Чёрный Лотос

      Голова Чимина буквально раскалывалась на две части, едва он смог открыть глаза, которые, казалось, налитые свинцом, не иначе. Картинка комнаты слегка двоилась. Тело странно покалывало и ныло, Чимин всё спихнул на интенсивную игру в баскетбол. Утренний стояк тоже мало радовал Пака, впрочем, как и то, что он проснулся абсолютно голым, не говоря уже об отсутствии здравого рассудка на вчерашней вечеринке.       Отсутствие нижнего белья беспокоило Чимина, он точно не мог сам раздеться при таком-то состоянии. Пак не мог вспомнить, когда в последний раз так напился, чтоб потерять свою бдительность, не сболтнуть ненужную информацию или хуже чего – признаться Манобан или же Чонгуку.       Застеленная кровать Чонгука говорила о его отсутствии, что было в неком роде даже плюсом. Чимин сейчас меньше всего хотел видеть друга, особенно когда обрывки вчерашнего вечера проскальзывали кусками целой головоломки, которую вспоминать не охотно хотелось. Ворчащая Лалиса в комнате, поцелуй, краткий обрывок, где Чимин её лапает за грудь – от этого внутри всё перевернулось.       Чимин резко поднялся с кровати, ужас воспоминаний был подобно ведру холодной воды в мороз минус тридцать. Следующее, что он увидел, было намного хуже воспоминаний. На другом краю его собственной кровати лежала и мирно спала Манобан Лалиса, укрытая покрывалом Чон Чонгука(покрывалом, которое он таскает с собой везде). Трезвость ума пришла мгновенно, казалось, он вовсе не пил вчера, на секунду всё-таки Чимин заколебался, подойдя к девушке, он нагнулся над ней, после чего коснулся её плеча, чтобы убедиться, что она реальная.       До последнего не верилось в происходящее, было намного проще поверить, что действительно существует Санта Клаус и Джин, исполняющий желания, с золотой рыбкой на пару. — Что. Ты. Делаешь?       Чимин отдернул руку, будто от кипятка, говорящая Лалиса уже не могла быть плодом его воображения. Неловкость сложившейся ситуации зашкаливала: обнаженный Чимин со стояком практически перед самым лицом Лалисы, которая проснулась ой как не вовремя. — Я это… не то, что ты подумала, — он попытался руками прикрыть своё достоинство, но получалось не очень, да и глупо было объяснять, почему у него стоит и по какой причине он склонился над ней.       Лалиса молча перевернулась на другой бок, укрываясь с головой. Чимин стоял на месте, не зная, что делать и говорить. Мысль, что Чонгук всё видел, нагоняла панику и одновременно страх.       Пак Чимин изначально был настроен против Лалисы Манобан, но совсем не потому, что он не воспринимал девушек, с которыми встречался Чон Чонгук. Причина крылась в чертовой симпатии с первого взгляда – как только увидев Лалису, Чимин понял, что пропал без остатка и без других вариантов. Не помогло заглушить грохочущее сердце множество девиц намного симпатичней, умнее и сексуальней Манобан, перед глазами стояла она одна. С каждым днем, что Манобан и Чон встречались, весело проводя время, друг в друге растворяясь, Пак понимал, что был настоящим эгоистом. Как он не пытался, быть хорошим, тем самым лучшим другом для Чонгука не получалось, ведь в тайне он желал больше всего его девушку.       Переступить через грань дружбы с Чонгуком было невозможно, впрочем, как и признаться Манобан. Отношения с появившейся Ан Лиен должны были стать тем счастливым билетом для Чимина, но видя как мучается Лалиса, он и сам возненавидел фиктивную девушку друга. — Что я там не видела, — буркнула Манобан. — Вчера всё прекрасно продемонстрировал. — Мы… что, это… — слова у Пака оборвались, он не мог выговорить то, что произошло, и он как нарочно ничего не помнит.       Легкие обрывки, но конкретики никакой. Он не ощущал себя настолько обнаженным перед Лалисой(он вовсе не хотел её посвящать в детали своей симпатии), даже стоя абсолютно голым. — Ты не помнишь? — резко подорвалась Лалиса, прикрывая покрывалом обнаженное тело, с укоризной смотря на Чимина. — Соври! — сердито она проговорила. Сердитая Манобан выглядела слишком сексуальной. — Не смей мне говорить, что ни черта не помнишь! — Если я сделаю так, — раскрепощенность Чимина вернулась, от смущенного мальчика и следа не осталось. Он, как настоящий хищник, подошел к своей жертве. Сел на край кровати, коснулся рукой её подбородка, посмотрев прямо в глаза девушки. Пак решил, что раз он не помнит их совместную ночь, он создаст новые воспоминания. Манобан в его кровати абсолютно обнаженная, и он тоже, они явно вчера о чем-то договорились, но детали он узнает позже. Чимин остановился буквально в миллиметре от губ Лалисы, ожидая её реакции. — Если попросишь остановиться, я… — Целуй уже!       Загорелся зеленый свет, Чимина не остановить, если все, что было вчера – это не серьезно, просто подвернувшийся шанс. Сегодня иначе, оба в здравом уме, оба взрослые, и оба хотят друг друга.       Чимин, не медля, жадно накрывает сладкие губы Лалисы, проникая в её рот языком, сплетаясь с её, одновременно поглаживая рукой гладкую кожу спины.       Он привык быть главным, поэтому покрывало Чонгука валяется на другой стороне кровати, и он налегает на девушку, практически вдавливая её в матрац. Легкое трение обнаженных тел равно электрическому заряду. Лалиса выгибается под Чимином, трясь грудью об его, не стесняясь, царапает ему спину. Чимин совсем не похож на Чонгука, тот весьма романтичен и нежен – полная противоположность страстному Чимину, который кусает, теребит её сосок, оставляя мелкие отметины-засосы.       Чимин не стесняется рукой ласкать Лалису, надавливать на бугорок, получая легкий вскрик с её уст. Не стесняется круговыми движениями большого пальца массировать клитор, указательным нарочно дразнить. Чимин не стесняется при свете дня доставлять неземное удовольствие.       Пак аккуратно разводит ноги Лалисы, от чего жар тягостной волной разлился в низу её живота. Крепко ухватил её за бёдра, приподняв кверху, он вошел резко, без предупреждения и застыл всего на секунду, чтоб ощутить Манобан сполна. — Арх… — сдавленный крик вырвался с её уст и это было лучшее, что слышал Чимин.       Пак быстро, грубо входит до самого основания, буквально насаживая Лалису на себя, оставляя синяки на её бёдрах. Едва она успевала принимать его толчки, как он менял темп, усиливаясь с каждым погружением, умудряясь одновременно целовать её грудь, оставляя на ней липкие дорожки поцелуев.       Лалисе не нужно было говорить что-то, Чимин понимал с полувзгляда. Он целовал страстно, влажно, буквально заставляя ощущать её кислородное голодание. Он действительно понимал её, касаясь, так как нужно, где нужно и даже больше. Манобан буквально видит звезды, которые ох как слепят.       Кульминация взорвалась одновременно в обоих, буквально перехватив дыхание. Чимин едва только успел выйти из Лалисы, изливаясь себе в руку. — Прости, ты слишком желанная, чтобы делать это медленно, — с легкой одышкой произнес Чимин. — Мне срочно нужно в душ. — Мне тоже, — смущаясь слов Чимина, произнесла Лалиса, прикрываясь покрывалом Чонгука.

— Флэшбэк —

— Розэ, — голос Сокджина до невозможности серьезен и натянут как струна гитары, что вот-вот порвётся. — Ей... — слова теряются, Ким смотрит на подругу, пытаясь произнести то, что не решался спросить и у самой Лиен. — Действительно нравится Чон Чонгук? — последнее Ким говорит тише.       Совсем не странно, что их столик в центре внимания, ледяной принц, Ким Сокджин, не мене манящий красотой Ким Тэхён и сама принцесса Розэ, а ещё и Чон Чонгук, который яростно взял за руку свою девушку. Чеён не хочется говорить, когда она под прицелом не одной пары глаз, и уж теперь всё внимание переключилось на уходящую Ан с Чоном. Розэ не хочется отвечать Ким Сокджину, потому что она и сама не до конца уверена в ответе, а лгать – последнее, что ей хотелось. Она не могла посмотреть ему в глаза и сказать, что Чонгук больше подходит Лиен, что он не заставит её страдать. Розэ не хотелось признаваться Сокджину, что Лиен на протяжении всего времени только о нем и бредила, каждый день обновляя профиль в социальных сетях и просматривая страничку Кима. Не хотелось признаваться, что и для самой Розэ отношения Лиен с Чонгуком – дикая странность. Не хотелось признаваться, что после вчерашней встречи Лиен пришла настолько счастливая, что, казалось, вот-вот её разорвёт на мелкие кусочки. Не хотелось признавать, что Лиен любит Сокджина, как бы она не осторожничала и даже не была в отношениях с Чон Чонгуком, её сердце определенно в кармане у Джина, который даже не подозревает. — Я... не хочу обсуждать Лиен.       Сокджин умоляющее смотрит на Чеён, от её ответа зависит следующий его шаг. Он слегка в растерянности, умом понимает, что обещал Лиен подождать, но сердце закипает невероятной ревностью. Ему определённо не нравится, когда Чонгук касается Лиен, крышу сносит от мысли, что он может её поцеловать. — Чеён! — вмешивается Тэхён, смотря на свою девушку. В его глазах она видит негодование и одновременно упрек. — Ты же её лучшая подруга... — Вот потому что лучшая подруга. Это сугубо дело Лиен. Прости Джин, — она по-прежнему не смотрит на него. — Но я ничем тебе не помогу. — Спасибо, — Ким кивает и резко подымается. — Твоё молчание уже ответ для меня.

***

— Я ничего не понимаю, — как можно спокойней произносит Пак Чеён, пытаясь унять расстроенный голос, смотря на поникшую и расстроенную подругу, что бледнее стены. Чеён не понимает действий подруги, не понимает на кой чёрт ей сдался Чон Чонгук и отношения с ним, если она до сих пор тоскует по Джину. Чеён не понимает, почему Лиен не встречается с Джином, если тот напрямую проявляет к ней интерес. Чеён ничего не понимает, и от этого страдает Тэхён, на котором девушка выплескивает свою злость. — Я кое-что должна тебе рассказать, — Лиен чувствует себя школьницей, которую застукали курящей в школе. — Я не совсем была с тобой честна, — произносит Ан, разливая по стаканам ром.       Ан не любит пить крепкий алкоголь, а особенно средь бела дня, но сейчас особый случай. Ан хочется напиться до беспамятства, чтобы всё происходящее можно было стереть ластиком, как карандаш с белого листа. Ей хочется стереть договорённость с Чон Чонгуком, хочется стереть признание Ким Сокджина, от которого голова идёт кругом.       Чеён тоже не пьет днем, но когда на пороге комнаты появляется Лиен с бутылкой рома, лимоном и двумя стаканами даже без трубочек, Пак понимает: сейчас будет серьезный разговор. Они друзья, конечно, каждая со своими тараканами в голове, но настоящие друзья, которые не предадут друг друга ни за что. Сейчас явно тот момент, когда поддержка нужна как никогда. — Я даже не знаю, как реагировать сейчас, — вздыхает Пак, садясь поудобней на пол.       Пак не может сдержать удивление и странное давление в области груди. Она точно не может обижаться на Лиен, ведь та просто так не поступила бы, у неё определённо должна быть причина, объясняющая поступок. — У меня фиктивные отношения с Чонгуком.       Лиен разливает ром по стаканам, протягивает Чеён и, не чокаясь, выпивает свою порцию алкоголя, кривясь от горечи во рту. — Даже если бы у вас были настоящие отношения, у тебя определенно ничего бы с ним не получилось, — спокойно произносит Пак, выпивая своё. — Почему ты так считаешь?       Лиен вновь обновляет, протягивает подруге. — Ты не влюблена в него, — Розэ не закусывает и даже не кривится. — Для тебя твоя влюблённость очень важна. Ты ею должна дышать. Вот Сокджином ты дышишь. А Чонгуком – нет. — Он хорошо относится ко мне. — Этого тебе мало. — Чонгук предложил мне по настоящему встречаться, — Лиен выпивает еще одну порцию рома, который уже льется в горле приятней и она даже чувствует нотки сладости. — Отказала, небось.       Чеён не отстает от Лиен. Сегодня обе решили напиться и забыться в прямом смысле. — Не успела. — Джин?       Чеён теперь взяла бутылку в свои руки, разлила алкоголь, подсовывая подруге стакан. — Да. — Кажется у него действительно на тебя планы. — Кажется, да. — И что ты? — Не могу принять это, — Ан вздыхает, выпивает и опять вздыхает, чувствуя, как непонятный ком застрял в горле. — Чёрт возьми, я хочу с ним встречаться, до безумия хочу! — Что-то мешает? — интересуется Чеён. — Сама себе мешаю. Глупые мысли, накручивание. — Переспи и не мучайся, — Чеён наливает по новой. — Что? — всего на минуту Лиен показалось, что у неё выветрился весь выпитый только что алкоголь.       Лиен неоднократно представляла, как у неё это всё случится, и, конечно же, во всех фантазиях был Ким Сокджин, но одно дело представлять, другое дело – наяву. Ан не могла спрогнозировать как будут развиваться их отношения с Джином, если она ответит ему взаимностью официально(он ведь даже не подозревает о её действительных чувствах). Нельзя не сказать, что Ан не понравилась эрекция Чонгука, но к Чону она ощущала приятную симпатию, то совсем другое, нежели к Сокджину.       Алкоголь упорядочил снежный ком мыслей Ан, она действительно решила последовать глуповатому совету Чеён, каким бы он сумасшедшим не казался. Ан думает, что если действительно всё случится, то она в любом случае останется в выигрыше, какие бы последствия дальше не последовали. — Ты услышала. Переспи с Джином, он же явно главный герой всех твоих фантазий, и не отнекивайся – не поверю. — Ты так легко об этом говоришь. — А что, — Пак чувствует, как тело становится ватным, как странная расслабленность разливается по телу. — тогда всё встанет на свои места. Переспишь, утолишь свои все детские розовые мечты, если всё хорошо дальше сложится – значит хорошо. Вдруг что-то пойдёт не по плану, буду собирать тебя по кусочкам, а там видишь, и Чонгук поможет. — Я поступлю некрасиво с Чоном. — Да, — согласно кивает Чеён. — Но по-другому нельзя. Либо ты, либо тебя. — Чеён выпивает новую порцию, резко подымается и немного теряет равновесие, но быстро выравнивается. — Я уже пьяная, поэтому можно идти и мириться с Тэхёном. Ему определенно нравится, когда я поддатая, — хихикает Пак, доставая из кармана телефон. — Вы поссорились? — Ага. Ему хотелось, чтобы я его другу рассказала о тебе и Чонгуке. Я, конечно, ничего не сказала и психанула, что он поставил меня в такое положение перед Джином. — Тогда останься ночевать у Тэхёна. — Ты сейчас серьёзно? — Сама же порекомендовала переспать с Сокджином, а как я это сделаю, если ты будешь в комнате? Пойдёшь к Тэхёну, а Сокджину передашь, что я его жду здесь. — Я не думала, что ты согласишься. — Не вечность же мне девственницей ходить, — Лиен тоже с трудом поднялась, направляясь в ванную комнату. — Пускай это действительно будет герой всех моих фантазий, если даже не сложится – я жалеть не буду.