Royal change

Это было невероятно. Обучение светским манерам совсем вышло из-под контроля, почти не успев начаться. Как можно чему-то научить чейнджлингов, когда один из их правителей не стремится овладеть необходимыми знаниями поведения, а даже наоборот делает всё возможное, чтобы сорвать урок? В то время, как Торакс пытается объяснить чейнджлингам правила поведения за столом и использование столовых приборов, Фаринкс начинает учить их отбиваться от толпы пони обычной вилкой, рассказывает как не дать себя окружить и пережить нападение под обеденным столом. Конечно, не сказать, что эти уроки такие уж бесполезные, учитывая, что чейнджлинги, прекрасно понимая все свои прошлые проколы, до конца не уверены, что пони простили их и так просто готовы принять в свой мир, но не стоит же отдавать этим урокам так много времени и доходить до фанатизма! Торакс устало вздохнул, подозвал к себе одного из чейнджлингов, протянул ему свои записи по поводу проводимого урока, а сам направился к выходу, кивком головы пригласив и Фаринкса за собой. Минута — и два брата уже шли по пустому коридору Улья. Избранные чейнджлинги продолжали свои прерванные уроки сами. Сейчас они должны были разучивать королевский вальс, а заодно и искусство разговора со знатными пони и высокопоставленными лицами. Было ещё довольно раннее утро, и все остальные чейнджлинги спали, потому никто не должен был помешать или, что ещё хуже, услышать разговор двух правителей. — Фаринкс, к чему весь этот цирк? — как можно спокойнее спросил Торакс. — Честно, брат, не понимаю. Я и сам считаю все эти твои уроки полным абсурдом, рад, что мы одного мнения, — с саркастичной усмешкой ответил чейнджлинг. Торакс смерил своего брата недоброжелательным взглядом. — Вообще-то я имел ввиду все твои ненужные вмешательства в мои уроки. Вместо того чтобы попытаться чему-то научиться, а это пошло бы тебе на пользу, ты начинаешь учить наших друзей какой-то ерунде, срываешь мои уроки и подрываешь мой авторитет как правителя, — мягко, но в то же время строго проговорил младший брат. — Это не ерунда. Я между прочим тоже правитель, как и ты, и имею право учить наших поданных тому, что посчитаю нужным. Если ты не забыл, я всю жизнь был ответственным за безопасность нашего Улья, — с этими словами он стукнул копытом себя в грудь. — И не собираюсь пренебрегать своими обязанностями. — Никто не спорит, что ты правитель и не снимает обязанности по обеспечению нашей безопасности. Многие твои уроки действительно были бы полезными во многих ситуациях, но обороняться одной вилкой против могущественных аликорнов и их армии? Ты что, серьёзно? — Вполне, если под копытом нет ножа, что же ещё использовать для защиты? Вилка вполне подойдёт. Один раз ударишь и оставишь четыре кровоточащие раны на противнике. — Ты бы ещё ложкой научил их пользоваться в таком же ключе, — недовольно пробурчал младший из братьев. — Неплохая идея! Её при желании тоже можно использовать для защиты. Как только вернёмся, я покажу. — Фаринкс, да ты что? Приди в себя! Мы же уже с тобой обсуждали и не раз, что пони нам не враги, они наоборот хотят подружиться с нами, не нужно ожидать от них подлости и готовиться защищаться. Почему бы не дать им шанс? — Да неужели? Раз они так горят желанием наладить с нами контакт, отчего же они не приехали сюда сами, а вызывают сразу обоих правителей новоиспечённого королевства в самое сердце Эквестрии — место переполненное одними пони, которые помнят, как мы в своё время пытались захватить их столицу, мм? — Фаринкс обежал своего брата и, перекрыв собой единственный проход, с вызовом взглянул тому в глаза. И чейнджлинг добился нужного ему эффекта. Торакс слегка округлил глаза и отвёл взгляд. Несколько минут он искал в своей голове хотя бы что-то для достойного ответа, но как он ни старался, на ум никак ничего не приходило, так что правитель чейнджлингов лишь понурил голову. — Так я и думал, — с нескрываемыми торжеством и неприязнью произнёс Фаринкс, развернулся и поскакал вглубь Улья. — Пора бы тебе, братец, перестать быть таким наивным, — напоследок бросил чейнджлинг, прежде чем свернуть и скрыться в одном из проходов. Торакс какое-то время оставался неподвижен. Разговор с братом оставил очень неприятный осадок на его душе и испортил настроение на весь день. Разумеется, Торакс не мог не признать, что доля правды в словах второго правителя всё же есть, но это нисколько не переубеждало короля в принятии своего решения. Они поедут на Гала, чего бы им это не стоило. Несмотря на все попытки Фаринкса вмешаться в уроки хороших манер, чейнджлинги всё-таки овладели всеми необходимыми им навыками и делали небывалые успехи в вещах, что доселе были им совершенно не знакомы. После своего разговора с братом Торакс решил попытаться держать того хоть некоторое время подальше от проводимых занятий. Он нарочно выдумал историю о том, что недавно заметил следы Медвежука на их территории (те следы, что он сам же и оставил, на мгновение обернувшись тем самым зверем для доказательств) и увеличил количество патрулей, которые, разумеется, всегда возглавлял Фаринкс. Пока старший брат рыскал в поисках неведомого чудовища, Торакс проводил дополнительные занятия для чейнджлингов, которые уже проходили намного спокойнее. Конечно, надолго подобная политика Фаринкса бы не отвлекла, потому оба правителя договорились разделить между собой уроки манер и безопасности. Выбранные чейнджлинги уставали вдвое больше, но по крайней мере компромисс был достигнут, и оборотни смогли обучиться всему необходимому. Даже Фаринкс смог узнать что-то новое и запомнил некоторые правила на теории, да и в принципе он пообещал вести себя на самом мероприятии тише воды, ниже травы. В общем, вскоре для Гала всё было готово. Костюмы прибыли вовремя и оказались в пору для каждого чейнджлинга, подходя к каждому из них даже по цветовой гамме. Рэрити превзошла саму себя, сумев создать идеальный костюм для каждого, даже не видя его лично и ориентируясь лишь по не столь информативным записям Торакса, которые были полезны разве что наличием мерок. Оба правителя были довольны своими воспитанниками и на общем уроке, где они подводили некие итоги, чуть оба не пустили слезу, в особенности, конечно же, Торакс. Все пятеро чейнджлингов хорошо усвоили, с какими словами нужно подходить к представителям высшего общества, и можно было надеяться, что они не скажут при беседе ничего лишнего и будут держаться на Гала уверенно, так, словно они выросли в этой среде и ежегодно посещают сие событие, до которого, к слову, оставалось всего два дня. За это время как раз чейндждинги должны были успеть прибыть в замок и разместиться в нём как и положено всем почётным гостям Кэнтерлота. Путь до столицы пони был не близок и опасен, потому решили лететь ночью, чтобы к утру как раз подлететь ко дворцу. Как ни странно остальные чейнджлинги восприняли всю эту кутерьму с Гала неоднозначно. Кто-то радовался за других чейнджлингов и их возможность стать причастными к чему-то столь великому и прекрасному, как ежегодный бал, кто-то гордился, что представителей их рода разместят под боком у легендарных принцесс как почётных гостей, а кто-то и вовсе негодовал и считал всё это полной ерундой. В день отъезда все чейнджлинги решили устроить проводы для своих правителей, родственников и друзей, что вынуждены, пусть и ненадолго их покинуть. Хитин — молодая миленькая кобылка с голубоватой кожей и потрясающими фиалковыми глазами — объяснила Тораксу, что все оборотни после своего обновления слишком сильно сблизились друг с другом, научились ценить и любить своих близких, оттого им очень тяжело расставаться с семью сородичами, пусть и на время, поэтому они и хотят устроить для них праздник и как следует проводить. Поначалу Торакс безумно обрадовался этой идее и даже принимал участие в организации, несмотря на то, что ей хотели заниматься именно те чейнджлинги, которые остаются в Улье, но затем, непосредственно во время проводов на правителя чейнджлингов накатило горькое разочарование. Он видел, что некоторые его подданные прощаются друг с другом не просто на время, а так, словно расстаются навсегда! Некоторые оборотни уже не верили встретиться со своими близкими, они считали, что пони подготовили им страшную ловушку в отместку за все их прошлые грехи, а особенно "умные" особи высказывали свои предположения, касательно того, что эти пять чейнджлингов — первая необходимая жертва, дань правителям Эквестрии за спокойную жизнь. Торакс уже неоднократно успел пожалеть о своём решении поехать на Гала и устроить проводы. Поначалу он пытался образумить несогласных с ним чейнджлингов, но всё было без толку, поэтому правитель оборотней даже начал подумывать не лететь на Гала вовсе. Зачем пытаться наладить отношения с государством, к которому некоторые твои подданные относятся со страхом и ненавистью? Однако его внимание привлекла небольшая семья, стоящая поодаль от остальных. Около цвета морской волны чейнджлинга крутилась ещё очень маленькая нежно-голубая кобылка. Неумело размахивая розоватыми крылышками она подлетала то к жеребцу, то к лазурной кобылке, не переставая что-то пищать. — Папочка, неужели ты правда полетишь в Эквестрию? — расслышал Торакс, подойдя чуть ближе. — Да, малыш, правда, — улыбнулся синеватый оборотень. — И ты правда увидишь самых настоящих пони? Познакомишься с самыми настоящими принцессами? — продолжала восторженно пищать малышка, ползая по салатовому панцирю отца. — Правда, — продолжал он отвечать со смехом. — Хотя я предпочёл бы остаться дома со своими двумя принцессами, — и он перевёл взгляд своих янтарных глаз на стоящую рядом лазурную кобылку, всё это время с улыбкой наблюдавшую за дочерью. — Не, па, мы же просто оборотни, а вот они принцессы! С самыми настоящими коронами! И ты их увидишь и познакомишься с ними! — верещала малышка. — Почему вот я не могу поехать с тобой? Я тоже хочу в Иквестрию! — В Эквестрию, — мягко поправил глава семейства. — Ты ещё маленькая, и у тебя всё впереди. Вот подожди, ты подрастёшь, мы наладим между нашими королевствами дружественные отношения, и тогда я лично познакомлю тебя с принцессами. — Правда? — округлила свои и без того большие тёмно-бирюзовые глаза кобылка и подлетела вплотную к мордочке отца, заглядывая тому прямо в глаза. — Ты обещаешь? — Конечно, обещаю, Оцеллус, — улыбнулся оборотень. Названная кобылка радостно пискнула и на чувствах обняла отцовскую шею, после чего к ней присоединилась и мать семейства. — Тогда возвращайся поскорее, чтобы всё-всё мне рассказать! — крикнула она. — Сделаю всё возможное, — пообещал чейнджлинг, прижимая передними ногами двух своих любимых кобылок. Более Торакс решил не задерживаться и дать семье спокойно попрощаться без лишних ушей. Случайно увиденная сцена разожгла в душе правителя слабую надежду. Если в его королевстве продолжают существовать семьи, которые верят в возможную дружбу между пони и оборотнями, значит, ещё не всё потеряно. Он должен поехать в Эквестрию и постараться установить мир между их государствами, наладить торговые и союзнические отношения ради его подданных. Ради всего следующего поколения. Ради маленькой Оцеллус. Остаток дня душу правителя ничего не трогало, он даже не обращал внимания на тех чейнджлингов, что продолжали утверждать, что их сородичи отправляются на верную смерть. Некоторые оборотни разговаривали между собой как можно громче, чтобы Торакс слышал, что это плохая затея, но королю было всё ли равно. Он уже всё решил. И когда ночью чейнджлинги всё же отправились в путь, пролетая под холодными освещающими путь звёздами, сквозь влажные тёмные облака, под беловатым лунным светом, скользящим по крыльям и гладким панцирям летящих, Торакс, возглавлявший свой отряд, вновь вспомнил ту прекрасную семью, которая напомнила ему об истинной цели их путешествия. "Маленькая Оцеллус и весь наш остальной молодняк будут расти вместе с нашим молодым государством. Мы должны сделать для них всё, и, если мы заложим достаточно прочную основу, мы передадим её им, подарим им весь мир. И тогда, в один прекрасный день наше следующее поколение сразит всех наповал. Мы должны обеспечить нашим детям безопасный лучший мир. Я должен обеспечить."