он уже не помнил. Мысли заставляли голову болеть еще сильнее, поэтому Лафайет не сразу обнаружил, что что-то аккуратно придерживает рукой. Настороженно переведя взгляд на данное "что-то", он увидел дрыхнущую Алексис. В голове всплыла сцена вчерашнего поцелуя. – Черт… – простонал в подушку маркиз. – "Идиот! Идиот полнейший! Я же чуть не… Твою ж… Дьявол!" – пронеслось в голове за считанные секунды, несмотря на то, что работал мозг по-прежнему туго. Комок под кодовым названием “Алексис”, зашебуршился и повернулся лицом к французу, изобразив непонятную эмоцию недовольства от света на лице. – Выключите солнце… – пробормотала русая себе под нос с закрытыми глазами. – Можно попробовать… – тихо ответил Жильбер, осторожно убирая руку и вновь схватившись за голову. – Дьявол, это же надо было так… – почти не слышно прошипел он. Романова все-таки открыла глаза, жмурясь от света, и после небольшой “загрузки” вскочила и, чуть не упав на пол, перевела взгляд на парня. – Голова. У тебя должна, по идее, болеть голова, – засыпая на ходу тихо сказала Алек. Тихо, потому что сама знает, как хреново с утра после виски. – Она и болит… – хрипло пробормотал француз, виновато глядя на русую. – Ты опять не спала, – вяло возмутился он. – Я спала. Правда, вопрос должен звучать по-другому: “Сколько я спала?”, – открывая дверь и направляясь на выход усмехнулась сероглазка. – Я догадываюсь… – все так же держась за голову проговорил Лафайет. Алек дошла до комнаты Гамильтонов и, постучавшись, начала ждать ответа. За дверью послышался звук падения и мат на итальянском, после чего дверь открыла потирающая лоб Байс, со слегка недовольным выражением лица. – Утро доброе, – смотря на гриву подруги усмехнулась русая, понимая, что на её голове творится тоже самое. – Ты сейчас издеваешься?.. – посмотрели на нее исподлобья. – Прости, – прыснула сероглазка, – Впрочем я потревожила сон, вашего величества, чтобы попросить таблетку от головы. Просто один француз… – начала Романова, отведя взгляд на висящую картину с изображением моря. – Проснулся, да? – понимающе кивнула зеленоглазая. В ответ блондинке закивали и вздохнули, пытаясь не о чем не думать. – Все понятно. Милый, ты на тумбочке видишь коробочку? Достань из нее синюю упаковку таблеток, пожалуйста! – обернулась к сидящему на кровати Алексу блондинка. – Эта? – достал синюю маленькую коробочку парень, внимательно, и с нескрываемым интересом, рассматривая её. – Да, она. Кидай сюда, я поймаю. Наверное, – добавила чертик, вспомнив о своей "грации". – Я бы дала таблетку сразу же для протрезвления, но они кончились недавно… – виновато проговорила она. – Ну как кончились… Я их в 18-ом оставила… – Да он уже протрезвел… я на это надеюсь, – добавила Алекс, взяв у подруги лекарство. – Ты ему хоть выговор какой-никакой сделай. Только помягче… А я Игорю при случае все рога пообломаю и хвост откручу! – нахмурилась блондинка, хрустнув костяшками пальцев. – У нас будет серьёзный разговор, – важно объявила Романова, сверкая от какой-то непонятной радости. Девушка наконец-то почувствовала власть. – Серьезный разговор, слушай. Будь мягче. Он же себя убьет если с тобой что-то не так будет. И я не шучу, – серьезно проговорила зеленоглазая. Ей не особо понравился настрой подруги. – Да успокойся ты! Я не умею орать на кого-либо. Для меня и начать-то разговор – верхушка моих возможностей в обществе… – успокоила собеседницу Романова, – Ладно, спускайтесь вниз и ставь чайник, а я пошла спасать Жильбера! – Ну да, похмелье – страшная штука… – понимающе кивнула чертик, почесав затылок и только сейчас заметив свое воронье гнездышко на голове. – Туа мадрэ! Где расческа?! – закрыла дверь в комнату она. Русая шла медленно по коридору, прикусив кончик языка и обдумывая разговор. Желание что-либо говорить резко пропало, и нервы накатывали при каждом шаге к двери в комнату. Вздохнув и успокаивая себя, Алек постучала в дверь и чуть не зарядила себе фейспалм. “Для него же это тоже самое, что и по голове кувалдой… Дура… “ – зашла в комнату русая, аккуратно прикрыв за собой дверь и беря бутылку с водой. Парень сидел на краю кровати, опершись головой на руки. Ему было стыдно за свой вчерашний проступок, плюс еще и голова раскалывалась. – Больше не буду пить… – пробормотал он. – Тем более с Игорем… Тем более на спор… – тихо добавил он, себе под нос. – Ну пить можно, но не в таких больших количествах. На, выпей, – подсела к французу русая, накинув кардиган, и вручила в руки тому бутылку и таблетку. – Мама говорит: “Не пьёт только дурной, либо больной”, – продолжила успокаивать жениха Романова. – Я… Прости… Я себя вчера не контролировал… Дьявол… – отвел взгляд тот. – Давай не будем об этом, хорошо? – покраснела Алексис, укутываясь в кардиган. – Ты злишься?.. – тихо спросил француз, не глядя девушке в глаза. – "Еще бы не злилась… Идиот…" – мысленно залепил себе пощечину он. – Нет, не злюсь. Это… Происшествие, назовём это так, вызывает у меня другие эмоции… – через силу сказала Алексис, чувствуя горящее лицо. – Я попытаюсь, чтобы такого больше не происходило… – смутился Лафайет. – Я думаю это можно считать за “серьёзный разговор”, да? – перевела тему Алексис. – Ну… Я был серьезен, ты тоже… Наверное, да, – с тайным облегчением согласился тот, усмехнувшись. – Товарищи! Компадрэ! Вы идете пить чай? Или мы без вас печенье съедим! – звонко долетело голосом Байс. – Уже идём! – крикнула Романова в ответ, переведя взгляд на Жильбера. – Голова не болит? – Нет… – с удивлением протянул тот, только сейчас осознав сей немаловажный факт. – Магия какая-то… – Это магия, Гарри! – на автомате ответила Романова, встав с кровати и зевнув в руку, – Ты иди, а я попозже подойду. – Хорошо. Я тебя подожду… Внизу… – все еще немного смущаясь произнес маркиз. На это Алексис молча кивнула и проводила глазами француза за дверь. Подойдя к стене, русая немного подождала, пока шаги затихнут и ударила головой в бедный бетон заскулив от стыда. “Скоро пойду” *** – О, месье! Ну как вы? Все в порядке? – посмотрела на парня Байс, слегка волнуясь. Друг ведь. – Если вы не про душевное состояние, то все в порядке, – пройдя на кухню сказал француз, садясь за стол. – Я же говорила ей быть помягче! – нахмурилась зеленоглазая. Александр приобнял жену за плечи. – Месье, вы не виноваты. Это все Игорь, падла хвостатая! – Не стоит переживаний, мадам, меня не в чем не обвиняли, – улыбнулся тот, заметив обеспокоенный взгляд блондинки. – Значит все точно хорошо, – облегченно выдохнула та. – И все же, не советую больше так делать! Этот рогатый… кхм, нехороший черт… – сдержала ругательство она. –...Вообщем, он нечестно играл. Черти не пьянеют от обычной выпивки, – уведомила француза она. – Что вы имеете в виду под фразой “не пьянеют от обычной выпивки”? – спросил Лафайет. – Ну… Для нас даже самый крепкий алкоголь это, как для вас эм… Кофе? Или чай? Да, наверное, как чай, – подобрала нужное сравнение девушка. – Из-за этого существует отдельный вид питья. "Адское" называеться, как вы могли догадаться. Но людям пить это нельзя ни в коем разе! Один запах такого равняется для вас пяти бутылкам крепкого высокоградусного алкоголя, – пояснила чертик. – Ужас… – под впечатлением произнёс Александр, попивая чай. – Еще какой. А теперь представь, что этот хвостатый… Идиот, притащил целых две бутылки такого к нам в дом! – воскликнула блондинка, взяв печеньку из вазочки. – Ну что, уже все сожрали, саранча? – усмехаясь и смотря на подругу спросила Алексис, вошедшая в кухню. – Нет, мисс, мы вам оставили, – откликнулся Гамильтон, бросив взгляд на поедающую печенье жену. Та кивнула, так как говорить, с набитым ртом – не вежливо. – Удивительно! Чтобы Байси, и не съела все моё печенье… – начала стебаться над подругой русая, заваривая чай себе и Жильберу. – Магия вне Хогвартса! – проговорила та, наконец прожевав. – Давайте посмотрим “Гарри Поттера”? – предложила Алексис, ставя чашку с зеленым чаем перед женихом. – Точно! Люблю Горшка смотреть! Правда он немного тупой… Но это уже вина Роулинг! – поддержала идею блондинка. – Хозяин принял у Добби проект, теперь Добби свободен! – прыснула в кулак Романова. – Или коротко о том как ты сдавала экзамены, – захихикала зеленоглазая. – Бедненький домовичок… Кстати! Я ж фактически Добби! – дошло до нее. – Это как осознание, только хуже… – выпала в каплю она. – Алек, если ты подаришь мне на днюху носки, то я этими самыми носками тебя потом задушу во сне, клянусь. – Блин… Такой классный прикол обломала… – наигранно грустно вздохнула русая, направляясь в гостиную с чаем в руках. – В смысле?! Ты серьезно собиралась подарить мне носки?!! – шутливо грозно вскинулась блондинка. – А? Я тебя не услышала, что-то? Какая хорошая погода на улице! Пойду прогуляюсь! – вылетела из дома русая, убегая на пляж. – А ну стоять! Я тебе сейчас устрою! – рванула за ней итальянка, прихватив полотенце. – Я щас вернусь! – крикнула она, вылетев за дверь. – Я ведь до сих пор не знаю когда у нее день рождения… – дошло до Александра, когда он задумчиво смотрел вслед жене. – И ни разу не поздравил… Вот увалень… – хлопнул себя по лицу он. – Ничего, спросите когда вернется, месье, – поднялся с места Лафайет, направившись на выход. – Ну или сейчас спросите… – задумчиво добавил он, глядя как Байс тащит за шкирку пойманную сероглазую, связав ту полотенцем. Картинка была довольно таки психоделической. – Пусти меня на улицу! Мы маленькие дети, нам хочется гулять! А нам говорят, что катет, короче гипотенузы, а я говорю, что хватит! Устал я от этой обузы! – протестно про пела русая песню из “Электроника”. – Я тебя прошу, успокойся, успокойся! Ну успокойся, – пропела в ответ Байс, пытаясь скопировать интонации Сердючки. – Я хотела чтобы мы все вместе сходили в город. А то весь отдых просидим дома, – уже нормально пояснила она. – Заметь, "все вместе"! Не "ты, одна", а "вместе"! Восклицательный знак, три подчеркивания! – хмыкнула блондинка. – Да поняла я… курсив, жирный шрифт, капс лог… – добавила Алексис, пытаясь выбраться из полотенца. – Не рыпайся. Оно только сильнее затянеться, – торжественно произнесла зеленоглазая, победно волоча за собой "трофей". – Месье, вручаю это существо вам. Осторожнее, возможно кусаеться! Я не знаю к какому виду оно принадлежит, – доверительно проговорила черт, ехидно ухмыляясь. – Я буду жаловаться! – воскликнула русая, пытаясь вытянуть руку. – Кому, интересно? – фыркнула итальянка, весело глядя на девушку. Лафайет осторожно поднял последнюю на руки, задумчиво рассматривая узел. – Морской… Добротный… – пробормотал он. – Как вам удалось так завязать полотенце?.. – Я просто неограненный алмаз и кладезь талантов! – гордо провозгласила миссис Гамильтон. – Шутка. Просто затягивала вот тут и тут покрепче. Возьмите на заметку, – многозначительно посмотрела на подругу она, продолжая стебаться. – Несомненно, – так же ехидно усмехнулся француз. – Отпустите меня, развяжите меня, – протянула “узница”, откинув голову назад. – Только если не убежишь! – заявила чертик. – Честное слово дай! И пальцы крестиком не держи! Даже на ногах! – по детски сердито проговорила та. – Не, ну я так не играю… – провозгласила Романова, возвращая голову в прежнее состояние. – Я тоже! Вот и сиди так, пока не оденусь на улицу! – заявила зеленоглазая, проходя мимо подруги с маркизом и направившись к себе. – Алекс, ты пойдешь гулять? – уже на лестнице поинтересовалась она, свесившись через перила. – Конечно да! – вскочил из-за стола парень, направившись вслед за женой. – Тогда пошли! Тебе переодеться нужно! – улыбнулась та, слегка жмурясь. После чего взяла подошедшего парня за руку и с энтузиазмом потопала в их комнату. *** Город был довольно шумным, по сравнению с тихой территорией отеля. Куда-то шли люди, ездили машины… Как говориться, жизнь бьет ключом. Разводным. По голове. – Можно сходить на главную площадь. Там всегда происходит что-то интересное! Или заскочить на рынок! Он тут самый интересный! – предложила Байс, поправив солнечные очки на переносице. – Ага, конечно… В Турции на рынки ходить – себе дороже… Там же они все женщин заматывают в чёрный балахон, оставляя только глаза, чтобы не расшиблась… Если бы можно было, они бы и глаза заматывали, – с недоверием глянула на вход Романова. – Ну, мы-то туристы, нам можно! – пожала плечами блондинка. – А в сериале… – начало было русая. – Мы не в сериале! – моментально пресекла это зеленоглазая. – Американские сериалы не врут… наверное… – Я тут была три года назад. Ничего такого тут нет. Мы ведь не мусульмане, – хмыкнула девушка. – Нет, если хочешь, я конечно могу навесить на тебя морок… – начала было она. – Нет! – резко отказалась Алексис, спрятавшись за Жильбера. – Вот и ответ на все твои претензии по этому поводу, – ехидно хмыкнула чертик. – Знаешь, а я понимаю почему они поступают именно так… – протянул Александр, прищурившись. Уж очень ему не нравились взгляды местных на его жену. – Как? Заматывают в балахон, ты имеешь ввиду? – не сразу сообразила та. Жильбер приобнял Алексис за плечи, тоже слегка хмурясь. – Ага… – кивнул Гамильтон, злобно глядя на нахального парня, что смотрел на Байс, явно, с не очень благими намерениями. – Я бы заорала одну фразу, но меня бы за эту фразу побили бы… – не обращая внимания на местных весело сказала Романова, – “Аллах Акбар!” – мысленно передала подруге сообщение та, весело хихикнув. – Да это же просто взрыв мозга! Бадум-тссс! – скаламбурила блондинка, тоже наплевавшая на взгляды. – Ага, шутка просто бомба! Бадум тсс! – отпарировала русая. – Она так же горяча как взрыв двух шашек динамита! – продолжила высокоинтеллектуальный батл итальянка. – Так, ладно. Шутки про терроризм в Турции не есть безопасно… Ведь они слишком низкие, прямо, как метро, – отвечала Романова. – Да, действительно! Нужно завязывать. "А не то вдруг случайно приговорят к расстрелу," – мысленно стебалась зеленоглазая. – “Расстрелять!” – с интонацией и акцентом Сталина согласилась Алек, чуть ли не смеясь. – Ну что, Гитлерушка… Вот и до тебя очередь дошла… – с такой же интонацией протянула Байс, рассмеявшись, чем поломала актерскую игру. – Я смотрела этот прикол… – усмехнулась Романова. – Ладно, давайте смотреть, что тут интересненького! – предложила итальянка, с энтузиазмом рассматривая прилавки. – Алекс, смотри как много специй! Прямо горы! – О, магнитики! – посмотрела в противоположную, от подруги, сторону русая. – И там платочки! Разноцветные и большие! – с детским восторгом в глазах посмотрела на другие прилавки девушка, хватая за руку Жильбера. – Где?! – моментально обернулась зеленоглазая, внимательно рассматривая прилавки. Александр взял девушку за руку, осматриваясь по сторонам. – Не отходи далеко, а то потеряемся, – обеспокоено сказал своей жене Гамильтон, сравнявшись с ней. – Хорошо, – тут же закивала та, взяв мужа под руку и направившись за Алексис. – Алек, подожди! Я тоже хочу посмотреть платки! – с детской непосредственностью произнесла она. – Вот! Смотри! – с блестящими глазами подбежала к вещам русая – Красота… – протянула зеленоглазая, рассматривая тканевые шедевры. – Это шелк? Ух ты! Это шелк! – восторженно проговорила она. – Какой приятный на ощупь… Интересно, а тут есть желтые или золотистые? Оранжевые тоже неплохо… – глянула на воздушные платочки Байс. – Синие или голубые… – мечтательно протянула Алексис, – Тебе больше подойдет голубой. Вот этот! – достала из под кипы аккуратно сложенных платков, нежно-голубой платок, с рисунками-незабудками, блондинка. – Думаешь? – накидывая на плечи ткань спросила Романова, обернувшись к жениху. – Тебе нравится? – Очень. Тебе очень идет, – влюбленно посмотрел на русую тот. Алексис моментально расплылась в довольной улыбке и повернулась к подруге. – Смотри! Охровый платок! – показала на оный Алек, копаясь в вещах и доставая оттуда белую кепку. – Красивый, – задумчиво протянула та. – Ну не знаю… Я больше яркие люблю… Ярко-ярко желтые! Но этот тоже красивый… – застряла на выборе та. – Так возьми несколько, в чем проблема? – спросил Александр, взяв в руки темно-зеленую кепку и рассматривая её. – Да, наверное так и сделаю… Вау! Эта шляпа просто чудесна! – восторженно посмотрела на шляпу с черной, лаконичной лентой чертик. – Смотри, – шепнула подруге Алексис, держа в руках золотую кепку с черной звездой посередине. – Алекс! Иди сюда! – О, да! Это же идеально! – пискнула та. – Гамильтон в Гамильтоне… – коротко засмеялась русая, надев предмет на голову шотландца. – Звучало странно, – хмыкнула зеленоглазая. – Алекс, тебе очень идет! – задумчиво посмотрела она на мужа, важно кивнув. –… Спасибо, – смутился тот, улыбнувшись. – Жильбер! Иди сюда! Я и тебе что-нибудь подберу! А то стоишь там, как бедный родственник, – махнула рукой сероглазка, повернувшись к парню. – Я просто засмотрелся. Мне показалось, что… Не важно, забудь. Что за "бедный родственник"? – немного непонимающе посмотрел на невесту тот, подойдя. – Выражение такое. Вот, смотри! – показала на кепку в руках девушка. – Алек… Алек! Алек, мы должны купить эту футболку! – схватила подругу за руку Байс, потащив к прилавку и указывая на белую футболку с надписью "Я люблю Нью-Йорк" и Статуей Свободы, в пиксельных очках. – Всем! Разных цветов! – поддержала сероглазка блондинку, все также держа в руках черную кепку. – Чур мне желтый! Или темно-зеленый? Алекс, как думаешь? – обернулась к мужу Байс. – Думаю, что темно-зеленый. Под цвет твоих глаз, – сказал тот. – Угу, – слегка смутилась та, улыбнувшись. – Я тогда ещё эту футболочку возьму… – схватила черную футболку с треугольником масонов Романова. – Сергей Дружко во плоти! Это какой-то заговор… – хихикнула итальянка. – Проверять я это, конечно, не буду, – в такт подруге ответила русая. – Месье, я тут подумала… – вдруг весело и ехидно ухмыльнулась девушка, глядя на француза. – Оно умеет думать! – вскрикнула Алексис, смеясь. – Сама в шоке! Так вот… Мне кажеться вам подойдет вот эта футболка! – гордо презентовала на свет черную футболку с французским флагом и двумя скрещенными багетами Байс, пытаясь не ржать. – Лаф багет! – воскликнула Романова, подняв руку вверх. – АЙМ ТЕКИН ЗИС ХОРС БАЙ ЗЕ РЕИНС!.. – начала было Байси. – Милая, тут же люди, – просительно взглянул на жену Александр. – Прости приятель, привычка, – “Меня зовут Санс, скелет Санс… Надо прекращать смотреть прохождения” – добавила про себя Романова. – Прости, – потупилась чертик, неловко улыбнувшись. – Так… Меня назвали шкафом и багетом… – задумчиво проговорил Жильбер. – Интересно, чего еще я о себе не знаю?.. – ЕВРИВАН ГИВ ИТ АП! – пихнула блондинку француженка, чтобы объявить это дуэтом. – ФОР АМЕРИКАС ФЕЙВОРИТ ФАЙТИНГ ФРЕНЧМЕН!!! ЛАФАЙЕТ!!! – вместе вскинули вверх кулаки девушки, после чего дали друг другу пять, рассмеявшись. Француз непонимающе покосился на вздохнувшего Александра. – Милая, ну я же просил… – Иммигрант… – повернула голову русая, сложив руки на груди. – ...ви хэв зе джаб дан! – хором хмыкнули подруги. – Прости, это выше меня… – протянула Байс, виновато глядя на Гамильтона. – А ещё ты круассан! – весело сказала сероглазка, переведя взгляд на француза. – Точнее, круассанова башка, – тихо хихикнула блондинка. – Благодарю за столь лестную оценку моих умственных способностей, – немного недовольно проворчал тот. – Не злитесь, месье. Это не мы вас так оценили, – примирительно улыбнулась зеленоглазая. – Это все фанбаза… – кивнула Алексис с очень убедительным лицом. – Что за "фанбаза"? – стало интересно Александру. – Фанаты. Поклонники, если так сказать. У многих людей вы в качестве фаворитов, благодаря мюзиклу, – пояснила Байс. – Да… Я никогда не забуду тот фанфик… – посмотрела в сторону Алексис, вспоминая содержание сия шедевра. – Санта Мария, умолкни, – бросили на нее полу-убитый взгляд. – Иногда все бывает очень плохо, так как все фанаты очень разные… – пробормотала итальянка. – Ладно! Идем к лавке со сладостями? Пахлава такая вкусная! Вам с месье точно понравиться! Я могла съесть штук десять в один присест! – резко переменила тему та, с энтузиазмом глядя на парней и в нетерпении хлопая в ладоши. – Тебе бы лишь бы пожрать… Так мы берём? – спросила у блондинки Алексис. – Естественно! – широко улыбнулась та, отдавая деньги продавцу. *** После рынка, наш квартет дружно направился к следующему пункту их туристического маршрута, а именно… – Центральная площадь, вот и она! – Нееет! Я хочу домооой! Ааааааа! – измученно простонала Алексис, еле плетясь за подругой. – Да ты посмотри какие красивые здания! – Очень! А теперь можно я пойду домооой? Или морожко и я остаюсь и перестаю ныть, – оживилась русая. – Требуешь взятку? Ну-ну! Будет тебе взятка! – рассмеялась итальянка, рассматривая узоры на центральной мечети и купола. – Какая тонкая работа… – вглядываясь в орнамент пробормотала она. – Если бы людей было поменьше, то я бы порисовала… – Мне кажеться или… – прислушалась блондинка. – Музыка! И гитара. Электрогитара, если быть точной! Вот уж не думала, что в Турции, кто-то будет играть на электрогитаре, посреди площади! Это же железные нервы нужно иметь и отсутствие чувства самосохранения! – восторженно произнесла она, проникшись уважением к бесстрашному коллеге-гитаристу. – Пойдем посмотрим? – просительно посмотрела на Александра она. – Если ты хочешь, то пойдём. – Хочу, – кивнула чертик, просияв, аки лампочка. – Я все жалею что оставила у нас гитару. Может, если попросить… – задумалась она. – О, фонтан! – воскликнула Алексис, смотря на оный, – Можно утопиться… – Нельзя! – тут же взял невесту за руку Жильбер, отведя ее подальше от фонтана. – Пойдем, лучше, вместе с мадам и месье посмотрим кто там играет? – предложил он. – Ну ладно… – измучено согласилась та. Сейчас Романовой хотелось спать, ибо поспала она не больше трех часов, а то и меньше. – Ты устала? Хочешь домой пойдем? – взволнованно посмотрел на русую француз. – Нееет! С чего ты взял, что я устала? Я бодра и полна сил и энергии, – в закрепление своего “честного” монолога, Алексис зевнула и потерла глаза. – Понятно. Месье Александр, вы сможете найти дорогу обратно в отель? – вопросительно посмотрел на того маркиз. – Да, я взял с собой карту, – кивнул другу шотландец, не отпуская жену. – Ты про брошюру? – улыбнулась блондинка. – Нет. Наверное… Я взял карту, которую мне любезно одолжила мисс Алексис… – показал на, вытащенную из кармана, карту города парень. – Понятно, – кивнула чертик, рассматривая путеводитель. – В таком случае, мы вполне справимся сами, да, – согласилась она, кивая. – Уложите ее спать. И прошу вас, внимательнее… – сурово посмотрела на подругу она. – Если попробуешь сбежать, я тебя самолично удушу. – Больно надо… – обиженно фыркнула Романова, ибо план побега резко сорвался. – Я об этом даже не думала! – Ври менталисту больше, – хмыкнула зеленоглазая, закатив глаза. – Я мысли читать умею. Особенно твои, помнишь? – с ехидным прищуром, на русском, проговорила она. – Помню, помню. А теперь домой! За винограаа… то есть спать! – повернулась в противоположную сторону Алексис – Смотри не навернись, – хмыкнула вдогонку Байс. – Пойдём? – спросил Александр. – Да. Слушай, я тут подумала… Ты всегда спрашиваешь, чего хочу я… А чего бы хотелось тебе? – задумчиво посмотрела на него девушка. – Я могу все что захочешь! Правда! – мягко улыбнулась она. – Ты только скажи! – Я не знаю… – честно признался Александр, отогнав другой ответ начинающийся на “те” и заканчивающийся на “бя”. – Хотя нет. Хочу, чтобы ты была счастлива. Всегда. – Ну… Счастливым всегда быть невозможно… Но я попробую! – заявила зеленоглазая, с детской непосредственностью. – Если тебе вдруг что-то еще придет в голову, смело говори! – весело улыбнулась она. – Эта гитара… Хм… – задумалась Байс, глядя на инструмент. – Классное звучание… – пробормотала итальянка. *** – Жильбер, – окликнула Алексис француза после огромной паузы. – Да? – отозвался тот, переводя взгляд с дороги на девушку. – Ты пробовал когда-нибудь персики? – вопросительно посмотрела в глаза парня русая, наклонив голову. – Прозвучит странно, но нет. У нас в саду они росли, но пробовать не доводилось, – немного смутился тот. – Отлично, значит мы идем есть персики! – важно провозгласила сероглазка, направляясь к отелю. – Но, мы же обещали мадам… – возразил было маркиз, следуя за русой. – Ну а потом я буду спать… честно… Но сначала персики! Я их люблю, – открывая дверь дома пообещала Романова, сделав серьезное лицо. – Ладно… – сдался Лафайет. – Мне кажеться или я опять ввязался в какую-то авантюру?.. – тихо пробормотал себе под нос он, глядя на сероглазую. Отказать девушке, в чем-либо, было довольно трудно для него. – Дом… – раскинула руки в стороны Алексис, направляясь на кухню и доставая из холодильника два персика. Парень вздохнул спокойно. Зная неугомонный характер девушки, он думал, что эти персики придется откуда-то срывать и был бесконечно рад, что ничего такого не потребовалось. – Держи! Пробуй! Косточку не ешь! – вручила уже чистый фрукт французу Алекс, откусывая свой. Тот осторожно надкусил фрукт, пробуя. – Вкусно… Думаю, мне нравятся персики, – задумчиво проговорил Жильбер, прожевав. Романова довольно улыбалась. – Мне тоже! Теперь ты понимаешь, почему я так хотела персик? – продолжая улыбаться, спросила Романова, доедая еду. – Наверное, – задумчиво проговорил француз. – Для того чтобы тебя полностью понять, я, наверное должен иметь похожее мышление, – пожал плечами он. – Но, сейчас я углубляться в дебри психологии не хочу. Это занятие довольно бесполезное… – улыбнулся он. – А вот Байси так не считает… Я думаю, что ты это уже заметил… – вспомнила Алексис, как в лагере, тогда еще, Кроули её вылечить хотела… – Да. Думаю, из мадам Гамильтон получился бы отличный политик, – хмыкнул Лафайет. – У нее хорошо получается читать собеседника. Будто насквозь видит. – Ага, – зевнула Романова, выкидывая косточку и наливая себе воды. – Байси такая… – А теперь спать, – строго посмотрел на русую парень. Попытался. – Ты ведь устала. Тебе нужно отдохнуть. – Ага… – согласно кивнула русая, выпивая стакан воды и ставя его на стол. Француз выкинул косточку и помыл руки, осторожно повесив кухонное полотенце, которым вытирался, на спинку стула. – Идем, – взял русую за руку он, улыбнувшись. – Хочешь я тебя отнесу? – предложил Жильбер. – Отказы не принимаются, – не дал русой раскрыть рта он, поднимая сероглазую на руки и направляясь наверх. – Но я же и сама могу! Я тяжелая! – возмутилась девушка, вцепившись в жениха. – Ни капли. Мне иногда кажется, что ты вообще ничего не весишь, – хмыкнул тот, усмехнувшись и шагая в сторону комнаты. На это Алексис лишь спряталась. *** На площади было довольно людно и солнечно. Самое большое скопление толпы находилось около фонтана, где сейчас играл на гитаре молодой парнишка, с крашеной челкой, сине-фиолетового цвета. – Клас! Это ведь "Believer"! – хлопнула в ладоши Байс, улыбнувшись. Парень закончил играть песню и посмотрел в толпу, хитро улыбнувшись. Чертик вдруг удивленно на него уставилась, слегка прищурившись. – Да нет… Быть не может! Вовка, ты что ли? – спросила в воздух она, внимательно сверля взглядом парнишку. Александр покосился на музыканта. – А эта песня посвящается вон той паре. Зуки, от друга, – подмигнул тот чертику, весело улыбнувшись. – Офигеть не встать… Вовка! – так же весело заулыбалась та. – Вот это встреча! – Кто это? – внимательно прищурился Александр. – Это один из моих академических приятелей. Водяной, – хихикнула блондинка. – Мы с ним вместе уроки в академии, в Аду, срывали! И над учителями подшучивали. Вот были времена! – ностальгически улыбнулась она. – Пять лет не виделись, представляешь! На самом деле, у него очень сложно произносимое имя, поэтому его все зовут просто – Вовка. А почему… Это долгая история, я расскажу немного позже, – мягко усмехнулась мужу она. – Думаю, что Зуки узнает свою любимую песню. – О… Интересно, какую из? – загорелась энтузиазмом зеленоглазая. – У меня их много! – Эту песню мы часто орали вместе на уроках… – проверил строй гитары парень, улыбнувшись улыбкой истинного тролля. – О боже… Не надо… Прошу… – дошло письмо до адресата. Блондинка залепила себе фейспалм. – Ну-ка мечи стаканы на стол, ну-ка мечи стаканы на стол, ну-ка мечи стаканы на стол, и прочую посуду. Все говорят, что пить нельзя, все говорят, что пить нельзя, все говорят, что пить нельзя, а я говорю, что буду! – тихо начал напевать тот, убедившись, что инструмент играет чисто. – Алекс, я тебя прошу, выкинь это из своей памяти… Я была слишком молода, глупа и неопытна… – закрыла лицо рукой девушка, матерясь на итальянском. – Рано с утра, пока темно, пока темно, пока темно. Рано с утра, пока темно и мир еще в постели. Чтобы понять куда идти, чтобы понять зачем идти, без колебаний прими сто грамм и ты достигнешь цели! – продолжал Вова – Санта Мария… – пробормотала красная, как помидор, зеленоглазая. – Вов, а Вов… Заткнись, пожалуйста… У меня тут муж вообще-то… – А мне как-то плевать! Я выступаю! – довольно проорал он на чистом русском, перестав играть. Да, он был немного не в себе из-за того, что выпил… – Твою ж мать… – с непроницаемой физиономией на русском выдала Байс. – Вот же… Водяной, – сдержала эпитет она. – Так, ладно, – парень поднял руку вверх, – Всем спасибо, да. Мне пора! – брюнет поправил прическу, уложив её на правую сторону, и начал пробираться через толпу прямо к давней знакомой. – Зуки! Какая неожиданная встреча, компадрэ! – воскликнул подошедший парень. – Да… Неожиданная… – проговорила та, выпав в каплю. – А это твой… парень? – кивнул на Александра брюнет. – Муж… Это мой муж… – Ох, ну них… кхм… Я тебе искренне сочувствую, чувак. С этим сладить не мог никто, – похлопал по плечу шотландца Вова. – Заткнись, пожалуйста… – хлопнула себя по лицу девушка. – Да ладно тебе… И куда делась вся ваша нахальность, сеньора? – Я сейчас вашему светлому лику придам украшение в виде моей ноги, сеньор, если вы не изволите захлопнуть свой хавальник, – отрапортовала та, нахмурившись. – Все, вижу. Не надо, – убрал руку от плеча парня тот и поднял их в жесте “сдаюсь”. – Вот и правильно. Хороший головастичек, – ухмыльнулась та. – Я не головастик!.. Подумаешь, упал я в фонтан… Подумаешь, чуть не утонул… Я был пьян! – Водяной и чуть не утонул. Я, таки, с вас фигею, компадрэ, – хмыкнула Байс, скрестив руки на груди. Александр переводил взгляд с жены на парня и немного хмурился, глядя на оного. Та заметила это и незаметно погладила мужа по руке. – Благодарствую! – шуточно поклонился тот. – Пожалуйста. У меня к тебе такой вопрос… Дай гитару погонять! – резко сменила тему чертик, сверкая глазами-звездочками. – Только попробуй что-то ей поломать! Это – мой хлеб и если с этим “хлебом” что-то случится, то вон море. – снимая инструмент с плеча и отдавая его в руки чертика, произнес парень. – Да, да, можешь не продолжать! Я и без тебя знаю, что плаваю хреново! – не отводя взгляда от электрогитары протараторила та. – Сейчас будет концерт по заявкам… – восхищенно и, чуть ли не слюну пуская на инструмент, произнесла та, запрыгнув на лавочку и встав во весь рост. Изымая медиатор из специального крепления, блондинка будто преобразилась, приобретая более нахальный и наглый вид. – Ты заберешь всю мою публику! У меня так-то свидание с фанаткой намечается… – ехидно кинул тот подруге, сравнявшись с Гамильтоном. – Хо! Так значит свидание, да? – гаденько ухмыльнулась та. – Только попробуй! – Время мстить! – зловеще начала та. – Господа, прошу минуточку внимания! Сейчас звучит песня для моего старого приятеля и знакомого! Это одна из его фаворитных песен, поэтому прошу вас! – Нет, я все же не понимаю, как ты с ней сладил, парень… Да, кстати, как тебя величать-то? – обратился к шотландцу брюнет. – Александр, сэр… – робко отозвался тот. – Когда переехал не помню! Наверное был я бухой! Мой адрес не дом и не улица! Мой адрес сегодня такой! ВВВ Ленинград! Спб точка ру! – запела Шнура зеленоглазая, нагло ухмыляясь и умудряясь поправить упавшую на глаза прядь, прямо во время гитарного соло. – Как всегда блистательна, – хмыкнул итальянец, покачав головой, и снова начал слушать – Когда тормозил меня мусор Серега, прописки мол нет никакой! То я отвечаю "Спокойно...", всегда, "...Мой адрес сегодня такой!" И все вместе! ВВВ Ленинград! Спб точка ру! ВВВ Ленинград! Спб точка ру! – крикнула в толпу блондинка, улыбаясь. Та нестройно подхватила припев. Пели даже те, кто русского не знал совсем. Байс же вновь принялась играть соло, быстро перебирая пальцами и медиатором, при этом задорно улыбаясь. – Это была композиция, для моего приятеля-бомжары, Вовки! Аплодисменты, компадрэ! – закончила она играть, поклонившись. – Я не бомж… – прищурился музыкант. – Возможно нет, но выглядишь и пахнешь, именно, как бомжара! – подмигнула тому девушка, все еще не спрыгивая со своей импровизированной сцены. – Я не бомжара! Я честный гражданин, имеющий жилье! – ответил блондинке Вова. – Ну-ну! – хихикнула та. – Ладно, пошутили и хватит. Сейчас, еще кое что сыграю и отдам, – пояснила приятелю она, бросив взгляд на Алекса и мягко улыбнувшись. Именно как обычно, а не нахально, как пару секунд назад. – Следующая песня… А впрочем, ее знает каждый русский и не очень. Классика жанра… – усмехнулась итальянка, переведя взгляд на толпу и взяв нужный аккорд. – Делай вопреки, делай от руки… Мир переверни, небо опрокинь… – начала она, усмехаясь и глядя на гриф,а не в толпу, как раньше. А до Гамильтона вдруг дошло, что играют не для толпы... – В каждом наброске,в каждом черновике… Учитель продолжается в своем ученике… – пела девушка. Гитара тихо сопровождала слова. – Тысяча меня до меня и после меня будет… Тысяча меня и тысяча не меня в тысячах меня… И мы снова вдребезги и нас не починить… Плевать,ведь наши дети будут лучше чем мы… Лучше чем мы… – закрыла глаза чертик, слегка усмехаясь и едва заметно вздрогнув. – Когда меня не станет, я буду петь голосами моих детей… И голосами их детей… Нас просто меняют местами. Таков закон Сансары – круговорот людей, ой мама… – светло улыбнулась она. Площадь притихла. Никто не говорил по телефону или между собой. Казалось, даже журчание воды в фонтане, стало немного тише. И вот звучит последняя строчка. Последний аккорд. Блондинка открывает глаза и смотрит на собравшихся людей с легким испугом, запинаясь и не зная что говорить в таких случаях. – Б-благодарю за внимание, сеньоры и сеньориты, в-вынуждена откланяться! – поэтому самым логичным,что пришло в рогатую голову был побег с лавочки в толпу. – На, держи свою прелесть! – отдала инструмент владельцу Байс, вновь немного нагло ухмыляясь. – Рот закрой, муха залетит! – хихикнула она водяному, старательно не глядя на Александра. – Ладно, думаю, мне уже пора… – смотря на лавочку произнес музыкант, высматривая что-то. – Ох, точно. Удачной свиданки. Потом познакомишь, – ухмыльнулась зеленоглазая, пихнув парня кулаком в бок. – Заметано, братан! – отдал честь тот, махнув рукой на прощание и через некоторое время скрылся в толпе. – Вот так встреча… Не думала, что вообще увижусь с этим головастиком, – нервно хмыкнула девушка, все так же пытаясь не смотреть на мужа. – Так это твой друг, да? – взял за руку итальянку Александр, ведя по путеводителю. – Приятель, – задумчиво проговорила та. – Просто приятель. Друзей у меня… Мало, – немного запнулась она, глядя на дорогу. – Хочешь чего-нибудь сладкого? Я слышал, что мисс Алексис всегда говорит сама с собой, когда ест сладкое. Из её слов, я понял, что сладкое поднимает настроение, – усмехнулся шотландец, глядя на невесту. – У меня хорошее настроение. Просто меланхолия, – усмехнулась та. – Но против сладкого я ничего не имею. Это ведь сладкое, – важно проговорила блондинка. – Я н-нормально сп-пела?.. – вдруг робко спросила она, вновь отведя взгляд. – Я имею в виду… Я никогда особо на публику не пою… Ну… – Я понял. Как на счёт местных сладостей? – предложил Гамильтон, пропуская девушку в ларёк. – Тут очень вкусные кофейные конфеты! Хочешь попробовать? А еще медовые сладости тоже! – с энтузиазмом проговорила та, оживившись. Александр лишь кивал и с теплотой смотрел на повеселевшую девушку. Она так была похожа на солнышко, которое иногда закрывается ото всех, но делает этим только хуже себе. Да, Байси трудно смотреть на то, как её близкие страдают или переживают из-за неё и от этого она впадает в ещё большее отчаяние… по крайней мере, так казалось Александру. Сегодня он знал, что Байси было страшно вот так выйти и спеть ту песню. Но она пересилила себя. И спела. Не ради толпы… И парень мог только надеяться, что он догадался правильно. Слишком уж эгоистичной была такая мысль. *** Алексис проснулась, проспав ровно два часа. Пробуждение сопровождалось недовольным стоном и таким же недовольным лицом русой. Девушка потянулась и открыла свои серебряные глаза, смотря в потолок. – С пробуждением, – флегматично хмыкнул Лафайет, сидящий с краю кровати и читающий книгу. На обложке была видна надпись "Сто чудес ХХ века". В ответ французу, Алексис закрыла глаза, отвернулась и спряталась под одеяло, пытаясь снова заснуть. – Понятно. Спокойного, – улыбнулся тот такой реакции. – Я не могу уснуть… все. Это конец. Я проснулась, – поднялась Романова с постели, укутавшись в одеяло. Сея “рулетик” подполз к Жильберу и заглянул парню через плечо в книгу, положив голову на это самое плечо. – Что читаешь? – Да вот… Как там выражается мадам? "Хисторикал херня"? – с легким акцентом проговорил тот. – Не ляпни это где-нибудь на улице, – коротко засмеялась Алек, повернув голову в сторону француза. – А что я сказал не так? – с недоумением покосился на невесту тот. – Это не совсем приличное выражение… Точнее последнее слово не является приличным, – потянула ручки к книжке Алексис, не нарочно обнимая парня со спины. Тот улыбнулся, бросив на девушку нежный взгляд. – Прости, я не знал, – хмыкнул он. – Впрочем, я не удивлен. Мадам в облике месье Раса всегда была крайне красноречива. Кстати, как и ты… – добавил он, вспомнив какими выражениями девушка крыла британцев на поле боя. –… ну я… мнг… Неловко… – не нашла слов русая, поджав губы и повиснув на шее жениха. – Всегда уважал это твое умение, – усмехнулся маркиз. – Правда, теперь так делать не советую. Остальные могут неверно истолковать твою душевную экспрессию, – невозмутимо заметил он, переворачивая страницу. – Интересно? – спросила русая, не отпуская француза. – Ага. Не думал, что люди способны на путешествие в космос, – честно признался тот. – Гагарин наше все! – гордо провозгласила Алексис, – Ну раз интересно, то я не буду мешать… – отстранилась девушка, разрыва объятия и уже раздумывая, как бы смыться покупаться. Слезая с кровати, русая проскользнула к шкафу, взяв оттуда новую футболку и шорты, и быстро скрылась за дверью, тихо подбежав к лестнице. – Подожди, – донеслось из комнаты. Парень вышел следом, все так же с книгой. – Я с тобой. Купаться не пойду, но на берегу посижу с удовольствием, – пояснил он, подойдя к невесте. – Побег не удался, – расставила руки в стороны Алексис. – Зачем ты вообще убегаешь? – скептически посмотрели на нее. – Мне нравится дурачиться, это весело… – улыбнулась Романова, повернувшись к парню. – Улыбнись! – девушка поднялась на носочки, дотянувшись до лица жениха и подняла пальцами края его губ, весело улыбаясь. – Что ты делаешь? – рассмеялся тот, убирая руки веснушчатой от своего лица, но не отпуская их. – Я делаю тебе улыбку! – воскликнула русая, все также лучезарно улыбаясь. – Зачем? – с веселым смешком спросил парень, усмехаясь и глядя на невесту. – Она у тебя красивая! – не теряя настроения сказала сероглазка. – Вот как… Ну раз уж на то пошло, я попробую улыбаться чаще, ради тебя, – дотронулся до щеки русой тот, нежно улыбнувшись ей. – Спасибо, – отвела взгляд в сторону та пытаясь не краснеть, что получалось не очень. – Мне не сложно улыбаться, когда ты рядом, – усмехаясь произнес француз, целуя девушку. – Ну что, идем? – как ни в чем не бывало спросил он. – Д-да, идём! – повернулась к выходу русая, скрывая смущение. Маркиз только улыбнулся такой реакции. Ему нравилось ощущать, что его тоже любят. Взгляд русой говорил об этом без слов. – Мы дома! А еще мы принесли сладости! – открылась дверь и внутрь зашла Байс. – Отлично! Значит так: разворачиваетесь и идём на пляж! – повернула подругу в противоположную сторону Алексис, начав толкать ту в спину на выход. – Идем! – с энтузиазмом проговорила блондинка, улыбнувшись. – Осторожней! – предупредительно воскликнула она, чуть не упав на Алекса, стоящего сзади. – Ты чуть человека не задавила! – возмутилась зеленоглазая. – Какая разница! Идём купаться! – Алексис порвалась через Байс с Александром и выбежала на веранду, а с неё на пляж. – Ни стыда ни совести. Ничего лишнего, – хмыкнула на это итальянка покачав головой. – О, изучаете будущее, месье? – усмехнулась она, глядя на книгу в руках Жильбера. – Да так, для легкого чтения, – пожал плечами тот. – Прошу меня простить, – хмыкнул француз, направившись за сероглазой. – Ладно, я сейчас, переодену купальник, – уведомила мужа Байс, поставив пакеты со сладостями рядом с дверью. – Ты пойдешь купаться? Если да, то плавки вон в той тумбочке. *** – Алек, падла, стой! Я тебя сейчас топить буду! – громко раздалось над пляжем. – Я Водяной, я Водяной! Никто не водится со мной! – спряталась под воду Романова. Внезапно Байс прекратила преследование, для того чтобы усесться в воду и рассмеяться. – Не поверишь, но именно водяного мы сегодня с Алексом и встретили! Вовка, мой старый одноклассник из академии! – хихикала она. – Он чуть в фонтане однажды не утонул… – То есть вся нечисть существует, да? Сначала черт, потом водяной… Кто дальше? Баба Яга? – вынырнула Алексис, уставившись на Байс – Ядвига Петровна. Вела у нас биологию нечисти, – хмыкнула она. – Бабуля реально клевая! Тебе бы понравилась! А как она стебалась над классом! Это просто зэ бест оф зэ бест! – хихикнула зеленоглазая. – А про то что вся нечисть существует… Ну, должны же были откуда-то сказки появляться, верно? – почесала рог блондинка. – Иногда эти атрибуты… Мешают, – вздохнула она. – Хвост конечно довольно удобный и все такое, но… Рога убивают. Особенно когда спишь, – пожаловалась она. Алексис впала в каплю еще с первой реплики подруги и застыла в немом вопросе “Чего бл*дь?” со сведенными бровями и широко открытыми серебряными глазами. – Ага. У меня была такая же реакция, когда меня привели в академию, – проговорила чертик. – Попалась! – вдруг подорвалась с места она, повалив русую в воду. – Ааааа! Убивают! Топят! – начала бить по воде руками Романова, тем самым вызывая много брызг в сторону Байси. После осознания и выхода из “чертогов разума”, Алексис все же решила перестать болтать руками и принять вертикальное положение. – Ай! Ты чего в глаз? Больно же! – скуксилась блондинка, отойдя подальше от берега на пару шагов. – Вот же… Яма… – пробормотала она, не нащупав ногой дна. – Алек, спаси! Я плаваю плохо! – попыталась барахтаться Байс, удерживая себя на плаву. – Моя смерть… Хах… Будет на твоей совести… Хаа… – тяжело дыша проговорила она, со всей силы перебирая ногами и пытаясь выбраться. – Да успокойся ты! Недоводоплавающий… Ты же черт, а как известно “В тихом омуте…“ – вытащила на мель блондинку русая, ехидно усмехнувшись и увернувшись от брызг в свою сторону, путем погружения под воду. – Это еще ничего не значит! Я вообще плаваю плохо, аки топорик! – пробурчала зеленоглазая, выходя на берег. – “Я умею делить деньги, детей и бабушек”, постскриптум “Родион Раскольников”, – засмеялась Алекс. – “Тварь дрожащая, или право имею?” – процитировала своего любимого героя русая. – Иди ты, тварь дрожащая, – ехидно откликнулась итальянка. – Кстати, где Алекс? Он не пойдет купаться?.. – заозиралась зеленоглазая. – Здравствуйте! Я за ним не слежу… – девушка мгновенно замолчала, ибо вспомнила, что она следила за Гамильтоном, аки “заправский сталкер”. – Уже перестала, да? – ехидно подколола подругу Байс, слегка взволнованно глядя на дверь дома. – Я, наверное, схожу за ним… – начала было она, но дверь хлопнула и на пороге показался Александр. – А, нет, уже не нужно, – улыбнулась девушка, помахав тому рукой. – Алекс! Мы тут! Александр, коротко кивнул и направился к берегу. – А чего он там делал, интересно?.. Впрочем, не важно! – Романова брызнула на подругу водой и начала поспешно уплывать. – Ой! Вот зараза, – скрестила руки на груди зеленоглазая, но в воду не пошла, а уселась на берегу. – За Гоголя и двор, – стреляю в упор! – гордо проорала Алексис, и, все же, выйдя из воды вслед за подругой. – Дай полотенце, пожалуйста, – кивнула на данный предмет русая, отжимая мокрые волосы. – Держи. И иди ты, со своим Гоголем! Я уважаю его творчество, конечно. Кстати, да, "Мертвые Души" вообще шедевр! – важно произнесла Байс, кинув полотенце и подойдя к мужу. – Ты чего? Купаться не будешь? – спросила того она. – Нет, что-то не хочется… – Ты, ведь, вообще не купался. Воду не любишь, что ли? – наклонила голову набок зеленоглазая. – Ну… С тех пор, как на мой родной город налетел ураган… Я решил не приближаться к воде… – Прости… Я не хотела тебя расстраивать… – виновато опустила взгляд итальянка. – А ты и не расстраивала, – тепло улыбнулся парень поцеловав ту в лоб. – Кхм… Я тут явно лишняя… – поспешно попыталась свинтить Алексис, закутанная в полотенце, как в мантию короля. – Я бы поспорила с этим утверждением, мисс Тактичность, – хмыкнула блондинка. – Месье явно будет против, учитывая то, что читает книгу он "вверх ногами", – тихо хихикнула она, обняв мужа за руку. Лафайет, сидящий под деревом, ничего не услышал. – Попытаться стоит… – перевела взгляд на француза Романова, и сказав это также тихо. Русая начала двигаться по направлению к дому приставным шагом. Француз закрыл книгу и поднялся с места, заставив Байс тихо рассмеяться, а Александра улыбнуться. – Я же говорила, – тихо хихикая произнесла блондинка. – Санта Мария, это так мило, – на русском умилилась она. – Я крабик… – продолжила свое перемещение Алексис, ускорив шаг. – Месье, вы уже дочитали? – слегка ехидно поинтересовалась Байси, бросив взгляд на подругу. – Стоять бояться, руки вверх! – заявила она, наставив на русую сложенные пистолетиком пальцы. – Стрелять буду! – шуточно хихикнула черт. – Сдаюсь! – подняла руки вверх Романова. – И это правильное решение! Бойся меня! Я страшный и злобный черт! Ва-ха-ха! – сделала страшное, по ее мнению, лицо блондинка, мотая хвостом из стороны в сторону. Алексис засмеялась, больше закутавшись в полотенце. – Чего смешного? Я должна пугать! Вот! – скуксилась блондинка, насупившись. – Я страшная! – Ты милая… – одновременно сказали Алексы, переглянувшись и широко раскрыв глаза. – Сговорились… Они все сговорились! – прищурилась зеленоглазая. – Я не милая! Я ужас и страх! Я кошмарное создание тьмы и мрака! Я… Я на вас обиделась! На обоих! Бе! – показала язык та, надувшись и пытаясь скрыть смущение. Двое Алексов одновременно хмыкнули и дали друг другу пять. – Левел ап! Достижение смутить чертика разблокировано! – довольно улыбалась Романова, – А вот мне, кажется, пора… – девушка повернула голову к приближающемуся французу и резко сорвалась с места, двигаясь по направлению к дому. – Месье! Там ваша любовь всей жизни убегает! Советую догнать! – ехидно хмыкнула Байс, мстительно хихикнув, глядя на подругу. – Благодарю за совет, мадам! – весело откликнулся маркиз. – Я не убегаю! Я улетаю… на крыльях любви! – моментально сообразила русая. – Похоже она все-таки нашла мой коньяк… – шепнула мужу Байси. – Тот самый… – Ты брала с собой коньяк?! – строго посмотрел на жену Александр. – Нет. Он дома. Вроде… Теперь я в этом не уверена… – задумчиво произнесла та, наблюдая за друзьями. – Беги Форест, беги! – крикнула Алексис, убегая от жениха. – Я ведь тебя все-равно догоню! – откликнулся тот, ускорившись. – Русские не сдаются! – воскликнула Алексис, пытаясь бежать быстрее. Ноги проваливались в песок, из-за чего бежать в принципе было трудно, не говоря уже про ускоренный бег. – Попалась! – заключили девушку в объятия, повалив на землю. Песок был довольно жестким, поэтому упал маркиз на спину, так, что русая оказалась сверху. – Не отпущу, поняла? – улыбнулся он. Русая в этот момент казалась ему самым ценным и прекрасным, что было в этом мире. Алек пробормотала что-то не совсем внятно и обиженно нахмурилась. – Не обижайся, мон шер, – усмехнулся француз, целуя сероглазую в лоб. Хоть сейчас ему и хотелось поцеловать ее немного по-другому… – Я не обижаюсь! – не меняясь в лице сказала Романова. – И вообще, зачем ты упал на песок? Ты же весь в нем будешь! И ещё он твёрдый! – начала свою тираду русая, с застывшей на лице обиженной моськой, но в голосе той проскальзывали нотки волнения. – Так уж получилось. Не мог же я позволить упасть на него тебе. А отряхнуться я всегда смогу, правда, – мягко улыбнулся Лафайет, глядя в серебряные глаза. – И ты успешно проигнорировал моё последнее высказывание… – прищурилась девушка, слезая с жениха и придерживая полотенце. – Не переживай, я в полном порядке, – заверил невесту Жильбер, поднимаясь и помогая встать веснушчатой. Та коротко кивнула в знак благодарности. – Домой? – Если хочешь. – Хочу. – Тогда идем, – усмехнулся маркиз, взяв девушку за руку. – Или предпочтешь немного прокатиться? – немного прищурился он, весело улыбаясь. Романова задумалась, активно думая, что лучше… – На ручках? – … естественно ехать, чем идти своими двумя! – В таком случае, мадемуазель, позвольте, – поднял сероглазую на руки парень. – Мадам, месье Александр, мы в дом, – оповестил супругов француз. Байс ехидно ухмыльнулась. – Мио каро! – "Контрацептивы в правой тумбочке!"– Поосторожнее там! – весело прищурилась она. – Я тебя прибью! – заорала покрасневшая русая, после минуты соображений и воспоминания, что это такое. – Не смей так шутить! – А я серьезно! Пора бы уже! Поженитесь скоро! – с каменно-непроницаемым выражением лица произнесла блондинка. – Кто бы говорил, миссис Гамильтон! – отпарировала Романова. – Кхм… – вдруг покраснела та, поперхнувшись воздухом. – Ам… Э… Кхм... – посмотрела она на Алекса, после чего залилась краской еще сильнее. – Э… Ну… – невнятно пробормотала она. – Что? Что такое? – спросил парень, поймав на себе взгляд Байси. – Н-не важно. Но Алек я задушу. Подушкой. Во сне, – пробормотала та, отведя взгляд. – Она этого явно заслуживает… *** – Хочешь персик? – Алексис ткнула в лицо жениха бедный фрукт, заранее помытый, и с лицом, ждущим реакцию, смотрела на того. – Да, спасибо, – кивнул тот, осторожно отодвинув персик от физиономии. – Только пожалуйста, не тычь им мне в глаз… – улыбнулся он. – Хорошо! – девушка откусила свой фрукт и довольно улыбнулась. Не смотря на усталость, Алек была рада, что просто может кому-то заехать персиком между глаз и за ней не начнут гоняться с тем, что попадётся под руку… как это было раньше… – Может отдохнешь? – слегка взволнованно посмотрели на нее. – Ты выглядишь уставшей. – Да ладно, позже отдохну… – протянула Алекс. – Нет, не ладно. Ты нормально не спишь уже второй день подряд… – вздохнул француз. – Пожалуйста, относись к своему здоровью серьезней, мон шер… – Я не знаю, как правильно заботиться о своем здоровье, – тихо сказала Романова, выкинув косточку. – Давай, я попробую тебе, с этим, помочь, – предложил Лафайет, приобняв русую за плечи. – Меня, на этот счет, матушка так дрессировала… Думаю, до сих пор, разбуди меня посреди ночи и я смогу зачитать правильный распорядок дня, – хмыкнул он, отведя слегка поникший взгляд. – Если тебе не надоест, то я буду только рада! – улыбнулась русая, повернувшись к парню и заметив его в не самом лучшем расположении духа. – Ты… Что тебя так огорчило? – А? Нет, я в порядке. Просто вспомнил одну… Вещь, – запнулся тот, усмехнувшись. – Не особо важно. Пустяк. – Ну раз пустяк, то ладно. Ты сейчас спать пойдёшь или почитать хочешь? – перевела тему Романова. – Сейчас мы спать пойдем. Тебе нужен отдых, – мягко улыбнулся ей парень, с тайным облегчением. – Ага. Так ты спать пойдешь, да? – зевнула Алексис. – Да, – кивнул тот, поднимаясь с дивана и беря на руки русую. – Идем. Хоть немного поспи, а не сиди в телефоне, пожалуйста. “Я же не просто так в телефоне сидела… Из-за тебя, между прочим… “ – Да, конечно! – кивнула русая, скрыв дикое смущение от воспоминаний. – Так-то лучше, – кивнул Жильбер, открывая дверь в спальню. – Вот и место назначения, – хмыкнул он, осторожно опустив сероглазую на кровать. Мысли вернулись к тому происшествию, заставив парня дико смутиться и в который раз мысленно обозвать себя идиотом. Впрочем, он попытался этого не показать, оставив выражение лица непроницаемым. – Сколько времени? – спросила Алексис, забираясь под одеяло. – Девять пятнадцать, – ответил француз, взглянув на экран мобилки. – Нет, это не слишком рано. Спать нужно ложится именно с девяти до десяти. – До десяти еще целых 45 минут! – возразила Романова, поправив подушку. – Ничего страшного. Я же сказал, в промежуток, между девятью и десятью, – пояснил маркиз, присев на край кровати. – Но мне же уже пятнадцать! Скоро шестнадцать! – попыталась отстоять свое право на час времени русая. – Я, до сих пор, так ложусь. На данный момент, мне, получается… Девятнадцать. А если брать в расчет те годы… Чувствую себя стариком… – пробормотал тот, выпав в каплю. – А мне там двадцать! Я моложе! – победно воспрянула сероглазка, сверкнув гордостью. – Младшие должны старших слушать, – ехидно усмехнулся парень. – А… А… – подняла вверх указательный палец девушка немного растерявшись. – А младшим надо уступать! – Игрушки. И книги. А вот вырабатывать режим нужно с детства, – так же ехидно улыбаясь произнес тот. – Но я же уже не маленькая, – все-таки легла на подушку девушка, сдавшись. – Значит и уступать тебе не нужно, – шутливо показали ей язык. – Ты меня запутал! – прикрыла глаза та. – Распутывайся, – нежно улыбнулся Жильбер, погладив невесту по голове и заправив непослушную прядь ей за ухо. – Спокойной ночи, мон шер… – Спокойной, – улыбнулась в ответ русая, засыпая. – Когда-нибудь… – тихо пробормотал Лафайет, отведя взгляд. – Когда-нибудь я смогу извиниться… И за те слова, матушка… И за поступки, мон шер… – вновь взглянул на веснушчатую он, вспоминая, что был намерен сотворить и вновь коря себя. *** Байс еще раз обвела взглядом пляж, сидя на песке и глядя на море. – По-моему это краб… Да, это краб! Прикольно! – вдруг наткнулась взглядом на животное она. Краб был довольно большим, песчаного оттенка и сливался с песком. Девушка встала и тихонько приблизилась к морскому обитателю, пытаясь вести себя как можно незаметнее. Но… Это же Байс. – Ай! Нет! Стой! Стой-стой-стой! – блондинка запнулась ногой о песок, упав прямо перед крабом. Бедное существо не выдержало такого стресса и со всей дури дало деру. – Ну вот… Убежал… – немного расстроилась зеленоглазая, потирая ушибленную ногу и отряхиваясь от песка. – Ты в порядке? – подбежал к девушке обеспокоенный Александр, присев на одно колено. – Сильно больно? – Нет, ничего страшного, – улыбнулась та. – Мне от такого ничего не сделается, – заверила того она. – А вот краб убежал, это обидно… Интересно, что едят крабы? Рыбу? – ушла в размышления та. – Крабы едят обычно водоросли, а так они всеядны. С ногой точно все нормально? – для полной уверенности спросил парень. – Ага. Я живучая! – широко улыбнулась блондинка, поднимаясь. – Прогуляешься со мной, по саду? Он тут как тропические джунгли прямо! – предложила парню она, подавая руку. – Идем? – С тобой – хоть на край света…