Подари мне жизнь...

Кот. Противная трель телефона заставляет выпустить из объятий спящую девушку и повернуться на бок в поисках отчаянно звенящего гаджета. Не открывая глаз, отключаю мобильник – сегодня меня нет ни для кого. Только вчера вернулись с очередного задания, и теперь пусть хоть черт лысый звонит, мне это по барабану, всё равно ничего внятного я сказать не смогу. Воображение услужливо показало Пригова и я мысленно хихикнул, представив начальника в роли лысого черта. Усталость даёт о себе знать и не хватает сил на то, чтобы повернуться обратно, поэтому просто утыкаюсь лицом в подушку и моментально засыпаю вновь. Сквозь сон чувствую, как моей кожи касаются нежные пальчики, но чертовы веки никак не хотят подниматься, и я только что-то нечленораздельно мычу в ответ. Надо побороть себя и открыть глаза, но горячие ладошки вдруг исчезают, и я в который раз погружаюсь в приятную дремоту. Через некоторое время слышится хлопанье дверей, топот маленьких ножек и заливистый смех Вики. Сквозь сон слышу, как Женя пытается утихомирить разбушевавшуюся проказницу и уговаривает ей дать мне немного выспаться, вот только поздно – я уже окончательно проснулся и сейчас, сделав над собой последнее усилие, встану, натяну одежду и выйду из комнаты. Только бы найти разбросанную повсюду одежду. Додумать я не успеваю, потому что дверь тихонько открывается, а еще через пару секунд матрас слегка прогибается под тяжестью хрупкой девушки. Ммм, сейчас я повернусь и, легко поднявшись на локтях, потребую свой законный утренний поцелуй, но чертовка меня опережает – наклоняется и целует меня между лопаток так, как привыкла делать это давным-давно. По телу пробегает приятная дрожь и хочется если не мурчать от удовольствия, то мяукать точно, что я и делаю. Раздается громкий смех, и девушка укладывается прямо мне на спину, удобно вытянувшись на моем теле – теперь я точно никуда не вылезу из этой постели. Резко переворачиваюсь, и Мура тут же оказывается подо мной. -Извини, - вовремя вспоминаю о ее интересном положении и понимаю, что таким резким уже быть нельзя, - Как дела? Улыбается. Открыто. Широко. Искренне. И за одну только такую улыбку хочется отдать всё на свете. Легко приподнимается и касается моих губ поцелуем, быстро отстраняется, а потом вновь повторяет все свои манипуляции – дразнит зараза, но как это приятно. -Отлично. Если сейчас не выйдешь, то Вика разнесет пол квартиры, и нам точно придётся переезжать к тебе. Давай только я сначала тебе перевязку сделаю. О том, чтобы переехать ко мне и жить всем вместе мы говорили уже неоднократно, и не помогало абсолютно ничего – ни мои уговоры, ни аргументы о том, что так всем будет лучше – и нам с Женей, и Мише с Лерой. Но девушки как будто сговорились и упорно стояли на своем, словно их пытались разделить как сиамских близнецов. Интересно, а рождение второго ребенка изменит их настрой? Тихонько шиплю от боли, когда Женька слишком резко сдёргивает старую повязку, и уже хочу возмутиться по этому поводу, как понимаю – она сделала это специально, ведь просила быть осторожным, а я как всегда, попал под раздачу. Но ведь это война, пусть и в мирное время, а всем известно крылатое выражение о том, что пуля – дура. И судя по своему везению, я от нее не сильно отличаюсь. -Вася, когда ты вернулся? – в открывшуюся дверь быстро прошмыгивает наше маленькое сокровище и также быстро усаживается на кровати, наблюдая за тем, как Мура умело накладывает новую повязку, - Что, опять был неосторожным? А ко мне скоро доктор придёт, будет уколы делать. Вика не дожидается ни одного моего ответа, а продолжает свои повествования, начиная визитами врача и заканчивая пересказами мультфильмов, и из всей этой массы я выхватываю самую главную фразу – «Я по тебе очень скучала». Видимо лицо у меня настолько довольное, что Женька тихонько хихикает, а затем, протянув нам руки, заставляет встать и идти завтракать. Мура. Опять две долгие недели без Васи. Хочется лезть на стенку или выть на луну, как бы банально это не звучало. У Вики начинается очередной курс химиотерапии, только на этот раз мы договариваемся с врачом, и он позволяет медсестре ставить капельницы и уколы уже у нас дома. Не хочу, чтобы Вика снова оказывалась в больничных стенах, да и самой не очень хочется там находиться. С радостью сообщаю лечащему врачу о своей беременности, и он успокаивает меня тем, что болезнь пока, слава Богу, не прогрессирует и время у нас есть, но вот фраза о том, что будущий ребенок еще должен будет пройти тест на донорство, меня настораживает – неужели может не подойти? Нет. Такого не может быть, и я буду надеяться только на лучшее. Я уже давно уложила Вику, даже Лерка уснула в своей комнате, когда раздается тихая мелодия моего телефона. Сползаю с кровати и, даже не ответив на телефонный звонок, несусь открывать входную дверь. Этот полуночный звонок может означать только одно – Васька вернулся и сейчас стоит у двери и не решается в нее постучать, чтобы никого не разбудить своим поздним визитом. Распахиваю дверь настежь и тут же оказываюсь в крепком кольце рук, а потом и вовсе всё также на руках попадаю в свою спальню – хорошо хоть в этот раз мы ни во что не врезались и нигде не споткнулись. Наверное, у меня просто гормональный взрыв, но я не даю ему даже опомниться и накидываюсь на него с поцелуями, попутно стягивая с него одежду, в ответ он довольно хмыкает и принимается развязывать поясок от моего халатика. Рука нащупывает повязку на руке и, на мгновенье отстранившись, я отвешиваю парню довольно болезненный подзатыльник. -Мурашова, ты чего?! – Кот ловко перехватывает мои запястья и легонько встряхивает, - На тебя так беременность странно действует? И как бы поточнее выразиться, чтобы ему сразу стало понятно, что это не моя беременность так действует, а отсутствие у него инстинкта самосохранения? Хотя это ведь бесполезно – Васе не то что в одно ухо влетает, а в другое вылетает, у него всё вообще мимо пролетает, да еще и со скоростью света. Едва мягкие губы оказываются на моей шее, как я забываю свою злость – позлюсь на него завтра утром, но, как оказывается, не смогу. Впервые за долгое время вижу его таким расслабленным, и язык не поворачивается его разбудить, правда, за меня это успешно делает Вика. Иногда в голову даже приходит мысль – а может уже пора начать ревновать собственную дочь к ее законному отцу? Почему ему больше внимания, больше вопросов, больше рассказов и веселых историй? А потом одергиваю себя – его, к сожалению, она видит намного реже, чем меня. Совместный завтрак оказывается настоящим кошмаром. Кот вместо того, чтобы поддержать меня и уговорить Вику поесть, сам кривится при виде каши и высказывает свое мнение относительно овсянки, английских сэров и Шерлока Холмса в частности. Возникает желание надеть ему эту тарелку на голову, но меня опережает Лера, которая совсем по-военному строго приказывает обоим съесть всё до последней ложки. -Что значит, так и должно быть?! – Вася провел сухим полотенцем по Викиному лобику, стирая липкую испарину, - Женя, это ненормально, когда после препаратов начинается тошнить и открывается рвота! - поток претензий на время прекратился, и он повернулся к Вике, - Ты как, принцесса? Да я и сама знаю, что это ненормально, но на все мои расспросы медсестра отвечала, что это побочное влияние слишком сильного химического препарата, а, дозвонившись до врача, я услышала практически тоже самое – даже у взрослых сильных организмов могут возникать такие симптомы, а тут речь идет о неокрепшем детском иммунитете, напрочь уничтоженном такой страшной болезнью. Каждая новая капельница приводила к тому, что Вика сначала покрывалась липким потом, а потом ее начинало рвать, и я уже не единожды упрашивала прекратить этот проклятый курс химиотерапии, но врач из раза в раз тыкал меня носом в тот факт, что именно эти препараты позволяют блокировать развитие болезни. -Виктор Иванович сказал, что такое часто происходит на ранних стадиях приема этого препарата... -Значит мы меняем либо препарат либо Виктора Ивановича, -Кот довольно резко откинул от себя уже ненужное полотенце, - И если честно, я предлагаю заменить и то и другое. Его решение возмущает меня настолько, что я даже задумываюсь над едким ответом – неужели думает, что он – единственный, кто заботится о Вике? Только сформулировать ответ я так и не смогла, меня прервал тихий всхлип дочери, испугавшейся, что ее заберут от доброго доктора и отдадут на растерзание незнакомцу. Ну что ж, Ионов, напугать ребенка тебе удалось. Успокаивать девочку приходится очень долго, особенно, если учесть, что Кот мне в этом совершенно не помогает, а продолжает между делом убеждать меня в никчемности нашего лечащего врача. Да что с ним такое случилось? Наскоро уверив Вику, что Вася просто шутит, буквально выволакиваю его в другую комнату, где мы уже расходимся не на шутку. Помнится, еще совсем недавно я жаловалась на то, что отношения стали пресными, так вот, сегодня Ионов видимо решил придать им изюминки в виде грандиозного скандала. -Да как ты понять не можешь, что он не единственный онколог в городе?! – парень отходит в сторону и пристально вглядывается в мои глаза, - Пойми, может другой врач, заслышав про деньги, начнет шевелиться?! Женя, мне сейчас всё равно, как будет добыт этот материал, просто я хочу, чтобы это поскорее закончилось. -Ионов! -Что Ионов? Да ты хоть представляешь, каково это возвращаться с задания и спрашивать себя, не случилось ли дома чего-нибудь непоправимого?! Ты с ней постоянно, а мне приходится гадать, что с вами и где вы – дома или в больнице! Почему это я не представляю? Представляю. Еще как представляю! Это ведь я по ночам вскакиваю с кровати и пробираюсь в детскую, а затем подолгу прислушиваюсь к спокойному дыханию. Ненавижу себя за кощунственные мысли, которые заставляют проверять дочь каждую ночь, но поделать с ними ничего не могу. Мне страшно. Очень страшно, особенно когда я остаюсь одна. А что касается его бесконечных заданий, так мы об этом говорили - я здесь не при чем, он сам в свое время выбрал себе профессию. Пока Вася продолжает выплескивать на меня все свои эмоции, вспоминаю, что Багира советовала быть мудрее, но на практике это оказывается очень сложно, и мы только продолжаем ругаться, предъявляя друг другу всё новые и новые претензии. -Идиоты! – В комнату залетает разъяренная Лера, - Вас не только Вике слышно, но заодно и всем соседям. Куда вам второго ребенка? Одного доверить страшно! Ее появление на секунду отрезвляет Кота, но уже через пару мгновений он пытается перетянуть ее на свою сторону, а я, наконец, понимаю Риткин совет и, прикрыв глаза, слегка покачиваюсь, грозясь завалиться в обморок в любой момент, и это срабатывает. Черт возьми, вот она женская хитрость! Вася моментально затыкается, и я сразу же оказываюсь крепко прижатой к его телу. -Женька, что с тобой? -Если ты не в курсе, то она беременна. А беременным нервничать строго противопоказано, - язвительности Леры сейчас бы позавидовал сам Бизон. -Мурёнок, прости меня, - теплые губы ласково касаются моего лба, и я расслабляюсь в сильных объятиях, - Ты же знаешь, что я импульсивный идиот! -Знаю… Одной проблемой меньше, пусть она и решена обманным путем, а вот насчёт препарата и его побочных действий с врачом придётся поговорить еще раз, может он его всё-таки заменит? Сил нет наблюдать за тем, как твой маленький ребенок мучается каждый раз после оказания такой «помощи», а больше всего убивает осознание того, что ты – взрослая и сильная, и малышка искренне верит в то, что ты ей обязательно поможешь, а ты на самом деле не можешь сделать ровным счётом абсолютно ничего. Остается только строго выполнять все предписания врача и каждую ночь потихоньку пробираться в детскую и, прислушиваясь к ровному дыханию маленького чуда, надеяться, что каждый новый день не принесет осложнений, и вот-вот раздастся спасительный телефонный звонок, и кто-нибудь из медицинского персонала обрадует нас тем, что появился подходящий донор. Надеяться…остается только надеяться. И я надеюсь…изо дня в день, но надеюсь…