Охотники на охотников

Итак, АЛЛИЛУЯ!!!! Автор таки дописал такую мучительную для него главу!!! Да! Все идет к своему логическому завершению! P.S. И да, нужны комментарии, ибо без них автор не может писать)))

There's no sense, the fire burns when wisdom fails, it changes all The wheel embodies all that keeps on turning Blood red skies, i feel so cold No innoncence, we play our roles The wheel embodies all where are we going All in all you'd expect the wise to be wiser Fallen from grace All in all I guess We should have known better, 'cause... What about us Isn't it enough No we're not in paradise This is who we are This is what we got No, it's not our paradise But it's all we want And it's all that we're fighting for Though it's not paradise You and us, or I and them There comes a time to take a stand The wheel is watching all, it keeps on burning The venom works, it's like curse A Trojan horse, whe we burn The wheel embodies all that keeps returning What about us Isn't it enough No we're not in paradise This is who we are This is what we got No, it's not our paradise But it's all we want And it's all that we're fighting for Though it's not paradise Within Temptation + Tarja Turunen "Paradise"

Тот день был пасмурным. Лил сильный холодный дождь, а северный ноябрьский ветер буквально пробирал до костей. В такую погоду, как говорят в народе, порядочный хозяин не то что сам не выйдет, собаку из дома не выгонит. Казалось, в этот вечер весь город будто вымер. Внезапно под лестницей городской ратуши кто-то тихо чихнул. Маленькая детская фигурка робко поежилась, прижимая к груди худые коленки и потеплее закутываясь в то, что и одеялом было назвать стыдно. Тонкое, латанное – перелатанное, представляющее собой больше старую ветошь, нежели привычное взору одеяло, едва ли могло спасти от холода и ветра; но если поплотнее прижаться друг к другу, то можно было согреться и этим… - Гретель… - девочка резко встрепенулась, глядя на что-то бесформенное и мокрое, коим являлся ее брат. - Братишка, ты почему так долго? – Гретель чуть подвинулась, освобождая продрогшему до мозга костей мальчику место рядом с собой и накинула на его плечи вторую половину «одеяла» - Вот, я принес тебе, - мальчишка разжал руки, демонстрируя своей сестре небольшой мешочек с провиантом: черный хлеб, два яблока и, о боже, выуженная откуда то жаренная утиная ножка. - Какая вкуснотища…жаренное мясо…ммм, - голодная девочка жадно набросилась на еду. Сколько уже они нормально не питались? – где ты это все взял? - Не важно, ешь давай, - отмахнулся мальчонка, заглушая жалобное урчание из живота. Не важно где он взял эту еду…для него было главное и самое важное – это Гретель…и без разницы что будет с ним…сестра для него была на первом месте…всегда… Почему она вспомнила именно этот день? Почему не другой? Гретель бежала не жалея сил и не замечая ничего. Ветки цеплялись за ее волосы, превращая некогда аккуратную прическу в руины; больно били по лицу, оставляя вмиг алеющие метки и мелкие царапины. Избитое тело и, вероятно, треснувшие кости отдавали мучительной ноющей болью, но охотнице было на это наплевать…эта боль была ничтожной по сравнению с той, что испытывал ее брат…хотя…зная Ганзеля он бы и по поводу себя бы отшучивался, чем рано или поздно выводил ее из себя… Ганзель…от одной лишь мысли о брате на глаза снова начинали набегать слезы, скатываясь горячими ручейками по щекам, обжигая свежие царапины. Зло стерев слезы с лица охотница даже не заметила как угодила ногой в кроличью нору и кубарем скатилась в небольшой овраг, прямо посередине дороги. - Твою мать… - с тихим стоном выматерилась девушка, пытаясь подняться на ноги. Попавшая в опалу нога отозвалась яркой вспышкой боли – очевиден был факт вывиха – а в носу неприятно засвербило, благо хоть кровь не текла, но ощущения были не из самых приятных. Внезапно, охотницу охватила дикая волна паники. Сердце застучало как сумасшедшее, а тело начало трясти как в лихорадке. Не обращая внимание на больную ногу, Гретель резко подскочила с земли, оглядываясь по сторонам, словно лань, которую загнали в кольцо свора собак. Как говорится накатило все и сразу: тщетные попытки помочь умирающему брату, задание, Регина, проклятие, собственная беспомощность и элементарная женская слабость, коя была ну просто не свойственна для такой девушки как Гретель…во всяком случае она так считала. - Господи…помоги мне…мамочка…что мне делать… - словно какое то заклинание шептала та, практически обескровленными и потрескавшимися губами, - намекни, мама! – не человеческий, обреченный вопль сорвался с уст охотницы. Брюнетка вновь упала на колени, закрывая лицо ладонями. Она осталась совершенно одна. Одна в этом чертовом грязном мире. И рядом нету никого…ни мамы, ни отца…ни любимого брата…никого… И только в эту минуту Гретель осознала НАСКОЛЬКО она одинока…словно камень о который бьется безбрежный океан. Ей не за что было зацепиться…не было той опоры: духовной и физической, которая всегда помогала ей оставаться наплаву… «Что же мне делать…что мне делать? Что?» била в висок целая вереница вопросов, на которые девушка не могла дать однозначного ответа. Да и вообще ответа в целом. Внезапно, словно чья то мягкая ладонь коснулась плеча охотницы. Вздрогнув, Гретель резко обернулась назад. Никого. Что это было? Плод воображения или кто-то… - Кто здесь?!! Выходи! – охотница вскочила на ноги, слегка морщась от неприятной боли в ноге и держа свой арбалет на прицеле. Но никаких проявлений жизни в ближайшем радиусе не наблюдалось. Лишь где то тоненько запела сойка. Сойка. В это время года…ведь уже начинало холодать… Кстати о холоде…Гретель только сейчас заметила, что леденящий нутро ветер как то неожиданно прекратился и теперь ей в спину дул легкий теплый ветерок с запада, словно направляя ее в нужном направлении… Слезы вмиг высохли, а в груди разлилось такое приятное и такое доселе забытое тепло, как в те ночи, когда мама приходила к ним, рассказывала какие-нибудь истории, потом что-то шептала, целовала и уходила из комнаты… - Спасибо… - вновь прошептала охотница вдыхая лесной воздух полной грудью и слегка улыбаясь в никуда. Теперь она знала куда ей надо идти…

***

Карета королевы стремительно ехала по лесной дороге прямо к тому месту, где и должно было свершиться великое проклятие. Регина любовно поглаживала кончиками пальцев деревянный резной ларец, предвкушая сладостный миг победы. Охотники повержены. А Белоснежка и ее Прекрасный наконец то получат по заслугам… «Спасибо, папа…если бы не ты у меня бы ничего не вышло» - Остановить карету! – крикнула брюнетка, щелкая костяшками пальцев. Дальше она должна была идти одна. Дождавшись пока ей откроют дверцу, Регина, приподняв подол своего длинного платья, грациозно вышла из своей кареты, крепко держа ларец. Теперь то уж все ее желания сбудутся. - А ну, стоять! – послышался за спиной громкий девичий голос, а в следующую секунду мимо виска с громким свистом пронесся арбалетный болт. - Ааа, маленькая охотница, - королева растянула губы в открытой улыбке и развернулась к Гретель, которая была в тот момент похожа на разъяренного быка: ее грудная клетка тяжело вздымалась, дыхание было глубоким и сбивчивым, а в глазах, горящих огнем, было столько злости и жажды мести, что казалось, будто она готова испепелить Регину в любую секунду. - Не думала, что встречу тебя вновь, - голос брюнетки был абсолютно ровным, но так и сочился ядом, чьи капли, падая на землю, могли прожечь ее насквозь, оставляя после себя долго незаживающие язвы. - Забавно, но я думала точно так же, - фыркнула в ответ охотница, целясь вновь заряженным болтом прямо в грудь Регины - Не оставляешь своих жалких попыток меня убить… - королева прохрустела каждым пальчиком, глядя на то как закипает юная охотница, - как это… - Регина на мгновение задумалась, прицокивая языком, - трогательно и похвально… - Будь проклята ты и твоя колдовская душа - У нас они похожи…маленькая ведьма, - последние слова колдунья буквально выплюнула, скалясь, словно рысь - Ты права, я - ведьма. Но сила моя - не в служении тьме и удовлетворении своих алчных потребностей, как это делаешь ты. Я выбрала магию, что превыше заклятий и зла. Ей имя - любовь, и над нею не властна смерть! – с этими словами девушка бросилась на Регину. Началась самая настоящая схватка врукопашную. Словно это были не женщины, а две разъяренные пумы, которые сошлись на одной территории. Удары приходились куда попало: по лицу, шее, животу. Они то сходились грудь с грудью, то царапались, растопырив пальцы, стараясь угодить друг другу в лицо, ущипнуть, разорвать, расцарапать. Черное и белое. Раз за разом удача переходила то к Регине, то к Гретель. И нельзя было предугадать, даже примерно, с каким исходом закончится драка. Цепко ухватившись за синюю шелковую сетку, охотница рванула ее вниз, чтобы избежать болезненно вцепившихся в ее волосы пальцев Регины. Тонкое украшение, не выдержав подобного напора, было моментально сорвано с брюнетки, оголяя верх декольте и демонстрируя воистину шикарное достоинство Злой королевы. - Мерзкая девка! – крикнула Регина, разрывая со всей силы шнуровку корсета Гретель, оставляя на груди три кровавые борозды. Вот и первая кровь. Охотница коротко вскрикнула, отходя на несколько шагов назад. Ее старенький лиф в момент лопнул, повиснув на плечах грязно-зеленой жилеткой; Регина все еще оставалась относительно цела и невредима, не считая всклоченных волос и порванного дорогого платья. Охотница же представляла собой более жалкое зрелище. Ее смутно белая рубашка кое где висела лохмотьями, один рукав и вовсе исчез неведомо куда. Растрепанные, грязные, бурно дышащие, они настороженно выжидали, переводя дыхание. Словно готовились к очередному прыжку. Первой удар нанесла королева: лежащая неподалеку от Гретель увесистая ветка взмыла в воздух и огрела охотницу по спине, попадая аккурат между лопаток и сбивая девушку с ног. - Чао, дорогуша, - Регина послала девушке воздушный поцелуй и, развернувшись, направилась в сторону леса. - А ну стой, мерзкая тварь, - прорычала разъяренная охотница, подскакивая с земли. Догнав брюнетку, Гретель накинулась на нее со спины со всей дури вгрызаясь зубами в ее плечо. От яркой вспышки боли королева закричала как резанная, пытаясь сбросить импровизированный рюкзак со своей спины. Но охотница просто так не сдавалась. Не зря они с братом были лучшими охотниками на ведьм. Попытки освободиться не приносили успеха. А благодаря подставленной подножки со стороны «рюкзака» и вовсе в какой то степени рассеяли последние крохи иллюзии, но…все же не совсем. Оказавшись на земле, королева резко ударила острым локотком прямо в живот Гретель. Охотница тут же охнула от боли – надо сказать спасибо придавившему ее недавно столу, который оставил на ней смачный синяк – и разжала хватку. - Тебе не одолеть меня, - Регина поднялась с земли, отряхивая полы своего платья, - ни вы, ни Белоснежка и ее Прекрасный не сможете помешать моему счастью… - Хочешь построить свое счастье… - согнувшись в три погибели, девушка, держась за живот, с грехом на пополам поднялась с холодной земли, - но чье сердце сейчас у тебя в ларце? Там сердце того, кто любил тебя больше жизни! – внутри Гретель поднималась ярость. Уж кому как не ей было знать что это такое, когда ты никому не нужен кроме одного единственного человека на этой чертовой земле. Единственного, кто будет любить всегда. - Ты больше никому не нужна, Регина…у тебя больше нет семьи! – эти слова стали последней каплей в чаше Королевы. Не говоря ни слова женщина одним лишь взмахом руки подняла с земли тяжелое бревно и запуская им уже и в без того ослабшую охотницу. Удар пришелся аккурат по ребрам. Глухо застонав, Гретель вновь упала на землю, цепляясь пальцами за жухлую траву и сплевывая кровь из разбитой губы - Маленькая, жалкая, охотница, - каждое слово брюнетки так и сочилось приторно-сладким ядом, а в ее вишневых глазах плескалось столько ярости, ненависти и злости, что можно было затопить королевство и еще немного бы осталось - Где сейчас твой драгоценный братец? Ах да…остался умирать, спасая сестренку…любовь – это слабость…слабость, за которую придется заплатить… - разозлившись пуще прежнего, Регина вновь взмахнула рукой, отчего охотницу отрекошетило в сторону близстоящей сосны, словно мешок с мукой; да с такой силой, что когда девушка, чуть ли не теряя сознание от яркой вспышки обжигающей боли, упала на землю, злосчастное дерево упало на нее сверху; придавливая всей своей мощью, но при этом оставляя небольшой, размером с ладонь зазор. - Вот она, твоя любовь… - колдунья слегка склонилась над Гретель поднимая ту за волосы, отчего охотница сдавленно застонала, - вот она, твоя магия… - Регина вновь засмеялась, отходя в сторону, где лежал ее ларец. - Прощай…Великая. Белая. Ведьма. - девушка не могла пошевелиться. Как бы ей сейчас этого не хотелось, но боль и бессилие брали верх. Последнее, что Гретель слышала перед тем как потерять сознание – звук выстрела и заливистый смех.