Insomnia

[Hozier — Take Me To Church]

Баки ждал уже дольше оговоренного времени. Это ожидание начинало его беспокоить, медленно, но верно, распространяясь по организму. На улице становилось темнее, холодало, ветер неприятно дул в лицо, из-за чего он повернулся вполоборота. Здание средней школы все еще было у него на виду, но никакого оживления там не наблюдалось. Баки уже хотел осмотреться, пройтись, но услышал шаги, обернулся. Внутри сразу стало легче, словно отпустило. Пэйтон шла быстрее обычного и прямиком к нему. — Привет, извини, заговорилась с родителями на парковке. — Привет, ничего. Баки посмотрел на Пэйтон и заколебался. Он до конца не понимал, что между ними, что у нее с Чейзом и есть ли вообще еще хоть что-то. Более того, знал, что скоро все это закончится, что у этого не будет никакого продолжения и, тем не менее, поцеловал, решив, что лучше извинится потом, чем будет думать об этом всю дорогу. Поцелуй вышел легкий, ненавязчивый, просто чмок, который обычно получают при встрече. Пэйтон улыбнулась и взяла мужчину за руку. — Пойдем. Пройдя некоторое расстояние, Пэйтон вдруг поняла, что есть что-то странное в том, чтобы гулять вот просто вдвоем, без Бруно, без предлога, объяснения, почему еще они могут идти вдвоем. Баки же о подобном не задумывался. Впервые за все время, он, наконец, позволил себе хоть как-то расслабиться, отпустить ситуацию и получить малую часть той прошлой, почти забытой жизни. Они гуляют дольше, чем планировали, останавливаются выпить кофе в кофейне и не спеша направляются к дому. Когда Баки и Пэйтон оказываются на лестничной клетке, то время уже уходит ко второму часу. Стоя около квартир, они оба смотрят друг на друга, имея странное желание не расставаться. — Спасибо, что встретил и… я хорошо провела время. — Да, я тоже, — ответил Баки, замолчал. Внутри нарастало желание, что от этого вечера он хотел получить больше, чем прогулка и поцелуй на прощание. Природа, симпатия, влечение брали свое, но поддаваться желаниям он не спешил, напоминая себе, кто он и что вообще может себе позволить в этой жизни. — Тебе, наверное, лучше вернуться в квартиру, — спустя молчаливую минуту, продолжил Баки. — Ты правда так думаешь? Пэйтон чувствовала себя с ним на минном поле, порой, не зная что сказать, а порой чего от этого человека ждать. Тем не менее, было глупо отрицать, что ее тянуло, несмотря на все, что было, уже успело случиться. Баки заметил в ее глазах непонятную ему решимость. В голове появилась мысль, что, может, это оно и их желания совпадают? Он подошел ближе и поцеловал, взяв одной рукой за шею под ухом, а второй ухватив за талию. Пэйтон ответила, ухватившись за воротник его ветровки, стараясь оставлять минимальное расстояние между ними. Все остальное происходило в суматохе: поиск ключей, открывание двери, отмахивание от Бруно, который подбежал к двери, чтобы встретить хозяйку. Пэйтон порой задумывалась о том, каким Баки будет в это плане. В голове почему-то рисовался образ, что он возьмет сразу, грубо, без особых прелюдий, но в реальности все шло иначе. Баки буквально внес ее в комнату, к дивану, но, кажется, продолжал стараться думать и верхней головой, сомневался. Пэйтон оказалась на диване и встала на колени, начала снимать с мужчины одежду. Баки решил тоже не терять времени и уложил Пэйтон на спину, коленом аккуратно разводя ей ноги. В голове оставалось все меньше мыслей, от каждого прикосновения словно пробегал разряд. От возбуждения начало потрясывать, когда Баки окончательно подмял девушку под себя. Девушка почувствовала вес его тела на себе, пальцы живой руки в сплетении с ее, металл где-то на уровне бедер. Стоны в голос, требовательные, сладкие, выходили, кажется, откуда-то снизу живота, приятно дразня рецепторы мужчины. Баки и забыл, что может быть так хорошо, приятно от человека, что можно так кого-то хотеть. И он целовал, становился резче, проникая все глубже, ловля стоны губами, пока запал не иссякнет, пока не дойдя до пика не услышит собственное имя, пока не почувствует обессиленное тело на себе, покрытое испариной, возможно, продолжающее что-то неразборчиво мурлыкать. *** Пэйтон спала уже несколько часов. Девушка завернулась в одеяло, уткнулась головой в бок Баки и, кажется, еще долго не собиралась просыпаться. Баки хотел приобнять ее, лечь по-иному, но рассудил, что рука быстро начнет затекать и все лучше оставить так, как есть сейчас. Он не спал. Даже не пытался заснуть или просто задремать. Опасаясь, что пробуждение снова будет слишком буйным или громким, Баки решил, что так будет лучше. Он лежал на спине. Чуждое ему спокойствие прошло. Сейчас мозг снова дал сигнал тревоги, оповещая о том, что он совершил ошибку, позволяя чему-то такому случиться ночью. Посмотрев на Пэйтон, Баки понял, что отчасти завидовал ей. Для нее вся эта ситуация гораздо проще. Она получила нужную информацию и с ее учетом сделала то, что хотела сама. Пожалеет, ли она об этом? Баки хотел бы думать, что нет. Несмотря на то, что все его инстинкты говорили, что это лишнее, что этого не следовало допускать, он был уверен в одном — уехав из Чарльстона, жалеть об этом знакомстве, обо всем, что было дальше, он точно не станет. Пэйтон проснулась с первыми лучами солнца, когда они начали пробиваться через разновешанное окно. Баки так и лежал, но почувствовал более активное шевеление рядом с собой. Пэйтон приподняла голову, приоткрыла один глаз, избегая света, и сонно посмотрела на него. Сейчас заспанная, лохматая, с остатками вчерашнего макияжа, Пэйтон выглядела забавно, напоминая маленького зверька, выбравшегося из норы после спячки. — Доброе утро, — заговорил Баки, поняв, что можно считать, что Пэйтон проснулась. Она все еще сонно посмотрела на него, но улыбнулась и потянулась, легла на спину, натянув одеяло повыше. — Доброе утро, — ответила Пэйтон и повернула голову к Баки. — Как спалось? Баки усмехнулся вопросу и повернулся к ней, лег набок. Пэйтон продолжала смотреть, но невольно обратила внимания на руку, которую вчера не было возможности рассмотреть. Там, где бионика соединялась с плотью, было множество шрамов. Да и сама конструкция выглядела не так, как она ожидала. Поняв, что она смотрела слишком долго, Пэйтон поспешила отвести взгляд, но было поздно. Баки это заметил. — Извини, я… никогда такого не видела. Взгляд Баки смягчился. В конце концов, что ему взять с человека, далекого от всего того, в чем долгое время жил он. Можно было понять такую реакцию. — Это экспериментальное… Баки хотел сказать «лечение», но язык так и не повернулся. Он замешкался и сел, Пэйтон взглядом проследила за ним. — Это экспериментальная операция, — поправил Баки. — А ты разобрался со своими врачами и… теми проблемами? — Я над этим работаю, — без энтузиазма проговорил Баки, давая понять, что об этом говорить не желал. Пэйтон уловила эту нотку в его голосе и села за его спиной, положила подбородок на плечо живой руки. Первый порыв Баки — напряжение, но потом это отступило. Он повернул голову к ней и потянулся за поцелуем, но Пэйтон отстранилась. — Зубы. Мне надо почистить зубы. Тебе, наверное, тоже. Баки насмешливо приподнял брови, а Пэйтон натянула одеяло до рта, отрицательно мотая головой на его приближение. — Нет. Нет. И нет. — Иди сюда. — Я тебя ударю, — предупредила Пэйтон. — Я это переживу, — усмехнулся Баки, снова уложив девушку в постель и нависнув над ней. Пэйтон стало от всего этого смешно, но хватку одеяла она расслабила. Они провели вместе две недели, которые Баки фактически прожил у нее. Вместе выгуливали Бруно, а порой гуляли и без него. О будущем, планах никто не говорил. Пэйтон была уверена, что вместе на свадьбу брата они не пойдут, что скоро этому придет конец, но от этого время, проведенное вместе, казалось только важнее. Через две недели, занимаясь сексом, Пэйтон вдруг поняла, что это их последний раз. Взгляд Баки, прикосновения, поведение буквально кричали о том, что он хотел запомнить это, оставить в памяти и сделать так, чтобы приятный отпечаток остался и о нем. На следующий день она нашла приготовленный завтрак на кухне и записку. В соседней квартире была тишина.