Подари мне жизнь...

По утрам на любимом озере холодно. Туманная дымка стоит над водой, и это дает ощущение низкого неба, как будто, до него можно дотронуться рукой. Капельки росы собираются на листьях и от этого трава, как хрусталь, блестит на солнце. С появлением солнца просыпается вся природа. От такого пробуждения на душе становиться спокойно и легко. Если придти на озеро днем, то можно застать его во всей красе. Солнце уже высоко, оно просвечивает сквозь изумрудные листья берез, осин и золотыми бликами скользит по стволам деревьев, по кустам, по светлой зеленой траве. А как весело на разные голоса распевают и перекликаются птицы, стрекочут стрекозы, порхают бабочки. Иногда останавливаешься и прислушиваешься – такого покоя и умиротворения не найти нигде в другом месте, и не нужны никакие дорогие курорты, вот оно все – под рукой. Сейчас спокойная водная гладь озера искрится и переливается всеми цветами радуги, заставляя постоянно жмуриться, но и сил оторваться от созерцания такой красоты тоже нет. Девушка стоит у самой кромки воды и пристально всматривается вдаль, словно ждет чьего-то появления. Она не была здесь уже года три, а то и больше, но великолепия этого места она так и не смогла забыть. Это их озеро…только их! -Любуешься? – горячее дыхание мужа обжигает шею, а руки, крепко сжимающие талию, вызывают непроизвольную дрожь. -Любуюсь…- девушка осторожно поворачивается в крепких объятиях и встречается с насмешливым взглядом голубых глаз, - …а дети? -Спят в машине, - Вася невесомо касается губ любимой мягким поцелуем, а затем снова всматривается в ее глаза, - Для них еще слишком рано, это мы с тобой ранние пташки. Чем займемся? Теперь голубые глаза молодого человека не просто смеются, в них загораются озорные огоньки, позволяющие предположить, что именно сейчас происходит в голове офицера. Сильные руки уверенно пробираются под легкую ткань футболки и осторожно поглаживают разгоряченную кожу, вмиг покрывшуюся мурашками. -Предлагаю поплавать, - Женя с трудом переводит дыхание после очередного поцелуя, - Мы с тобой тут ни разу не плавали, Вась. Ее предложение остается без ответа, точнее мужчина просто отстраняется от нее и, подмигнув, принимается стягивать с себя футболку. Через пару секунд голубая ткань, так ярко подчеркивающая его глаза, оказывается на еще влажной от росы траве, а он сам принимается за тяжелую металлическую пряжку своих джинс. Он не подкаблучник, но привык исполнять любое желание жены, особенно если эти желания зачастую совпадают. -Подожди, - Кот мягко останавливает жену, только что взявшуюся за край футболки, - Я сначала один, проверю нормальная ли вода. И да, - мужчина снимает с шеи серебристую цепочку с военным жетоном, - …пусть это побудет у тебя. Женя сначала крепко сжимает кусочек металла в руке, а потом натягивает цепочку себе на шею – будет она его ждать на берегу, размечтался. Сейчас тоже быстро стянет одежду и кинется в обжигающую ледяную воду, догонит этого мерзавца и заставит тащить ее до берега. До воды остается всего шаг, не больше, как вдруг за спиной раздается громкое Викино «Мама». Женя. -Мама! Мамочка, просыпайся, - дочь тормошит меня за плечо, пытаясь освободить от чар Морфея, - Мамочка, там Лера с Мишей уже приехали. Нам к папе пора. Сон…это всё опять было просто сном. Тебя нет. Нет уже три долгих года, но каждый раз перед тем, как открыть глаза, я осторожно провожу рукой по соседней половине кровати, словно надеясь на то, что всё было страшным сном и ты сейчас поймаешь мою ладошку и оставишь на ней нежный поцелуй. Но этого не происходит и больше никогда не произойдет. Тебя нет, но ты никогда не уйдешь из моей жизни, просто уже не сможешь уйти. Тебя не стало в тот самый час, когда родился Ромка, и я уверена, что эти два события как-то связаны, ну или просто хочу в это верить. Рита рассказала, что ты пришел в себя только на долю секунды, и она уже обрадовалась, что всё будет хорошо, как вдруг взгляд стал стеклянным, а сердце уже навсегда прекратило свой бег. А ведь они мне не говорили, не хотели говорить. Меня даже из роддома забирали, не сказав ни слова о том, что тебя больше нет, что ты больше никогда не обнимешь Вику, что ты так и не увидишь своего сына, что больше никогда не поцелуешь меня. Рита рассказала обо всем только дома, когда я уже уложила Ромку в кроватку и пыталась угомонить радостную Вику. Помню, как Багира уговаривала меня поплакать, помню, как она сама рыдала, размазывая по щекам черную тушь, а вот сама…слез не было, как не было и осознания того, что ты посмел оставить нас с Викой одних. Слезы пришли позже, когда собравшись с духом, я рассказала нашей дочери о потере. Милый, я никогда не видела такой истерики, вот как тут сдержаться самой, мы еще долго сидели в полумраке комнаты, оплакивая самого лучшего мужа и отца на свете. А знаешь, она до сих пор не говорит о тебе в прошедшем времени. Она говорит так, словно ты вышел на минутку и можешь войти в любой момент и именно благодаря ей, а не мне Ромка знает о тебе буквально все. На холодный камень опускаются две белые розы, а я продолжаю всматриваться в такое родное лицо, высеченное на черном гладком мраморе. Мастер явно профессионал своего дела – он смог передать даже усмешку, спрятанную в уголках твоих глаз. На изображении ты в форме, ведь так и не успел получить отставку, напротив – награжден посмертно. Пригов виновато опустил глаза, вручая мне медаль и грамоту, а я даже не смела его винить, потому что ты сам выбрал свою судьбу, сам предпочел служить Родине, сам посчитал, что жизнь незнакомого ребенка дороже своей собственной. Рядом с розами опускается альбомный лист, на котором изображена счастливая семья во главе с главным ее членом – тобою. Вика теперь ходит в художественную школу и делает немалые успехи и все это опять же, только благодаря тебе. Ты учил ее рисовать, хотя если признать, то рисовать ты не умел совсем, зато сколько самоуверенности и деловитости, а ведь зачастую мне потом приходилось отмывать от краски не только дочь, но и тебя. За своими воспоминаниями я даже не замечаю, как рядом с моими цветами опускаются еще розы, принесенные Рифом, а также маленькая машинка, которую Ромка зачем-то притащил с собой. Он маленький и пока не понимает смысла всего происходящего, но решил, что если все дарят тебе подарки, то и он должен внести свой маленький вклад. Улыбаюсь – всё-таки дети у нас смышленые не по годам. Сегодня мы приезжали ненадолго, но даже зная это, трудно уходить. Почему-то кажется, что мы тебя бросаем тут одного. Ромка спотыкается и почти падает, не удержи я его за руку, и в этот момент Миша вдруг выходит вперед, заслоняя меня с Лерой собой, словно пытаясь уберечь от опасности. Странно, что такого он мог увидеть на кладбище, чтобы опасаться за свою беременную жену, ну и за меня с детьми заодно? Осторожно выглядываю из-за его плеча и встречаюсь взглядом с невысокой блондинкой, держащей за руку светловолосого мальчонку. Смотрю на него и не верю своим глазам – да он вылитый Ромка, ну может только постарше на пару-тройку месяцев, а это значит, что… -Привет, Даш, - Риф моментально подтверждает мои предположения, - Не ожидал тебя тут увидеть. Думал, что ты уехала из города. Они еще пару минут общаются, а я всё также продолжаю рассматривать непоседу с ярко голубыми глазами и папиной смешинкой в уголках этих самых глаз, как вдруг Миша тянет меня за руку, давая понять, что обмен любезностями закончен и нам пора идти. -Вика, иди с Лерой и Мишей, и подождите меня в машине, - не обращая внимания на недоуменный взгляд Рифа, поворачиваюсь к смущенной девушке, - Почему ты не сказала ему? Вопрос вообще ни о чем и обо всем сразу, и попробуй догадаться что именно я имела ввиду, задавая его, но Даша меня сразу понимает и неуверенно, словно оправдываясь, начинает подбирать слова. - Он бы разрывался между нами, Жень. Зачем было его мучить. Сама знаешь, он и так с ума сходил, а тут еще я со своей беременностью. Она права, безусловно права, но это заставляет чувствовать себя эгоисткой, которая лишила ее внимания любимого мужчины. В голове тут же проносится шальная мысль о том, а что было бы, если бы Вася остался с ней. Был бы он жив? Возможно. А вот была бы сейчас жива Вика?... -Это ты… -Нет, - Даша с улыбкой кивает на сына, внимательно изучающего содержимое Ромкиного кармана, - Я знала, что нужен донор и очень надеялась на то, что мы сможем помочь. -Спасибо… -Не за что, - в глазах Даши уже виднеются первые слезы, но она их быстро смахивает, - Она на самом деле красавица. Я приходила…хотела узнать, как она, но не решилась подняться. Я тогда так разнервничалась… -Знаю, - я помню, как Лера рассказывала мне о странной медсестре, но тогда совершенно не придала этому значения, списав все на случайность, - Спасибо тебе за все, Даш. Спасибо за Вику, спасибо за…- запинаюсь, потому что понимаю, что не знаю, как зовут малыша. -Вася, - девушка приподнимает уголки губ в неком подобии улыбки, - Его зовут Вася. Услышав свое имя, мальчик поднимает глаза, а в груди вдруг все обрывается – у него как и у Кота есть привычка притворно щуриться, разглядывая собеседника. Слишком…они все трое слишком похожи на отца, и их внешность, повадки, манеры никогда не позволят нам забыть о мужчине, оставившем след в наших жизнях. Надо прощаться, но это выходит как-то неловко, хотя, наверное, так и должно быть в нашей ситуации. Маленький Вася радостно машет нам с Ромкой на прощание ручкой, а я вдруг осознаю, что пройдет совсем немного времени, и мы обязательно встретимся. Дети не должны совершать наших ошибок, так пусть знают о существовании друг друга с самого раннего детства, потом не придется ничего объяснять. Усаживаю Ромку в машину и уже собираюсь сесть сама, как вдруг срываюсь с места и несусь обратно, к тому месту, где сейчас должны стоять Даша с маленьким Васей. Нахожу их у памятника и замираю на месте, Даша в отличие от меня, плачет. Но заметив мое присутствие, резко смахивает слезы и удивленно смотрит на меня. -Прости, я на минутку, - снимаю с шеи цепочку с жетоном и, опустившись на колени перед ребенком, надеваю ему его на шею, - Это папина вещь, малыш. Пусть она будет у тебя. Мальчик внимательно рассматривает непонятное украшение, но подарком он явно доволен. Поднимаюсь с колен и пристально вглядываюсь в глаза Даше: -Вася не хотел, чтобы его дети становились военными. Пообещай мне, что не отдашь его этой проклятой службе государству! Обещай, что подаришь ему жизнь! -Обещаю…, - девушка тихонько всхлипывает, - Обещаю, что подарю ему жизнь…