Лейкоциты

      Отрывки их пьянки медленно стекаются с уголков его памяти, и он понимает, что такое уже было: бёдра альфы опять находятся между его разведённых коленей, собственные ладони обнимали чужие щёки. Однако было то, что отличается от прошлого раза–руки Юнги покоились на его талии.       Чимин не смотрит в его глаза, а изучает взглядом контур губ, вертикальное углубление под носом, что, кажется, называется фильтрумом, он не уверен; крылья носа, нетронутую кожу рядом, уголки губ, которые, чёрт возьми, кажутся темнее из-за тени, что создаёт сам омега, потому что он выше альфы сейчас, он сам загораживает свет. –Я хотел быть сверху, –парень ухмыляется, стараясь не смотреть в глаза Юнги. Альфа лишь хмыкает на это и руками сильнее талию сжимает. Приятно. –Устроишь? –шепчет Чимин, большими пальцами обводя линию челюсти, для этого ему пришлось оставить его щёки в покое.       Юнги кивает и тянется за поцелуем. Для того чтобы парень мог целовать альфу в ответ, ему приходится податься вперёд и опереться одной рукой о спинку дивана. Пальцами другой руки он зарывается в нежные волосы на его затылке.       Губы Юнги мягкие.       Парень целует его тягуче, медленно, даря тепло; он нетерпеливо сжимает зубами нижнюю губу альфы, на что тот рычит. –Это больно, –шепчет он, на секунду прерываясь. –Прости, –Чимин жмётся ближе к нему, касается языком ранки на месте укуса. Улыбается, когда Юнги в его руках расслабляется и мягко чмокает единожды.       Парень опускается на его колени, устраиваясь так, как обоим будет удобно. Пах к паху. Он обнимает Юнги сильнее, дрожит, целуется и кусается, но чувствует, что плечи альфы тоже мелко подрагивают под его руками. Чимин сжимает чужие бёдра коленями и млеет от того, как ему выдыхают горячий воздух прямо в губы. Юнги водит по его спине руками, вскидывает бёдра и губы омеги раздвигает языком, тут же сталкиваясь с его.       Юнги двигается на этом диване, ложится на спину, утягивая Чимина на себя, который тут же теряет голову и нетерпеливо стонет, когда альфа имитирует толчки. Пусть их разделяет аж четыре слоя ткани, два из которых–толстый деним, парень всё равно чувствует давление члена альфы на свой. — Мой взор тебя рисует и во сне? –голос альфы. — И будит сердце, спящее во мне, –голос омеги.       Руки Юнги огромные. Они загребают ладони Чимина для того, чтобы переплести пальцы вместе, когда парень подался вперёд. Хоть Юнги и снизу, он всё равно умудряется осыпать поцелуями шею омеги так, словно они находятся в удобном для этого дела положении.       Парень наклоняется и целует альфу. Его нога соскальзывает с сиденья дивана и ударяется об пол, он пытается умостить её в пространстве, которое оставил ему Юнги, пока сам альфа не сдвигается, зажимая другую ногу Чимина между собой и мягкой спинкой дивана, и позволяя парню удобно сесть. Теперь всё хорошо. Омега пытается сдвинуть воротник футболки альфы, чтобы поцеловать его ключицы. Ткань не отодвигается настолько, чтобы можно было оголить всю кожу, поэтому Чимин придерживает шов пальцами, касаясь костей губами.       Юнги дышит отрывисто и громко, пока поднимает кофту парня, чтобы расположить ладони на голой спине. –Раз, два, три…–шепчет он, когда пальцами нащупывает рёбра и шагает снизу вверх. И, наконец, тянет за подол, снимая толстовку Чимина через голову.       Омега выпрямляется и смотрит в глаза Юнги, его ладони скользят по животу и груди альфы, достигая шеи. Он мягко давит на неё, потому что альфа задевает большими пальцами его соски. Прикосновение отдаётся внизу живота, Чимину нравится, поэтому он просит Юнги сделать так ещё раз. И ещё.       Парень заставляет Юнги подняться, чтобы снять с него футболку. Кожа под его руками гладкая и податливая, когда Чимин проводит по его шее, надавливая сильнее, чем нужно–за его пальцами тянутся розоватые следы, которые остаются потом ещё надолго. Ладони скользят по его плечам быстро, с каким-то уж совсем некрасивым звуком.       Омега хочет осыпать грудь и шею альфы засосами: должно быть, отметины будут иметь синеватый или фиолетовый цвет, потому что кожа Юнги светлая. Болезненно светлая.Чимин припадает к началу ключицы, что почти переходит в плечо. Он всасывает теплоту между губами, прикасается языком, а затем, когда кожа выпадает из его рта, слегка царапает зубами. Проявляющийся засос всё ещё блестит от слюны и имеет сине-фиолетовый оттенок, каким его и представлял парень. Однако когда он касается плеча Юнги снова, то чувствует чужую руку на своём затылке, а потом его голову поворачивают, и он встречается с губами альфы. –Можешь развернуться? –слышит парень, когда поцелуй был прерван. –Что? Юнги вытягивает указательный палец и обводит им по кругу. –Ну и штаны сними, –бросает альфа, после чего, Чимин говорит о том, что он убивает всю романтику.       Парень расправляется с ногой, которая застряла в штанине, но залезать обратно на Юнги не решается. Он только успевает стянуть с себя боксеры, когда: –Давай же, –говорит он, беря запястья Чимина в свою ладонь, тянет на себя.       Омега упирается руками в его грудь и легко скребёт ногтями, но когда альфа проводит кончиками пальцев по позвоночнику вниз, а затем раздвигает ягодицы и ощупывает кольцо мышц, прямо-таки скулит, потому что чувствует, как подушечки скользят по дырочке из-за выступившей смазки. Член мокро тащится по животу альфы. –Тише, я просто потрогаю тебя, –шепчет Юнги.       Противореча себе, Чимин пытается насадиться на пальцы: кончики проникают внутрь совсем немного, но его заново просят развернуться.       На этот раз Чимин скулит громче, но всё же разворачивается, жмуря глаза. Когда он распахивает веки от ощущения давления на дырочку, встречает перед собой пах Юнги, скрытый под джинсой. Руки тянутся к ширинке, и, расправившись с молнией, он сжимает напряжённый член альфы через ткань боксеров.       Парень хмурится, когда Юнги рукой поглаживает порезы на его левом бедре, и шипит от того, что их карябают ногтями. В отместку он прикусывает его пах через слой ткани, но тут же понимает, что альфа стонал вовсе не от боли. Тогда Чимин цепляется большими пальцами за края штанов, и стягивает их вместе с трусами, едва Юнги успел приподнять бёдра. Он перестаёт тянуть, когда член полностью освободился.       Парень чувствует, как один палец, секунду подразнив, уже вошёл в него. Тогда-то он и берёт член Юнги в руку: кожа на нём горячая, тонкая и абсолютно гладкая. Чимин смачивает язык слюной и двигается вперёд, проводя кончиком по уздечке сверху вниз. Со стороны альфы слышится не совсем стон, но что-то похожее на него.       Юнги проникает внутрь вторым пальцем, с хлюпаньем двигает ими всё быстрее, разводит немного в стороны и входит до упора. Чимин не сдерживает своего стона и надеется, что выглядит красиво, когда выгибает спину и подаётся навстречу пальцам. Он накрывает губами член, продолжая ласкать уздечку. Слюна перемешивается со смазкой Юнги, однако кончик языка всё равно цепляется за рельеф на головке даже тогда, когда подбирается к уретре.       Альфа выдыхает, и этот жар достигает ягодиц Чимина, так что он подаётся ещё ближе, желая получить большего.       –Боже, –говорит Юнги, потому что он добавил ещё один палец, а Чимин застонал, посылая вибрации по его члену.       Три пальца входят в него свободно. Парень ощущает, как мизинец альфы ложится в ложбинку между ягодицами, а большой упирается в мякоть между яичками и анусом. Юнги вгоняет пальцы до самых костяшек: по третий сустав, если считать от кончиков. И омега поднимается над его грудью, так что член касается головкой груди альфы, и снова ложится, но гораздо ближе к его лицу.       Нога соскальзывает и ударяется об пол, но парень её не поднимает, а лишь скребёт ногтями по паркету.       Юнги вскидывает бёдра, бессовестно прося, чтобы Чимин взял глубже. Омега раскрывает рот шире, расслабляет горло и опускается на член альфы, чувствуя, как пальцы вбиваются в него сильнее. Он вскрикивает от того, что Юнги давит на железу внутри него, проходясь по ней подушечками. Чимин потирается головкой члена о его грудь и заглатывает ещё глубже. –Юнги-и-и, –тянет он, выпуская член изо рта, вытирая подбородок от слюны. –Да? –альфа прекращает двигать пальцами. –Я хочу…–парень не решается говорить, поэтому мягко бьётся лбом о чужое бедро.       Чимин резко вдыхает, когда его бёдра захватывают две руки. Альфа целует его яички, а затем шершавый язык широкими мазками скользит до самой дырочки, которая сжимается от удовольствия. Юнги раздвигает ягодицы и посасывает край колечка.       Парень стонет и подаётся назад, насаживаясь. Он может ясно ощутить то, как сминается кожа, когда альфа втягивает её между губами, которые тут же встречаются с сопротивлением мышц сфинктера.       Он хочет большего, хочет, чтобы Юнги двигал своим языком быстрее. Именно поэтому он опять несдержанно стонет и пытается прикусить кожу на его бедре. Парень всхлипывает от избытка удовольствия, он сдерживается, чтобы не закричать от накативших чувств, пока не замечает, как Юнги ведёт бёдрами, требуя внимания к своему члену.       Альфа оставляет его дырочку в покое, он спускается поцелуями вниз, достигая яичек. Он втягивает кожу на них, а Чимин снова берёт в рот, двигаясь теперь гораздо быстрее. Руками парень водит по бокам чужих бёдер и ёрзает, когда Юнги проникает языком внутрь него. –Ещё, –просит он, потому что альфа отстранился, поглаживая бедро с порезами. Подушечка большого пальца проходится по незажившим бороздам, принося дискомфорт.       Парень слышит, как Юнги усмехается, а затем его накрывает очередная волна наслаждения от давления языка внутри него.       Чимин не может заглотить его член до основания, как бы не старался–от напряжения на глазах выступили слёзы. Кроме того, альфа сам мелко толкается в его горло, желая получить больше ласки. Омега отстраняется и проводит пальцами по головке, легонько ногтями цепляя уздечку.       Юнги жарко выдыхает ему в промежность и начинает ласкать быстрее: он опять дарит несколько широких мазков, а затем пропихивает свой язык внутрь глубже, чем было до этого.       Омега вылизывает его член от основания до самого кончика, пытаясь проникнуть языком в уретру, и только потом берёт в рот обратно, стонет громко, когда наслаждение его вновь волной накрывает. Вспышки удовольствия происходят всё чаще, и парень понимает, что близок к тому, чтобы кончить. Это же он видит и в Юнги: тот стал подбрасывать бёдра чаще, руками сжимать его ягодицы, и язык его стал грубее.       Чимин ведёт тазом, призывая альфу потрудиться хорошо ещё немного, сам проводит языком по венкам в ответ.       Сердце стучит из-за сбитого дыхания; парень напрягается, когда сдерживает себя, однако всё равно стонет. От невыносимого желания кончить хочется скулить: слёзы скатываются по его щекам, он всхлипывает и сильнее назад подаётся, сжимает бока альфы коленями. Парень пытается не выть, когда наконец-то кончает. Из его рта вырываются стоны, он сбито вдыхает и выдыхает, когда сперма попадает на грудь альфы. Горя́чее на горя́чее.       Юнги давит языком так, как надо, терпеливо дожидаясь, пока Чимин полностью обмякнет на нём. И только тогда, когда сладкие спазмы внутри живота прекращаются, Юнги, словно чувствуя, шепчет ему: –Ещё немного, детка.       Это больше, чем надо Чимину, чтобы вспомнить, что альфа всё ещё возбуждён. Парень опять заглатывает настолько глубоко, насколько ему позволяет его собственное горло, и стонет тихо, когда Юнги щекотно руками по его ягодицам проводит, а затем сжимает.       Парень закрывает глаза лишь для того, чтобы картинка больше не сменялась так быстро, как он двигает головой. Он слегка сжимает зубами головку и обводит её языком, потому что Юнги уже на грани. И тогда Чимин берёт член в рот и сильно сосёт, пока альфа не кончает.       Юнги не издаёт ни звука, а лишь дышит протяжно, что Чимин беспокоится о том, чтобы у него не началась гипервентиляция. И только когда парень выпускает член изо рта, слышит, как с губ альфы слетает тихий, будто бы покорный, стон.       Омега выдыхает и ложится головой на живот альфы. В его ушах всё ещё отдаётся сладкий стон Юнги, он всё ещё ощущает его руки у себя на ягодицах.       Чимин поднимается спустя несколько минут после того, как восстановил дыхание, и видит, как альфа собирает сперму с себя. Юнги сначала целует, видимо, давая понять, какая на вкус смазка, что блестит на его губах и подбородке, а только затем он подносит испачканные пальцы к чужим губам и размазывает белок. Омега глаз от него не отводит, а Юнги улыбается и наклоняется, чтобы поцеловать и собрать семя с его рта. Парень запускает свою руку в волосы альфы, мягко тянет за самые корни, на что тот низко урчит. –Нам нужно в душ, –говорит Юнги, рассматривая Чимина.       Парень пытается не визжать из-за того, как альфа щекочет кончиками пальцев кожу на его талии, когда смывает пену тёплой водой. –Я же насквозь тебя вижу, –шепчет Юнги ему на ухо, когда заматывает его в полотенце, а затем целует мягко, отстраняясь быстрее, чем Чимин смог ответить.       Омеге остаётся только глупо моргать и красноречиво пялиться на альфу, который высушивает свои волосы полотенцем. –Я тебя тоже, –тихо говорит Чимин, когда тот отворачивается. Возможно, он врёт потому что может понять мотивацию альфы и то, что его движет, однако каждый раз убеждается в том, что всё не настолько просто.       И он знает, что Юнги ухмыляется, знает и то, что он качает головой и тихо посмеивается. Он знает Юнги. Хотя, Чимин с трудом понимает, какой альфа. Но парень старается изо всех сил игнорировать тот факт, что он не уникален для Юнги. Может быть, просто в прошлой жизни они когда-то были знакомы.       Просто потому что Чимин понимает его молчание, понимает усмешки, понимает то, с какой нежностью альфа гладит его щёки большими пальцами. И, самое главное, понимает то, что не хочет отпускать Юнги.       И если внутри Чимина ураган, то он останавливается, когда альфа рядом. –Хорошо целуешься, –говорит парень, когда они находятся уже на полпути к его дому. –О, спасибо, –Юнги как-то смущённо улыбается, словно ему никогда никто такого не говорил.       Чимин кутается в куртку ещё сильнее и поправляет чёлку, которая опала на его лоб после дуновения ветра. –Ты тоже, –отвечает ему Юнги.       Тонкий слой снега хрустит под ногами довольно громко для того, чтобы Чимин мог притвориться, что не услышал тихую речь альфы. Однако, он всё равно отвечает, пусть и внезапно смущается: –Спасибо, –всё, что может он сказать, потому что бросить шутку по типу «тренируюсь на своих ладонях» кажется глупым. Чимин хочет порезаться. Но ему тепло. Не из-за пуховика–он это точно знает. А от того, что истома после оргазма до сих пор растекается внутри его живота, оставляя после себя слабость . –Мне нравятся твои губы, –Юнги говорит, и делает это с совершенно серьёзным видом. –Они очень мягкие, это приятно.       "Правда?"–почти спрашивает Чимин, но вместо этого касается нижней губы подушечками пальцев. Прикосновение приносит дискомфорт, поэтому он пытается зализать это место, но тут же шипит, потому что слюна попала в самую рану. Омега бросает взгляд на губы Юнги, которые опухли и потемнели точно так же, как и его собственные. Парень вспоминает, как со стыдом осматривал отражение своего рта в зеркале.       Однако, он лишь кивает, когда альфа смотрит в его глаза. Нет сил что-то сказать, поэтому Чимин просто хочет сбежать. Парень опять ругает себя за то, что даже от Юнги он хочет уйти. Чимин ненавидит всё своё существо. Он нашёл то чувство, которое искал уже очень давно, но всё равно думает о том, что всё не так.       Альфа всё равно не знает омегу таким, какой он есть на самом деле. Но правда в том, что парень и сам не знает, что в нём видит Юнги: настоящий ли это Чимин, или нет? –Мы пришли, — до парня смысл слов доходит тогда, когда он всматривается в полосу таунхаусов, что дублируется точно такими же кирпичными домами на другой стороне улицы. Падающий снег виден лишь в полосах света, который исходит от фонарей. –Да, –Чимин поднимается на пару ступенек своего дома, чтобы оказаться на одном уровне с альфой. –Ну что, давай прощаться? –мурлычет Юнги, когда кладёт руку на щёку Чимина. Контраст температур заставляет его прижаться к ладони ещё сильнее.       И на этот раз омега не держится и придвигается для того, чтобы потереться о чужой нос своим. Он задевает кольцо, которое холодом касается его кожи, а затем парень подаётся ещё ближе, пока альфа не накрывает его губы своими. Тёплое дыхание Юнги приятно согревает, а его руки забираются под расстёгнутую куртку, чтобы обхватить талию. Чимин улыбается в поцелуй, когда холод проникает под его тёплый барьер вместе с ладонями альфы. Омега обнимает его шею, прижимаясь ближе.       Юнги не кусает его губы, а пытается согреть своими, зализать раны. Он мягко целует в последний раз, а потом отстраняется. –Не режься сегодня, хорошо? –альфа не убирает рук с талии Чимина. –Я…постараюсь, –но он уже знает, что не будет стараться. Поэтому мягко улыбается и прижимается губами ко лбу Юнги.–Спокойной ночи.       Парень чувствует, как холодный нос альфы касается его шеи и втягивает воздух, поэтому парень млеет и пытается потереться о тело Юнги всем собой, но вместо этого у него получается лишь обтереться запястьями о чужие железы на шее. –Сладких, –Юнги захватывает его руки своими и опускает вниз, проводя пальцами по костяшкам.       Чимин сразу ощущает холод, когда тепло чужих рук исчезает. Парень слышит шорох ботинок альфы по снежному асфальту, когда тот разворачивается, чтобы пойти по тому же пути к себе домой. Омега ещё долго смотрит на удаляющийся силуэт и провожает глазами одну из снежинок, падающих с неба. А потом думает о том, сколько бы времени он потратил на то, чтобы пересчитать их всех, если бы очень сильно захотел.       Чимин расправляется с одеждой. Дома никого нет, так что он включает свет в комнате и ищет лезвие в ящике стола, растирает рукой кожу на левом бедре, пока пальцами нащупывает знакомый конверт. А затем поворачивает голову, чтобы найти бутылку с антисептиком.       Упаковка шуршит, когда он аккуратно выуживает матовое лезвие, пытаясь не задеть остроту пальцами, и тут же усмехается. Он режет свои ляжки, но боится поранить руки сейчас. Такой глупый, такой жалкий и никчёмный. Ладонь скользит по коже в том месте, где Чимин собирается резать её.       Парень пару раз брызгает свои руки спиртом, потом обрабатывает лезвие и трёт бедро. Он подносит режущий край к коже, когда вспоминает просьбу Юнги. –Он будет ругаться, если увидит, –шепчет Чимин в пустоту комнаты. Спина касается стены, когда он садится в угол, придвигаясь ближе к правому бедру. Парень вдыхает пару раз, прежде чем провести лезвием по ляжке.       На этот раз боль отдаётся куда-то в район левого плеча, запоздало он понимает, что это было сердце. Чимин смотрит на то, как расходится кожа под напором заточенного края, а потом, спустя несколько секунд, борозда заполняется кровью. –Веди себя нормально, –опять шепчет он, делая ещё один порез, ощущения от которого приходят лишь тогда, когда кровь начинает течь по ноге.–Веди себя нормально, блядь!       Первые слёзы скатываются по щекам, а следующие не дают зрению нормально фокусироваться, поэтому Чимин видит лишь красные пятна перед собой. Лезвие опять рассекает кожу, парень нажимает сильнее и вскрикивает, потому что оказывается слишком больно. Он стонет от того, как кровь, скатываясь, достигает пола. –Зачем это всё было? Почему ты позволил поступить так с собой? Почему ты блять доверился ему?! –Чимин бьётся затылком о стену позади себя и режет снова. Струйки крови остывают на его бедре, они ощущаются слишком мокрыми и невесомыми, словно вода.       Парень плачет и бросает лезвие на пол. Он поднимает подол футболки, чтобы не испачкать ткань в собственной крови, когда обнимает свои колени. Кожа на плече пачкается об его ногу. Заживающие раны чешутся, и омега пытается это исправить, и тут же воет, когда случайно цепляет ногтями свежие борозды.       Внутри всё сжимается от давления, потому что плачет он очень сильно. Чимин кричит и бьётся головой об стену снова. Он касается пальцами кровяных дорожек, пытается стереть весь этот беспорядок, потому что ему кажется, что Юнги рядом с ним. Ему кажется, что за ним наблюдают, а потом будут ругать за то, что он натворил. Несмотря на это, Чимин думает, что ни за что не ляжет спать, пока не сделает ещё три пореза. Он тянется к лезвию и понимает, что не хочет больше, чтобы было больно. Но другой его части всё равно.       Предыдущие раны окрасились в красный, как и вся верхняя часть его бедра: подтёки беспорядочные, и парень думает о том, что они походят на молнию. И вспоминает, как Юнги гладил его порезы и просил о том, чтобы Чимин не допустил того, чтобы на его коже появились новые. Он думает и о том, какими мягкими были губы альфы на его губах, и как приятно они касались его шеи. Мурашки покрывают его кожу, когда он понимает, что всё это в прошлом: –Ненавижу, –кричит он, и голова разрывается от истерики, а рука опять делает то, что он и хотел. Вспышка боли приходит также резко, как и лезвие отрывается от его кожи после очередного пореза.–Но мне так жаль тебя.       Кровь течёт по его ноге опять, а боль накрывает волнами так же, как удовольствие, когда Юнги гладил его своими руками.Как его зубы сжимали нижнюю губу, как холодные пальцы проходились по рёбрам и позвоночнику, как ласкали его внутри. Чимин сжимает ладони в кулаки с такой силой, что руки начинают трястись от напряжения. Он дышит сбито и вскоре понимает, что ему не хватает кислорода, поэтому он всхлипывает: –Юнги-и, прости меня, — подушечки пальцев ложатся на раны, которые походят друг на друга, и всегда остаются неизменными. Прикосновение приносит жжение, он пытается успокоить кожу поглаживаниями, но делает только хуже.–Мне так жаль, Юнги.       А в голове– его лицо. Его глаза, которые затягивают в бездну с головой. Чимин пытается вспомнить каждую деталь, а когда доходит до губ с полуулыбкой, то боль накрывает его новой волной, потому что Юнги в его воспоминаниях такой милый, такой родной. Настолько, что парень чувствует себя ещё более ничтожно, потому что он не послушал человека, который зовёт его деткой, чьи большие пальцы гладили тыльную сторону его рук.       И он режет себя опять, но на этот раз из-за того, что ему стыдно перед альфой. А затем ещё, потому что испачкал футболку.       Чимин отшвыривает лезвие от себя. Он закрывает лицо ладонями, не заботясь о том, что кровь на них всё ещё не засохла. Парень сгибается пополам и заваливается набок, горло дерёт из-за криков, а он ругает себя и за это, а затем вспоминает о запахе Юнги на своих запястьях.       Рука накрывает свежие порезы и оглаживает их, словно пытаясь успокоить, но вскоре ему становится холодно из-за открытой кожи и стынущей крови на ней. Слёзы всё ещё скатываются по щекам, попадая на виски, уши и шею. Чимин с криком вытирает холодные капли, потому что от них становится тошнотворно щекотно. Мышцы, напряжённые до предела несколько секунд назад, теперь расслабляются, и он тряпичной куклой опадает на пол так, будто хочет слиться с ним. Он лежит на полу, пока не становится полностью сухим.       Глаза фокусируются на полу, взгляд выхватывает кровать на которой он оставил телефон. Кожа на скуле и виске немеет от давления, щёки стягивает от солёной корки, поэтому он морщится. Парню удаётся подняться с пола, и он идёт в ванную, чтобы смыть с себя весь позор, о котором жалеет.       Чимин смачивает полотенце водой и шипит, когда тёплая ткань касается ранок. Он вытирает кровь с ног, рук и своего лица. Голову тянет вниз, всё его тело подрагивает и болит от напряжения. Парень старается не смотреть вперёд, чтобы не видеть своё отражение в зеркале, однако когда он выходит из туалета, взгляд всё же цепляется за покрасневшие глаза.       Он видит на телефоне уведомление, проводит пальцем по экрану и падает на кровать, читая сообщение от Юнги в какао: [Мяунги] Ты не слушаешься[9:42] [Jim] Прости меня [9:42]       Он зарывается пальцами в волосы, когда откидывает телефон. Мышцы лица сводит от того, как он хмурится. –Ты никчёмен, Чимин, –говорит он в потолок.–Что же ты творишь? Зачем это тебе?       Однако слёзы не выступают на глаза, и омега думает о том, что больше никогда не сможет заплакать. Парень опять берёт телефон, после того, как тот опять издал характерный звук уведомления: [Мяунги] Ты не виноват, прелесть. [9:48] Просто ложись спать, всё будет хорошо.[9:48] [Jim] Как ты узнал? [9:48]       Сообщение так и остаётся висеть какое-то время. Чимин сгибается на своей кровати, обхватывает руками ноги. Он хочет свернуться ещё сильнее, но встречает сопротивление своих рёбер и коленей, поэтому остаётся в таком положении, в каком может быть максимально маленьким и защищённым. Юнги не отвечает уже долго, как думает парень, но когда телефон вибрирует, хочет выждать пару минут, однако срывается, когда не прошло и полминуты: [Мяунги] Я же тебя насквозь вижу [9:55] Перестань думать и ложись спать [9:55] [Jim] Пугаешь.[9:55] Спокойной ночи [9:55]       Чимин думал, что ответ придёт, когда он вернётся в комнату со стаканом воды, но сообщения всё ещё оставались непрочитанными.       Они висели и тогда, когда парень уже натянул домашние штаны, приложив салфетку к порезам. Висели и тогда, когда он ещё долго пялился в экран. И даже тогда, когда он уже выключил свет и лёг под одеяло, уставившись в потолок. Его тело уже начало наливаться теплом и тяжестью, когда Чимин услышал вибрацию и тут же потянулся к телефону: [Мяунги]: Спокойной ночи, детка[10:24]       Омега тает от обращения, которое видит перед своими глазами. Потому что Юнги назвал его деткой не во время секса, не в порыве нежности, не в избытке чувств. По этому поводу Чимин даже воодушевляется и пишет то, чего не планировал. И радуется, потому что прошла целая минута его выдержки: [Jim] Обожаю тебя[10:25] Ответ не приходит, поэтому он засыпает в ожидании.       Чимин открывает глаза и первым делом проверяет не время, а смотрит на два уведомления из Какао, а затем немного огорчается, когда видит лишь одно сообщение от Юнги, в котором написано «и я тебя^^», которое было отправлено спустя полчаса после сообщения Чимина.       Возможно, омега и обманывает себя, когда думает, что не радуется кошачьим ушкам около тёплого признания, а улыбается другому сообщению: [Тэ сосёт] Надеюсь, ты купил себе новый вибратор [9:24] [Jim] Сука [10:03] Вообще-то я хотел взять у тебя [10:03] [Тэ сосёт] Ты серьёзно?)) [10:05] –Засунь эти скобки себе, –говорит он, но затем печатает: [Jim] Ты только помой его [10:05] [Тэ сосёт] Вообще-то я их мою после каждого использования, а не как некоторые [10:05] И нормальные люди для таких целей заводят альф, дорогой [10:05] [Jim] У некоторых тоже есть альфа, кстати [10:06]       Чимин пишет это и поднимается с кровати. Он уже успевает принять душ и снова протереть свежие порезы, когда сообщение остаётся прочитанным, но без ответа. Поэтому он просто спускается на первый этаж. [Jim] Эй [10:30]       Парень видит, что курток родителей нет, поэтому заходит на кухню без штанов. Он наливает себе кофе, пока смотрит в экран, на котором не появляется сообщение от Тэхёна. [Jim] Тэ блять [10:42] –Да ну и хуй с тобой, –говорит парень, когда подходит к окну, отпивая из чашки, когда видит, что Тэхён уже не в сети.       Чимин любит материться. Он искренне считает, что метко сказанный мат может описать всё в этом никчёмном мире. Только лишь при родителях приходится сдерживаться, но парень может оторваться и вне дома. Но когда он видит Тэхёна на пороге своего дома, то ему хочется сматериться так, как он не делал этого никогда. И даже открывает рот, но его перебивают: –Ты, кусок говна, говори. Что ты от меня скрываешь? Ты успел найти себе альфу за тот короткий промежуток времени? –Тэхён стягивает с себя куртку и смотрит на Чимина, а затем показывает ему их переписку. –Тебе тоже доброго утра, дорогой. Я у тебя записан «Уебин»? Это ты Уебин, если считаешь, что можно из этого раздувать… –Да срать мне. Говори уже, –омега снимает ботинки, которые покрыты снегом, и парень закатывает глаза, потому что вспоминает, что уже какой раз хотел закопать Тэхёна в сугробе за то, что тот не стряхивает снег с ног, когда заходит на крыльцо его дома.–От тебя воняет альфой, чувак, что… –Да, мы познакомились на квартире Хосока, –Чимин разворачивается и машинально дёргает подол футболки, чтобы закрыть порезы. Этот жест привлекает внимание его друга: –Опять? –Тэхён смотрит на его бедро, а затем нагибается и лезет пальцами под ткань одежды, чтобы коснуться ран. Холодные подушечки касаются лишь слегка, но Чимин всё равно стискивает зубы, хоть и не чувствует боли.–Что же ты творишь? –он говорит это гораздо тише. –Пошли, я налью тебе кофе, –омега перехватывает его запястье и отводит дальше от своей ноги, а затем разворачивается и идёт на кухню. –Только не мочу, как всегда, –и он сразу оживает.       Чимин помнит, как Тэхён узнал о его порезах. Об этом он сказал ему сам. Парень помнит то, что Тэхён носил в тот день маску, пусть на улице и было ужасно душно. Сырые облака пологом застилали небо, а они вдвоём стояли в сгибе улицы, именно там, где дорога поворачивает в сторону таунхаусов, где живёт Чимин.       Каштановые пряди Тэхёна спадали на его лоб, а ниже глаз уже была чёрная ткань, поэтому смотреть в них было сложно, но парень всё равно каким-то образом делал это, пока говорил: –Я режусь, –слова прозвучали так легко, в сравнении с тем, что ожидал сам Чимин.       И он помнит то, какими огромными сделались эти самые глаза Тэхёна, которые казались ещё больше из-за чёлки и маски. Парень и не думал, что кто-то сможет не моргать так долго, как не моргал тогда Тэ, когда они всё ещё стояли посреди тротуара, пока ветер сдувал волосы на их лбы. –Чимин, это моча, –говорит Тэхён, когда отпивает из кружки, сидя на стуле, закинув ногу на ногу. –Да бля, делай тогда сам. Я не знаю, что такое не моча, –парень просто забрал его кофе себе и уселся на стул напротив. –Рассказывай, –Тэхён машет рукой перед его лицом, –сначала про порезы, потом про парня. Если, конечно, порезы не из-за парня. –Ну…не совсем, –Чимин слышал, как ему в ответ промычали что-то похожее на просьбу продолжать, –его зовут Юнги. Мы познакомились, когда я ходил к Хосоку на выходных. Это же было три недели назад, –скорее для себя самого конкретизирует омега. –Ого, –Тэхён поворачивается к нему спиной и встаёт на носочки, когда тянется за чашкой. –Ага, а ты хотел, чтобы я не пошёл. –Ну знаешь, я ведь не думал, что… –Правильно хотел. Резался-то из-за него, –Чимин снова смотрит на спину Тэхёна и на его затылок, который движется из стороны в сторону, потому что он качает головой. –И что вы успели сделать такого за те несколько дней, что я выпал из жизни? –Много чего, –парень шепчет, но знает, что его слышно. Тэхён садится на своё место с новой чашкой кофе, и снова смотрит на него, а затем просит продолжать, что Чимин и делает: –Мы как-то… сблизились? Понимаешь? Всё произошло так быстро, что кажется, что мы знакомы вечность, хотя это всего несколько дней. –Вы общаетесь в романтическом ключе? –парень смотрит на то, как Тэхён отпивает из кружки и облизывает губы. –Мы успели потрахаться. Тэхён очень громко сглатывает кофе, а потом просто молчит и смотрит на Чимина. –Хотя, мы не трахались. Это вообще можно назвать сексом, если он засовывал в меня только свои пальцы и язык?       А потом омега замечает, как от губ парня, который сидит напротив него, тянется неровная линия светло-коричневого цвета. Запоздало Чимин понимает, что это кофе, а Тэхён лишь растягивает рот в сладкой улыбке и несколько раз моргает, а только затем говорит: –Да, Чимин, –его веки опускаются и поднимаются множество раз, пока он это говорит, –у вас был секс. И как так получилось, дорогой, что вы занялись этим спустя пару дней знакомства? –Не пару, прошло гораздо… –Да плевать. Ты вообще понимаешь, что ты творишь? –и только сейчас он вытирает кофе с лица и осматривает свой свитер, –ты хочешь сказать, что переспал с другим человеком в первый раз в своей жизни, хоть знал его несколько дней, а познакомились вы вообще на вписке? –Всё так и было, но… –И порезы твои он видел? –Чимин кивает, –и знает, что ты суицидный? –Да, –парень чувствует, что его глаза расширяются настолько, что становится больно. –Ты доверился человеку, который теперь знает все твои слабые места, а потом вы ещё и переспали, чтобы скрепить союз? –Тэхён зарывается пальцами в волосы, а его локти упираются в стол. –Блять, –шепчет Чимин. –Блять, –вторят ему.–А какая фамилия твоего обожателя? –Мин. Мин Юнги. –Блять, –опять шепчет Тэхён. –Ты знаешь его? –Чимин аж вскакивает со своего места и берёт чужие запястья, скрытые под тканью свитера. –Нет, просто так драматичнее. –Подожди, то есть ты хотел провести течку с ним? –Тэхён лежит животом на его кровати и обнимает плюшевую хаски из Икеи. –Честно, я был бы рад. Мне кажется, что моё приглашение станет…гм… катализатором начала наших отношений. –Вы не встречаетесь? Чимин, ты ебанутый? –Нет! –парень поворачивается от окна к Тэхёну и смотрит ему в глаза, –в смысле, никто из нас ничего не говорил об этом, всё пошло само собой после того, как он написал мне. –Как так вышло, что вы так сблизились? –он прочёсывает короткую шерсть собаки между ушами. –Просто на квартире было нечего делать, а я узнал, что он брат Чонина… –Что? Это правда? –Ага, –Чимин подходит к кровати и садится рядом с омегой, –ну так вот, я заговорил с ним, а затем мы что-то пообещали друг другу, сцепили мизинцы и говорили. –Говорили, –вторит Тэхён. –Что же мы пообещали друг другу? –Ты должен позвать его, чел, –он переворачивается на спину и тянет руку к Чимину, которую тот тут же захватывает и начинает перебирать пальцы. –Я знаю, но это стрёмно, –парень касается браслета на запястье друга, обхватывает подушечками подвески на нём и с интересом рассматривает, когда Тэхён говорит: –Тебе же хуже: если ты позовёшь его, а он откажется, то ты хотя б будешь знать, что проводишь течку в одиночестве по причине. –Но если я не предложу, то мы точно будем общаться и дальше, а иначе он просто кинет меня. –Мне кажется, что человек, который называет тебя «детка», не будет кидать тебя, –Чимин видит, как Тэхён показывает ему его же собственный телефон, на котором светиться уведомление с сообщением от Юнги: «Как ты, детка?» –Да чёрт, –парень выхватывает телефон из рук друга и быстро печатает ответ, –как бы он меня не называл–его поведение иногда странное. –Да нет. –Да да, Тэхён. –Хорошо, я почитаю? Чимин телефон ему не даёт, а лишь показывает сообщения: [Мяунги] Как ты, детка? [11:28] [Jim] Всё хорошо, а ты как? [11:30] [Мяунги] Да как обычно [11:31] –Блять, он у тебя записан «Мяунги»? –Тэхён смеётся. –Во-первых, ты видел его лицо? Он выглядит как кот. Во-вторых, «Мяунги»–это хотя бы не «Кукидик» –Я уже записал его по-другому, кусок ты, –омега сжимает собаку руками и бьёт Чимина ею по голове, растрёпывая его волосы.–Это ладно. Но раз уж он написал, то предложи. Твой альфа почувствовал, что ты течный, я тебе крест даю. –Знаешь, я просто попрошу его встретиться, –парень кивает самому себе, а потом выхватывает хаски из рук Тэхёна и подкладывает под свой живот, когда подушечки его пальцев ударяются с тихим звуком об экран телефона. Он пишет «Нам нужно встретиться», а затем стирает. «Мне нужно поговорить сегодня»–пишет снова, но потом передумывает, а затем просто решает отправить «Пройдёмся?». И всё это он делает под разговор Тэхёна о том, что они будут парой, а для этого надо всего лишь потерпеть. –А мне кажется, что ты не решишься, –омега говорит это в шутку, пытаясь забрать подушку из-под Чимина, который уткнулся носом в шерсть собаки, пытаясь спрятать горящее лицо. –Да сам знаю, — серьёзно отвечает он.       Солнце окутывает своим теплом его тело. Светло-серые стены, пусть и завешаны постерами, но всё равно отражают свет, который падает на каждую вещь в его комнате. Чимин будто смотрит старый фильм на выцветшей плёнке.       Жарко настолько, что он хочет задёрнуть шторы, чтобы солнце больше не грело так сильно, однако он тут же понимает, что не может пошевелиться: так и стоит посреди комнаты и смотрит на то, как его мать поднимает с пола белую тетрадь с огромным чёрным жуком на обложке. Насекомое оказывается живым и Чимин думает, что, видимо, не замечал этого раньше, оно спрыгивает с тетради и падает на пол.       Парень вскрикивает, когда жук быстро ползёт к его ногам, а потом присматривается и тут же замечает на его спине золотую замочную скважину, которая ломается, когда под ней расправляются крылья. Омега выдыхает после того, как жук вылетает в открытую дверь. –Чимин, –говорит его мать, когда замечает кипу салфеток, сложенную между страницами, она оказывается гораздо меньше, чем та, что парень оставлял. Куда же подевались остальные салфетки? –Что это такое? Она обхватывает пальцами их край и тянет на себя, и Чимин видит, как она напрягается, когда показываются капли крови на белой ткани. –Показывай ноги, –она смотрит на него. –Нет, –ему удаётся сделать шаг назад. Жарко настолько, что хочется выть, парень чувствует, как капли пота скатываются с его висков. Слишком страшно. –Юнги! –мать кричит так громко, что закладывает уши, а сам Чимин отшатывается при звуке его имени. А вскоре, сам альфа появляется в дверном проёме. Омега смотрит на его спокойное лицо и расслабленные плечи, когда мать снова говорит: –Ты знаешь об этом? –она разворачивается к нему и показывает салфетки с кровью. Чимин смотрит на её нежно-розовые ногти, которые вдавливаются в ткань, а потом переводит взгляд на Юнги, чьи глаза расширяются настолько, что ему должно быть больно. Парень качает головой, и альфа повторяет за ним.       Когда Чимин распахивает глаза, то видит перед собой шею Тэхёна, в которую он уткнулся носом, поэтому горячий воздух задерживается около их кожи и греет, пока не остывает и рассеивается. Тут же парень понимает, почему было так жарко. Его руки обнимают талию омеги, лежащего под ним, ноги скрыты под одеялом, а солнце и правда светит слишком ярко для времени, которое близится к вечеру.       Он выбирается из объятий Тэхёна и смотрит на то, что они успели натворить: пачки чипсов разбросаны по полу, один геймпад лежит на полу, а другой, по-видимому, зарыт в одеяле. Чимин вспоминает о том, что Юнги так и не ответил ему перед тем, как они с Тэхёном уснули. [Мяунги] Давай [2:43] Парень улыбается и печатает: [Jim] Тогда выпьем пиво? [3:26]       Он трогает футболку на спине: ткань пропиталась потом. Тэхён всё ещё спит, так что Чимин просто уходит в душ, надеясь на то, что всё же получит ответ от Юнги совсем скоро. Сообщение приходит совсем не тогда, когда парень уже сменил всю одежду и высушил волосы, и даже не тогда, когда Тэхён проснулся: –Какой сейчас год? –спрашивает он, а Чимин кидает в него хаски, а потом они смеются и спускаются на кухню, чтобы поесть. –Ну что? –спрашивает Тэхён, когда парень уже моет тарелки, –ты написал ему? –Ага. Почитай. –Опять пиво? Чимин, вредно столько пива пить, –усмехается он, когда печатает что-то на телефоне Чимина. –Что ты пишешь? –Он сказал, что зайдёт за тобой часов в шесть, а я ответил ему «хорошо». –Ладно, –Чимин подходит к Тэхёну сзади и обнимает его для того, чтобы вытереть руки об его футболку. –Иди нахуй, –смеётся омега, когда мягко кидает телефон на стол и бьёт парня по рукам. –А, всё хотел спросить, –говорит он, когда убирает сырный соус в холодильник, –ты правда принёс мне вибратор?       И через несколько мгновений после того, как Тэхён сходил в коридор, туда, где висит его куртка, Чимин держал у себя в руках гладкий продолговатый член фиолетового цвета. –Вернёшь потом, –слышится откуда-то справа, а потом следует громкий смех.       И парень думает о том, что если бы эта ситуация происходила пару месяцев назад, то он бы погнался за своим другом по всему дому, быть может, они бы и подрались. Но Чимин не встаёт со своего места, потому что опять не хочет двигаться. А Тэхён, замечая это, сразу успокаивается и предлагает посмотреть что-нибудь по телику. ____       Чимин слегка волнуется перед встречей с альфой. Он не уверен в том, стоит ли ему намазать губы бальзамом только для того, чтобы они были мягче и вкуснее, ведь он думает о том, что Юнги понравится ощущать привкус мёда (Или мяты), когда они будут целоваться. А Чимин уверен, что они будут.       А ещё он абсолютно точно знает, что снесёт альфу с ног, потому что очень соскучился за день, что они не виделись. Именно поэтому парень планирует, если не запрыгнуть на него, то хотя бы обнять настолько крепко, насколько позволяют пределы разумного. Но он забывает обо всём, что касается разумного, потому что видит на экране телефона сообщения от Юнги, поэтому даже решает выждать несколько минут, прежде чем прочитать: [Мяунги]: Честно, не знаю, как найду твой дом [5:49] [Jim]: Хпх я выйду, когда скажешь. Где ты сейчас? [5:55] [Мяунги]: Уже здесь [5:57]       Чимин считает флирт уместным здесь, поэтому он быстро печатает «Но если я отойду от своего крыльца, то мы будем разного роста, а это неудобно», но очень долго думает, отправить ли.       Он нажимает на кнопку «отправить», а затем кидает телефон на кровать и смотрится в зеркало, а когда уведомление приходит, парень не держится долго и читает сообщение сразу и тут же пугается: [Мяунги]: Нуу [5:58]       Ладони потеют от неловкости, а сам Чимин хочет прямо сейчас вскрыться, потому что так он не проваливался очень, до жути давно. Но следующее сообщение стирает все сомнения, и парень, не удержавшись, читает его вслух: –Мы можем вернуться к твоему крыльцу, –он улыбается и ему хочется расправить крылья, что Юнги подарил его спине за то время, что они знакомы. И эти самые крылья, Чимин уверен, помогут выбраться из ямы, которую его психолог назвал депрессией. [Jim]: Тогда мы вернёмся [6:00] Это всё, на что его хватило, поэтому он быстро спускается по лестнице и хватает пуховик.       Ботинки шаркают по крыльцу, когда он поворачивается для того, чтобы закрыть дверь. Парень спускается по ступенькам и видит Юнги, который стоит точно посередине между рядами таунхаусов, его оттенённый силуэт кажется меньше, потому что стоит альфа аж через четыре дома.       Золотистый свет фонарей играет на лице Юнги, когда омега обхватывает его руку пальцами и тянет к крыльцу своего дома.        Снег не падает, а небо глубоко-синей тяжестью нависает над ними, а если приглядеться, то можно различить облака, что оказываются темнее других. Чимин не обращает внимания на людей, которые тёмными фигурами движутся в обе стороны от места, где он и Юнги стоят сейчас. Парень чувствует, как холодная ладонь альфы оглаживает его щёку, а затем большой палец ложится на его нижнюю губу, и Юнги произносит: –Пожалуйста, не кусай,–а затем подаётся вперёд.       На этот раз Чимин ждёт, когда альфа дотянется до его губ сам, чтобы выглядело это так, будто парня целуют, а не он целует кого-то. Именно поэтому омега не шевелится, полностью предоставляя себя Юнги, который, достигая минимального расстояния между их ртами, обхватывает второй рукой другую щеку Чимина.       И вот, когда одни губы накрывают другие, парень не сдерживается и тонко скулит. Его руки тянутся к ладоням Юнги, которые всё ещё держатся за его щёки, он пытается снять их со своего лица, но только для того, чтобы освободить путь к шее альфы и прижаться плотнее.       Омега чуть-чуть расстраивается из-за того, что его не обнимают в ответ, как это было вчера, но лишь располагают руки на талии, которые немного сжимаются, словно говоря о своём присутствии. Но в этом жесте Юнги ничего не подразумевает, если судить по тому, как он обхватывает своими губами нижнюю губу Чимина, мягко терзая и, всё же, кусая, хотя сам просил этого не делать.       Парень проталкивает язык вперёд, несмотря на то, что альфа действует активнее–даже склоняет голову набок, однако именно Чимин был тем, кто первый из них зацепился кончиком языка за верхний ряд чужих зубов.       Поцелуй заканчивается, но они не отходят друг от друга, поэтому омега чмокает губы напротив, а затем ещё раз, и ещё. Его руки всё же оборачиваются вокруг чужой шеи плотнее, и альфа тоже подаётся вперёд, чтобы обнять талию Чимина. –Вкусно, –шепчет Юнги. –Что, прости? –парень настолько заинтересован, что даже отрывается от альфы на секунду. –Твои губы, –всё также шепчет Юнги, а Чимин понимающе кивает, улыбается, а затем вновь падает в чужие объятья, вдыхая запах. Он не хочет отпускать его.       Однако, снег хрустит под их ботинками, когда они выходят на ту самую улицу, где Чимин рассказал Тэхёну о своих порезах: дорога выгибается причудливым образом, но парень идёт первым, ведя Юнги до магазина, где они могут купить пиво.       Парень не думал об эмансипации, когда это касалось отношений с альфами, возможно, именно потому, что этих самых отношений у него не было. Сам Чимин всегда знал, что он будет стараться быть независимым, поэтому, стоя в перед кассой с бутылкой пива в руках, он было хотел расплатиться сам, однако Юнги шикнул на него и попросил отойти.       И вот, когда они шли вдоль дороги, где проезжающие мимо машины находились настолько близко, что свет фар болезненно колол глаза, стоило омеге только посмотреть на них. Альфа шёл ближе к редкому потоку, и Чимин не смог не оценить этот жест. –Как ты? –спрашивает он, стараясь не смотреть в глаза Юнги, когда тот повернул голову в его сторону. –Устаю, –ветер щипал кожу, и парень, опустив взгляд на руку, обхватывающую стеклянное тело бутылки, увидел, что кожа на пальцах покраснела от холода. Голос альфы звучал действительно плохо.       Юнги шёл чуть быстрее, чем делал это обычно, поэтому Чимину приходилось нагонять его. Мышцы щёк сводило от алкоголя, а сам омега старался не сильно морщиться, пусть вкус обычного пива он не любил. –Что ты делаешь целыми днями? –Практики в универе, –голос сухой и приглушённый из-за того, что альфа опять вырвался вперёд. –Прости, если я не очень вовремя позвал тебя, –парень говорит это и пытается успокоиться, надеясь, что Юнги не против. –Всё нормально.       А затем альфа молчал довольно долго: они успели завернуть на другую улицу, прокладывая маршрут кольцом вокруг таунхаусов. Чимин понимал, что лучше не говорить лишнего, а напряжение росло ещё сильнее, поэтому он просто спокойно пил своё пиво. –Я не спал очень давно, –наконец говорит Юнги, когда прошло ещё несколько мгновений их молчания. –Что? Но почему? –Ну… спал максимум по два часа, но так продолжается уже довольно долго, а сейчас я просто ужасно выжат. –Ты не хочешь спать? –Хочу, очень хочу, но я просто не могу.       Юнги поворачивается и идёт к ряду скамеек, освещённых жёлтым светом фонарей. Альфа падает на одну из них, прям-таки валится тяжёлым грузом, а его голова устраивается на спинке скамейки.       Парень ставит бутылку на скамейку, а после сгибается перед ним для того, чтобы посмотреть в глаза: он берёт лицо Юнги в свои руки и изучает его. И только сейчас он видит, что альфа действительно устал, потому что его кожа кажется ещё более серой, а под глазами– возможно из-за света– синяки, которых он не замечал раньше.       Чёлка Юнги спадает, так что Чимин убирает её пальцами, а затем улыбается, когда она возвращается обратно на лоб, он пытается уложить прядь на чужую макушку, пока не сдаётся и не заправляет за ухо, пытаясь касаться настолько нежно, насколько может.       Парень оглаживает ладонями щёки Юнги, проходится пальцами по вискам, а когда в ответ получает довольное урчание, запускает пальцы в волосы и тянет за самые корни. Чимин придвигается ближе и касается губами губ Юнги, и чувствует, как уголки собственного рта дёргаются, чтобы превратиться в улыбку.       Поэтому он целует ещё раз, перехватывая нижнюю губу на секунду, а отстраняясь, замечает, что альфа смотрит на него как-то странно. –Что? –спрашивает Чимин, присаживаясь на скамейку, но рук с щёк не убирает… –А что ты будешь делать, когда у меня появится омега? –…и видит, что Юнги говорит абсолютно серьёзно.       Парень лишь надеется на то, что не подал виду, будто его задел вопрос. Он знает, что если бы разрешил себе показать свои чувства, то его челюсть сейчас, как минимум, упала на землю. Чимин не знает, что ответить, поэтому заставляет свой мозг работать. На деле же, проходит всего несколько секунд, прежде чем он отвечает: –А что будешь ты, когда у меня–альфа? –его голос дрожит, но это можно свалить на холодную погоду, однако чувства так завладели им, что тело, будто покрытое льдом, начинает мелко подрагивать вовсе не от того, что они стоят на улице. –Я буду рад за тебя, –невозмутимо говорит Юнги, и Чимин понимает, что не сможет попросить его провести течку вместе. Потому что Юнги не хочет его.       Чимин резался опять. На этот раз, он просто тихо сидел на своей кровати и смотрел на то, как кровь стекает с его бедра, и капли приземляются на салфетки, которые он подложил под ногу.       Родители были дома, поэтому ему ничего не оставалось, как смирно сидеть на своём месте, позволяя слезам размеренно стекать по его щекам. На этот раз, он даже не вытирал кровь на своей ноге, когда, подкладывая новую салфетку, ложился спать. Свою течку Чимин провёл в одиночестве. ____ –Подожди, а как пахнет Юнги? –спрашивает Тэхён, когда парень, лёжа головой на его груди, вытирал слёзы, –не отвечай, если не хочешь.       Чимин слышит ухом, прижатым к чужой грудине, вибрацию его голоса и немного успокаивается. Тэхён пришёл сразу после течки парня, и они, свернувшись, лежали вместе. –Ну, –омега думает секунду, а затем отвечает, –представь, что ты выходишь на улицу в морозный день и вдыхаешь воздух, так и пахнет Юнги.       Слёзы катятся опять, когда он вспоминает, как они последний раз разошлись: в тот вечер Чимин стоял не на две ступени выше, а на три, или на четыре, так что они даже не касались друг друга, когда прощались.       И парень всё чаще думает, что на такой глупой ноте закончилось их общение. Он думает о том, что Юнги мог бы не говорить тех вещей, которые Чимин воспринимал, как особое отношение к себе, поэтому ему просто остаётся убеждать себя в том, что было бы легче. –Почему он так со мной? –шепчет парень в грудь Тэхёна, –почему я заслужил такое? –Тихо, –ему шепчут в ответ и ласково гладят голову, –он же не сказал, что он хочет прекратить общение совсем. –Нет, но он намекнул на то, что мы не сможем быть вместе никогда. –Ты же знаешь, что можно иметь отношения с человеком, не встречаясь? Если он настолько хороший, то ты сможешь его удержать и быть для него другом. Чимин медлит секунду, прежде чем поднять голову и посмотреть на Тэхёна. –Ты прав, –вскоре говорит он, поэтому хватает телефон и печатает в какао: [Jim] Как ты? [6:28] А потом лежал ещё очень долго, пока вся половина его лица не онемела от давления. [Мяунги] Да никак [6:46]       Чимин ещё сильнее вжимается в чужую грудь, а затем поворачивает голову, чтобы лечь на другую сторону лица. Шею тянет. Он печатает и надеется развести альфу на разговор. [Jim] Всё плохо? [6:46] [Мяунги] Да [6:47] [Jim] Рассказывай [6:47] [Мяунги] Я хочу прекратить общение со всеми [6:47] Чимин жмётся всем собой к телу Тэхёна и чувствует, как чужая рука зарывается в его волосы. –Хочу порезаться, –шепчет он, когда слышит вопросительный звук. –Что? –спрашивает Тэхён, но парень не отвечает. Слёзы катятся с его глаз, а дыхание согревает и без этого тёплую ткань чужой футболки. Он коротко скулит, потому что даже не знает, что написать, поэтому просто спрашивает: [Jim] Почему же? [6:48] [Мяунги] Потому что я уже ни к кому ничего не чувствую [6:48] Тебе больно [6:48] –Блять, какой догадливый, –шипит Чимин, давясь избытком эмоций. [Jim] А ты не думал, что прекратишь, а будет ещё больнее? [6:49] [Мяунги] Больно не мне [7:00] [Jim] И ты просто вот так уйдёшь? [7:00] –Сука, сукасукасука, –опять говорит он, даже не заботясь о том, что Тэхён, лежащий под ним всё ещё ничего не понимает, –почему же ты так делаешь? Что же с тобой не так? Он выжидает, пока альфа ответит ему, но лежит ещё очень долго, прежде чем пишет вновь: [Jim] Юнги [7:09] Ты же нужен мне [7:15] [Мяунги] Запомни, что нужно принимать и учиться на своих ошибках. Каждый раз, когда будет плохо, подумай о том, что бы сказал я [7:20] Поможет, я думаю [7:20] [Jim] Я понимаю [7:20]       А Чимин ничего не понимает. Иллюзии, которые он построил в своей голове, рушатся. И здесь, в один миг, весь мир обретает новый цвет, несравнимый с прежним, потому что мнимое не стало настоящим. Всё, что было–лишь плод его фантазий.       Будто через толщу воды он слышит голос Тэхёна, который кажется настолько глубоким, будто его голосовые связки натягиваются с титанической силой. И Чимин понимает, что его друг никогда не говорил так. –Посмотри, –говорит Чимин и вздрагивает от того, что его собственный голос будто стал резче. Он показывает переписку ему. –Вот же блять, –шепчет Тэхён и переводит взгляд на парня, который поднялся с его груди, чтобы посмотреть в его глаза. Проходит минута. Быть может, больше.       Шум с улицы льётся в его уши резким потоком. То, что было когда-то прозрачным, стало настолько нечётким, что Чимин решает переосмыслить всё в своей жизни–вдруг, он, подобно этому случаю, также глупо ошибается всегда? Серые стены отражают свет так же, как в его сне. –Это всё? –спрашивает он Тэхёна, –теперь уже он сказал всё, о чём я думал. Нижние веки не держат слёзы, и те падают на грудь омеги, лежащего под ним. –Господи, –шепчет Чимин, падая на Тэхёна снова в поисках его запаха, –Господи. Он повторяет это ещё бесчисленное количество раз, пока чужой запах не успокаивает его. –Тише, маленький, –говорит Тэхён, а Чимин всхлипывает лишь ещё громче. –За что? –шепчет он.       Он вдыхает и вспоминает глаза Юнги, будто смотрит на них прямо сейчас. Проходит несколько мгновений, а затем, Чимин начал всхлипывать тише. Большая ладонь Тэхёна гладит его по затылку, пальцами подбирая отдельные пряди и укладывая их назад. Парень опять вдыхает, и ему кажется, будто он чувствует запах холода, а не пудру, которой пахнет его друг. –Всё закончилось, –слышит Чимин шёпот сквозь сон, –теперь всё будет хорошо. Всё будет хорошо.       Эпикантус резкими дугами спадает вниз, оттеняя слёзный бугорок, чёрные ресницы открывают взору коричневую радужку, а солнце позволяет разглядеть медовые вкрапления около ровных чёрных зрачков. Юнги смотрит на него. –Мой взор тебя рисует и во сне, –губы формируют звуки, а затем показывается ряд зубов. Голос альфы отдаётся эхом. –И будит сердце, спящее во мне, –Чимин шепчет в ответ.