Юг

Двух братьев: одного могущественного императора, только собирающегося познать тяжести жизни правителя, потерявшего главный смысл существования, второго отважного воина, нашедшего любовь, превращаясь в наивного мальчишку, привыкшего скрывать чувства, метающих молнии глазами друг в друга, стараясь мысленно вырвать кадык. Трое прибывших Северянина смело, гордым взглядом окидывают гостей, проходя прямиком к Чонам, собираясь прервать их оживленный разговор. — Господин, — выкрикивает парень слуга подросткового возраста, обгоняя незнакомцев, почти спотыкаясь о длинный шлейф платья одной из них, пробираясь ближе к императору. — Прибыли Ваши гости. Правитель Ким Намджун со своими друзьями, — поклонившись, тараторит он. — Здравствуйте, — первой кланяется девушка, показывая пример двум своим спутникам, одному высокому, крепко сложенному мужчине, стоящему впереди, и парню, находящемуся рядом, ростом почти достигая плеч незнакомки. — Мы рады приветствовать Вас, — отвечает Хосок, на шаг отступая от брата, поклонившись в ответ, внимательно изучает необычное платье на девушке, красной ткани, украшенное самой пышной юбкой, которую сложно сыскать на Южной земле. — А мы рады приглашению, — разгибается высокий мужчина, улыбаясь, открывая милые ямочки, сбивающие с толку не одну женщину. — Давно я не грелся на солнечных песках, — усмехается он, зачесывая платиновые волосы своей огромнейшей рукой, спокойно обхватывающей шею незнакомки, находящейся за спиной. — Надеюсь, Вы простите моему брату дерзость, — за плечо девушка берется, отодвигая рослого мужчину в сторону, выходя вперед, демонстрируя свой маленький, вздернутый носик. — Он посчитал нужным пригласить погреться меня и моего супруга, — показывает она рукой на паренька, стоящего позади, скучным лисьим взглядом осматривающегося вокруг, совершенно не заинтересовываясь в светской беседе. — А мне говорили, что на Севере женщины живут в гаремах, — выдает Чонгук, сразу замечая мелькнувшую стервозность в поведении незнакомки, обращая свое внимание только на мужчину впереди, догадываясь о его принадлежности к правителям. — Я и есть гаремная женщина, — еще раз кланяется она, приподымая уголочек куб. — Просто кто первый родит мужчине ребенка, тот и становится главной женщиной в доме, — спокойно произносит, сталью глазного яблока кожу Чонгук полосует. — Милая сестра, — сквозь зубы скалится Ким, поворачиваясь на мужа незнакомки, — не обязательно всем рассказывать наши секреты, тем более Юнги может быть неприятно. — Конечно, — наигранно задумавшись, тянет она. — Тебе важно только то, что приятно Юнги. — Вам стоит извинить ее, — головой правитель Севера на сестру показывает. — Ее голова ужасно нагрелась на солнце. Тебе пора, — рукой на выход показывая, приказ в голосе четко отбивая. И именно тогда, когда девушка разворачивается, открывая двоим возле трона стоящим обзор на прическу из двух колос переплетенную заколкой, Чонгук стразу в шок приходит, широкий шаг за девушкой делает. — Заколка, — все, что может младший Чон вымолвить, незнакомку за локоть хватая, присутствующих своим поведением удивляя, в заколку всматриваясь, привычные черты выплавленного золота облизывая глазами. — Что, — девушка от удивления глаза узкие, маленькие серые звездочки округляет, сразу на мужа взгляд переводя, о помощи негласно прося. Муж тяжело вздыхает, в сторону Намджуна отходит, интересуясь сложившейся картиной, внимание должное девушке не оказывая. — Откуда у тебя эта заколка, -— Гук в волосы рукой тянется, выдернуть украшение быстрее хочет, подаренное золото обратно себе забрать. — Я нашла ее, — звонко сестра правителя по руке воина бьет, голову отдергивая, жесткость голосу придавая, повелевает. — Не смейте ко мне прикасаться. — Вы не у себя дома, — Хосок за брата заступается, думает, как ситуацию сложившуюся разрешить, брату руку незнакомки отпустить может приказать. — Где нашла? — Чон младший девушку ближе к себе придвигает, все на заколку смотреть не перестает. — На замерзшей девушке нашла, — дергается та, чужие конечности с себя скидывает, злобно на парня смотрит. — Двое людей в мантиях в снегу замерзшие лежали. Я решила им помочь, остановилась, когда на свадьбу направлялась. А они умершие были уже. Только заколка в волосах у девушки осталась. Вот я ее и забрала. Она очень диковинная, — договаривает, застывшую маску ужаса на лице братьев замечает, снова кланяется сама, себе улыбаясь, ликует, уходить собираясь, как мужа рядом с собой идущего замечает. — Ты же соврала? — довольно громко он говорит, совершенно слышимым быть не боится. — Тебя сложно побрякушками удивить. — А вот я удавилась, — заявляет она, на мужчину, своим мужем званого, смотрит, приостанавливаясь. — А ты иди, Намджуна обслуживай, как же мой братец без советника обойдется, — а сама в мыслях вспоминает о случайно приобретенном, лучшем козыре против Юга. Козыре, который поможет второму брату Ким Скоджину стать великим, объединившим земли правителем.