Вернись ко мне. Жизнь после разлуки

Встревоженная больше, чем обычно в последние дни, Элин поймала Диану за руки. — Принц ищет тебя! — выдохнула она, и тут же с волнением вжала голову в плечи. — Зачем? — Он мне не объяснил, но явно не чтобы обсудить, насколько доволен новым платьем. Так что, будь осторожна. — Хорошо, — она пошла к нему. Принц нашёлся где-то почти у ворот, и вид у него был не менее обеспокоенный, чем у всех во дворце. Говоря откровенно, все почувствовали бы себя куда лучше, вернись король к тому состоянию, в каком был до возвращения Эллериан, но этого не произошло, и он оставался почти безразличным ко всему, кроме своих сыновей. И, естественно, старшему ускользать было очень непросто. — Здравствуй. Не буду говорить ничего лишнего, мной движет любопытство, но не думаю, что пустое. Кто ты? — Я… я Диана… — ответила она, поклонившись. — Это я знаю. Но таких имён среди эльфов нет и не было. Никто мне толком ничего объяснить не смог, но мне не верится, что объяснения нет. — Объяснение есть, но вряд ли в него кто-то поверит. — Кто бы поверил в древние времена, что наш мир спасут крошки-хоббиты? — возразил принц. — Ответь мне, а я уж решу сам. — Я прибыла из другого мира, который не похож на этот… — Из целого другого мира?.. — он замер, широко раскрыв глаза, и какое-то время, решая, верить ли в это. К тому же, для пришелицы она слишком хорошо знала язык, и даже ощущалась абсолютно так, как любой эльф. Но глаза — в её глазах он не видел лжи. — Для чего же?.. — пытаясь пока подавить удивление, слишком сильное от самой мысли о других мирах, спросил он. — Я не знаю… — Вижу, пришельцы из других миров не так уж горды… Но чтобы покинуть свой мир и всех, кого в нем любишь, наверное, нужно немало решимости. — Ты… Вы правы. — Но почему ты решилась? И как тебе это удалось? У нас даже мудрейшие не могут… Что там, и не подозревают о других мирах! — Я не знаю как точно… портал… и девушка красивая… Лю… Лютиэн вроде звали. — Лютиэн? — окончательно потрясенный принц едва не упал на траву. Если она явилась из мира, что недоступен бессмертным, чтобы провести её, это не может быть просто так! — Твой мир, должно быть, обладает знанием, нам недоступны… — Я так не думаю… — А вот я уверен. Иначе она ни за что не пришла бы за тобой. Ты ничего о ней не знаешь? — Ничего… я просто всегда хотела побывать здесь. — Как это «побывать здесь»? Ты знала про наш мир? — По легендам… здесь замечательно. — Легендам? Это уже больше похоже на будущее, — он уже несколько успокоился. — Впрочем, в будущем эльфов уже нет… — Но… все ведь можно поменять. — Поменять? Как? — Ну, я не знаю… — она смущенно посмотрела на него. — Зачем же ты тогда говоришь? В мире без магии мы задохнемся, растаем. Или же станем смертными, то есть, такими же людьми. — Я уверена, что это не так… — она решительно посмотрела на него. — Вы говорите, что магия ваше все, но не у всех она есть! Магия лишь ваш дар, но никак не жизнь! — Деревья умолкнут, и все спрячутся. И для нас мир будет скучен и глух… — Вы заблуждаетесь! — Ты сбежала сюда, разве этого мало? Думаю, ты не была служанкой в своём мире. — Не была. — Именно. И потом… Я понимаю тебя, ты ещё не привыкла, ты живёшь здесь слишком мало, чтобы почувствовать. Но если ты пойдёшь с нами, то скоро поймёшь. — Я не знаю… — Я не требую. Просто не вини нас в этом, пока не поймёшь. — Но и вы толком не знаете, что будет дальше. — Не знаем. Мы только чувствуем, как все поменялось. — Да, но это ведь не точно в любом случае — Наши чувства нас не обманывают, — уверенно покачал головой принц. — Но, я думаю, спором мы с тобой ничего не добьёмся: нельзя доказать, что твои чувства правильнее чужих. Лучше подумать над тем, отчего — ведь многие мечтают о возвращении в былые времена — тебе была оказана такая милость. Хоть ты и сама пока не знаешь… — К сожалению, я не знаю, зачем здесь… А как король? Ему лучше? — Когда он со мной и моими братьями, кажется, что все нормально, только взгляд у него грустный. Но… Ни с кем из приближенных он не видится, и не говорит. Из всех служанок впускает к себе только одну — потому что младшим она нравится, и вообще во дворце для него как будто больше не стало женщин. И корона ему теперь тяжела… Не думаю, что это все можно назвать «лучше». — Может, у эльфов есть способ воскрешать? — Воскрешать? Нет. Но мы сами можем вернуться, если того пожелаем. Ну, в большинстве случаев. — А королева не может вернуться? — она в надежде посмотрела на него. — Может, если решит, — тише ответил принц. Конечно, никто не знает, как течёт там время, но хотела ли королева прийти назад? — Но как? Она же мертва и скоро она покинет дворец, я права? — Её душа уже покинула… Но пока её боль не будет излечена, она не сумеет вернуться. Не стоит беспокоиться о теле, ибо она может вернуться и с новым, но вот о времени… — То есть, она воскреснет, но через много лет? — Не знаю, — признался он, почти виновато. — Я ведь не был там, и не видел её. Вернётся ли она? Сколько пройдёт времени? Никому здесь этого не узнать. — Простите… — она виновато опустила голову. — Ты здесь не при чем, — успокоил её Леголас. — Если ты пришла из другого мира, нет ничего странного в том, что тебе известно не всё. — Я не хотела Вас обидеть… если это все, то я пойду? — Да, иди. Я ещё немного подумаю и, возможно, позову тебя, но едва ли сегодня. — Хорошо, — она поклонилась и ушла. На улице стоял уже вечер, и поэтому девушка рано легла спать. Сегодня ночью ей снился странный сон, но рассказывать его кому-то она не видела смысла. Сказали бы: «Ну и фантазия». Но и на следующую ночь и ещё несколько ночей она видела странный образ, а точнее тень. Много дней она не могла понять, кто это, но в одну прохладную ночь ей удалось разглядеть глаза. Такие добрые, нежные и заботливые, как у королевы… она начала догадываться о своём предназначении. Эти сны приходили к ней на протяжении полугода, но сделать ничего она не могла, сколько бы ни кричала, ни искала ее, все безуспешно. Принц же, который все ещё был в поисках ответа, но так и не видел иного пути, кроме как обращения за помощью, догадаться о видениях Дианы, конечно, никак не мог. И потому, наконец, принял трудное, но, очевидно, единственно-возможное решение: отправиться в Ривенделл, пока ещё не поздно. Но, конечно же, уйти молча он никак не мог, а спросить отца, отпустит ли, представлялось нелёгкой задачей. И все же он пошёл к нему. Уже довольно давно детская стояла брошенной: младшие принцы находились в комнате с отцом постоянно, и, судя по всему, были этим вполне довольны. Были они там и теперь. Авадон, с видом бесконечно собой гордого кота восседал на коленях Трандуила. Битея нельзя было увидеть, но легко было почувствовать: он откуда-то внимательно наблюдал, конечно, помышляя лишь о том, как бы укусить неосторожного гостя. Впрочем, в первую очередь, у дверей, Леголас увидел не их, и не отца, а ту самую единственную допущенную… Она каждый раз открывала с серьёзным и строгим видом, но всякий раз, узнавая его, менялась, даря приветливую улыбку. Она нисколько не походила на королеву, ни фигурой, не казавшейся хрупкой даже на фоне отца, ни волосами, рыжими, точно осенние листы, ни спокойствием лет. Возможно, её впускали сюда ещё и поэтому. Потому, что ей не пришло бы и в голову влюбляться. — Только потише, Ваш отец почти спит. — Боюсь, я разбужу его своими словами, как бы тихо их ни произнёс… — принц прошёл в комнату и приблизился к замершему в кресле отцу. Трандуил медленно поднял глаза на сына. — Что случилось, мой принц?.. — он постарался улыбнуться, даже и правда улыбнулся, но глаза оставались тёмными. — У меня есть просьба к тебе. Мне нужно… — он вдохнул, прежде чем продолжить, и осторожно взял мягкие ладони короля в свои. — Мне нужно уехать, в Ривенделл, за советом. Это не займёт много времени… — Уехать?.. — с тяжестью повторил Трандуил. — Каких вопросов ты не можешь решить сам? — Не могу узнать, зачем являлась в мир первая, из выбравших путь людей. — На что тебе? — впервые за долгое время именно тревога, живая тревога коснулась лица правителя. — Я ещё и сам не уверен, но… Не думай, я не влюблен в смертную. — Ты обещаешь скоро вернуться?.. — он точно снова потух, но, по крайней мере, успокоился. — Конечно, папа. Мне там все одно не будет покоя, — он поднялся, и теперь обратился к братьям: — А вы уж, пожалуйста, берегите папу, пока меня нет! — воскликнул он, на что Авадон возмущённо фыркнул, плотнее вжавшись в отца.

***

Тело королевы так же безжизненно лежало в королевском склепе. Оно не менялось с днями, неделями. Оно оставалось таким же холодным и бледным. Одним, казалось, хорошим днём к королю пришло письмо от Элронда с текстом: «Приветствую тебя, Трандуил! Как ты? Я пишу, дабы сообщить неприятную новость… я вынужден забрать сестру к себе… За ней прибудет небольшой отряд в последний день осени, а это уже скоро, если я не ошибаюсь, то три дня… Попрощайся с ней». Письмо принесли сразу по уходу Леголаса из покоев короля. Трандуил, правда, отнёсся к письму безразлично. Он, в самом деле, не считал, что оставленная земная оболочка теперь имела большое значение, и был слишком уставшим, чтобы удивляться. Единственное, что он сделал в тот же день — послал кого-то из слуг предупредить принца, чтобы он не уходил один, а шёл с теми, кто понесёт тело. Только на следующее утро он посетил склеп, держа в руках единственный тонкий цветок. Эллериан лежала в простом платье, без украшений… Потому что хотела бы этого. Однако это было лишь на следующее утро, а теперь, пока он пребывал в тяжести собственных дум, его сын все еще собирался в путь. — А вот и ты! — сколько Леголас искал Диану, он уже не помнил. Но точно помнил, что это было долго. — Принц, — девушка тут же остановилась и поклонилась ему. — Вы что-то хотели? — Да. Я хотел, чтобы ты отправилась со мной. — С Вами? Куда? — она с интересом посмотрела на него. Из-за кустов выбежал один из придворных и, склонившись, сказал: — Принц, король попросил Вас ехать с гонцами через три дня… — С гонцами? Зачем это?.. — впрочем, вспомнив состояние отца, принц решил, что веских причин возражать нет. — Хорошо. Мы уезжаем в Ривенделл, — он повернулся к Диане. — И ты со мной, потому что, я думаю, лучше будет, если Элронд тебя увидит. — По причине того, что Вашу покойную матушку перевозят в Ривенделл — А… Для чего перевозят? Разве тут ей плохо? — в отличие от отца, принц, конечно, так запросто на это смотреть не мог. — Я не знаю ответа… спросите у владыки Элронда. Леголас недовольно пожал плечами, но другого выбора все одно не было. В какой-то мере, он даже был рад, что Элронд первым о себе напомнил… После эльф так же быстро удалился, как и пришёл. — В любом случае, ты едешь со мной, — сказал Леголас служанке. — Так, думаю, будет даже быстрее. Будь готова. — Хорошо, — она поклонилась и ушла.