Плед, горячий чай и пару слов о любви

«В танце ты тот, кем хочешь быть в эту минуту.» Мин Юнги снова не отрывает своих глаз с соблазнительно, двигающегося тела Чимина. Да, этот парень умел приковывать взгляды многих людей, но всего себя он отдавал только одному человеку — Юнги. В их постели всегда был танец азарта, где Юнги, точно не мог проиграть Чимину. Все дни они проводили то в кровати, то на гастролях. Многие сказали бы: «Посмотрите, какая красивая пара», но между ними не было искренних, настоящих чувств. Пак желал, чтобы его тело любили, а Юнги просто хотел новых развлечений. Ведь они понимали, их любовь никчему хорошему не приведет. У обоих есть любящие половинки, которые ждут парней на другом конце страны. Юнги звонил Хосоку, говорил, что сильно по нему скучает и хочет быстрее приехать домой, спрашивал про сына и маленькую дочь. Чимин же звонил Чонгуку, зная, что тот не будет спать, пока не услышит голос Пака. Чимин и Юнги разрывались между семьями, но ночь проводили вместе. У них не было секретов, они говорили обо всем, о чем можно было рассказать. Юнги всегда болтал о Хосоке, а Чимин внимательно слушал его. Когда у них не было бесед, парни занимались сексом. Просто так. Без слов, без всяких ласк, без любви. Но день за днём, они понимали, что их тянет друг — другу словно магниты, и от этого им становилось не прятно, противно. Юнги боялся разрушить построенное с Хосоком счастье, он боялся потерять его и своих детей. Но и Чимин боялся потерять Чонгука, но и Юнги, он тоже не хотел вычеркивать из своей жизни. И каждая мысль о семье, о любимых людях тяжело ударяло ножом по сердцу. Они не знали, что им делать с этим. Никто не хотел отпускать, ни Юнги, ни Чимин, но и продолжать эту игру было слишком опасно. Их засасывало в пучину, их связывало по рукам и ногам. Летели дни, месяца, через две недели они снова будут дома, среди своих любимых, но будут ли они любить по прежнему? Юнги знал, что не сможет обнимать Хосока, после того, что он ему изменил. Ему стыдно за свои действия, ему стыдно за себя. А Чимин, что будет делать Чимин? Будет притворяться, как ему хорошо под Чонгуком, нет. Чимин уже не хочет Чонгука, ему хочется, чтобы рядом был Юнги, только его Юнги. И они решаются, сказать своим любимым. Мин долго молчит в трубку телефона, а потом все рассказывает Хосоку. Юнги не может не злиться в эту минуту, он ругает себя, говорит Чону, какая он сволочь, но Хосок молчит, терпит его слова. Ему не легче в этот момент, ни сколько. По его щекам бегут слёзы, а он даже не всхлипнет, чтобы его не услышал Юнги. Больно обоим. Но и душа не лежит больше к этому человеку, зачем мучить и себя, и его? Чимин набирает длинное смс Чонгуку, он знает, очень хорошо знает, что Чонгук прочтёт смс, но наврят ли ответит. Отправив смс, Чимин терпеливо ждет, но чего? Всё ясно, Чимин нашел другого, а писать ему — «Совет вам, да любовь», Чон не будет и отправляем ему в ответ: «Я знал, что это произойдет». Пак опять пишет Чонгуку, но уже поздно, он отправил его в ЧС. Вот и оборваны миры. Теперь Юнги не принадлежит Хосоку, а Чимин — Чонгуку. Как они и хотели, они принадлежат только друг — другу. Но от этого не легче. В горле ком, а в душе пустота. Юнги три дня лежит и просматривает семейные фото, где они радостные с Хосоком и детишками. Он будет скучать по ним. Чимин закрывшись в кабинете, читает переписки с Чонгуком, на лице невольно появляется улыбка. Что же они натворили? Юнги постепенно охладевает к Чимину, а Чимин стал редко появляется дома, у него теперь другой ухажер — Ким Тэхён, который ебёт его в гостинице. Юнги начал курить. Сигарета за сигаретой и нервы в порядке. Его выгнали из танцевальной группы, потом выгнали и Чимина, потому что узнали, какую разгульную жизнь он ведёт. Юнги больше не прикасается к Паку, не целует его как прежде, он скучает по Хосоку. Очень. Чимин продаёт своё тело за алкоголь, наркотики. Он не похож на того, каким был раньше. Теперь его тело покрыто синяками, руки исколоты, а на лице порезы. Юнги собирает вещи и уезжает от Чимина. Только куда? И кому? Чимин вешается ему на шею, дует губы и ждёт поцелуя. Но Мин отталкивает его от себя, его тошнит от этого человека. — И ты о прошлом не жалей, — проговаривает Пак смотря уходящему в след Юнги.