1
29 июня 2019 г., 11:13
По узкой лесной тропе шло невысокое худощавое существо, зябло кутаясь в длинный шерстяной плащ. Совсем недавно закончился дождь, и осенний лес не радовал, сбрасывая капель с листвы при любом, даже самом слабом ветерке. Мерзлявость нового родного вида иногда раздражала, вызывая всплески понурой злости, быстро гаснущей в общей унылости ситуации.
Не то чтобы жизнь в новом мире была такой уж страшной. Мир как мир. Таких сейчас миллиарды. Даже магия какая-никакая еще сохранилась. Да даже древний народец вон еще недовымер. Я в нем умудрился родиться на свою голвоу. Святоши тоже есть, не без них. И люди есть. Куда ж без них-то теперь деться? Весь Мультиверсум запаладинили.
Путешественник поморщился, остановился на мгновение поправить толстый шарф, заматывая плотнее, и продолжил размеренно шагать.
Люди доставляли проблемы. Всем без исключения. Старым народам, молодым, старшим расам и младшим, даже низшие от них страдали. Даже сами люди страдали от людей. А уж мелким и условно-беззащитным существам – подавно не везло. А если народ еще и отличается по системе размножения, как его новый вид… Однополый, сильный, вроде как полезный остальным. Но… Людям было плевать. Они видели что хотели. Ни за мужика, ни за бабу не считали, отказываясь признавать за ним хоть какие-то права и способности. Раз икфи, то сразу – бесполезное беспомощное и бестолковое немощное существо, обделенное магией. Подумаешь, ростом едва до подбородка достаешь макушкой, а магия проявляется у большинства сородичей не сразу.
Занятый своими мыслями молодой икфи вышел на небольшую полянку и… растерянно замер, глядя на представшую его глазам картину разбоя. На мгновение оцепенели все: и существо, не вовремя вышедшее к месту бойни, и разбойники, застуканные на месте, недобитые жертвы, но ступор прошел, один из стрелков вскинул лук, а икфи резко взмахнул рукой, очерчивая контур портала. Выстрел, вспышка активировавшегося заклинания, стрела пробивает контур формирующегося касания и… исчезает вместе с отшатнувшимся магом, войдя ему в плечо и нарушив целостность пробоя. Мелкая погрешность в одной-единственной координате…
Глубокую тьму космоса всколыхнул всплеск энергии нестабильного портала, выплюнувшего свою жертву там, где еще недавно была планета. Ошибка временной координаты. Мелкая. Но Звёздное Колесо провернулось, унося мир назначения по его извечному пути.
***
Боль ударила в голову тараном, оглушая на волне выхода из дестабилизировавшегося портала, и я не сразу понял, КУДА меня выкинуло и потерял несколько бесценных мгновений, но когда понял – я задохнулся. От ужаса, понимания произошедшего и отсутствия воздуха. Меня выкинуло в открытый космос! Паника еще долбилась в голову, а руки уже чертили нужные символы. Силовой пузырь развернулся почти мгновенно, следом – пальцем перед лицом, иллюзией, чертеж трансмутации. Перед глазами уже темнело, я судорожно стащил с шеи шарф, сунул в очерченную зону. Активация трансмутационного круга сожрала остатки моего резерва и весь шарф. Мгновение, еще и… я наконец-то смог, закашлявшись, вдохнуть. Острая режущая боль забивала разум, каждое непроизвольное движение дергало глубоко ушедшую под ключицу стрелу, вышибая слезы и мешая думать. Паника билась в голову, мысли скакали и мельтешили. Космос! Открытый космос! Не то что планеты рядом или светила в поле зрения, я едва различал далекие звезды! Меня выкинуло где-то между звездными системами! Что делать?! Что теперь делать?!!! Крепко зажмурив глаза, я сосредоточился на боли и ощущении острого наконечника стрелы, застрявшего в ране. Боль отрезвляла, сбивала накал паники, позволила зацепиться за ощущения. Я еще жив! Не сдох! Я… Я смогу выжить! Даже тут! Даже так! Я смогу! Успокоиться удалось с трудом. Не открывая глаз, чтобы не видеть бесконечную пустоту, окутывающую меня мглой глубокого космоса. Я слышал свое дыхание. Судорожное, тяжелое, с присвистом начинающейся простуды. Промок под осенним дождем, задуло, а теперь мне придется… Я дернул плечом, острая вспышка боли вымела лишние мысли из головы. Не о том думаю! Я хочу жить? Хочу. Я много знаю? Я знаю очень много. Я знаю, как мне выжить даже в такой ситуации. Я выживу. Я смогу! Снова. Я снова выживу. Как-нибудь. Придумаю. Потом. Сейчас… Сейчас мне нужен воздух. Подавив панику, я загрузил разум работой, вынуждая себя сосредоточиться на том, что делаю, проговаривая мысленно каждую мелочь. Это помогало сузить внимание на том, что мне предстоит сделать и сглаживало всплески паники, позволяло… легче переносить боль, к которой мое нынешнее тело не подготовлено довольно легкой жизнью. Боль от стрелы в плече казалась оглушающей, но… я потом ею займусь. Когда у меня будет воздух, уже начавший тяжелеть. Скоро я снова начну задыхаться, а тратить бесценную материю на ретрансмутацию с не могу себе позволить. Мне нужен воздух. Стандартный комплект: азот, семьдесят девять процентов, кислород – около двадцати. Оставшийся процент других газов пока несущественный, потом отбалансирую. Силовые контуры я чертил на поле плаща, мысленно скуля от боли и матерясь последними словами. Кровью, которую брал пальцем прямо из раны. В невесомости это делать тяжело. Кровь скатывалась в шарики и взлетала, провощенная ткань не хотела удерживать жидкость. Но… я смог. Атмосферу пришлось обновлять трижды, пока я не закончил работу и не активировал чертеж. Кровь – высокоэнергетический материал. Ее хватило, чтобы создать энергоуловители и изменить ткань рубашки в тонкий эластичный полимерный лист, занявший свое место на внешней границе силового поля. А дальше – ждать. Ждать, пока не начнет заполняться силовой чертеж, который в идеале должен дать мне еще один такой лист с системой автоматического обновления атмосферы. Три блока: сканер-анализатор состава, трансмутатор углекислого газа обратно в кислород и блок балансировки состава. Пока этого хватит. Потом первый лист пущу в работу. Ожидание… убивает. Расшатывает разум бессилием и бездействием, растягивая время в бесконечность. Решив выживать, я встал на очень длительный путь с сомнительным результатом в его конце. Не знаю, смогу ли я пройти по этому пути, или проще развеять купол и позволить себе умереть. Уйти на перерождение. Это несложно. Всего лишь надо нарушить работу мерно мерцающего топазовым светом чертежа на неровной серой пластинке полимера. Пузырь очень маленький, кислород быстро израсходуется, и я тихо усну. Без лишней боли, без сложностей и того кошмара, который меня ждет впереди. Если я все же решусь идти дальше. Выживать вопреки логике и здравому смыслу. Что мне стоит снова умереть? Просто уснуть, чтобы проснуться в другом теле, в другой жизни и в другом мире? Плечо снова остро дернуло болью. До слез, вымывая упаднические мысли о столь заманчивом простом пути. Жить хочется. Сильно. Сейчас – еще сильнее. До темноты перед глазами не хотелось умирать. Знаю, переродюсь где-то в будущем, через несколько тысяч лет, но… Я не хочу сдохнуть в открытом космосе! И мне нельзя умирать, пока память не восстановилась в полном объеме. Мы то, что мы о себе помним. Всплеск паники снова прошел, и я смог вернуться к размышлениям. Это единственное, что я сейчас могу делать. Висеть и думать. Ситуация аховая. Я в открытом космосе где-то бесконечно-далеко от любой планеты в силовом пузыре диаметром в рост крупного человека. Из имущества – стрела и мои шмотки. Еды немного есть: вяленое мясо, жесткие зерновые лепешки, вяленые перетертые ягоды, свернутые трубочками наподобие сушеной пастилы, и немного воды. Что делать? Открыть портал куда-то в обитаемый мир? Можно было бы, но я не знаю своих реальных координат. Насколько исказилась временная координата из-за сбоя во время стабилизации портала я не могу вычислить, как не могу узнать, насколько успел провернуться галактический диск и как далеко сместилась сама галактика. У меня есть только статическая координата моей точки выхода в абсолютной системе, которая не учитывает ни скорость вращения планеты вокруг оси и по своей орбите вокруг звезды, ни скорость движения звездной системы вокруг ядра галактики, ни скорость убегания самой галактики. Динамической реперной точки, привязанной к миру старта, с которого открывается портал и рассчитывается координатная система, у меня нет. Обычно именно эта динамика координатной системы позволяет без монструозных расчётов высчитывать координаты точки назначения, ведь все остальные параметры вроде скоростей движения миров просчитываются автоматически. Просчитать это самостоятельно я не смогу физически – мозги не настолько мощные, чтобы я смог провести нужные расчеты в уме. Даже снять координаты по остаточному фону от моего первого портала, который еще сохранился, не хватит возможностей организма. Для анализа нынешней координатной сетки – тоже. Отсутствие координат ставит жирный могильный крест на идею с порталом. Телепортация в зоне видимости? Очень смешно! Да тут до ближайшего булыжника такие расстояния, что я столько считать не умею. Тропа не откроется: рано мне еще такие вещи создавать. Тело не развито. Хуже – не развита энергосистема. А это накладывает ограничения. Межмировая Тропа, по сути – динамически формируемый потоковый портал с постоянным поддержанием пробоя, для которого требуется только направление и знание места назначения, для меня пока неподъемна. Я слишком молод! Даже до первого совершеннолетия не дотянул. По меркам людей – лет двадцать. Реально – около четырнадцати: икфи взрослеют и вызревают физически намного быстрее. Только недавно память проснулась, и то, не до конца. Знания фрагментарны, помню только базисы и самое жизненно-необходимое. Потом, по мере развития энергетики, начнут вскрываться и другие знания. Блядство! Просто какое-то сраное блядство! Во я встрял, а… Всплеск паники снова прошел. Я висел и думал. Что надо сделать в первую очередь, а что может подождать. Что я вообще могу сделать. Первое и самое важное: мне нужна энергия. Это я получить могу: чертежи поточного энергоуловителя и накопителя я помню. Другое дело, что много мне такой контур не даст чисто технически. Это – аварийные системы. А запросы у меня… Запросы будут огромные. Хуже другое. Космос сам по себе малонасыщен энергией, что бы там не пытались доказать с пеной у рта выходцы из технических миров. Энергия тут есть. Бесспорно. Но не в таком месте. Не в бездне между системами! Здесь малонасыщенный по силовому потенциалу регион, который близко не стоит даже с самым захудалым, но магически активным миром. Разница на порядки! А мне не металлическую херь двигать на фотонных парусах предстоит, а материализовывать материю. Второе, не менее важное: мне надо настроить бесперебойную циркуляцию воздуха и обновление атмосферы. Это проще. Состав нужной мне атмосферы я знаю, основы трансмутации тоже помню, рунную техническую ритуалистику частично вспомнил, она же – базис любой артефакторики. Как сделать систему автоматического обновления атмосферы в замкнутом пространстве помню: это один из базисов выживания, используемый где угодно от глубоких пещер и подводных баз до обустройства жилья в местах с неблагоприятной биосферой вроде болот, мутировавших джунглей или древних катакомб. Третье, желаемое: расширить и укрепить силовое поле, которое должно защищать меня от всего, от чего надо защищаться в открытом космосе. Это уже упирается в первый пункт. В энергию. Любая стройка у меня сейчас возможна только с помощью материализации и трансмутации. Для этого нужна энергия в диких количествах. Что для первого, что для второго. Но для второго – поменьше, зато нужна еще материя, которую я смог бы изменить. Но именно материи у меня почти нет. Есть, конечно, шанс что-то поймать. Космос не стерилен, булыжников разного размера от микронной пыли до огромных астероидов тут хватает. Если найду планемо – это будет прям удача, но на такое я не рассчитывал. Редкие они слишком. Так что придется копить и материализовывать. Потом – снова копить энергию. Четвертое. Мне нужна поверхность для работы и гравитация, чтобы кровь не взлетала. Прямое производное из предыдущего пункта с теми же ограничениями. Пятое. Мне нужна еда и вода. Воду, допустим, я смогу материализовать. Не так сложно. А вот еда… Создать живое можно ТОЛЬКО из живого. Пункт преткновения мастеров из технических миров, о который ломается их победный шаг к созданию из ничего живых существ. Отсутствие отпечатка Жизни. Не абстрактного понятия «жизни» как таковой, а вполне конкретного магического оттиска Престола Жизни. Благоволения одной из Трех Сестер, без которого любое существо будет лишь функционирующей биомассой, остающейся таковой до обретения Ее благоволения. А из живого здесь только я. Да, это выполнимо. Я могу сделать семечки растений, я смогу создать даже живое существо. Но во что оно мне встанет, прямо сейчас я думать не хочу, а то… проще и безболезненнее развеять купол и умереть. Так. Харош сопли разводить! Пока посижу на энергетическом питании. Долго так нельзя, но на какое-то время меня хватит. Это – минимум. Старт, без которого я ничего не сделаю. Ладно. Начинаем с первого. С энергии. В космосе всегда есть энергия. Радиация, фотонные потоки, энергетические поля и прочее. Реально я могу настроить силовые контуры на фотонные потоки и на радиацию. Любое излучение, которое смогу поймать. Это для меня самый доступный источник, который легче всего перехватить и преобразовать. Время тянулось, казалось, бесконечно. Я ждал и думал, просчитывал работу и планировал траты материала и энергии. Сейчас, когда первые всплески паники и страха прошли, я взбодрился и занялся работой, загружая мозг. Если есть знания, а они у меня есть, выжить можно даже в такой ситуации. Это не сложно. Долго. Муторно. Утомительно. Да. Но не так сложно. Главное, не опускать руки и не предаваться унынию. Самое сложное – первое время, пока я не получу рабочую зону. Потом… потом работы станет больше и мне будет проще. Наверно. Когда материализовалась первая иллюзия-чертеж, я так радовался, словно мне подогнали звездолет со спасателями. У меня теперь есть атмосфера. И энергия. Первые два пункта. Дальше – третий. Создание первичной сферы с рабочей поверхностью. Потом уже сделаю покрупнее. И снова расчеты, иллюзорные чертежи, пока энергия медленно собирается в накопителе. Иллюзия развернула вокруг моего пузыря сферу, глифы-якоря для созданных отдельно рунных чертежей встали на свои места. Это уже не ритуалистика. Это – конструирование, артефакторика, моделирование пространства и банальная стройка. Теперь – силовая поверхность пола и глиф, отвечающий за гравитацию. Без гравитации я не сделаю ничего, что потребуется чертить кровью. Она, как и любая жидкость в невесомости, свернется в шарики и будет радостно летать вокруг меня-идиота. Как летает сейчас. Но сейчас простительно, сейчас я в аварийном пузыре. Для материализации мне нужна энергия. Часть я компенсирую кровью. Остальное… Остальное накопилось нескоро. Сколько времени я висел, тупо глядя в черный пустынный космос? Не знаю. Плечо начало неметь, боль утихала, левая рука теряла чувствительность и деревенела. Надо убирать стрелу, иначе я останусь калекой. Приятный силовой всплеск отработавшего чертежа ознаменовал успех моего начинания: вокруг меня развернулось сферическое поле с небольшой полимерной пластиной, по краю которой мерно горели стабилизационные руны, удерживающие круглый полимерный лист в одном положении и дающие мне гравитацию. Успех. Переждав приступ дурноты и слабости, я осмотрел результаты моей работы. Крохотную сферу с самым простым щитом, тонкий, ходящий ходуном пол, на котором я могу работать. И без разницы, что пол – полимерная пластина, удерживаемая в нужном положении за счет мелких слабых гравитационных глифов, какие обычно маготехнические цивилизации ставят на своих кораблях. Встать на карачки удалось с огромным трудом. Тело затекло, немного онемело. Выпрямиться я пока не мог: сфера не настолько большая, чтобы я смог встать в полный рост, но я могу просто сидеть. Уже хорошо. У меня есть гравитация и площадь для работы. Еще лучше. Потом я увеличу сферу щита. Потом я расширю свою территорию, но сейчас надо спасать плечо с рукой и убирать стрелу. Встав на колени, я обхватил рукой древко. Болит как сука… Боль режущая, острая. Скорее всего стрела с засечками. Вынимать так нельзя. Навылет? Мне не нужны лишние дырки. Ладно… Потрачусь немного… Энергия по древку потекла неохотно, с натугой, тяжело, опутывая грубо обструганное дерево тонкой пленкой щита. Приходилось контролировать распределение поля, захватывая заусенцы, которые не должны остаться у меня в теле. Вот оплетка… Грубая грязная нить, покрытая непонятно каким дерьмом. Дальше – наконечник. Хренового качества металл, весь в выбоинах и рже. Захватывал наконечник с запасом, стараясь прибрать все, что могло быть занесено мне в рану. Все, что не несет мой личный отпечаток. А кровь вымоет остальное. Икфи – живучий народ. Должен справиться. Готово. Поле замкнулось. Стрелу я вынимал медленно и аккуратно. Никаких рывков. Никаких лишних травм поверх уже полученных. Больно? Да! Но мне еще не раз будет больно… Сраный мазохизм, а не жизнь… Вынув стрелу, я аккуратно положил ее на полимерную пластину перед собой. С наконечника тягуче струилась кровь, жирной кляксой собираясь под стрелой и затекая под древко. Перед глазами немного темнело, и я задрал голову, глядя в сияющий на щите чертеж системы накопления энергии и рециркуляции воздуха. Немного так посижу и займусь дальше работой. Немного. Чуть-чуть… Чертеж мигнул. Очнулся я на полу, почти у края щита. Вырубило… Хорошо хоть не докатился до края. Этот тип поля слишком слаб, чтобы удержать меня. Так бы с вывалился б космос… Глупо бы вышло. Обморок и сон немного пошли мне на пользу, но… Кровь свернулась, рубаха присохла к коже и больно тянула за тромб. Отрывать я не рискнул. Разворошив котомку, я достал нож и аккуратно разрезал ткань, оставив кусок ткани так и быть прилепленным к коже. Какая дичь… Так нельзя делать, но мне нечем промыть рану. Мне нечем ее перевязать. У меня почти ничего нет. Остаток плаща и котомка с мелочью, которая у меня сохранилась к концу пути. К завтрашнему дню я планировал выйти к городу и пополнить припасы. Изрезанную рубашку я аккуратно сложил и сунул в котомку. Она мне еще пригодиться. Материя из натуральных растительных волокон, на ткани достаточно моей крови. Пока не загниет, может использоваться. Мне надо работать дальше. Мне нельзя отдыхать. Нельзя оставаться без занятия. Нельзя давать время думать. Нельзя смотреть в космос. Нельзя! Надо работать. Увеличить и укрепить щит. Увеличить рабочую зону. Добавить систему уловителей и сделать основу энергоцентрали. Не оглядываться и не смотреть в искры звезд. Иначе в какой-то момент они начнут смотреть на меня, и тогда… Тогда я начну сходить с ума. Работать я начал с каким-то остервенением, нанося на пленку щита иллюзорные чертежи. Силовые системы. Уловители. Система распределения энергии и контроллер ее расхода, чтобы чертежи не жрали больше, чем им реально надо. Теперь… Палец дрогнул, смазывая линию. Сука…. Че ж так холодно? И нос почти не дышит. Что за… Осознание ударило в голову. Дебил! Забыл про обогрев! Пальцы ходили ходуном, а я только сейчас осознал, как сильно я замерз! Мелкие руны разлетелись в воздухе, формируя кольцо системы личного обогрева, которому я научился в вечно промороженном мире. Там это было первое, чему учат детей. Получать тепло. То, что мне надо. По коже скользнули первые касания тепла, смазывая льдистую стылость. Я замер, сглотнул, вслушиваясь в организм. Горло першит уже до боли. Дурак… Во я идиот… Как только умудрился не вспомнить про обогрев… И так был простывший, после дождя кожа была влажная. Потом – ранение, холод и… закономерный итог. Я злобно втянул воздух ртом, поперхнулся в кашле. Приплыли… Похер. Справлюсь! Но с теплом надо что-то делать. Эта система прожорливая, долго использовать нельзя. Не в моей ситуации. Надо делать систему микроклимата и ставить на общую постоянную подпитку. Шмыгнув забившимся носом, снова принялся за работу. Сперва завершить этот блок, потом – добавлять новый модуль. И никак иначе. Работа занимала тело и разум, не позволяя думать лишнего. Жизненно важная работа не давала времени думать, не позволяла скатываться в саможалость, не позволяла расслабляться и обращать внимание на слабости тела, на накатывающий жар и простуду. Я ничего не могу с этим сделать. Не сейчас. Воды у меня слишком мало, она – бесценна. Пока не получу энергию, мне надо экономить на всем. Вообще на всем. На воде, особенно – на еде. Ее крохи. Я позволял себе есть ровно столько, сколько требовалось, чтобы унять боль в животе от голода. Доделаю, потом поем и спать на энергоподпитке до развертки всей системы. Потом уже… остальное. Всё потом. Доделал. Проверил целостность полотна, верность чертежей, символов. Перепроверил всю систему, сопряжение блоков. Всё верно. Можно есть и спать. Из еды… Половина лепешки, кусочек вяленого мяса с палец размером и немного пастилы, из которой надо выковырять семки. Они мне нужны. Последнюю еду я смаковал и растягивал, запивая остатками воды. Последняя моя трапеза на очень долгий период. Потом… только энергетическое питание. После того, как из организма выйдут все отходы, прочищу кишечник и буду менять тело. А отходы… пущу на трансмут. Дожевав мясо, допил воду. Проверил руны-якоря, которые не должны позволить мне выкатиться за пределы щита, ведь во сне я буду ворочаться из-за болезни. Все в порядке. Теперь – спать. Проснулся я от покатившейся по телу волны энергии, взбодрившей и выведшей меня из спячки. Сколько времени заняла материализация моей работы? Не знаю. Мысли еле шевелились. Тело… почти не ощущаю. Запахи… Даже видеть не хочу, в каком я состоянии. Не шевелясь, пустил по телу очищающее, собирая все, что не мое в плотный ком. Вместе с остатками одежды. Просто разом пущу на трансмут. Не глядя. Сесть я не смог. Просто перевернулся на спину. Вытянул руки, осмотрел. Доходяга… Надо завязывать с таким сном, иначе как-то проснусь скелетом, если вообще проснусь, а не впаду в вечную кому на постоянной подпитке. Во хохма будет! Волшебная перспектива! Вечно спать на батарейке. Я так до Перезапуска плавать могу… ну или пока по какой-то счастливой случайности в мою халупу что-то не врежется, ну или по еще более невероятной счастливой случайности меня не подберут какие-то путешественники. Тихо булькнул смешком. Хриплым, каркающим. Надо приводить себя в порядок. Мне нужна вода. Хотя бы вода. Ее я смогу получить. Из того комка… Надо работать. Надо. Я едва смог подняться на карачки. Но я поднялся и начал работать. Сперва сделал воду и напился. С болью, коликами и резью в воспаленном горле. Но вода мне все равно нужна даже при энергетическом питании. Смог сесть и осмотрелся. Чертежи сработали так, как должны были, давая мне небольшую, но достаточное для старта зону. Шагов десять в радиусе. Уже что-то… Над головой мерно сиял сложносоставной чертеж, продолжая свою работу и радуя меня искрами крохотных капелек наполненных накопителей. Начало моего нового дома. А дальше я снова работал. Много. Много думал, рассчитывал, опираясь на мощности моих накопителей. Пытался впихнуть невпихуемое, психовал из-за недоступности многих знаний, злился на самого себя за тупость, но… я продолжал работать. Время не считал. Не хотел. А вот жить хотелось очень сильно… когда не надо. Мог бы сдохнуть и переродиться, но нет, я… уперся, вцепился в только начавшуюся жизнь зубами и когтями, словно она у меня последняя. Я работал, отдыхал, подкармливался от силовых контуров, раз уж родился представителем угасающей старшей расы, магического народа, и вполне мог себе такое позволить. И я позволил, жил за счет энергии, которую для меня вырабатывали силовые контуры. Постепенно они становились сложнее и совершеннее, собирались в силовую магистраль, забирающую энергию отовсюду, откуда только можно было. Я раскинул ловчие сети, буквально процеживая пространство и собирая любой сор, который мог. Камешки, пыль, любое вещество, какое мог достать. В космосе оно всегда есть. Помню, сколько было радости, когда удалось захватить ободранное ядро небольшой кометы! Я ее тут же разобрал на составляющие. Воду – отдельно, камни – отдельно, под полимерную пленку, по которой ходил. Разделял, вытапливая воду и потом – ее фильтруя и разбирая на составляющие в огромном, сложном и затратном чертеже, чтобы получить сомнительный выхлоп в виде небольших кучек очищенных минералов. Обогревался я от радиации, ее оказалось много: в открытом космосе фонило очень сильно, и перенастроить полярность щитов для получения тепловой энергии от радиоактивного излучения проблем не составило. Постепенно обживался и обзаводился хозяйством: укрепил и сильно расширил сферу щита, раскинул дальше силовые ловчие щупы, которые должны были еще защищать мой маленький мирок от столкновения с любым встречным космическим объектом, наловчился воссоздавать воду, сделал твердую поверхность из каменной породы, прорезал водный резервуар в виде мелкого прудика, в котором даже помыться можно было, сделал максимально-возможно мощную энергосистему, сделал более-менее удобную койку. Работа помогала занять разум и оберегала от безумия, но я отчетливо понимал, что так долго существовать я не смогу. Да, древняя Вира уберегала меня от окончательного сумасшествия, но она допускала краткие вспышки. В итоге я, понятное дело, мозги рано или поздно соберу, но… Снова сходить с ума не хотелось. Мне нужен кто-то рядом. Разумный. Помощник, напарник, собеседник. Всё, что может дать социум, у меня должно уместиться в одно существо. И я даже знал, как его сделать. Долгосрочный проект, за который я взялся с небывалым энтузиазмом. Вместе с проектом создания съедобной растительности. Для начала я занялся разработкой… ритуала. Очередного в бесконечной череде. По сути, любая трансмутация или материализация – это ритуал, направленный на конкретную цель: сделать вещество с определенными параметрами из другого вещества или энергии. Другого вещества у меня не было, но у меня была энергия. А еще у меня был огромный багаж знаний, бесконечность свободного времени и отсутствие возможности отсюда выбраться. Сейчас задача была относительно простая: я разрабатывал семечко плодоносного растения, которое сможет давать мне протеиновые плоды. Я хотел перейти на нормальное питание и перезапустить организм. Долго на одной энергии находиться я не мог, если хотел избежать деградации, первые признаки которой я уже начал наблюдать. Воду я смог получить. Дистиллят, который приходилось обогащать с помощью сложных многоступенчатых ритуалов. Добавлять присадки, блин. Долгий, мутный, но необходимый процесс. Хорошо хоть в памяти была нужная информация, которую я когда-то давно с фанатичным упорством заучивал, родившись в развитом мире. Тогда я учил всё от состава атмосферы и питьевой воды до химического состава аминокислот, белков, клетчатки, фруктозы и еще тысяч веществ. Я учил реально ВСЁ! Знал бы я, при каких обстоятельствах это мне понадобится… Перед началом работы я ходил кругами по рабочей площадке и думал, рассуждая вслух, чтобы хоть свой голос слышать и не потерять окончательно навык связной речи: – Для полноценного рациона мне нужны белки, жиры, углеводы, витамины и минералы. Важно включить незаменимые аминокислоты, белки животного происхождения – обязательно, но их надо выращивать как растение. Я даже знаю, как… Сделав еще один круг, я остановился и создал иллюзию нужного мне растения. Когда-то давно я его встречал в одном из родных миров. Дрянь редкая, но для жизнедеятельности ей достаточно воды и компоста из перегнившего мяса. Собственные плоды и мое дерьмо подойдут. – Дальше. Жиры. Растительные нужны обязательно: жирные кислоты, которых я не найду в животных продуктах. Желательно развести рыбу. Углеводы получу из ягод и фруктов. Надо растение, способное плодоносить и цвести без перерыва. Запнувшись, осмотрел территорию, мысленно прикидывая, где и что я высажу. – А еще нужна почва. Плодородная. Ладно, высажу хунду, она насрет плодами. А как запущу свой организм, добавлю. Для жилья нужна еще одна капсула. Жить на ферме не хочу. Вонять будет попервой… Я замер. – Или еще сферу под ферму отдельно сделать? Да, наверно… Когда есть цель, проще смотреть во мрак космоса. Не было у меня красивых картинок за сферой щита. Только черный унылый космос. И бледная россыпь очень далеких звезд. Я уже понял, что галактика повернулась, а я вывалился на границе рукава. В пустынной зоне. Здесь я ничего и никого не найду. Максимум – пыль, обломки камней и такие вот подарки как залетная ободранная комета. Мертвая зона. Один я тут долбоеб… Работал я как проклятый, практически не давая себе отдыха. Долго тянуть я не мог. Мне нужна была пища, иначе тело деградирует, а этого допустить нельзя ни при каких обстоятельствах. И я работал. Рисовал новые чертежи, напитывал их, строил из крох уже существующей материи незаменимые компоненты, иногда – делал руками, когда создание ритуальным путем слишком затратным становилось. Зона обитания росла, а я лишился последних вещей, сохранив только древко стрелы – я смогу вырастить из этой палки растение. Семечки, найденные в вяленом ягодном пюре, я берег как самое дорогое, что у меня было. Я пытался их прорастить, пока готовил будущую ферму. И каково было мое счастье, когда однажды, проснувшись после восстановительного сна на силовой печати, я обнаружил одну-единственную разбухшую, чуть треснувшую от проклевывающегося ростка семку. Вспоминать, как я воссоздавал хунду, не хотелось. Чертеж был огромный, каскадный, многоступенчатый, занявший всю поверхность будущей фермы, а в центре был я с новеньким маленьким атамом, выкованным из найденного на комете металла. В качестве вещества-реагента мне была нужна плоть животного происхождения. То, что я не могу сделать из энергии. Мне нужна была ЖИВАЯ плоть. И получить я ее мог только с себя. Ингредиент, блять. Дебила кусок. В дело пошло всё: моя боль, мое мясо, срезанное с ноги, моя кровь, мои эмоции. Всё, что у меня было. Ошибаться я не имел права: у меня слишком ограниченные ресурсы, а я сам – не такой большой, чтобы безнаказанно отрезать от себя куски на ошибки. Семя хунды получилось на четвертой попытке. Пятую я бы уже не выдержал. Как только выжил… Думал, останусь совсем калекой, но нет. Удалось кое-как восстановиться. Отлеживался долго в силовом фокусе. Сколько? Не знаю, но мой кустик вырос почти мне по пояс, а встать на карачки получилось далеко не сразу. Хорошо хоть неудачные попытки создать хунду я пустил на почву. Этого хватило, и когда я проснулся, я увидел листья. Зеленые, бледненькие, чахлые, частично – опадающие, но – листья. Как сажал эту сраную хунду… Я так не трясся даже над собой, как над этой глянцевой, склизкой хренью, напоминающей опухший хер. Думал, если сдохнет… новую буду делать через пару лет, не раньше. Но… хунда не сдохла, а очень даже пошла в рост. Что там было такого полезного в останках кометы и наловленной космической пыли – не знаю, но ей понравилось. А я позволил себе небольшой перерыв. На восстановительный сон. Настроив систему контроля климата и автополива, я устроился удобно на своей лежке, заблокировал переходной шлюз и на время перестал быть. Сколько я проспал? Не считал. Разбудила меня сработавшая охранка: какое-то крупное тело приближалась к моей маленькой станции. Я даже не сразу понял, что случилось. Что меня разбудило. Пока разбирался, пока врубался, чуть не проморгал свое счастье. На меня надвигался астероид. Довольно крупный. Крупнее моего хозяйства. Сокровище, на которое я не рассчитывал! Теперь надо за него зацепиться, не упустить, не развалиться, не размазаться по его поверхности, много что «не»! Маневрировать я мог, стравливая воздух и давая силовые всплески. Сравнял скорость, набранную, пока когда-то давно ловил комету. Вышел на сближение. Зацепился ловчей сетью из материализованной иллюзии и… и огромный булыжник потащил меня за собой как воздушный шарик. Ничего. Главное – я зацепился. И у меня есть МНОГО МАССЫ! У меня есть камень! Азарт ловли крупного каменного булыжника встряхнул, взбодрил и вновь вернул вкус жизни и желание работать. Я распечатал ферму, осмотрел четыре выросшие хунды, оценил получившийся перегной, набрал гниющих плодов и вновь на время закрыл капсулу. Подкормил гнильем кустарник и занялся добычей. Освоение астероида совпало с выведением съедобных грибов и восстановлением части биома, присущего грибному лесу хунд. Пока провел все ритуалы, используя ту самую хунду как материал, пока высадил грибницы, пока создал первых рыбешек, кустарник успел вырасти втрое, расцвести, отцвести и дать ягоды. Как я им радовался! Недолго, правда. Потом начал себя в порядок приводить, и вся радость вообще угасла. Организм на нормальное питание переходил тяжело. С болями, коликами, отказывающейся запускаться пищеварительной системой. Я то блевал под куст дальше чем видел, то страдал запорами, то метеоризмом, в общем, ловил все прелести перезапуска организма с энергетического питания на нормальное. Думал – сдохну. Но не сдох. Адаптировался и выжил. Опять. Тело вновь начало развиваться, через какое-то время на обильном, пусть и несколько убогом питании, следы деградации ушли, тело обновилось под целой серией медицинских каскадных комплексов, на которые ушла почти половина накопленной за это время энергии, а я столкнулся с новой проблемой, подкинутой моим организмом. Я начал созревать. Долбанный пубертатный возраст, заморозившийся из-за моих экспериментов над собой. В концентрированном, самом тяжелом варианте. Пиздец. Я бесился, страдал скачками эмоций, впадал то в депрессию, то в эйфорию, пару раз на полном серьезе задумался о самоубийстве, но до дела так и не дошло – обревелся от жалости к себе и успокоился. А еще я, похоже, начал медленно сходить с ума. Понял, когда застукал себя, разговаривающим с рыбами. Блять, я жаловался рыбам на несправедливость Мультиверсума и рассказывал о своих жизнях. Особенно – об их хуевом окончании. Пиздец. Мне надо срочно делать кого-то живого и разумного, иначе я действительно тут тронусь. Новая цель на время затмила собой эмоциональную нестабильность и шепот безумия, под который я даже начал подпевать что-то вроде заунывно-ласкающей колыбельной. Там даже слова были… Текучий, мурлыкающий язык, который я не знал и не мог знать, но напевал я на нем вполне уверенно, раз за разом заканчивая песенку обращением: «Имма, Имма-рэ»… Кого я звал в моменты помрачнения? О ком пел? Иногда казалось, что мне даже отвечают, подпевают бархатным грудным голосом… Иногда я пугал сам себя. Потому что сейчас всего я не помнил. И не знал, что еще однажды всплывет в памяти и какое сокровище из прошлого вернется ко мне и посмотрит в глаза. Я вновь вернулся к астероиду и к вырезанию в нем рабочей зоны. Порталы сложной формы, расчеты, иллюзии, снова расчеты, опять развертки планов. Возился довольно долго, пытаясь впихнуть в небольшой объем как можно больше полезного, ничего не потерять и использовать вынутый камень с максимальной пользой. Возился долго. Больше полугода. После того разговора с рыбами я завел календарь и сделал что-то вроде органайзера. И начал вести дневник, в который дотошно выписал все, что со мной было. Память меня не подводила, в отличии от разума. Но… Не знаю, что именно помогло. Новая цель, завершение перестройки организма или еще что, но я ощутимо взбодрился и принялся за работу еще активнее. В ход шло всё, что я мог придумать. Весь мой богатый арсенал знаний. Я делал себе жилье. Себе и пока существующему только в проекте спутнику. А еще я делал лабораторию. Нормальную, полноценную, максимально-возможно оборудованную лабораторию химеролога. Делал быстро, потому как у меня возникла еще одна проблема. Моя энергетика. Она начала подводить. Пока еще по-мелочи, но… Я сидел на краю пруда и медитировал на мельтешащих рыбок, привычно собравшихся у моих ног. Сидел и впадал в уныние. Качественно впадал. У магических народов свои законы, дикие и неприемлемые для младших рас вроде людей. Мы зависимы не от физиологии, а от собственной магии. То самое вечное дрочево на энергетику. Это не блажь, не загоны, не природная развращенность и распутность, как пытаются втирать святоши людей. Это – физиологическая потребность высокоэнергетического магического существа! И обойти эту потребность я не мог. Никак. Вообще. Мне нужен равноценный партнер, который даст возможность завершить мне мое же развитие, изменит энергетику подростка и разовьет ее в нормальную систему взрослой особи. Никакой сраной романтики. Физиология, от которой мне никуда не деться, хоть я тут на говно изойдусь! Пиздец, приплыли. Большинство нужных и мощных ритуалов мне недоступны, пока моя энергетика не развернется как положено, а она не развернется, пока я, сука, девственник. Одиночка, блядь, в космосе, которому нужен регулярный трах с нормальным, подходящим ему партнером. Где я его возьму? Вариант только один: сделать самому. Да, я однополое существо, могу даже родить. Заебисто, но можно провести процесс оплодотворения… было бы, если бы я был взрослой особью. А так я даже зачать не смогу. Потому что я подросток и не могу закончить период созревания. У меня тупо не запустятся репродуктивные функции! Блядство. Но зато я могу создать равную мне химеру. Это сложно. Нет. СЛОЖНО! Потому как я должен сделать Первого из Рода, магическое существо, сопоставимое со мной – представителем вымирающего древнего однополого вида. Притом, создать полностью взрослое существо. Я не доживу до окончания его взросления. Ирония в том, что я знаю, как создать такое существо. Знаю ритуалы, всю цепочку, но мне тупо не хватает мощности, чтобы их провести. И не хватит, пока я не закончу свое развитие. А чтобы его закончить… ну, дальше по тексту. – И чё делать? – уныло спросил я у рыб. Рыбы молчали. – Ладно, херли сопли жевать. Пойду делать лабораторию… И я пошел. Сразу, потому как время реально поджимало. Или я сделаю себе партнера и закончу развитие, или выгорю изнутри от идущей вразнос энергетики. На какое-то время я бросил всё ради работы над этим проектом. Воссоздавал оборудование. Сложное техническое оборудование, формировал растворы и жидкости, нужные, чтобы запустить процесс репликации. Делал…. Да много что делал, пока не получил что-то среднее между лабораторией сумасшедшего садиста из дешевых фильмов и ритуальной мастерской химеролога. Первый запуск оборудования я запорол, случайно вскипятив раствор. Слил на песок и перегной. Залил новый. Второй запуск прошел относительно штатно, но среда была нестабильна. Снова пришлось слить. Третий запуск прошел более-менее нормально, но оборудование было у меня крайне сомнительного качества, его надежность – вообще ненаучная фантастика. Вырастить хоть кого-то целиком в лаборатории я бы не смог. Но мне и не надо выращивать до конца. Мне нужно сформировать кокон. Один маленький кокон с существом, которое вырастет самостоятельно. Я знал, что мне надо делать. Какое существо ляжет в базис. Подобный вид я когда-то давно разрабатывал. Помню. Но не помню, чем закончился тот проект. Завершил я его или нет? Ладно, пока – несущественно. Критерии отбора те же. Мне нужно мощное, сильное, рослое разумное энергонасыщенное существо, способное к репродукции и скрещиванию со мной или с себе подобным. Двух я не потяну, значит, существо должно быть однополым. Физиология однополых видов – многогранна и иногда радикально различающаяся друг от друга. Мне нужно сделать вид, потомство которого не нуждается в постоянном присмотре и не настолько сферично и бестолково-беспомощное, как людское. Это было бы клиническим идиотизмом, вкладывать в собственное создание такую уязвимость. Мне не нужна огромная смертность в детском возрасте. Еще мне не нужна абсолютная зависимость от родителя: детеныш должен иметь возможность нормально кормиться самостоятельно с самого рождения. Никаких млекопитающих видов. Еще мне не нужны риски при вынашивании и родах. Никаких лишних травм, потери крови и прочего дерьма. Я же не багнутый вид делаю! Существо должно сохранять полную дееспособность до конца срока, значит, дети должны быть совсем мелкими. Роды должны проходить легко, без внутренних повреждений. Значит, крепление плода должно быть внешнее. Вид должен быть живородящим, чтобы убрать потребность заботы о детях в стадии дорастания в яйцах или коконах. А еще дети должны быть способны себя защитить или, при вероятных проблемах, самостоятельно сбежать от опасности даже сразу после рождения. Значит, они должны быть подвижны. Оборот? Почему нет? С каждым выведенным критерием облик нового вида обретал четкость и завершенность. Я отбрасывал все ненужное, опасное, неоправданно-глупое, проектируя свою идеальную химеру. Но когда я завершил разработку, сбалансировал всё, что только мог и получил иллюзорный облик с полностью просчитанной физиологией и строением энергосистемы, я уперся в суровую реальность. В воплощение своего проекта. Я уперся в свои же собственные ограничения! Я не мог просто взять и создать существо, хотя я знал все необходимые для этого ритуалы. Ладно. Раз ритуальный путь для меня сейчас недоступен, пойду боле… примитивным путем. Прикладной химерологией. Я – однополое существо. Я могу дать все, что нужно для начала развития и мутации. Но это… Хер с ней, со спермой. Надрочить не проблема. А вот получить живую яйцеклетку… Был бы взрослым, развитым магом, так бы изгаляться не пришлось. Но нет, я рожу воротил, никого к себе не подпускал. Затянул, дебил… И теперь что? Сам себя потрошить должен! Вспоминать, как я морально готовился к этому изуверству над собой, не хочу. Как я психовал, истерил, заливался слезами и соплями от жалости к себе – тоже. Это было… отвратительно. Как я готовил себя к операции… К многоступенчатому затяжному ритуалу… Никакого, блять, наркоза… Наживую, иначе все сдохнет в моих руках. Долгого ритуала, совмещённого с системой жизнеобеспечения для меня самого, ведь я должен начать изменения клетки, провести ее оплодотворение и сформировать начальный кокон сразу же, как только из себя выйму все нужное. У меня нет тут нормальной лаборатории, нет помощников и оборудования, которое сможет позволить мне отложить эту часть работы на попозже. Не! Мне надо делать сразу, вотпрямщаз, иначе я проебу всё. Ненавижу такие эксперименты. Но я же умный, я ритуалист со стажем во много жизней, я смогу… И я смог. Вновь пустив собственную боль, чувства, эмоции и кровь на благо. На сохранение хрупкой жизни, создаваемой на монструозном, косом и кривом, костыльном ритуальном чертеже, принося в жертву больше, чем я был согласен пожертвовать в начале ритуала. Самого себя приносить в жертву, это было… непередаваемо. Четко балансируя на грани, переступать которую нельзя. Но я смог. Потому что не имел выбора, а умирать в таком состоянии было уже нельзя: мог сам себе повредить душу. Теперь я был вынужден выживать вопреки всему. Дебил. И снова отключка. В сознание меня привел настойчивый рев системы тревоги. Когда звук додолбился до мозга, я подлетел с места. Мой будущий напарник умирал не родившись. Не хватало питания. Так быстро я еще никогда не носился. После ритуала, с наживую зашитым животом, я бегал по комплексу, натаскивая питательные вещества, необходимых растущему в коконе эмбриону. Запустил лабораторию, погрузил кокон в питательный раствор и… замер, чутко вслушиваясь в слабую искорку жизни, угасающую на моих глазах. – Живи… — едва слышно прошептал я, оглаживая мутное стекло кривой банки. – Живи… Пожалуйста… Медицинские системы активировались, огромный, на всю лабораторию мерцающий золотом и зеленью конструкт замерцал ярче. Начал работу. Своеобразная замена системе жизнеобеспечения. Больше я ничего сделать не могу. Только ждать и поддерживать работу оборудования и плетения. Сколько я так сидел, тупо пялясь в небольшой, с орех шарик? Не знаю. Очнулся, когда свело судорогой ногу и мир поплыл от потери крови. Пошел есть и отсыпаться на силовом фокусе. Дальше дни пошли удивительно однообразно. Мне пришлось свернуть все другие проекты, перенаправляя энергию на лабораторию. Я сидел перед колбой и наблюдал, как растет кокон. Рос он быстро. Я, все же делал химеру, а не выращивал сородича или сына от самого себя, а потому вмешательств в развитие было много. Когда прошла эйфория от удачи, а я немного оклемался после издевательств над собой, я начал работать. Каждый день, строго контролируя развитие моей химеры, внося поправки и коррективы в его рост. На это мне собственных возможностей вполне хватало. Я работал как проклятый, максимально сократив время сна. Чем ближе приближался момент перехода на стадию самостоятельного роста, тем больше надо было вносить корректив. К началу этого самого роста кокона вне капсулы я должен завершить проект полностью. Потом уже править нельзя. Более того, я должен закончить формирование разума и личности. В одно я не мог вмешаться. В формирование души. Успел я на границе отпущенного времени, чуть-чуть затянув с переводом на вторую стадию развития. Но… я закончил. Пока ждал, когда сольется вода, перепсиховал. Но… обошлось. Кокон закрепил там же в лаборатории на свободном месте. Отдельная ниша, способная принять кокон для рослого химеры. Рассчитал параметры заранее, выбил каверну. Все подготовил. А теперь остается только ждать. Больше я сделать ничего не мог. Наверное, это было самое тяжелое время. Ожидание. Я просиживал днями перед растущим и мутирующим коконом, тупо глядя в его поверхность. Я ждал. Если я ошибся и эксперимент окажется провальным… не уверен, что меня хватит на второй заход. Я сильно покалечил себя, доставая нужное, и сам восстановиться уже не смогу. Повторный такой ритуал меня убьет. Организм просто откажет во время ритуала. И я ждал. В этом, наверное, есть странная ирония. Так много знаний, но так мало возможностей. Такой потенциал вида, которым я не могу воспользоваться в полной мере, потому что раньше никого к себе не подпускал, считая, что у меня еще есть время, и я смогу выбрать кого-то, от кого у меня не будет дергаться глаз. А теперь что? Калечный, с дефектами развития малолетка, сам же себя изуродовавший ради чего? Ради шанса создать разумную химеру? Каким он получится? Ошибся я или нет? Разум у меня уже плыл к началу запуска роста химеры. От боли в незаживающих ранах. От переутомления и истощения. От шалящей энергетики. От накатывающего сумасшествия. Много от чего. В этом коконе рос мой шанс на жизнь. Или мой грандиозный откат. Только-только из одного отката вышел… И что теперь? Ничему меня жизни не учат… Дебил. Снова накатывала жалость к себе. Было плохо. Болело тело. Начало мутить. Интересно. А я вообще дотяну до рождения моего создания? Во будет иронично, если я всё сделал правильно, а потом тупо загнусь на полу в собственной лаборатории до его рождения… Как отрубался – не помню. Помню, как просыпался. От голода и истощения. Но под конец уже просто не было сил даже встать. Доедал что было в зоне досягаемости. Знаю, так нельзя. Надо заставить себя встать и добраться до силового фокуса, но… Попытка встать даже просто на карачки закончилась отключкой. Вновь открылись раны после ритуала. Иммунитет я себе, походу, убил. Восстановить будет можно. Потом. Когда я буду знать… Додумать эту мысль я уже не успел.
