Мermaid

— Ха-ха-ха! — смеялся русал рядом с обиженным Ванцзи. — Нет, ты и вправду смешной! Неужели никогда не целовался? Эй, ну поговори со мной! — Убожество, — отвернувшись от него, Лань Чжань смотрел на закат и выжимал из волос воду: буквально две минуты, как оба выбрались из моря. — Почему ты меня поцеловал? — М? Я ведь тебе понравился, так почему бы и нет? — как-то неопределенно пожав плечами, русал спустился ниже, чтобы волны омывали его черный хвост. — Да и ты мне нравишься. — Убожество. — Все то время, которое мы провели вместе, ты называешь меня «Убожество», — надулся парень. Перевернувшись на живот, он согнул хвост в том месте, где, судя по всему, должны были быть колени, и, подперев голову рукой, игриво улыбнулся Лань Чжаню. — Гэгэ, назови меня как-нибудь по-другому. Например, Сянь-Сянь, А-Сянь, А-Ин… — Крайнее убожество.

***

— Гэгэ, ты пришел! — крикнул ему русал, сделав сальто в море. Уже третий день, как эти двое тайно встречаются на побережье, на том самом, где парень спас Ванцзи. И хоть Лань Чжань вслух этого и не говорил, но уже где-то в глубине души понял, что влюбился в этого русала. Который иногда выводил своими выходками. — Гэгэ, а каково это, ходить на ногах? — Гэгэ, а что едят люди? — Гэгэ, а как вы дышите без жабр?!       Такие вопросы задавало это любопытное существо, но Лань Чжань терпеливо на них отвечал — таким огнем пылали серебристые глаза русала, что тому просто не возможно было отказать. Да и желания не было. — Лань Чжань, а, Лань Чжань, — как-то раз окликнул его парень. — А почему ты не спрашиваешь мое имя? Я думал, что люди любопытны.       Выразительный (да, конечно) взгляд в сторону русала. Тот, поймав его, рассмеялся и зашлепал своим хвостом по воде. — Ну да, я сам его не говорю. А знаешь почему? Тебе любопытно? — дождавшись еле заметного кивка, он продолжил. — Имя имеет силу. Мы раскрываем его только возлюбленным, которые в будущем станут нашими спутниками по жизни. Таким образом, те проживут столько же, сколько и их пара — русалки живут гораздо дольше людей. Но могут легко умереть. Правда ведь, интересно? — Мгм. — Я вот тоже хотел полюбить, — мечтательно произнес русал, не обратив внимания на покрасневшие мочки ушей Ванцзи. — Но думаю, что мне это и не нужно. — Почему? — Гэгэ, я ведь уже говорил, что ты мне нравишься! Чем слушал? — возмутился парень, сильно шлепнув хвостом по воде. — Но раскрыть имя я еще не готов. Поэтому зови меня Сянь-Сянь. Будешь же? Ну скажи! Скажи!!! — Буду. — Пф, не это. — Сянь… Сянь. — Ну, это было вообще без энтузиазма! Лань Чжань, подойди ко мне!       Русал помахал рукой, зовя его к себе, и тот подошел. Показав головой ему сесть, Сянь-Сянь подтянулся и лег на бедра мужчины, довольно помахивая плавником. — Ммм… Твои бедра такие мягкие, не то, что наши хвосты. — «Наши»? — Да, нас там много. Целый клан, но мы не показываемся людям, так как те могут нас поймать и использовать. — Использовать? — Гэгэ, — надув губы, упрекнул Лань Чжаня русал. — Хотя бы говори со мной развернутыми предложениями.       Дождавшись кивка, Сянь-Сянь улыбнулся и продолжил: — Наши хвосты — это сама жизнь, поэтому мы их оберегаем и следим, чтобы они были в надлежащем виде. Как ты заметил… Заметил же? Так вот, мой хвост, точнее, чешуйки на нем, сделаны из перламутра, а он, насколько мне известно, очень дорогой в вашем мире. К тому же, у меня он черный. А у Цзян Чэна и его семьи пурпурный. Тем самым, цена возрастает. Если нас лишат чешуи, то пострадает хвост, а значит, что пострадает и сама жизнь. Поэтому нас легко убить. Даже потеря одной маленькой чешуйки для нас подобна миллионам лет страданий на суше. — И поэтому вы скрываетесь, — понял Ванцзи. — Ну да, — как-то неопределенно пожал тот плечами. — Кстати, думаю, что ты был бы очень красивой русалкой. Твой хвост был бы из белого жемчуга, и мы бы плавали в море, сплетаясь плавниками. А! И целовались. Это очень романтично: если русал переплетает с кем-то хвост, значит, он проявляет симпатию. А потом женится. — Почему потом? — Русалки любят раз и на всю жизнь. Поэтому мы стараемся найти достойного партнера и после раскрыть ему свое имя. Тогда жизненные силы будут связаны у обоих — один не сможет жить без другого. — А как вы тогда друг к другу общаетесь? — В семье можно звать друг друга по именам, а также друзьям, потому что с ними в связь точно не вступишь. — А почему?.. — Ты мне понравился? Не знаю, но в тебе точно есть что-то, что привлекает меня. Наверное, это преданность. Или как там люди это называют. — Привязанность. — Да, уже ближе, — вяло согласился парень. — Лань Чжань. Хочешь поплавать?

***

— Ты такого нигде больше не увидишь! — верещал ему русал, кружа вокруг него. — Поплыли, тебе точно понравится! А! И не забывай про поцелуи, а то задохнешься.       Когда Ванцзи предлагали поплавать, тот и подумать не мог, что это под водой, далеко от берега. К тому же, без скафандра. — Я тебя поцелую, чтобы ты мог дышать под водой! — заявил ему русал. И не обманул.       Сейчас оба плыли в море, иногда останавливаясь, чтобы парень мог показать Лань Ванцзи те или иные кораллы и рыбки. — Гэгэ, иди сюда! — весело позвал его русал, но не дождался — сам подплыл и поцеловал, заведя руки за широкую спину. И оплел его ноги своим хвостом.

***

— Гэгэ, ты такой довольный! — сказал ему несколькими днями позже русал. Оба сидели на берегу после плавания: русал нежился под лучами заходящего солнца, а Ванцзи высыхал под ними же, иногда выжимая воду из волос. Хоть его лицо так ничего и не выражало, Сянь-Сянь мог бы поклясться, что тот был рад. — Знаешь… Я люблю тебя! Очень! Хотел бы ты прожить со мной всю свою жизнь? — Вот так сразу? — такая перемена настроения и мнений очень пугала. — Почему бы и нет? — пожал тот плечами и подмигнул Ванцзи. — Гэгэ, жизнь не вечна. Пока я буду думать, то кто-нибудь из нас умрет, а я этого не хочу. Поэтому примешь ли ты мое имя? — Мгм… — Подойди.       Тот послушно сел рядом и ответил на поцелуй, прижав русала к себе. Лань Чжань был рад — он полюбил это волшебное существо еще в их первую встречу и теперь мог провести с ним всю жизнь. И даже больше.       Вдруг русал оттолкнул его, громко вскрикнув, и упал на песок, крупно вздрагивая. Присмотревшись, Лань Ванцзи увидел, что песок под ним был окрашен кровью. — Так-так, — протянул неприятный голос. К ним подходил мужчина, а позади него шли его сообщники. — Милые любуются, да никого не видят и не слышат. Молодец, Су Шэ. Кто бы мог подумать, что твоя слежка за выжившим наследником «Гусу» приведет нас к такому товару. — Босс! — крикнул ему кто-то из банды. — У него чешуя перламутровая! Можно разбогатеть! — Молчи, шавкам слово не давали, — одернул его Вэнь Чао. Подойдя к Лань Чжаню, руки которого скрутили за его спиной и поставили на колени, он поднял его голову за подбородок и насмешливо посмотрел в золотистые глаза: — И что же нам сделать с твоим русалом? Что-нибудь посоветуешь? — Гэгэ… Уходи… — выдавило из себя существо, не двигаясь, лишь иногда постанывая сквозь зубы. К нему подошли ребята, кто-то из них крикнул: — Идиот! Ты нож пульнул в хвост, теперь чешуя повреждена!       «Наши хвосты — это сама жизнь…» — Пофигу! — крикнул им Вэнь Чао. — Обдерите остальную, а самого русала оставьте. Все равно с ним ничего не сделать. А этого, — он кивнул на Ванцзи, — вырубите, чтобы не мешал.       «Даже потеря одной маленькой чешуйки для нас подобна миллионам лет страданий на суше.» — Нет!!! — Да вырубите уже его, он сейчас всех изобьет! — Вэй Ин. Мое имя Вэй Ин, — со слезами на глазах прошептал русал, прежде чем Лань Чжаня ударили по голове.

***

— Вэй Ин… Вэй Ин…       Очнувшись после удара, Лань Ванцзи не мог пошевелиться. Голова болела нестерпимо, так же, как и все тело, покрытое синяками. Раскрыв слипающиеся глаза, он увидел лежащего без сознания Вэй Ина, нижняя часть которого была багряной из-за засохшей крови. Сжав в кулаках кровавый песок, Ванцзи попытался подняться, но в этот момент перед ним появились голые ступни. Человек стоял над ним, но его лица Лань Чжань не мог разглядеть, так снова стал терять сознание. — Люди так слабы…

***

— Лань Чжань? Лань Чжань! — сквозь туман доносился до него знакомый голос. С трудом открыв глаза, Лань Ванцзи расплывчато увидел склоненное над ним лицо брата. — А-Чжань, наконец-то ты очнулся! Узнаешь меня? — Брат… — Да, это я, — с силой сжал лежащую на койке ладонь Лань Хуань, улыбаясь со слезами на глазах. — Сейчас я позову доктора, подожди немного. — Брат, где Вэй Ин?.. — О чем ты? Кто такой Вэй Ин? — Русал… Он был со мной. — А-Чжань, — с беспокойством посмотрел на него Сичэнь. — Рядом с тобой никого не было. Только трупы нескольких мужчин.       «Трупы?!» Поняв взгляд брата, Лань Хуань включил телевизор, висячий напротив больничной койки. Грубый мужской голос послышался из колонок:       «Два дня назад на побережье Пристани Лотоса были обнаружены девять тел. Ведется тщательное расследование, но одно уже известно: один из мужчин — это второй наследник «Гусу», а все остальные — контрабандисты Цишань Вэнь. В их карманах были обнаружены данные о местоположении остальных сообщников, которых полиции удалось взять живыми.       Что же касается господина Ланя, то его оставили в покое — криминалисты установили, что тот был без сознания, когда восемь мужчин погибли…» — Брат, но что насчет Вэй Ина? — отведя взгляд от экрана, Ванцзи хмуро посмотрел на Сичэня. Тот ему кивком головы показал смотреть дальше.       »… Так же известно, что на месте преступления были еще двое, но, к сожалению, полиция не может установить их личности. Песок, пропитанный кровью, был смыт морем, а следы, не принадлежавшие никому из пострадавших, бесполезны. Но, кто бы не убил этих восьмерых, он будет наказан, но шансы найти убийцу ничтожно малы». — Возможно, что твой Вэй Ин и есть убийца восьми человек. Но, как бы то ни было, тебе нужно поправляться. — Так что с ним? Его нашли? — Нет, пропал без вести. Когда тебя обнаружили, то рядом, кроме тех восьми, никого не было, — Лань Хуань сделал глубокий вдох и кивнул. — Выздоравливай. Тебя хорошо приложили по голове, поэтому может тошнить и кружиться голова. Я позову врача.

***

      Стоя на краю обрыва, Ванцзи смотрел на бушующее море. Слезы нескончаемым потоком лились по щекам. Перед взором стоял сероглазый русал, который звал его в море.       »…Русалки любят раз и на всю жизнь. Поэтому мы стараемся найти достойного партнера и после раскрыть ему свое имя. Тогда жизненные силы будут связаны у обоих — один не сможет жить без другого…»       «Вэй Ин. Мое имя Вэй Ин». — Вэй Ин, я люблю тебя.       Таковы были последние слова человека, прежче чем он спрыгнул с обрыва в бушующее море.