Подари мне жизнь...

Правильно ли я поступаю, врываясь в чужую жизнь после стольких лет? Не знаю, но выбора у меня нет – Кот моя последняя надежда. Наблюдение у специалистов, бесконечные курсы химиотерапии и призрачная надежда на донора – это все то, что занимает большую часть моей жизни и все то, чем я живу день за днем. Каждый раз смотря на своего маленького ангелочка, кусаю губы, сдерживая рвущиеся наружу слезы отчаяния и собственного бессилия. Внешнее спокойствие и напускная холодность Ионова пугают до чертиков, заставляя меня дрожать словно школьницу перед ответственным экзаменом. Но отступать уже поздно. Я бы ни за что на свете не решилась влезть в его жизнь, переворачивая все с ног на голову, но сейчас на кону жизнь моего ребенка – нашего общего ребенка. В последний момент не сдерживаюсь и даю волю слезам – сейчас не нужно строить из себя железную леди, а можно побыть слабой женщиной. Впервые в жизни мне не стыдно за свои слезы – я имею на них полное право. Даже не удивляюсь тому, что сразу же оказываюсь в теплых объятиях – как бы Ионов не злился на меня, он всегда меня защищал и поддерживал не только в трудных ситуациях, но и даже тогда, когда я была не права. Понимаю, что это неправильно, но едва оказавшись в его руках, я тут же немного расслабляюсь. Вася, как и предполагалось, тут же начинает предлагать любую всевозможную помощь и очень удивляется, когда я завожу разговор о донорстве. Судя по его лицу, он уже пытается вспомнить номер военного психолога, чтобы отправить меня к нему на консультацию. Увидев, как Кот переживает пока еще мое горе, я забываю о том, что он пока не в курсе своего неожиданного отцовства. У него, наверное, вся футболка мокрая от моих слез, но он также продолжает крепко прижимать меня к себе, разрешая моим пальцам изо всех сил судорожно цепляться за сильные плечи. Выдыхаю и вдыхаю несколько раз подряд – нужно собраться и все ему рассказать. Дрожь в теле снова дает о себе знать, но перед глазами вдруг встает личико моей маленькой девочки, измученной долгой болезнью, и я на одном дыхании выговариваю: -Это твоя дочь, Вася. Он замирает на месте на несколько коротких секунд, кажущихся для меня вечностью. Наверное, каждый бы отреагировал точно также, если бы через столько лет вдруг узнал, что у него есть дочь, и не просто дочь, а смертельно больной ребенок. -Что? Ионов, наконец, отмирает и я внутренне ликую, услышав хотя бы его хриплый шепот. То, что он хоть как-то отреагировал, придает мне уверенности и, глядя бывшему командиру прямо в глаза, повторяю свои слова. Знаете, а я и забыла, насколько взрывоопасный характер у Кота. В группе он всегда был самым неуправляемым и в отличие ото всех остальных часто давал своим эмоциям взять вверх над разумом. Грозное шипение сменяется криками и полностью оправданными оскорблениями, а я непроизвольно сжимаюсь от страха. Вася никогда не бил женщин, но его разъяренный вид заставляет меня усомниться в том, что и в этот раз он не переступит черту. Через пару минут я уже жалею о его благородстве, уж лучше бы ударил, чем слушать обвинения и понимать, что отчасти он прав. Пусть ударит, пусть оскорбит, пусть ненавидит меня – мне все равно, главное, чтобы помог. Наоравшись вдоволь, он резко вскакивает со своего места и ,больно схватив меня за руку, волоком тащит по коридору, заставляя всех встречных сотрудников шарахаться в стороны и уступать нам дорогу. Я даже не замечаю удивленных взглядов, не отвечаю на удивленный окрик Багиры и не успеваю ничего толком сообразить, как вдруг оказываюсь на подземной парковке. -Садись! – передо мной тут же открывается дверь черного внедорожника. -Я на машине, - нерешительно поднимаю на него глаза, - Поедешь за мной? Он даже не отвечает, а просто усаживается на водительское сидение, при этом громко хлопнув дверью, а мне не остается ничего иного, кроме как быстренько бежать к своей машине, пока Ионов не потерял терпение и не усадил меня насильно в свою машину. Всю дорогу до дома, наблюдая за черным джипом в зеркале заднего вида, я радовалась хотя бы тому, что мне не пришлось ехать с ним в одной машине – неизвестно, к чему бы привел наш разговор, если бы он, конечно, состоялся. Набираю знакомые цифры и, услышав голос подруги, тут же интересуюсь состоянием Вики. Каждый раз, когда мне приходится оставлять дочку хотя бы на десять минут, сердце стремится выпрыгнуть из груди при каждом звуке рингтона моего телефона. Стоит ли говорить о том, сколько раз за час я сама набираю номер, чтобы услышать родной звонкий голосок и убедиться, что ухудшений нет и пока все в порядке…пока. -Я скоро буду. Скажи Вике, что я к ней гостя приведу. Подруга знает, куда и с какой целью я поехала и, без лишних расспросов понимает, кто именно едет в гости к нашей малышке. Лера - моя подруга, единственный человек, который помогает мне с самого начала и по сей день. Именно она поддерживает меня изо дня в день, не позволяя пасть духом, Вика с уверенностью может ее назвать мамой, и я не обижусь. Столько, сколько сделала для нас Лера – не сделал никто. Она поддержала нас и после того, как муж бросил меня, оставив с больным ребенком, она поддержала Вику, когда та в разгар ссоры услышала, что папа Дима – не ее настоящий папа. Именно Лерка выкрутилась, сказав, что папа военный и обязательно приедет к ней в гости, как только вернется с войны. Только Лере, а не многочисленным высококвалифицированным медсестричкам и нянечкам я доверяла свое сокровище. Человек, бросивший все и переехавший ради подруги с больным ребенком в другой город намного надежнее, чем все эти профессионалы, для которых больной ребенок всего лишь очередной пациент. -Только не кричи при ней, пожалуйста, - пока поднимаемся по лестнице есть время, чтобы дать последние указания. -Я не идиот, чтобы терять контроль при ребенке, - от его холодного тона мне снова становится не по себе. Понимаю, что сморозила глупость, но я просто переживаю и оберегаю покой своей девочки как могу. Звонок, и я уже слышу как за дверью раздается топот маленьких ножек и заливистый детский смех. Вика точно пошла характером в отца – она боец, и даже в свои пять лет не привыкла показывать как ей плохо на самом деле, стараясь не огорчать меня с Леркой, по-детски наивно полагая, что мы ничего не замечаем. Мы же в свою очередь делаем вид, что верим ей и улыбаемся сквозь еле сдерживаемые слезы. -Мамочка, ты пришла, - на любимом личике появляется искренняя улыбка, за которую я отдам все на свете, - Лера сказала, что ты приведешь мне друга. -Привела, родная, - оборачиваюсь на застывшего в дверях Ионова, - Знакомься, Викусь, это Вася. Сейчас мне кажется, что Кот даже не дышит, рассматривая маленькое создание перед собой. Не удивительно, если учесть тот факт, что Вика – практически его маленькая копия. Те же глаза, те же губы, тот же волевой подбородок, даже цвет волос у них одинаковый, сейчас на ней, правда, повязана бандана расцветки хаки. Банданы мы стали носить после того, как после очередного курса химиотерапии, волосы стали стремительно выпадать, и чтобы не смущать ребенка, мы предложили ей такую альтернативу. Вика сама выбрала расцветку – сказала, что хочет быть похожа на маму с папой и тоже быть военной. -Привет, - на глаза наворачиваются слезы, когда я замечаю, как Вася медленно опускается на колени рядом с дочерью и несмело протягивает ей руку, - Давай знакомиться, принцесса. -Ты так долго ехал со своей войны, - Вика смело вкладывает свою ладошку в сильную мужскую руку и вдруг кидается ему на шею, вцепившись в него изо всех сил, - Я успела тебя заждаться. Сердце уходит в пятки, когда я понимаю, что Ионов даже не успел переодеться и теперь стоит в камуфляже, а маленький гений, быстро сопоставив факты, сделал правильный вывод. Впервые за сегодняшний день вижу в глазах Кота помимо злости и безразличия еще и радость, перемешанную с испугом и непониманием. Он ощутимо вздрагивает, когда поцеловав маленькую ручку, замечает на ней синяки от бесконечных уколов и капельниц. Всхлипываю от этого зрелища, и все тут же поворачиваются ко мне. -Мамочка, не плачь, - малышка пытается дотянуться ко мне одной ручкой, второй она все еще крепко держится за Васю, словно боится, что если она его отпустит, то он снова исчезнет, - Он же вернулся живой. Опускаюсь на колени рядом с ними и также как и Вася, целую протянутую мне ладошку, бережно сжимая ее в своих руках. Не знаю, зачем он это делает, скорее всего для того чтобы хоть как-то меня поддержать, но Кот приобнимает меня одной рукой, притягивая ближе к себе и дочке. Не знаю, чем бы закончилось наше знакомство, скорее всего моей неминуемой истерикой, но ситуацию спасает мой ангел-хранитель по имени Лера, тоже из последних сил сдерживающая навернувшиеся слезы. -Викусь, разве так встречают гостей? Вася же голодный. Пойдем ,чайник поставим. Девочка радостно взвизгивает от радости, что она может проявить свое гостеприимство и уносится на кухню, напоследок чмокнув каждого из нас в щеку, а мы так и остаемся стоять на коленях, не решаясь взглянуть в глаза друг другу. _____________________________________________________________ Ну вот как то так....